Ты всё равно останешься один

            – Юнги, ты идиот? – Сокджин отвесил парню лёгкий подзатыльник на правах самого старшего.       – Я что, соврал? – спросил Мин, слегка потирая затылок и отложив пиццу на место.       – Не отвечай вопросом на вопрос! Зачем ты оскорбил Чимина? – Ким был зол на друга, и, кажется, не только он один.       – Хён, Чимин темноты боится, он ведь заночует под ближайшем фонарём, не решаясь выйти за пределы освещенной области, – тем же тоном, что и Джин, произнёс Тэ, резко вскочив с места. – И всё из-за тебя! – резко добавил сероволосый, схватив свою спортивную куртку и начав судорожно её натягивать, пока друг далеко не ушёл.       – Я слышал, в этом районе уровень преступности повысился... А вдруг с хёном что-то случится? – взволнованно пробормотал макнэ, взглянув на своего парня. Намджун и Джин тем временем продолжали сверлить взглядом Шугу. Только эти двое, будучи негласными лидерами их компании, могли как-то повлиять на ребят.       – Юнги, – протяжно и сквозь зубы произнёс старший Ким, борясь с желанием разбить самую большую бутылку в комнате об его голову. Парень возможно бы и выдержал это давление, старательно игнорируя его и сосредоточив своё внимание на поглощении пиццы, но неожиданно почувствовал лёгкое касание на своём плече.       – Хён, там, правда, опасно, – жалобно протянул Хосок, заглядывая другу в глаза.       Вот это уже было выше его сил, и он, ударив руками по столу, резко встал с дивана. Усадив Тэхёна на место, схватил свою куртку и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Как бы и за неё не пришлось в итоге платить.       Пройдя длинный коридор, он, не успев оказаться в главном зале, увидел выделяющуюся на общем фоне голову Пака, выходящего из здания. Сегодня кафе, как назло, было переполнено. Пройти, не касаясь противных людей, было крайне сложно на первый взгляд, но Юнги легко справился с этой задачей, аккуратно миновав общий зал, двигаясь вдоль стены, в отличие от неуклюжих официантов, спешащих к столикам сквозь толпу.       – Спасибо большое за посещ… – на автомате начала девушка на ресепшене, но парень пронёсся мимо неё и не слышал окончание фразы, выскочив из кафе гораздо раньше. На улице, действительно, почти не было фонарей, а откуда-то из глубины квартала доносился звук сирены полицейской машины. Чимина нигде не было видно.       Ещё пару раз оглядевшись, Юнги решил, что Пак пошёл искать освещённое место, вроде лавочки в сквере. Насколько он помнил, недалеко находился парк, в его сторону он и направился в обход кафе. Между зданием караоке и другим, стоящим позади него, был довольно узких проход, уже спустя десяток шагов парень отчётливо услышал в нескольких метрах от себя чьи-то голоса и… стоны?       «Неужели у кого-то хватило ума прямо тут оргию устроить…» – подумал про себя Мин и брезгливо поморщился, но не сбавил ходу. Вскоре он увидел впереди нескольких парней. Один из них был одет в подозрительно знакомый комбинезон…       Удар.       И человек падает на колени, в полумраке переулка светлым пятном мелькают блондинистые волосы. И тут до Юнги наконец доходит, кого это там собрались избивать.       – Ебать, вы чё творите!? – выкрикнул он и сорвался на бег. Растолкав замешкавшихся от неожиданности парней, голубоволосый схватил младшего за плечо и, рывком поставив на ноги, потянул за собой.       – Шевелись, гном! – рыкнул Шуга на едва поспевавшего за ним Чимина.       