Это твой выбор

Марк помог Рену дойти до машины и сесть в нее. Потом он сбегал за обувью Рена, прихватил кое-что из его одежды и не забыл о своих вещах. — Ты как? — спросил он. Рен полулежал на заднем сиденье и ничего не отвечал. Марк притормозил и проверил пульс Рена: — Живой. Вот черт! — он спохватился, что забыл таблетницу в столовой. Но Марк решил не рисковать, возвращаясь за ней. Он спешил убраться подальше, поэтому ехал на предельно допустимой скорости. — Мы приехали. — Марк потормошил Рена: — Просыпайся. Рена сильно растрясло во время поездки, он не мог пошевелиться от головной боли, к которой присоединилась боль в позвоночнике. Марк позвал своего приятеля, и они вдвоем вытащили Рена из машины. — Зря ты это затеял, — сказал приятель. — Я поискал информацию об этом чуваке. Он сын сенатора. — Ну и что? — окрысился Марк. — Не видишь, я ему жизнь спасаю. Не кричи. Приятель понимающе ухмыльнулся. Дом, в котором он снял квартиру, находился в районе Литтл-Вилладж. Марку не нравились толпы мексиканцев, но у него было мало денег, а полагаться на Рена Марк пока не мог. С помощью приятеля он довел Рена до квартиры, а затем уложил на кровать. — Спасибо, — сказал Марк, тяжело дыша. — Он тяжелый, я бы сам не справился. — Думать надо было не сейчас, а раньше. Где мои деньги? Я снял квартиру на чужое имя, не хочу быть со всем этим связанным. Марк собрал всю наличность, которую нашел в карманах и в рюкзаке. Но ее оказалось недостаточно, тогда он обратился к Рену: — Кайло, ты меня слышишь? Рен с трудом открыл глаза, но по плавающему взгляду Марк понял, что он его не видит. — Извини, нужны деньги. Друг заплатил из своего кармана, просит вернуть. — Бумажник, — выдавил из себя Рен, едва ворочая языком. — Вода. Марк взял бумажник и, пересчитав купюры, присвистнул. Он вернул приятелю долг и показал деньги: — Смотри, две тысячи. А знаешь, сколько на счету в банке? Почти миллион. Так как ты думаешь, стоит с ним возиться? — Смотри, не заиграйся, — в тон ему ответил приятель. — В общем, я сваливаю отсюда. — На, — Марк дал ему ключи от машины Рена, — отгони машину куда подальше. — Я же сказал, что не хочу связываться со всем этим! — Ш-ш-ш, — Марк замахал на него руками, — с ума сошел? Ладно, я сам все сделаю. Он подошел к Рену. — Кайло, я куплю продукты и одежду. Тебе что-то нужно прямо сейчас? — Пить. Марк принес чашку воды. — Нужно лекарство принять. — Он достал из своего рюкзака пакетики с таблетками. — Я забыл таблетницу в столовой, но это не страшно. Почти все лекарства у меня. — Марк чуть сдавил Рену челюсть, чтобы заставить открыть рот. Он убедился, что Рен проглотил таблетки. — Я вернусь через час, а то и раньше. Если понадобится в туалет, то сам найдешь? Рен молчал. Марк проверил, закрыты ли окна на задвижки, и ушел. Примерно через полчаса Рен зашевелился, приходя в сознание. Он пытался собрать себя воедино. Рен чувствовал: что-то изменилось, но не мог понять, что именно. Он слышал шум города, ощущал незнакомые запахи, но тело совершенно ему не подчинялось. Рен снова захотел пить и позвал Марка, забыв, что тот ушел. Не дождавшись ответа, он попробовал встать. К несчастью, Рен лежал на левом боку и не мог задействовать руку, чтобы опереться на кровать. Позади была стена. Рен схватился правой рукой за покрывало и рванул его на себя, в итоге оказавшись вниз лицом. Он еле успел повернуть голову, чтобы не уткнуться носом в кровать. После сражения с собственным телом Рен очутился на полу, при этом ударившись спиной и затылком. Зрение почти пропало, вдобавок глаза застилали слезы. Рен проклинал свою жизнь, свои прежние убеждения и привычки. Он ненавидел себя так остро, как никогда раньше. Но было слишком поздно для сожалений. Рен мог радоваться хотя бы тому, что в состоянии размышлять. «Хорошо, что Армитажа здесь нет. — Рен, хватаясь за кровать, сел. — Я бы не вынес его сочувствия». Он сумел встать на колени и из этого положения поднялся на ноги. Рену показалось, что его перевернули вниз головой и как следует встряхнули.

