Стань моей надеждой

Хосок подавлен. Хосок не улыбается. Хосок похож на призрака. У Хосока фиолетовый синяк расцвел на всю скулу. Он хочет забыться. Потому что, если он этого не сделает, умрет. Умрет от мыслей давящих на черепную коробку. Умрет от того, что мысли каждую секунду возвращают его в тот вечер. А губы горят. А губы все помнят. И не хотят забывать. Но Хосок и не хотел забывать. Несмотря на боль, которую вызывало это воспоминание, оно одновременно было самым лучшим его воспоминанием. Говорят, ради таких моментов стоит жить. Но он готов был умереть. Здесь и сейчас. Провалиться сквозь землю. Исчезнуть. Что угодно, только бы этот взгляд карих глаз перестал душить его. Взгляд ненавидящий. Так малодушно думать живому о смерти. Но что он мог? Как отмотать время назад? Как исправить ошибки? А было ли это ошибкой? «Нет» — ответило сознание. «Это было твое маленькое желание» — сказало оно. Да. Это было желание. То, что движет поступками людей, то, что заставляет их жить — желание. Вот только в том то и дело, что это было маленькое желание. А что заставляет людей умирать? Погибать? Ради чего? Что может быть ценнее жизни? Жизнь другого человека. Человека, которым ты дорожишь. Человека, ставшего твоим смыслом и надеждой. И Чон Хосок стремился обладать этой жизнью. Стремился завладеть Мин Юнги: его мыслями, его чувствами, его телом — всем. «Обоюдная зависимость». Вот, чего он хотел. Он хотел, чтобы Мин чувствовал то же, что и он. Но он не чувствовал. Хосок не был ему нужен. Не нужен… Вторая опустошенная бутылка вина лежала рядом с ним, расслабляя сознание, помогая забыться. Две недели без Мин Юнги. Две недели, как Хосок мертв. Тут он слышит, как кто-то долбит в его дверь ногой, с целью ее сломать, а потом и голос Чонгука, зовущий его.

***

Тэхен сдержал обещание. Он отмстил Вонхо. Тэ не пришел к нему и не начал махаться кулаками. Не хотелось марать руки. Был способ куда интереснее. Переманив его партнеров заманчивым предложением, он лишил его огромных денег. Узнав, в каком положении сейчас находится Вонхо, Ким понимал, что эти партнеры спасли бы змею от банкротства. Он был на мели. И всё это произошло опять-таки благодаря усилиям Тэхена: он снизил цену своего товара. И как следствие, повысился спрос. Такое обстоятельство сразу сделало наркотики Вонхо не конкурентоспособными. После этого он хотел уйти из этого бизнеса и заниматься лишь делами любимого клуба. Ведь теперь у него есть Чонгук, а значит ему ничего больше и не нужно. Они с Чонгуком были так счастливы, что были не в состоянии заметить случившегося со своими друзьями. Но вот однажды Гук решил позвонить своему брату. Тот не ответил. Он пробовал звонить множество раз, но через некоторое время его телефон был уже недоступен. Пробовали звонить и Хосоку. Но и тот не ответил. Тэхен даже ходил в его университет, но и там ничего нового не узнал. Оказывается, тот не появлялся на занятиях уже две недели. Вначале подумали, что они, скорее всего, вместе и не хотят, чтобы им мешали. Но с каждым днем напряжение начинало нарастать. Тогда Гук решил прийти к брату домой. У него был дубликат ключей от квартиры Юнги, так что проникнуть в пентхаус не составило труда. В квартире было чисто. Чонгук сразу запаниковал. Если бы здесь жил его брат, то везде валялся бы мусор, упаковки от еды, но… ничего не было. Гук перевернул всю квартиру вверх дном. И вдруг его взгляд был прикован маленьким листком бумаги на кухонном столе. Чонгук, я знаю, что ты будешь меня искать, но прошу, не делай этого. Я хочу побыть один. Не хочу никого видеть. Еще раз прошу тебя, не ищи. Юнги Чонгук смял листок в руке и начал метаться по комнате из угла в угол. «Где он может быть? Где он может быть? Где он может…» Вопрос перестает вертеться в голове, он ухватился за внезапно возникшую мысль, как за спасательный круг. «Хосок. Он должен знать».

