Сосуществование

- Ты требуешь слишком много, - нахмурился Роше, буравя взглядом эльфа, откинувшегося на стуле с обманчивой беспечностью, как всегда, скрестив на груди руки. В зале для совещаний Йорвету всегда было особенно неуютно, но именно здесь и ему, и бывшему капитану Синих Полосок порой приходилось проводить целые дни. И эльф заставлял себя мириться с этим. Бывший командир бригады «Врихедд» был далеко не лучшим кандидатом на роль связующего звена между людьми и эльфами. Но его собственная репутация и усилия Роше сделали его единственно возможной личностью для этой роли в новой Темерии. Лишь он мог заставить слушать себя даже самых отчаянных «белок». И лишь его люди боялись настолько, чтобы поверить, что с ним лучше договориться. Но что касается вопросов мирного сосуществования… Эльф ничерта не понимал в этом. Идеалы – это одно, но та же экономика всего этого вопроса его просто раздражала. А сталкиваться приходилось и с этим. Йорвету удавалось балансировать между интересами эльфов и границами позволяемой ему наглости лишь с огромным трудом. И, надо признать, с помощью Роше. Вернон каждый вопрос обсуждал с ним заранее, наедине, чтобы найти реальное и конструктивное решение. Это выматывало, и темерец знал, что гордый Seidhe никогда не скажет ему «спасибо». Но это было необходимо, и оба они это понимали. – В налогах и в учете населения должен быть порядок! «Селиться, где пожелают» означало существующие населенные пункты! - Вы, люди, сильно переоцениваете порядок, - раздраженно фыркнул эльф. – Когда же ты привыкнешь. Эльфы не сражаются строем, не живут строем… - И даже не спят по-человечески, судя по тому, как ты вертишься по ночам! – перебил его Вернон. Он начинал ненавидеть эту фразу. Потому что Йорвет произносил ее достаточно часто. Эльфы не сражаются строем. Нынешний отряд Йорвета был прекрасно организован, но в нем не существовало человеческих условностей – особых форм обращения к командиру, построения, званий… Aen Seidhe обходились без этого. Роше подмечал, что эльфы знают сильные и слабые места друг друга, что обучены реагировать по ситуации, а не исполнять заученные роли, что они безукоризненно следуют приказам Йорвета, хотя некоторые могут возразить вслух (да уж, одноглазому эльфу нравилось набирать в отряд бойцов не робкого десятка), и в целом картина казалась простой и понятной. Но порой Роше все равно хотелось воскликнуть «Как, черт возьми, это работает?!», когда на тренировке эльфы Йорвета, будто в старые времена, разрушали его продуманную тактику, почти не сговариваясь. Но ладно. Подобные отряды можно было перевести в статус «специальных» и использовать их тогда, когда они действительно имеют преимущество. К тому же, часть таких отрядов не были уже чисто эльфскими – попадались и люди, и краснолюды, которым такой порядок был больше по душе. Но оказалось, что эльфы и не живут «строем», как выражался Йорвет. Они могут поселиться не там, где село обнесено забором, а там, где будет удобнее им. Чем именно им удобнее бывает где-нибудь посреди леса, Вернон не понимал совершенно. К тому же, этот подход скорее разделял, чем объединял народы. Не говоря уже о чисто практическом интересе – каким образом собирать налоги с эльфского поселения, расположенного черт знает где, или с ремесленника, меняющего сферу деятельности вслед за собственным вдохновением? К самому Йорвету все это относилось в не меньшей степени. Бывший скоя’таэль, казалось, органически не переносил порядок, приводя все вокруг себя в состояние «как придется» и непостижимым образом умудряясь при этом ориентироваться в том, что получалось. Роше же, долгой службой приученный к тому, что каждая вещь имеет свое место, ругался, на чем свет стоит. Чем вызывал у Йорвета целый спектр малоприятных реакций от ядовитой усмешки до бешенства, в зависимости от непредсказуемого настроения «белки». Эльф даже не собирался хотя бы сапоги ставить вместе. Хотя бы чужие! - Как же меня это достало… - выдохнул темерец. - Спать со мной или мой народ? – с непроницаемым выражением на лице поинтересовался Йорвет. Напряженное, кажущееся спокойствие… эльфскую гордость задевало то, что его человек пытается сдаться. - То, что тебе проще жить с главоглазом, чем с людьми, - невесело усмехнулся Роше, припоминая рассказ об убежище эльфа во Флотзамском лесу. – И то, что среди твоего гордого народа таких немало. - По крайней мере, главоглаз не пытается мне указывать, - хмыкнул в ответ бывший скоя’таэль. – Он не мешает мне жить так, как естественно для меня, я же признаю, что для него естественно меня съесть, если он голоден. Все просто. Мы не мешаем мировоззрению друг друга. «Упрямец, - фыркнул про себя Вернон. – Который использует мою иронию для иносказаний». - Ладно… Можно пойти на уступки насчет поселений «где угодно», - хмыкнул темерец. – Пусть эльфы и другие жители таких поселений сами собирают налог и передают его в условленные места, если уж местность будет непроезжая. На это ты и королеву, и ее совет сможешь уговорить – хоть и повозиться надо, но это решаемо. Но в целом, и особенно в городах, законы должны стоять выше переменчивой эльфской натуры. Чтобы главоглаз тебя не съел, он должен быть сытым, Йорвет, - Роше ухмыльнулся. - Или я должен не попадаться ему, - насмешливо фыркнул непокорный эльф. Он опять не сказал «спасибо». Но подумал, что надо все же найти для человека тот кинжал, который они потеряли вчера вечером… Точнее, Вернон потерял. А скоя’таэль ориентировался в местах и посложнее, чем спальня Роше.