Стань моей надеждой

Чонгук выздоровел и выпросил таки у Кима обещание приехать на гонку. Тот долго сопротивлялся, но Гук упрямый и своего добьется. После того случая они все больше времени проводили вместе, Чон много рассказывал ему о себе, но не слышал в ответ от Тэхена ни слова о своей прошлой и настоящей жизни. Он больше слушал, чем говорил. И это Мину не нравилось. Очень и очень не нравилось. Ведь он хотел знать все. Один вопрос волновал Гука все это время: «Почему он тогда сбежал?» Он пытался подвести к этой теме в разговоре с ним, но Ким искусно уклонялся от ответа. Так у Гука появилась цель: во что бы то ни стало узнать всю правду о Ким Тэхене — прошлом и настоящем.

***

Тэхен все же согласился на эту авантюру. Не смог отказать щенячьему взгляду Чонгука. Он давно искал возможности поучаствовать в гонках Black levin в качестве V, и эту возможность ему предоставил Чонгук. Сам он не принадлежал ни к какой группировке в городе. Он был одиноким волком, который мог выиграть любую гонку. Его уже с нетерпением ждал его Suzuki GSX-R600 красного цвета. Этот мотоцикл был его любимцем. Он мог поднять его до облаков, подарить ему крылья и чувства, которые тускнели в нем с каждым годом. Но теперь этого было недостаточно. Тэхен изменился за эти дни, которые провел рядом с Гуком. Он был счастлив рядом с ним. Если раньше он думал, что счастье зависит от количества денег, то сейчас он так не считает. Счастье — это родной человек, который может согреть тебя улыбкой, добрым словом. Это твой дом.