***

Чонгук с Тэхеном стучатся в дверь квартиры Хосока. Ответа не следует. Чонгук не выдерживает и начинает долбить дверь ногой. Он не может понять, почему и Хосок, и Юнги, как сквозь землю провалились: не дозвониться, не достучаться. — Хосок, открой эту гребаную дверь, — орет Гук. — Я знаю, что ты дома. Через несколько секунд они слышат копошение за дверью, и она открывается. В нос обоим парням сразу ударяет запах алкоголя и грязного тела, и их взгляду предстает Хосок. Если, конечно, это можно было назвать Чон Хосоком. Под глазами парня пролегли огромные синие круги, взгляд мутный, а тело было похоже на обтянутые бледной кожей кости. — Что случилось? — не на шутку взволновался Тэхен, обхватив друга за плечи, потому что тот еле стоял на ногах. Он не находил в человеке напротив ничего от прежнего Хосока. — Я все сломал… своими руками все разрушил… — тихо прошептал Хо. Но Тэхен услышал, и общая картинка наконец начала складываться у него в голове. И она не радовала. Совсем не радовала. — Так, для начала зайдем в дом, не будем стоять на пороге, — сказал Тэ. Трое парней зашли в квартиру. Во всех комнатах окна были завешаны шторами, повсюду валялись бутылки от дешевого пива, грязная одежда. Тэхен знал Хо уже давно, но никогда не видел, чтобы тот вообще пил. Ощущение складывалось, будто с появлением Юнги его друг даже и не просыхал. Он не на шутку удивился, когда увидел его пьяного в клубе, а сейчас он просто не может поверить в то, что видит. Депрессия идет полным ходом. Знать бы ее причины. И меньше всего хочется, чтобы они были связаны с Мином. — Так, Гукки, отнеси его в ванну, ему нужен холодный душ. Пусть протрезвеет. А я приберусь в этом свинарнике. За короткое время Ким навел порядок в захламленной квартире, заказал еду и затолкал всю грязную одежду в стиральную машину. После холодного душа на Хосока уже можно было смотреть без слез. — Ну что, полегчало? — спросил Гук. Хосок кивнул. Видимо, сил не было даже на то, чтобы говорить. — Сколько ты уже не ел? — задал свой вопрос Тэ. — Последнюю неделю. В комнате вмиг стало холодно. Взглядом Тэхена можно было убивать. И убивать он собрался, похоже, Чона. — Ты. Смерти. Своей. Хочешь? — проговорил он, делая паузу после каждого слова и надвигаясь на Хо. И без того бледный Хосок стал еще белее. Тэхена лучше не злить, уже знал по своему опыту. От разъяренного Тэ даже Бог не спасет. Внезапно раздавшийся звонок в дверь остановил руку Кима, которая была близка к тому, чтобы сомкнуться на чужой шее смертоносными тисками. — А вот и пицца, — Чонгук радостно побежал к двери. Они дружно переместились в маленькую кухню. Тэхен заварил чай Хосоку, но последний сидел и не мог и кусочка взять в рот. — Не хочу. Я не могу. — Ты сейчас либо ешь сам, либо я тебе в этом помогаю. Я тебе еще не задал самого главного вопроса, ответ на который мы с Гуком хотим получить. Но сначала я бы хотел… — Где мой брат? — не выдержав, спросил Гук. Он так надеялся найти его здесь, но квартира Хосока стала последним местом, где он мог быть и где его не оказалось. — А что случилось с Юнги? — поднял на Гука встревоженные глаза Чон. — Он пропал, — тихо сказал Тэ. Кружка теплого чая, которая до этого была в руках Хо, выскользнула из его рук. Звук разбившейся посуды. Тишина. — Это я во всем виноват, — схватился за волосы Хосок как в припадке. — Пожалуйста, Хоби, скажи, что произошло между вами, — сказал Тэхен, который уже догадался. — Я его предал, — коротко отозвался парень. — В каком смысле? — Я поцеловал друга, которого я люблю. И снова наступила долгая и давящая тишина. Чонгук очнулся первым. — Ты любишь моего брата? — задал он самый банальный вопрос. — Да. Очень люблю. Молчание. — Знаешь, Юнги никогда не проявлял интереса к парням, сколько я его помню. У него были девушки. Много девушек. Но потом он стал жить, как отшельник в своей квартире. Он никуда не ходил кроме университета, ни с кем не общался, поэтому я был поражен, узнав, что у него появились друзья. И рад. Очень рад. Когда я увидел его в больнице, я сначала жутко перепугался. Но потом я увидел, что он не один. Ты был с ним тогда. Спасибо. Снова молчание. — Если бы Мин был девушкой, я бы тебя ударил. А сейчас я даже не знаю, Что мне следует сделать как брату. Но это чувства. Мы их не контролируем. Я верю твоей любви, именно поэтому не имею права вмешиваться. — Я тебе одно скажу. Рядом с тобой он другой. Ты не замечал? Рядом с тобой он всегда улыбается. По-настоящему улыбается. Он счастлив, это сразу видно. Поэтому он может испытывать к тебе все что угодно. Все что угодно кроме ненависти. Он дорожит тобой, — он посмотрел в блестящие от слез глаза Хо. — Дай ему время, и он все поймет. Сейчас тебе нужно лишь ждать. До этого Чонгук не мог найти себе места, хотел найти брата, но сейчас он понимает, почему брат убежал. От чего он бежал. И он вернется. Обязательно вернется к этому парню, глаза которого переполнены любовью к его брату. — Спасибо, — сказал Хо, утирая непрошенные слезы. Тэхен сам еле сдерживался, чтобы не заплакать. Потому что улыбка вновь засияла на лице его друга.

