Хорошая ночь — авантюрная ночь
18 ноября 2018 г., 20:44
Небольшой костерок уютно потрескивал, мягко освещая полотнище палатки. В лесу темнело раньше, чем в деревне.
Из палатки слышалось мерное сопение. Сопение раздавалось и рядом — Боруто, которого, очевидно, назначили дозорным, тоже ухитрился заснуть. Прямо из положения сидя и с приставкой в руках.
Не особенно заботясь о шуме, Шикамару раскрыл пачку чипсов.
— Знаешь, странное ощущение. Вроде нехорошо объедать детей.
Его хриплый усталый голос разносился по всему лесу.
— Сами виноваты, — покачал головой Наруто, — нечего было вырубаться. Тоже мне, шиноби. По-хорошему, надо нормально их атаковать и выбить дурь.
Нет, правда, что это такое? Если сын и на миссиях собирается быть таким расслабленным, его прикончат прежде, чем он успеет сказать слово «чуунин».
— Да без нас нападут, идиотов мало, — зевнул Шикамару, — лучше подведем промежуточный итог.
В этом был смысл. Они вдвоем вымотались не меньше генинов с учениками. Давно Наруто по лесам не носился, хоть результат того стоил — он отметил и даже потренировал перспективных ребят, а главное, понаблюдал за Металом.
В итоге IQ за двести одержало верх над внезапным воспитательным позывом.
— Мы ни разу не видели, чтобы Метал применял ниндзюцу, — отметил советник, — надо вынудить его.
— Как бы это сделать… — задумчиво пробормотал Наруто, доставая из кармана старый маркер. Он только что придумал, как совместить приятное с полезным.
— Воссоздать ситуацию, из которой без ниндзюцу не выбраться. К примеру… Стой, что ты делаешь?!
Седьмой вырисовывал на лице Боруто какие-то замысловатые узоры. Мальчик нахмурился во сне, но так и не очнулся.
— Продолжай, Шикамару. Что ты там говорил насчет ниндзюцу?
— Самый очевидный шаг — проверить базовые способности по управлению чакрой.
— Вода, — понял Наруто, — имеешь в виду, если он может ходить по воде или вертикальным поверхностям…
— Да. Например.
Неподалеку как раз протекала речка.
Наруто спрятал маркер и полюбовался изображенной картиной. Неожиданно для себя Седьмой заметил в лице сына черты Хинаты. Это хорошо. А то со всей этой историей он уже засомневался, участвовала ли она вообще в процессе создания Боруто.
— Хокаге-сама и Шикамару-сама как-то странно себя ведут, — донесся удивленный шепот Цури.
Весь отряд Боруто залег в зарослях метрах в десяти от палатки.
— Чертов отец, — обиженно пробурчал младший Узумаки себе под нос, — вечно недооценивает.
Ему было обидно. Наруто даже не потрудился активировать режим отшельника, чтобы просканировать местность. Всерьез поверил, что он, Боруто, способен так оплошать — заснуть на дозоре, да еще не проснуться от шума, который они с Шикамару навели.
— …недооценивает, и зря, — прошептала Миса, еще одна девчонка из его команды, — семпай, ты ведь на самом деле придумал отличный план. Мы, честно, совсем не ожидали…
Еще с вечера они спрятались в кустах, заменив себя клонами Боруто, и принялись ждать нападения соперников, собираясь атаковать со спины. Но вместо вражеской команды на их лагерь наткнулись хокаге с советником.
— Мне больше интересно, — вздохнула Цури, — почему Седьмого так волнует Метал-семпай…
Боруто скрипнул зубами. Отец крайне редко интересовался его успехами, зато теперь внезапно захотел узнать больше о Метале. Тот был хорошим, в своем роде способным парнем, Боруто его уважал, но эта несправедливость бесила.
— Может, хочет взять его в какой-то особый отряд? Метал-семпай ведь довольно крут…
Предположение Мисы стало последней каплей. Боруто сжал кулаки. Значит, они ниндзюцу хотят увидеть? Управление чакрой? Здесь ему нет равных. Ну, если и есть, то точно не Метал.