Хулиганы быстро опомнились и ринулись за «жертвой» и свидетелем. Физическая форма у них явно была лучше, и они нагоняли. Юнги немного пропустил Пака вперёд и стал толкать его в спину, стараясь задать нужный темп. Миновав пару домов, чудом не споткнувшись в царившей вокруг темноте, они вдруг выскочили на освещенное место. Сегодня удача была явно на их стороне, возможно, им повезло даже больше, чем могло когда-то какой-нибудь жертве: парни врезались прямо в двух полицейских, которые сейчас просто стояли в нескольких шагах от патрульной машины, пили кофе и разговаривали.       – П-преступники! – запнувшись, выкрикнул Юн, указывая в сторону проулка, откуда через секунду выбежали хулиганы.       В итоге парней увели, а Мин, быстро сориентировавшись, повёл еле переставляющего ноги Чимина обратно в кафе. Когда они вновь вошли туда, тот уже буквально висел на нём, обхватив за шею одной рукой, а другой держась за голову. Когда они вернулись в караоке, Шуга, попросив у девушки на ресепшене чего-нибудь холодного, усадил младшего за ближайший свободный столик. Вскоре официант принес пакетик со льдом.       – Руки убери, идиот, куда мне лёд класть? – скомандовал старший, резко дёрнув Пака за руку, которой тот держался за голову. Осторожно раздвинув волосы на макушке парня, Юн убедился в его поразительной «удачливости»: удар был хоть и несильный, но бита рассекла кожу. Он только цыкнул, рассматривая тонкую корочку запёкшейся крови, и, осторожно приложив лёд рядом с раной, молча вернул руку Чимина на место – пусть сам держит.       – Айщ, ну ты и идиот! – принялся ворчать Мин и заходил из стороны в сторону. – Я, значит, извиняться перед ним иду, а он в это время по тёмным переулкам с маньяками шляется... – Он старался не смотреть на младшего, скользя взглядом по скучному интерьеру кафе. – Ты… ты… ты долбаёб, Чимин! – всё-таки выпалил парень, хоть и не знал, слушает ли его Пак или он говорит в пустоту.       Но Чимин слушал.       «Он назвал меня по имени?» – пронеслось в голове у блондина. На его лице, всего лишь на мгновение, появилась и сразу же исчезла счастливая улыбка. Он понимал, что будет выглядеть глупо, что это совсем не тот случай, чтобы говорить такое, но все же еле слышно произнёс:       – Хён, тебе, правда, идёт новый цвет волос…       – Серьёзно?! Ты это хочешь мне сейчас сказать?! – возмутился Мин, всплеснув руками. Увидев лёгкий ответный кивок, он тут же смачно припечатал ладонь ко лбу. – Всё-таки хорошо тебе по башке зарядили, может, стоит поехать в больницу? – пробормотал Юн и спустя секунду скомандовал: – Сиди здесь!       Через пару минут он вернулся в главный зал с остальной компанией. Зачем вести Чимина в их комнату, когда можно оставаться тут и мешать другим посетителям? Тэхён сразу разнылся, принялся обнимать друга и перечислять все отрицательные сценарии, которые только успел придумать за это время, перемежая их с причитаниями о том, какой он дурак, что отпустил его одного.       – Чимин-а, тебя надо как минимум домой отвезти! – проговорил Ким, схватив блондина за лицо и осматривая пару мелких ссадин, которые в его глазах выглядели глубокими порезами.       – Тэхён, я могу позвонить родителям, и они его подвезут, – вмешался макнэ, достав телефон из кармана трико.       – Но ведь тогда и тебя увезут, – с грустью произнёс сероволосый, переведя полные слёз глаза на Чонгука.       – Всё в порядке, Тэ, не надо никому звонить, я и сам в состоянии дойти до дома, – предпринял Чимин совершенно глупую попытку сопротивления, отводя взгляд.       – Ты совсем поехал? – тут же взвился Ким, слегка тряхнув его за плечи и пытаясь посмотреть ему в глаза.       В этот момент к Юнги подошёл Хосок и попытался изобразить на лице ободряющую улыбку.       – Хён, а мы победили в караоке, – прошептал Чон. Юн скосил на него задумчивый взгляд. Вдруг что-то решив для себя, он достал телефон и начал быстро просматривать сообщения в поисках очередного ночного бреда Тэхёна.       – Извини, Хосок, я потом тебе отплачу, – тихо сказал Мин и быстро скрылся из виду. Он нашёл то, что искал – фотографию пиццы, которую Тэ сделал дома у Пака, с подписью, что это его любимая.       Перехватив первого попавшегося официанта, он сунул ему телефон под нос и попросил принести точно такую же пиццу как на фото. Очень настойчиво попросил, игнорируя попытки ссылаться на невозможность выполнения заказа по какой-то там фотографии. В итоге насупившийся официант был вынужден согласиться на его просьбу. Вернувшись к ребятам, которые что-то бурно обсуждали, Юнги думал, как сообщить о сумме их с Хоби выигрыша.       – Кхм, – громко кашлянув в кулак, он привлек к себе всеобщее внимание. – По поводу пиццы. С вас сорок две тысячи семьсот пятьдесят три воны. – Серьёзно произнёс Шуга и демонстративно помахал чеком перед застывшими лицами ребят. Конечно, по правилам ограничения цены не было, но в этот раз она была непомерно высокой.       – Нихуя себе… Мин Юнги, если в этой пицце не будет золота или алмазов, я брошу тебя в шахту их добывать, – пригрозил Намджун, доставая из кармана бумажник. Так как большинство оставило свои вещи в комнате, им пришлось возвращаться туда и рыться в рюкзаках в поисках денег. Суперматематик Чон Чонгук профессионально рассчитал на калькуляторе, кто и сколько должен денег, а Мин, быстро приняв купюры, поспешил смыться из комнаты, пока в него не кинули чем-нибудь тяжёлым.       Вернулся он минут через двадцать, неся на вытянутых руках огромную коробку, и мгновенно разнёсшийся по комнате запах заставил всех заткнуться, а Чимина оторвать влюблённый взгляд от пола.       – Чё пялитесь? Обсуждайте дальше чё обсуждали, – немного возмущенно произнёс голубоволосый и поставив коробку на стол.       – Чимин-а, ты не обязан сидеть здесь с больной головой. Хватит вредничать, давай я отведу тебя домой, – твёрдо произнёс Ким, видимо, уже не в первый раз, и, подорвавшись с места, схватил свою куртку.       – Тэ, вам ведь нет девятнадцати, если попадётесь – уведут в участок, – серьёзно сказал Джун, глядя на младших. – В этом районе не только преступников полно, но и полицейских, вам хотя бы нужно взять с собой того, кому уже есть девятнадцать. По логике вещей этим кем-то должен был стать Сокджин, но все, не сговариваясь, повернулись к Юнги. Тот как всегда зависал в телефоне и пропустил всё мимо ушей. Осознав, что в комнате стало тихо, он поднял голову и заметил обращённые в его сторону взгляды.       – Чё? Почему вы так на меня смотрите? – с подозрением произнёс он, хотя уже понял, что попал.

***

      Сегодня он явно переборщил с благотворительностью и добротой. На него единогласно повесили вину за случившееся с Чимином и заставили тащиться с мелкими в качестве провожатого. Ещё и коробку с пиццей пришлось забрать. Всю дорогу Тэхён тащил Пака на спине, так как тот метался от состояния «щас упаду, держите меня шестеро» до «не, показалось, я бодрый огурец». За день, естественно, ничего не изменилось, и блондин был всё ещё слишком тяжёлым для Кима.       Остановившись, он в очередной раз попытался подтянуть повыше постоянно сползавшего друга.       – Тэ, если тебе тяжело, я слезу. Всё в порядке, я смогу идти сам, – вяло пробормотал Чимин и попытался насильно опустить ноги к земле, но его желания не совпадали с желаниями Тэхёна, и, пару секунд поборовшись, они оба чуть не упали.       – Да вы долбаёбы что ли… – недовольно протянул Мин, остановившись и обернувшись на странные звуки и стоны боли. Пак сидел на земле напротив своего друга, который стоял, схватившись за поясницу. – О, да мне можно было и не идти с вами – выглядишь как старикан, меньше шестидесяти не дашь.       – Я не виноват, – заныл сероволосый, пытаясь выпрямиться. – Чима такой тяжёлый! Ким осторожно прогнулся назад, разминая многострадальную поясницу, и наконец-то выпрямился. Присев напротив друга, он помог ему встать. Лёгкое сотрясение, алкоголь – Чимина заметно пошатывало, он еле стоял на ногах. Перекинув его руку через плечо, Тэ попытался вести его, но такой вариант оказался ещё хуже. Уже через пять метров гравитация начала одерживать верх, и Ким снова чуть не уронил друга. После подобного побоишься давать ему в руки детей.       – Это выглядит жалко, – тихо произнес Юн, остановившись у столба и наблюдая за неугомонным Тэхёном. – Вы скоро там? Я как бы домой хочу! – крикнул голубоволосый, но тут же поймал на себе разъярённый взгляд Тэ. Закатив глаза, он подошёл к парням, и, впихнув Киму коробку с пиццей и свой рюкзак, встал спиной к Чимину, слегка согнув ноги в коленях.       Уже в который раз Мин заставил его забыть, как дышать, и парень вдруг подумал, что стоит почаще выпивать в их компании, ведь ничего, кроме алкоголя, не могло так повлиять на Юнги. Медлил он долго, но всё-таки осторожно залез на спину старшего и крепко ухватил его за плечи. Однако как только тот начал идти, блондин, чуть не упав назад, резко обвил его шею руками и щекой прижался к спине.       – О-о-о, Чимин-а, ты выглядишь как маленький котёнок, – ласково протянул Тэхён, который шёл рядом и на всякий случай следил за другом.       – Я этого котёнка кину в коробке на проезжей части, если он сейчас же не перестанет так жаться ко мне, – процедил голубоволосый, слегка подкинув Пака вверх, так как тот и правда сильно сползал, хотя и не казался ему тяжёлым.       – Ой, извини, хён, – протараторил блондин, приподняв голову, чтобы она не касалась старшего. В итоге он не выдержал и через десять минут просто-напросто уснул, тихо посапывая Юнги в шею.       – Почему именно я… – нервно выдохнув, Шуга уже в который раз постарался опустить голову так, чтобы этот ребёнок перестал дышать ему в затылок.       – Разбудишь его, и я прикончу тебя прямо здесь вот этой коробкой, – угрожающе прошептал Тэ, продолжая тащиться сзади и следить за своим «котёнком».

***

      До дома они дошли за час с лишним, и, естественно, Юнги нёс Чимина большую часть пути. Подойдя к дому Пака, Тэхён быстро нашёл ключи, открыл дверь и пригласил Мина внутрь.       – Его комната на втором этаже, прямо по коридору и направо. Только не споткнись об кучу одежды. Утром мы её не убрали, и потом, я уверен, он тоже не стал её разбирать, – объяснил сероволосый, закрывая дверь и проходя в гостиную. В последний раз подкинув тушку на спине, Юн медленно прошёл по указанному пути. Слегка толкнув дверь ногой, он одной рукой включил свет.       Комната, конечно, совсем не соответствовала его ожиданиям, но не ему тут жить. Обойдя бардак и небольшой комод, парень аккуратно присел на кровать, отцепляя от себя Пака. Быстро повернувшись, он придержал его за плечи, чтобы тот не упал и тем более не проснулся.        «К чему такой трепет…?» – вдруг подумал Мин, вглядываясь в лицо младшего, и уже через секунду резко отпустил, позволяя его тушке упасть на кровать, из-за чего тот начал двигаться, морщить нос и тихо стонать. Не намереваясь и дальше наблюдать эту картину, Юн поспешно покинул комнату. Закрывая дверь, он услышал странные звуки с улицы. Спустившись вниз по лестнице и пройдя вдоль коридора, он вновь оказался в прихожей. На кухне стоял Тэхён и что-то мутил у плиты. Подойдя к окну в гостиной, парень вздрогнул от неожиданности, когда ночное небо рассекла, ярко вспыхнув, молния. Громыхнуло. На улице шёл дождь. Грозу Шуга не любил. До такой степени, что в детстве прятался в подвал.       – О, хён, ты ещё не ушёл? Иди сюда, – позвал с кухни Тэхён, ставя на стол сковороду с омлетом. – Я тут перекусить решил перед сном, ты будешь? – спросил Ким, доставая пару тарелок. Получив в ответ лёгкий кивок, он сразу же наложил старшему и себе еды, а после радостный уселся в позу лотоса за стол.       – Ты будешь ночевать здесь? – спросил Мин, взяв вилку и начав ковырять в тарелке.       – Да, у меня тут даже комната своя была. Но потом я привык спать с Чимином, он тёплый и обожает закидывать на меня все свои конечности. Зимой, конечно, греет, но вот летом хочется выкинуть его в окно со своими объятиями, – с улыбкой ответил сероволосый, продолжая уплетать свой шедевр. Юн ответил тихое «понятно» и наконец-то решил попробовать приготовленное. На удивление, оказалось съедобно и даже вкусно. От трапезы его оторвал телефон, оповестивший о новом сообщении.       От кого: Хосок.       «Хён, на улице гроза, ты там как?!»       От кого: Хён ♥       «Я дома у этого гнома. Не успел выйти до начала грозы. Карлик спит в своей комнате, а Тэхён приготовил палёный омлет».       От кого: Хосок.       «Мне за тобой прийти?»       Шуга уже начал печатать сообщение, когда Тэ вдруг спросил:       – Кстати, хён, ты же вроде грозы боишься, да и поздно уже на улице. Хочешь, я тебе постелю в своей старой комнате? – предложил он, убирая со стола грязную посуду.       – Это же не твой дом, – вместо ответа произнёс Мин, подозрительно косясь на младшего.       – Да, но мы с Чимином здесь оба как хозяева. Он никогда не ругался на меня, даже когда я разбил окно. Просто сказал однажды «чувствуй себя как дома», вот я и чувствую, – с улыбкой ответил сероволосый, взяв в руки коробку чая и банку кофе. Повернувшись к хёну, он показал ему оба предмета, и Юнги также молча ткнул пальцем в кофе.       От кого: Хён ♥       «Нет».       От кого: Хосок.       «Но… почему?»       Встав с места, парень ради приличия помыл за собой тарелку и вновь сел на свой уже нагретый стул.       – Кстати, хён, почему ты… так не любишь Чимина? – как бы невзначай спросил Ким, поставив на стол засыпанные всем нужным кружки.       – Почему ты волнуешься за моё отношение к нему, а не к себе? – спросил голубоволосый, потянувшись к тарелке с фруктами, откуда взял яблоко.       – Потому что Чимин мне дороже, чем я сам, и я знаю… какой он, – ответил Тэ, снова повернувшись к столу и наливая кипяток в кружки.       – Тогда я разочарую тебя, потому что не стану отвечать на вопрос, – буркнул Мин, тут же конфисковав свой кофе.       – Ох, чёрт, я совсем забыл про его травму, – вдруг опомнился сероволосый и, быстро вернув чайник на своё законное место, выбежал из кухни. Взяв в гостиной аптечку, он помчался в комнату друга. Юнги же, прихватив с собой стакан, прошёл за ним и только теперь заметил, что напротив комнаты Чимина была разукрашенная разными надписями и глупыми рисунками дверь. Среди кучи каракуль он разглядел надпись «Комната принца ТэТэ» и, вздохнув, тихо открыл дверь и прошёл внутрь. Комната была небольшой, но какая разница, если это всего на одну ночь. Оставив на небольшом комоде кружку с кофе, он в максимально тихом и быстром режиме забрал из прихожей свой рюкзак и вернулся обратно.       Тем временем Тэхёну всё же пришлось разбудить этого маленького котёнка.       – Чимин-а, проснись, тебе надо рану обработать, – нежно протянул Ким. Сначала он думал действовать спокойно и дружелюбно, но когда ему отказали вставать в седьмой раз, он пустил в ход тяжёлую артиллерию. – Пак Чимин! – гаркнул сероволосый и, схватив парня за ноги, максимально осторожно стащил с кровати по плечи и усадил на пол, после чего перехватил поперёк талии, с превеликим трудом поднял и понёс в ванную комнату.       