The dark of you

С тех пор они каким-то образом сталкивались все чаще, и Влад больше не бегал от Славы, как от огня. Однако, несмотря на инцидент, который едва не лишил парня жизни, его прикид не стал скромнее. «Мужчина мечты» его матери нашел лишние деньги, и пацан довольно быстро разжился длинным черным балахоном, который носил почти всегда пряча лицо под глубоким капюшоном. Чаще всего они со Славой встречались в магазине возле дома, куда Влад частенько бегал за энергетиками. Светловолосый гопник обычно покупал себе пару банок с пивом и минут пять после этого расшаркивался в любезностях с продавщицей. И хотя Слава обычно здоровался первым, Влад, как ни странно, больше не отмалчивался, кивая головой в ответ. С некоторых пор их связывало стечение обстоятельств: Влад про себя называл случившееся маленькой тайной. Он часто вспоминал, что увидел в тот вечер на экране Славиного ноутбука. Эта мысль не давала ему покоя и порой была причиной очередной бессонной ночи. После драки Слава выручил его вторично, промолчав, когда мать попыталась разузнать, что случилось. Даже смягчил наказание, рассказав, что ребята всего лишь поколотили друг друга в дружеском спарринге. Было смешно думать, что Влад мог с кем-то драться по-дружески, но его мать принимала любую ложь за чистую монету. Ей, наверное, не хотелось слышать, что сын кому-то доставляет проблем. В этот раз, толкнув дверь магазина, Влад заметил Славу со спины, стоящим возле прилавка. Он услышал обрывок фразы о водке. Судя по всему, у компании намечалась шумная попойка… Пацан подошел сзади, совсем близко к Славе, который ждал, глядя на то, как продавщица роется под кассой в поисках нужного количества бутылок. — Привет, — тихо начал Влад, и Слава вздрогнул от неожиданности. — А? — он обернулся, и пацан тут же смахнул челку, наползающую на один глаз. — О, это ты… привет. Кажется, его мысли были заняты чем-то другим. Владу вдруг стало досадно, что он даже не может спросить, что видел в тот вечер. Стеснению было много причин. Самая большая из них — сам Слава. Влад ненавидел себя за то, каким растяпой становится рядом с этим парнем… теперь же особенно. Разве ему может нравиться ТАКОЕ? Влад, кажется, сам себе плешь проел, мучаясь поиском ответа на этот вопрос. — Ты здесь? — Слава щелкнул пальцами прямо у него перед лицом. — Не спи, а то замерзнешь! — он легко, искренне рассмеялся. Вслед за ним залилась смехом полноватая, ярко-накрашенная продавщица. Её странное клокотание, переходящее в отдышку, взбесило Влада донельзя. Захотелось сказать что-то… неприятное. Обжечь так, чтобы Слава увидел… — Веселая ночка? — вместо так и не созревшей колкости, Влад кивнул в сторону пакета, который парень удерживал в руках. — Есть такое, — он двинул было к выходу. — Ты в компании или снова наедине с ноутбуком? — эта фраза сорвалась с губ неожиданно, сам Влад, произнеся её, тут же осёкся и закусил губу. — Брать что-то будешь? — секундную паузу нарушила продавщица. Слава не ответил, тем не менее, хлопнув дверью громче обычного. У Влада от этих действий неприятно засосало под ложечкой, однако, он все же повернулся к женщине, спросив банку с энергетическим напитком. А затем, недолго думая, положил на прилавок пару сотен. — И банку вот этого коктейля. Продавщица неодобрительно покачала головой, но деньги взяла. Таким образом в их маленьком городке делали часто, и Влад не был последним школьником среди тех, кто употреблял спиртные напитки различной степени крепости. Он сунул свои покупки в рюкзак и неспешно вышел в знойные вечерние сумерки. Оглянувшись, не увидел Славу и загрустил. Ему казалось, парень отреагирует на его слова хоть как-нибудь. Может подождет для очередного нравоучительного разговора? Адреналин схлынул, осталось лишь послевкусие. Разочарование и какая-то идиотская, все еще неугасаемая надежда. В конце концов, разве могут такие, как Слава смотреть подобные видео просто так? Влад побродил по родному району и вскоре обнаружил себя на детской площадке. Он по привычке взобрался на лесенку, ведущую на конструкцию, когда-то символизирующую детский пиратский корабль. Теперь это стало грудой покореженного металлолома, или излюбленным