— Выдвигаемся, — резче, чем хотелось, приказал он.
— Боруто-семпай, только не говори, что ревнуешь. Действовать опрометчиво…
— Заткнись, Цури. Ничего я не ревную.
Хрупкий мир, только-только воцарившийся в отряде, вновь оказался под угрозой.
— Ладно, семпай… — вздохнула Маки, самая молчаливая из девочек. — Как мы найдем Метала?
— По следам разрушений.
— Э?
Прошло не более двадцати минут с тех пор, как они с Шикамару покинули сонный лагерь, чтобы проверить другие. По обманчиво притихшему лесу разнесся истошный ор.
— Великий ураган Листа!!!
Наруто удовлетворенно ухмыльнулся. Им даже делать ничего не пришлось — Метал сам ввязался в очередной бой. Оставалось только направить сражение к нужному руслу. Нужное русло плескалось буквально в пяти сотнях метров.
Седьмой сконцентрировался, чтобы собрать сен-чакру.
— На них отряд Боруто напал. Движутся на три часа.
— Прямо к реке? — удивился Шикамару. — Как по заказу… Даже странно.
Но Наруто, не дослушав советника, рванул к водоему. Шикамару поспешил следом.
В ушах привычно засвистел ветер, ветки не успевали хлестать в лицо. Сердце радостно забилось — радость погони почти опьяняла. Он знал, что советнику за ним не поспеть. Однако Метал и Боруто… Оба поражали своей скоростью. Не зря Ли так усердно тренировал сына. Не зря Боруто вытаскивал его поиграть в догонялки, когда был помладше.
Наруто притормозил у берега, едва не влетев на отмель, и укрылся за толстым стволом, нависающим над темной гладью воды. В тот же миг раздался всплеск — на поверхность речушки приземлились тяжелые сандалии Боруто, а затем — Метала.
Сын Густобрового не провалился.
— Боруто-кун, отдай карту! — на одном дыхании выпалил тот. — Это было нечестно!
Боруто рассмеялся.
— Кто успел, тот и съел!
Наруто подвинулся, пропуская только прибывшего советника. Боруто и Метал одновременно метнули кунаи. Ни один не попал в цель — оба были хороши в уклонении.
— Динамический выход! — Метал резко подскочил вверх, явно собираясь ударить противника в лицо.
— Старая техника Гая… — пробормотал Наруто. — Неплохо…
Но стопа мальчишки приземлилась на мокрые ветви. Атака прошла вхолостую.
— Не менее старый трюк Какаши, — улыбнулся Шикамару, — техника замены.
Метал едва успел обернуться, чтобы блокировать удар мягкой ладони. Он оттолкнул Боруто ногой, и тот проехался по поверхности воды, но быстро вскочил на ноги и нанес несколько ударов, двигаясь быстро и непредсказуемо.
На одежде и взмокшей коже стремительно отплясывали лунные блики. Даже наметанный глаз Седьмого едва успевал отслеживать бой.
— Оба хороши, — восхитился Шикамару, — серьезно, это не уровень генинов.
Наруто кивнул.
— Вихрь Листа!
Боруто снова увернулся.
— Ладонь шторма!
Его клон обернулся вокруг своей оси — чтобы набрать скорость — и атаковал мягким кулаком. Наруто всегда поражался изяществу стиля Хьюга, так непохожего на остальные стили тайдзюцу — будь то его собственный Жабий кулак, стиль Цунаде или стиль Ли. Его охватила странная ностальгия. Луна, всплески воды и эти движения, такие красивые… Где же он это видел…
А!
— Черт! — вслух выругался он, слишком громко, но поглощенные битвой генины не обратили внимания.
— Тц, в чем дело? — поинтересовался Шикамару.
— Тогда… та девчонка… — Наруто хлопнул себя по колену. — Это была Хината.