***

Уже 23:00, а Тэхена нет. Чонгук озирается по сторонам, ищет знакомую светлую макушку. Он звонит ему по нескольку раз, но телефон недоступен. Чонгук чувствует себя брошенным. Вдруг толпа вокруг него расступается, издавая восхищенные крики, и он видит парня в черном шлеме. Его мотоцикл такой же, как и у него. Лишь цвета разные. У него он красный. А еще на нем написано «V». «Как? Откуда он узнал?» — вертелось в голове Чонгука. Но в то же время в душе разгорался азарт будущей гонки. Наконец-то сильный противник. Наконец у него появился противник, победив которого он сможет стать королем Сеула. Все встречают его громкими и веселыми возгласами. Появление его на гонках — это всегда большая редкость. Возможность посмотреть на него — небывалая удача. Возможность соревноваться — нечто сверхъестественное. Гонщики становятся на позиции. Прямо напротив Гука — его цель, которую он хочет преодолеть. И он это сделает. Начинается отсчет. Чонгук напрягается всем телом. Он поворачивает голову в сторону V и чувствует, что тот уже улыбается ему сквозь тонированное стекло шлема. Чонгук бросает ему ответный оскал. У Гука сразу потеют ладони, сжимающие руль. Каждая мышца тела напрягается, ожидая скорого рывка. Выстрел. Чонгук срывается с места одновременно с V. Сначала они идут наравне. Но потом Гук вырывается вперед и уже чувствует вкус победы. Он будет первым. Он должен быть первым. V резко подрезает и обгоняет его. Чонгук даже не успевает среагировать, как ярко-красная линия проноситься мимо его глаз. Он сильнее давит на педаль газа. Быстрее, быстрее, быстрее, еще чуть-чуть. Остальные гонщики тянутся где-то в конце. Зрители с замиранием смотрят на эту гонку. Когда приближается конец первого круга, V начинает тормозить и сравнивается с Чонгуком. Гук бесится. «Ты решил посмеяться надо мной? Посмотрим, кто будет смеяться последним». Гук сильнее давит на газ. Он летит, чувствует, что стал победителем, но в самый последний момент его обгоняют. V в одно мгновение оказывается впереди, оставляя после себя лишь клубы пыли. V — первый. Его по праву можно считать королем Сеула. После финиша он не останавливается, срывается и едет дальше. Он делает так всегда. Ему не нужны награды. Самая главное его награда уже получена. Титул лучшего. Чонгук не останавливается и едет дальше, преследуя его. Он настолько зол, но в то же время восхищен. Так безбоязненно лавировать между другими мотоциклами, подрезать их, а затем разгоняться на поворотах. Чонгук считал себя безбашенным, но, как оказалось, есть тот, кто куда более бесстрашен. Казалось, он не боится смерти. Они едут по пустынной трассе. На спидометре уже 200 км/ч. Скорость все растет. — СТОЙ, — кричит Чонгук, напрягая свои голосовые связки по максимуму, надеясь, что сквозь режущий ветер, его услышат. И его услышали. Мотоцикл начинает медленно тормозить. Незнакомец сворачивает на обочину. Чонгук следует его примеру. — Приятно познакомится! — сказал Чонгук, снимая шлем и протягивая руку V. — Мы уже виделись раньше, — произнес незнакомец, не называя своего имени. Голос действительно показался Чону знакомым. — Ты не собираешься снимать шлем? — проигнорировал последние слова V парень. — Хочу остаться для всех загадкой. Так интереснее. — Откуда ты узнал о сегодняшней гонке? Она закрыта для тех, кто не состоит в группе «Black levin». — У меня свои источники. Тебе незачем знать о них. Но я почувствовал настоящее удовольствие от гонки с тобой. — Да ты обогнал меня, игрался со мной, как с ребенком! Какое же удовольствие от этого. — Я