Пристроив его на заранее принесённом стуле, он вернулся в комнату за аптечкой. Вдруг ему в голову пришла одна светлая мысль.       – Хён, я пойду Чимину башку в порядок приведу, можешь, пожа-а-алуйста, нам кровать постелить? – попросил Тэ, заходя в комнату к Юнги. Открыв комод, он достал оттуда какую-то старую футболку.       – Почему я?! – возмущённо спросил Мин, даже взгляд от телефона оторвав.       – Ну, во-первых, я разрешил тебе тут остаться, во-вторых, Чимину плохо из-за тебя, в-третьих…       – Блять, понял, вали уже, – недовольно оскалился Шуга, вставая с кровати. Ким тут же смылся, а Юнги пошёл в комнату напротив, которая выглядела, откровенно говоря, по-девчачьи, но за этот факт мог послужить ещё одним поводом, чтобы дразнить мелкого.       В целом, комната была не особо интересной, но он всё равно обвёл её медленным внимательным взглядом, после чего подошёл к кровати и резко стянул с неё одеяло, вместе с лежащим поверх него хламом, и беззастенчиво стряхнул всё на пол. Постель он всё-таки привёл в порядок и даже успел просто посидеть, подробнее рассматривая обстановку комнаты.       Вскоре послышались громкие шаги и ругательства наподобие «поднимай ноги как человек, ты не умрёшь от этого, блять». Встав со стула, Мин быстро выбежал из комнаты и спрятался за противоположной дверью. Тэхён снова нёс Чимина на спине, и, кажется, кому-то завтра влетит за плохое поведение.       Юнги же плюхнулся на кровать, достав из своего рюкзака ноутбук и большие наушники. Его ждала долгая и интересная ночь задротства в разные игры, создания коротких мелодий и монтажа небольших роликов, снятых на телефон, которые он обязательно потом скинет Хосоку.

***

      Утро в этом доме для всех началось неожиданно. Тэхён очнулся не на той стороне кровати, на которой засыпал. Скатившись на пол, Ким лениво потянулся и тут же вскочил так, будто и не спал вовсе. Проверив, жив ли его друг вообще, парень тихо вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить Пака.       Спустившись на кухню, он застал там спящего на стуле Юнги, который сидел, поджав под себя ноги. Он был в той же одежде, что и вчера, за исключением худи: большой футболке и спортивных трико.       – Эй, хён, – позвал его сероволосый, слегка потрепав за плечо. Мин довольно быстро очнулся, потерянно посмотрев по сторонам и наконец-то закрыв рот. – Ты здесь всю ночь сидел что ли? – спросил юноша, включив чайник и быстро переместившись к холодильнику. Достав оттуда две содовые, он передал одну банку старшему, даже не поинтересовавшись, хочет ли он её вообще. Но Мин не отказался, просто лениво поднял руку и взял напиток.       – Будешь омлет? – вновь спросил Тэ, повернувшись к другу.       – Да, – коротко ответил Юн, открыв газировку. И пока Ким что-то химичил на почти своей плите, этажом выше проснулся Чимин. Он морщил нос от солнечного света и прятал лицо в подушке, стараясь нащупать рукой источник тепла. Но рядом никого не оказалось. Подняв голову и оглядевшись, он только сейчас понял, что один в комнате. Поднявшись с кровати, блондин открыл комод и достал оттуда пижамные штаны – Тэхён решил оставить спать его в одном нижнем белье. Время было чуть больше пяти утра. В школу им идти к восьми тридцати. Было ещё время поспать, но Киму же, как всегда, свою энергию девать некуда, а с другими он ею не делится.       Спускаясь по лестнице, Чимин услышал один из самых прекрасных звуков – шипящее масло. Это, определённо, значило, что кто-то что-то готовит, и это что-то, скорее всего, очень вкусное, ведь он любил жареное.       – Тэхён-а-а, добро… – Пак соскочил с лестницы, тут же оказавшись в дверном проёме, который был в форме арки, а потом произошло одновременно несколько вещей: шеф-повар Ким открыл рот, пытаясь сказать о том, что видел пару часов назад, Юнги подавился содовой, а Чимин… а что Чимин? В попытке убежать он поскользнулся на совершенно сухом полу и, чуть снова не припечатавшись головой, спрятался за стеной. – Что он тут, мать твою, делает?! – в ярости закричал блондин, оглядывая гостиную в поисках какого-нибудь предмета одежды.       – Во-первых, не трогай мою мать. Во-вторых, вчера была поздно, и к тому же пошёл сильный ливень с грозой, поэтому я разрешил хёну остаться на ночь в моей старой комнате, – пояснил сероволосый, подошёл к дивану, взял лежащую на нём белую футболку и передал другу.       – Мог бы хоть предупредить! – продолжал возмущаться Пак, натягивая на себя футболку.       – Чимин, ты вроде не баба, сисек нет, чего тебе стесняться-то? Ты же при мне спокойно голым разгуливал… – Тэ вновь вернулся к оформлению завтрака. Омлет быстро поджарился, оставалось только сделать чай.       – Воу, без подробностей, окей? – попросил Мин, наконец-то откашлявшись. Через мгновение сероволосый поставил на стол три тарелки со своим слегка подгоревшим омлетом, и самый первый, конечно, принялся его поглощать.       Чимин же всё время напряжённо посматривал в сторону Юнги, а тот старательно делал вид, что ничего не замечает. Вскоре у всех троих по очереди запищали телефоны.       От кого: Чонгук-и       «Доброе утро, Тэ ^^ Как там хён? С головой всё в порядке?»       От кого: ТэТэ       «У него с ней по жизни не в порядке, ну а так вроде жив, сидит, завтракает вместе со мной и Шугой-хёном~»       От кого: Чонгук-и       «О, кстати о нём. Он оставил на столе чек от пиццы, у меня много вопросов к нему -,-»       – Хён, у Чонгука к тебе много вопросов, посмотри в беседу, – попросил Ким, отложив телефон и вернувшись к завтраку. Заглянув в чат, Юн просто отправил вопросительный знак, без особого интереса пялясь в экран.       От кого: Чонгук-и       «Хён, почему ваш выигрыш – любимая пицца Чимина? Там абсолютно все его любимые ингредиенты, в том числе оливки, которые ты так ненавидишь. Что за приколы, не расскажешь?»       Мин чуть вилку не проглотил. Пицца. Он совсем забыл о ней, но, видимо, Тэхён положил коробку в холодильник сразу же, как только они пришли.       – Э, хён, ты чего? – взволнованно спросил Ким, пару раз ударив старшего по спине.       – Да так, вспомнил, что я ненавижу этого гнома и что мне пора домой, – быстро вернувшись в похуистическое состояние, Шуга встал со стула и убежал наверх за своими вещами. Тэхён решил тоже заглянуть в чат. Едва прочитав последние сообщения, он, подскочив с места, достал ту самую коробку и сразу же открыл прямо перед глазами друга.       – Это… пицца? – немного в недоумении спросил Пак, особо не вглядываясь.       – Чимин, это твоя любимая пицца, – с улыбкой произнёс сероволосый, быстро выложив на тарелку пару кусочков и закинув их греться в микроволновую печь.       – Что… но… ведь не я вчера выиграл, – задумчиво произнёс блондин, медленно повернув голову в сторону прихожей, где Шуга судорожно завязывал шнурки.       – Хён! – только и успел выкрикнуть Пак вслед голубоволосому, спешившему побыстрее смыться из этого дома от греха подальше.       Подумать только, насколько волшебные вещи творил этот маленький засранец. Ещё никто, кроме Хосока, не мог заставить его чувствовать что-то по отношению к другому человеку, тем более вину. Единственное чувство, которое обычно питал Мин к людям – это безразличие.        «Айщ, да что с ним не так? Странный гном… странный Тэхён… странный Чонгук… странный… бесит… этот…»       – Ёбанный Пак Чимин!! – раздражённо выкрикнул Шуга, от души пнув валявшийся на дороге камушек.