***

Марк отогнал машину на стоянку возле ближайшего торгового центра и оставил ее там. Затем он купил вещи для Рена и для себя, немного продуктов и бутылку дешевого бурбона. Марк проехал на автобусе несколько остановок, чтобы снять деньги с карточки Рена. К его сожалению, в бумажнике оказалась только одна карточка, и на счету Марк обнаружил всего лишь десять тысяч долларов. Если бы Марк не знал, что у Рена денег намного больше, он бы довольствовался этой суммой. План обобрать Рена возник спонтанно. Марк и раньше промышлял подобным. Ему было безразлично, с кем трахаться, поэтому он заводил романы с геями и выманивал деньги. Марку не нравилось, что такие источники денежных средств были ненадежными и быстро иссякали. Он жаждал обогащения, а заработная плата младшего медработника этому никак не способствовала. Рен казался обманчиво покладистым, Марк не знал, что покорность вызвана травмами и дозами анальгетиков. Он счел Рена легкой добычей и принялся втираться к нему в доверие. Марк брал сверхурочные, чтобы почти постоянно находиться рядом с Реном. Он исполнял все его желания и сумел завоевать то самое доверие, которое в будущем сулило денежный поток. Марк поздно спохватился, поняв, что Рен еще тот крепкий орешек. Находясь в полубессознательном состоянии, Рен умел вымотать нервы и довести до сердечного приступа. Он отказывался от процедур и лекарств, устраивал истерики и успешно имитировал припадки, которые Марк научился распознавать и предотвращать. Ближе к концу лечения Марк сумел убедить Рена, что стоит ускорить процесс выписки. Рену не хотелось торчать в больничной палате, и он охотно пошел на поводу у Марка. Правдами и неправдами он заставил врачей отпустить его, получив массу назначений и подписав кучу бумаг, в которых брал на себя ответственность за свою жизнь. Марк не учел, что Рен обладал недюжинным здоровьем и воистину непробиваемым упрямством. Ему приходилось тратить немало усилий, чтобы заставить Рена что-либо делать. Выяснив, что дом наполовину принадлежит Хаксу, Марк уговорил Рена выкупить эту половину. Ему пришлось дать Рену опиаты, чтобы заставить позвонить адвокату. Все висело на волоске, и Марк не верил в успех. Но Хакс подписал документ, Рен не стал упрямиться, Марк, казалось, мог успокоиться. Сейчас он стоял на перепутье. Бросать начатое не хотелось, но Марк сомневался в успехе предприятия.

***

Сенатор Органа-Соло позвонила Хаксу и потребовала приехать в дом Рена. Когда он прибыл, то увидел полицию, сенатора с секретарем, врачей Калонию и Эверета. Все это сборище стояло в прихожей, бурно обсуждая, куда мог подеваться Рен. — Армитаж! — Лея ринулась к нему с распростертыми объятиями. — Как я рада вас видеть! Он отшатнулся от нее, растерянно глядя на окружающих. — Что случилось? Что с Кайло? — Надеюсь, он жив. — Лея посмотрела на лестницу. — Но я не знаю, куда его увез этот человек. — Марк Фергус, — сказала доктор Калония. — Мне он не понравился, скользкий тип. Полицейский принес рецепты, которые Марк выбросил в мусорное ведро. — Ага, — доктор Эверет ознакомился с рецептами. — Сердечные гликозиды. Нитроглицерин. Не думаю, что он необходим мистеру Рену. Рецепты выписаны не на его имя, уверен, что Марк Фергус украл их еще в Сан-Диего. Состав преступления налицо, как говорится. А вот и снотворное, я так и думал. Отсюда спутанность сознания. Хакс немного успокоился, узнав, что Рен, скорее всего, жив. — Я не смог встретиться с Кайло. Марк сообщил, что он не хочет меня видеть. — Стандартная отговорка тех, кто препятствует встрече с больным, — вмешалась доктор Калония. — За свою практику я видела подобные случаи. Изоляция больных приводит к их полной беспомощности и вследствие этого — к тому, что ими можно легко управлять. Несмотря на трагизм ситуации, Хакс не удержался от замечания: — Поверьте, Кайло невозможно управлять. Этой функции в нем точно нет. Осуждающие взгляды ясно дали понять, что ему стоило воздержаться от подобных комментариев. — Беда в том, что Бен давно совершеннолетний. — Лея потерла переносицу. — Он может делать то, что сочтет нужным. — Послушайте, — снова вмешалась доктор Калония, — эти рецепты свидетельствуют о том, что Бену давали ненужные лекарства. Снотворное, зачем оно ему? Только для того, чтобы держать в полубессознательном состоянии. — Я об этом и говорил, — оскорбленно заявил доктор Эверет. — Вы меня что, не слушали? — Мы тут болтаем, а кто ищет Кайло? — Хакс набрал номер Рена, но бесстрастный голос сообщил, что «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Секретарь Леи, на которого Хакс впервые обратил внимание, сказал, что «с одного из счетов мистера Рена было снято девять тысяч долларов», и сообщил адрес банкомата. Воспользовавшись возникшей суетой, Хакс поднялся на второй этаж и увидел беспорядок в кабинете Рена и в спальне. Он определил, что Рен спал один, и немного успокоился, тут же выругав себя за эгоизм. «С Кайло делают непонятно что, а меня волнует, трахался ли он с кем-то!» Хакс взял смартфон Рена и включил его: Рен по-прежнему не использовал пароль. Отыскав номер Марка Фергуса, Хакс позвонил по нему. Марк ответил почти сразу: — Да, я слушаю. — Где Кайло? — спросил Хакс, стараясь не кричать. — Просто скажи, где он находится, и никто не будет тебя искать. Обещаю. Просто скажи, пожалуйста, скажи, куда ты его дел? Он слышал свой голос, дрожащий от беспокойства и страха. — Извини. — Марк выключил телефон. Хакс вышел из дома и сел на скамейку на веранде. — Мы его найдем. — Лея тоже вышла на веранду. — Обещаю. — Господи, я так виноват перед Кайло. — Хакс закрыл рот ладонью, подавляя крик боли. — Если бы не я, он был бы здесь. Зачем я уехал, ну зачем?! Лея обняла его, поглаживая по голове. — Простите, Армитаж, я была к вам несправедлива. Наговорила столько жестоких слов. Бен — сложный человек, но вы сумели найти к нему подход. Вы знаете его лучше, чем кто-либо. Вы ни в чем не виноваты. Я уверена, что Бен все равно бы попал в подобную ситуацию, он всегда играл на грани фола. Бесполезно переваливать вину друг на друга. Мы должны найти Бена. — Я позвонил Марку. — Хакс показал смартфон Рена. — Он ответил «извини». И я не знаю, что должен предпринять.