Одна из главных тайн его детства наконец раскрылась — спустя двадцать лет. А ведь девочка у водопада ему даже снилась иногда.
— Что? — не понял Шикамару.
— Ничего.
Как будто в той глуши водились сотни девчонок, чтоб их. Мог бы и раньше додуматься.
— Эй, Наруто. Если Боруто еще использует ниндзюцу, то Метал слишком увлекся тайдзюцу… Надо как-то спровоцировать его.
Наруто согласился. В третий раз за эти проклятые сутки он собрался влезть в ход событий, но события снова его опередили.
С дикими криками в воду кинулись детишки из отрядов Метала и Боруто. Седьмой с советником услыхали угрожающее жужжание. За малышами охотился рой пчел. Кто-то напоролся на очередную ловушку.
— Что стряслось?! — несколько запоздало воскликнул Боруто. Они с Металом, не сговариваясь, прекратили сражаться и с подозрением взирали на насекомых, которые, очевидно, воды совсем не боялись.
— Родо нарвался на гнездо шершней… — ответила Химавари.
Ах, да. Тот самый бедовый паренек. Они с Металом… отличная команда, и надо же было поставить дочку именно с ними.
— А ведь при помощи тайдзюцу с ними не справиться, — задумался Шикамару.
Касаться ядовитых шершней было нельзя.
— И сюрикенов не хватит, — добавил Наруто. Вот и шанс увидеть ниндзюцу Ли.
Первым, однако, среагировал Боруто.
— Стихия воды: бушующий поток!
Насекомых подчистую смело потоком воды, но они тут же восстановили строй. Кажется, только разозлились.
— Расенган!
Расенган оторвался от ладони и растворился в воздухе. Этот расенган смог обмануть Момошики… но не пчел. Стайка насекомых мгновенно разлетелась, прячась от незримых завихрений чакры, чтобы потом вновь окружить генинов и учеников.
— Скажи, Шикамару… Это Оцуцуки слишком тупые или пчелы слишком сообразительные?
Метал тем временем метнул несколько бесполезных сюрикенов. Если в его арсенале и было ниндзюцу, то точно не дальнего боя. Наруто понял, что рассиживать больше не может. Он в мгновение ока прикрыл детей, отшвырнув шершней потоком чакры Курамы.
То ли скорость была убийственной, то ли сама чакра, но насекомые резко затормозили в воздухе и попадали в воду. Лишь одна, самая упорная скотина, умудрилась укусить его в плечо — и тут же погибла от дозы чакры Девятихвостого.
Наруто обернулся, развеивая покров Лиса.
— Папочка! — радостно вскричала Химавари. В ее глазах сиял восторг.
— С-спасибо, Седьмой! Это было потрясающе!
— Чертов отец… Мог бы и раньше…
Боруто сложил руки на груди и недовольно взирал снизу вверх.
— Знаешь, ты мог бы быть более… честным? — нахмурился Наруто.
И в кого он такой вечно недовольный? В последнее время размышления о наследственности посещали его слишком часто.
Вдруг Наруто пошатнулся от внезапной боли в плече — запоздалый эффект от укуса. К нему подлетел Шикамару, чтобы в очередной раз спасти от позорного падения.
— Ты как?
— Да… Голова кружится… Вот же…
Детишки испуганно зашевелились.
— Папочка!
— Чертов отец, ну как ты умудрился…
— Седьмой, яд этих шершней очень опасен!
— Спасибо, Метал, я уже понял, — вздохнул Наруто, — черт, Шикамару, надо бы к Сакуре.
Вот же Сакура удивится. В итоге, с детьми все в порядке, а единственным ее пациентом окажется сам хокаге. Отличное завершение отличного дня.
— С-седьмой! — снова обратился к нему Метал. — Противоядие очень редкое, вряд ли оно есть у Сакуры-сан. Но понимаете… Мама разбирается в таких вещах… У нее, может, окажется.
Глаза Наруто заблестели ярче, чем у Химавари. Отличное завершение отличного дня.
— Твоя мама, говоришь?