увидел в тебе жажду победить меня. Давно со мной так не соревновались. Все бросали любые попытки меня обогнать, увидев мой знак. — Приезжай как-нибудь еще раз. Тогда я уж точно тебя обгоню. Вот увидишь, — добавил он, улыбаясь. — Всенепременно, — вальяжно поклонился V. — Ну, раз ты хочешь остаться загадкой, скажи хотя бы почему V? — Потому что значит Вендетта. А вообще сначала хотел назвать себя Юки. Означает белый снег и счастье. Мне так сказал один мой хороший друг, — последние предложения вырвались у Тэхена непроизвольно. Только потом он понял, что его могут раскусить. Чонгук опешил. Он уставился непонимающим взглядом на гонщика. Он не мог поверить в услышанное. Это просто не могло быть правдой. — Тэхен, — произнес Гук неосознанно. — Что? — отозвался V и тут же осекся. — Я хотел сказать «кто». О ком ты? — судорожно заговорил знакомый незнакомец. — Сними шлем. — Нет. — Пожалуйста, Тэ, поздно что-то скрывать от меня. Я все равно всё узнаю. Мотоциклист вздохнул. Он медленно снял шлем. Пшеничные волосы, шоколадные глаза, родинка на носу. Родинка. Ну конечно. Как Чонгук сразу не понял тогда у брата? Только у Тэхена может быть родинка на носу. — Это ты, — выдохнул Гук. Это был вздох облегчения. Теперь Тэ не мог никуда убежать. Чонгук раскрыл все его маски. Тэхен лишь улыбнулся в ответ. — С Юки все в порядке, он вырос. Стал белым и красивым котом, — сказал Гук. — Я бы хотел посмотреть на него, — ответил Ким. — Я очень скучал. Даже не представляешь, как сильно. Я искал тебя. Но ты не приходил. Почему? Почему ты бросил меня? Почему тогда не вернулся? — … — Почему? — повторил свой вопрос парень. — Я не хотел, чтобы ты узнал насколько я грязный, — надрывно начал Тэ. — А я очень грязный, Гук. — Что ты такое говоришь? — начал было Чон. — Ты не понимаешь. Тогда на остановке, я ждал не автобус. Я хотел умереть. Моя мать проститутка, а отец её сутенер. Я так не хотел, чтобы ты узнал об этом. Мне казалось, ты сразу же бросишь меня, отвернешься и уйдешь в свой чистый и непорочный мир. А я останусь в этой грязи один. Так и должно было быть. Я должен был умереть. Но появился ты. Своими словами ты заставил меня подняться и начать жить. Я так тебе благодарен, — слезы потекли из его глаз. — И сейчас ничего не изменилось. Знаешь, как я зарабатываю деньги? Знаешь? Чонгук лишь молчал и терпеливо слушал.  — Я продаю наркотики. Я убиваю людей, просто через посредников. Но это все равно убийство. Я грязный. Нам и сейчас с тобой не по пути. — Ты не грязный. Ты самый чистый из всех живущих людей, которых я встречал. Ты мой ангел, — протянул руку вперед Гук и провел ей по влажной щеке, утирая большим пальцем дорожки слез. — Я люблю тебя любым. Слышишь? Я люблю тебя. И мне неважно, кем считаешь себя ты. Для меня ты Ким Тэхен. Человек, которого я так долго искал. Чонгук не удержался и обнял дрожащего парня, заключив его в кольцо своих рук. Ким схватился за плечо и сжал ткань кожаной куртки. «Люблю» Чонгука эхом отдавалось в его голове. Только это слово заставляло сейчас биться сердце Ким Тэхена. — Прости, что сбежал, — прошептал Тэ. — Прощаю, — шепотом ответил Гук. Эта идиллия продлилась бы долго, но Гук решил прервать тишину. — Ты, по-моему, говорил, что хочешь увидеть Юки? — Он все еще у тебя? — радостно завизжал Ким. — Конечно. Он очень вырос с вашей последней встречи. — ВЕДИ МЕНЯ МОЙ ФАКЕЛ! Я ИДУ К ТЕБЕ МОЯ ЛЮБОВЬ, ЮКИ! — Я думал, я твоя любовь, — обиженно заметил Гук. — Только после Юки, — сказал Тэ, садясь на мотоцикл. — Засранец, — прошептал Чонгук, улыбаясь.