***

После звонка Хакса Марк осознал, что действительно заигрался. Идея заморочить голову Рену, закормить его лекарствами, заставить подчиняться и таким образом принудить отдать деньги теперь выглядела настоящим идиотизмом. Марк хотел сбежать, но вспомнил, что оставил в квартире свои вещи. Ему пришлось вернуться. Рен лежал на полу, безвольно раскинув руки. Марк не хотел его будить, но испугался, что Рен умер или впал в кому. — Кайло? — Он перевернул Рена на спину. — Ты как? Рен приоткрыл глаза и совершенно осмысленно уставился на Марка: — Нормально. — Да? — растерялся Марк. — Это хорошо. Я принес одежду и продукты. Давай я тебя подниму. Очутившись на кровати, Рен потребовал, чтобы Марк отвел его сначала в туалет, потом в ванную. Марку пришлось подчиниться. Затем он приготовил обед и накормил Рена. — Вот лекарства. — Марк дал ему двойную дозу снотворного. — Что-то еще нужно? — Не знаю. — Рен занялся тем, что принялся рассматривать ногти на пальцах здоровой руки. Марк убрал в кухне, вымыл посуду и, заглянув в комнату, увидел, что Рен крепко спит. Воспользовавшись этим, Марк протер все поверхности в квартире, уничтожая свои отпечатки пальцев. Он слабо верил в то, что это поможет спастись от преследования, но уборка действовала на него, как успокоительное. Марк раздумывал, как бы затеряться в стране. По всему выходило, что он зашел в тупик, переоценив свои возможности. Кайло Рен оказался не очередным геем, которого можно было раскрутить на деньги и бросить. Этот человек тянул за собой целый шлейф неприятных последствий. Марк сел на первый попавшийся рейсовый автобус и покинул Чикаго.

***

Рен проснулся и, как обычно в последние дни, потратил много времени, чтобы понять, кто он и где находится. Он позвал Марка, никто не ответил. Рен приложил все усилия, чтобы встать. Он различал свет и слабые очертания предметов. Рен выставил вперед руку и сумел добраться до двери комнаты. Он прислушивался к звукам и определил, что в основном это был шум машин, доносящийся с улицы. Рен нашел туалет, ванную и кухню. К тому времени зрение улучшилось, и Рен смог приготовить бутерброд и кофе, почти ничего не разлив и не рассыпав. После еды Рен ощутил прилив сил и отправился исследовать квартиру. Он определил, что это довольно дешевое жилье. Рен снисходительно ухмыльнулся, но вспомнил, что отдал бумажник Марку. Это его более чем обеспокоило. Рен поискал телефон в квартире, но так и не нашел. Входную дверь он не смог открыть, шуметь не хотелось. Рен прошел в спальню и сел на кровать. Самочувствие улучшалось наравне со зрением. Рен терпеливо ждал возвращения Марка, но время шло, а никто не приходил. Рен снова поел, потом немного поспал. Его беспокоила головная боль, но в гораздо меньшей степени, сердце не болело, спина не тревожила. Приободрившись, Рен открыл окно в спальне. К своей радости, он смог рассмотреть силуэты людей и машин. Ясность мышления восстанавливалась одновременно с ясностью зрения. Рен улегся на кровать, наслаждаясь тем, что видит комнату. Он еще не мог разглядеть всех подробностей, но это было не важно. «Попрошу Армитажа вернуться. — Рен улыбался своим мыслям. — Сначала компенсирую Марку все расходы. Я смогу доказать Армитажу, что люблю его как и раньше. Теперь я не беспомощный калека, и он не будет возиться со мной. Никакой опеки, я сумею позаботиться о себе». Убаюканный этими радужными перспективами, Рен задремал.