***

На календаре уже 21 октября. Хосок отсчитывает каждый день. Он искал Юнги, несмотря на все запреты со стороны Тэхена и Гука. Он искал, но не мог найти. Будто Мин сквозь землю провалился. Хосок каждую ночь просыпается в холодном поту. Каждую ночь он теряет Юнги. Сначала он видит то, как касается его губ своими, а потом Мин резко отталкивает его. Он видит чужие слезы. А затем Юнги исчезает, становиться все более прозрачным. Хосок пытается поймать его за руку, но проходит сквозь его тело, падая на землю. В конечном счете Юнги растворяется в воздухе. Хо кричит, зовет его, но ответа нет. Звенящая тишина, режущая уши. «Где же ты, Мин Юнги?»

***

На тихом кладбище никого нет. Мертвая тишина. Слышно лишь как шуршит обертка от букета белых роз, который несет парень в черном костюме с платиновыми волосами. Он останавливается у самой неприметной могилы. Холодный камень возвышается над землей, словно утверждая свою непоколебимость. На каменной плите истертая фотография пожилого улыбающегося человека. — Здравствуйте, дедушка. Давно мы с Вами не виделись. Я надеюсь, что Вы наконец обрели покой и воссоединились со своей семьей. Дедушка, я встретил человека, который полюбил меня. С ним на короткий миг я забыл о том, что вас больше нет рядом со мной. — Вы оставили меня одного! Вы даже не представляете, чего мне стоило прийти сюда! — Я много думал о том, что вашими последним словом, сказанным мне, было «Спасибо». И я не мог понять, за Что вы меня благодарите. Сейчас же я могу вам ответить. — Спасибо и Вам за вашу любовь и время, что вы мне подарили. Я буду хранить память о Вас, — сказал парень и поклонился могиле. — Теперь я наконец могу вас отпустить. Я наконец нашел человека, кому смогу подарить свою любовь. Я больше не буду убегать. Прощайте, дедушка Пак! Я буду вас навещать. Пошел дождь, очищая землю от грязи, освобождая от всего старого и ненужного.

***

Дождь барабанил по окну в комнате Хосока. Он сидел на подоконнике и смотрел, как две капли стекают вниз друг к другу по стеклу и превращаются в одну большую слезу. Хосок открыл окно. Небо затянуло серым покрывалом, на улице ходили люди под разноцветными зонтами, слышались звуки проезжавших машин. Хосок сидел и ждал. Короткий стук в дверь раздался в тишине.