местом для тех, кто хотел потрахаться, но кому было негде. В капитанской рубке часто валялись использованные презервативы, а изредка даже шприцы. Влад уселся на железные перила, открыл банку с коктейлем, понюхал ее, сморщив нос, и отпил несколько глотков. Дрянной напиток обжег горло, из наушников вовремя заиграла одна из любимейших песен. Он был один, сколько себя помнил. И ничуть не страдал от собственного одиночества до последнего момента, находя кайф в том, чтобы вот так слоняться по улицам родного города без особой цели. Теперь же его мысли чуть ли не большую часть времени были заняты светловолосым любителем спортивных костюмов с небезызвестными тремя полосками. Влад много фантазировал. Особенно о том, в чем не смог бы признаться даже самому себе. Он обладал поистине неисчерпаемыми запасами воображения, в которых частенько находил утешение, когда другие мысли приносили разочарование. В этот раз, однако, вышло иначе. Он не помнил, как долго просидел на площадке и не сразу разглядел приближающуюся в темноте знакомую фигуру. Влад опомнился, когда Слава уже забирался по лесенке прямиком к нему. Алкоголь ударил в голову: задумавшемуся парню вдруг показалось, что его разум сыграл с ним злую шутку. Слишком нереальным казалось происходящее. — Что ты тут делаешь? — еле ворочая языком спросил он. — Тебя ищу, мелкий, — голос Славы звучал твердо, но некоторая неловкость движений все же выдавала. Он был пьян. — Зачем? — Влад ощутил отчетливый запах спирта. — Ты время видел? Вопрос поставил в тупик. Парень подумал, что не помнит, когда последний раз смотрел на экран мобильника. Тот, вроде бы разрядился? Хорошо, что он не забывал зарядить плеер… иначе было бы совсем грустно. — Эй! Я тебя спрашиваю, — Слава вдруг толкнул его. Несильно, но довольно ощутимо, потому что в следующий момент, потерявшего равновесие Влада пришлось ловить за шиворот. — Да что ты доебался до меня?! — агрессия проснулась вовремя. Парень оттолкнул от себя Славины ладони и слез с перил. — Не видел я время! Поебать мне на твое время, пидор! От последнего слова лицо Славы исказило жуткое подобие какой-то немыслимой судороги. Он сделал шаг, больно вцепляясь Владу в плечо. — Как ты меня назвал?! — рявкнул прямо в ухо. Парню показалось, что задрожали барабанные перепонки. — Как слышал! — азарт взял верх над здравомыслием, Владу стало всё равно, что будет дальше. — Повтори! — дыхание обжигало кожу. Слава отчего-то не смотрел ему в глаза, стоя хоть и близко, но как-то полу боком. От его слов по шее бежали мурашки. — Пидорас, — выплюнул он в ответ. — Пьяный… Слава так неожиданно отшвырнул его в сторону, что Влад споткнулся на ступеньках и кубарем скатился вниз, больно ударившись об какую-то железяку. — Ай блять! — прошипел он, поднимаясь с земли и потирая ушибленную конечность. Затем, подняв голову вверх, показал светловолосому гопнику средний палец. Тот никак не отреагировал. Взобравшись на место Влада, он прикурил и сделал одну за другой несколько крупных затяжек. — Нервничаешь? — наглость Влада, помноженная на выпитый коктейль, брала верх над его благоразумием. — Пошел на хуй, мелкий, — тихо ответил тот. — Услышу, что ты про меня кому-то болтаешь, мама не спасет, так отделаю. — Отделаешь? — Влад все еще не поднимался с земли. Лежать на траве перед Славой в такой недвусмысленной позе наводило на определенные мысли, которые так и просились на язык. — А ты умеешь? Слава же юмора не оценил, даже не посмотрев в его сторону. — Ну и катись, — буркнул Влад, неловко поднимаясь и отряхиваясь от песка. — Иди домой, — также спокойно ответил Слава. — Не боишься, что меня прибьют по дороге? — Влад закинул лямки рюкзака на плечи. — Разве что отделают. Парень поджал губы и развернулся, чтобы уйти. Однако в этот раз он выключил плеер и прислушивался ко всему, что происходило вокруг. Не потому что было страшно: он был уверен, что Слава последует за ним и оказался прав. Светловолосый гопник тащился позади, чуть ссутулившись и засунув руки в карманы олимпийки. — Провожаешь? — Влад сказал это тихонько, себе под нос, замечая, что губы против воли растягиваются в улыбке. Глупая, неугасаемая надежда разгоралась ярким пламенем.