***

Тэхен переступил порог чужой квартиры и оказался в просторной прихожей. Они с Чонгуком разулись. Гук, как хороший хозяин, предложил чаю, а Тэ, как хороший гость, был только за. Они вошли на кухню, где их поджидал белоснежный кот, который нагло разлегся на кухонном столе и, похоже, спал, не обращая внимания на шум вокруг. — Ты, что, приучил его спать на столе? — не удержался от комментария Тэхен. — Поверь мне, — тяжко вздохнул Гук, — множество раз я пытался отучить его от этой привычки, но так и не смог. Эй, пора вставать, Юки! Кот сонно зевнул, потянулся, уселся на стол и посмотрел на хозяина недовольным взглядом. — Прекрасно! Теперь ты еще и недоволен! Ну конечно! Это же не я сплю там, где не следует. Тэ прыснул в кулак, но потом уже не смог сдержать смеха и громко заржал. — А тебе все смешно, — сказал он, строго глядя на Кима. — Я, вообще-то, кота уму разуму учу! — Удачи, — сквозь смех сказал Тэхен. Через пять минут Чонгук с Тэхеном мирно попивали чаёк, а Юки очень заинтересовал нежданный гость, и он все крутился у ног Тэ. Не выдержав гипнотизирующего взгляда кота, Тэ взял его на руки и стал гладить, чесать за ушком, чесать пузико, потрогал его сырой носик… — Тэхен! — пропел Чонгук и укоризненно глядел в сторону парня и кота, млеющего под ласками Тэ. — Ты что-то сказал? — Нет, что ты, совсем ничего. Вы развлекайтесь, не буду отвлекать. — Гукки! Ну не дуйся ты из-за мелочей! Мы с ним так давно не виделись. Он у тебя такой красавец. — Мы тоже с тобой давно не виделись и давно не общались! — капризничал Гук. — Ладно, ладно, большой ребенок, — сказал Тэ, выпуская кота. На самом деле Тэхену было стыдно. Ему было жутко стыдно находится в квартире Гука. А еще было жарко. Он горел изнутри от осознания, что за стеной комната Чонгука, его кровать, ванная, в которой он моется… Чонгук без одежды… по рельефному телу стекают капельки воды… — Ты весь красный! Неужели заболел? — включил мамочку Гук, заметя, как краснеет лицо напротив. — Со мной все в порядке. — Нет, не в порядке. Идем в комнату, померяем температуру, — сказал Мин, встав со стула и подойдя к Тэ. — Да ты весь горишь, — провозгласил он, касаясь чужого лба. Он был близко. Он был так чертовски близко, волосы на лбу Тэ колыхнулись от его дыхания. Взгляд впился в его губы. Ким перехватил его руку и потянул ее на себя. — А знаешь, почему я горю? — прошептал он в самые его губы. Чонгук сглотнул. Теперь температура и у Чонгука. До этого он не знал, что она может передаваться воздушно-капельным путем. — Не молчи. Иначе я не сдержусь, — томно протянул Тэ, наклоняясь к самому уху. В этот момент Мину показалось, что перед ним демон-обольститель. Он не мог оторвать взгляд от него. Именно сейчас он казался таким желанным, таким горячим. И он был так близко. — А я не прошу тебя сдерживаться, — ответил Чон и коснулся чужих губ своими. Поцелуй медленно стал переходить в более быстрый, страстный, нетерпеливый. Чонгуку надоело наклоняться, и он потянул Тэхена вверх, не прерывая поцелуй. Сильные руки обхватили тонкую талию Кима, прижав парня ближе. Рука Тэ зарылась в угольные волосы Гука. Чон посадил его на стол, навалившись сверху и сдирая лишнюю одежду. Посуда, стоявшая на столе, с грохотом упала на пол. Тэхен потянулся к краю чужой футболки, задирая ее вверх, начиная поглаживать чужие соски. Чонгук отвечал на это приглушенным стонами. Вскоре футболка стала мешать. — Сними…футбо…мхм… Чонгук, — говорил Тэ, пытаясь остановить Гука. — Что? — спросил он нетерпеливо. — Сними футболку, — задыхаясь, попросил Ким. Чонгук моментально выполнил чужую просьбу, срывая с себя ненужный элемент одежды. Тэ с наслаждением прикоснулся к шее, груди, накаченному прессу, медленно перемещаясь вниз. Его рука прикоснулась к ширинке чужих джинсов и сжала образовавшийся бугорок. От такого жеста Чонгук зарычал в поцелуй и в ответ потянул нижнюю губу Кима вниз, кусая ее. — Всегда хотел сделать это на кухне, — сказал, Тэ, развратно улыбаясь. Нет ничего прекраснее взаимной любви.

***

Мин уже четыре дня сидит в своей квартире. Все, что он делает, это смотрит в одну точку и думает. О Хосоке. О том, как он поступил с Юнги. О поцелуе. Он предал его. Он говорил о том, что будет его другом. Говорил, что всегда поддержит. А на деле оказался таким же, как и остальные. Злость. Снова и снова злость волной накатывает на Юнги. Он хочет еще раз ударить Чона. Еще и еще. А потом поцеловать… Приходит новая волна: Осознание. «Какого черта я ответил на тот поцелуй?» — набатом отдается в его голове. «Какого чёрта мне это понравилось?» Какого. Чёрта. А губы горят. А губы все помнят. И не хотят забывать. И не только губы. На шее расцвели яркие засосы, которые в ванной Мин с силой пытался оттереть. Хотел забыть. У Мина не укладывалось в мыслях, как ему мог понравиться поцелуй с парнем. Не мог. Конечно же, не мог. Ведь Юнги оттолкнул его, ударил его. Он сделал правильно. Он ненавидит ложь. Хосок лгал ему, он предал его. Предал… В голове вмиг вспыхнул образ пригвожденного к полу Хосока. Сколько боли было тогда в его глазах, сколько тоски и…любви? Нет. Быть не может. Все, чего он хотел, это трахнуть его прямо там, в студии. Юнги ненавидит его. Ненавидит его. Ненавидит. Холодно. Как же ему холодно. Внутри все замерзло. Все его естество тянется только к одному человеку. Человеку, подарившему ему тепло… Нет. Снова Юнги возводит стены вокруг себя. Снова «нет». Нужно сбежать. От Хосока. От себя. От всего. И Мин бежит.