***

      В школу блондин шёл чересчур радостный, несмотря на тот факт, что вчера его чуть не ограбили, а то и чуть не убили.       – Я поражаюсь тому, как ты влияешь на Юнги, – вдруг выдал Тэхён, слегка прикрыв глаза и облокотившись на плечо друга.       – В каком это смысле? – удивился Пак, поправив волосы младшего, щекотавшие ему лицо.       – В компании он обычно всегда молчал, даже если рядом был Хосок… А тут вдруг извиняться перед тобой пошёл, попутно спас от преступников, заказал в качестве своего выигрыша твою любимую пиццу. Да и вообще, тот факт, что он говорит более двух слов, уже поражает, – на одном дыхании произнёс Тэ, вдохнул и продолжил, улыбнувшись: – Возможно, в том, что ты такой дружелюбный, невинный и настойчивый, есть свои плюсы…       Они действительно так почти никогда не веселились. Да, Хосок и Юнги часто дурачатся, но в основном на расстоянии от ребят, им редко удаётся наблюдать это. К тому же, обычно Мин ни с кем не разговаривает, только перешептывается с Хоби и посылает всех на каждую букву корейского алфавита. Ребята нередко задавались вопросом, почему он ненавидит всех, кроме Чона. Не знал даже Намджун, хотя они были знакомы с ним с детского сада. По его словам, раньше Юн не был таким закрытым, вплоть до летних каникул, служивших переходом из младшей школы в среднюю. Он пришёл на первое занятие в триместре, весь день был таким счастливым, шутил, смеялся, дурачился, а вечером, когда они вместе с Хосоком уходил домой, с улыбкой помахал рукой на прощание. Тогда Намджун в последний раз видел друга таким, потому что потом он пропал из школы на целых три месяца, и Хоби отказывался что-либо рассказывать. Когда Джун снова встретился с Юнги, он совершенно его не узнал: от жизнерадостного и яркого комочка счастья не осталось и следа. Вместо этого он прилип к Чону и не ступал от него и шагу, ни с кем не разговаривал, даже на уроках отказывался отвечать. По сей день Намджун не знает причину, по которой его любимый и счастливый хён так сильно изменился. А ещё с тех пор каждую его улыбку он старался запомнить максимально детально, боясь больше никогда её не увидеть.       – Хосок-а, ты где? – тихо в трубку проговорил Шуга, пнув очередной камень. Он уже десять минут стоял у ворот школы, дожидаясь друга, хотя до занятий было целых полтора часа, даже учителя ещё не пришли.       – Я только проснулся, зубы чищу, а что случилось? – почти неразборчиво спросил Чон.       – Я просто у школы уже… – тоскливо произнёс голубоволосый, медленно сползая по кирпичной стене прямо на холодный бетон.       – Хён, что случилось? У тебя такой грустный голос. – Взволнованный Хосок сразу же вернулся в комнату, чтобы поскорее найти одежду.       – Всё нормально, просто… – Выдох. – …просто одиноко как-то… не хватает тебя… – бормотал Мин, положив подбородок на колени.       – Погоди, сейчас приеду. – Без лишних слов, Чон повесил трубку, быстро собрался и на всех парах помчался к другу.

***

      Чимин и Тэхён вышли из автобуса на одну остановку раньше, чтобы зайти в круглосуточное кафе, находившееся через дорогу, и там дождаться открытия школьных ворот, до которого остался час.       Присев за столик у окна, друзья заказали себе кофе, а Пак ещё и пирожное, не особо оценив завтрак своего лучшего друга.       – Неблагодарный, – с наигранной обидой пробубнил сероволосый и тут же заметил улыбку на лице блондина.       – Твой омлет вкусный, правда, но я просто не могу отказаться от ещё одного завтрака, – отмазался Чима, положив меню на край стола и провожая официантку взглядом. Особенно удивительно было то, куда именно он смотрел в этот момент.       – Ах, ты… – Тэ аж за сердечко схватился и проговорил это на вдохе, как будто он бабушка, готовая часами осуждать его, например, за серьги в ушах, баловство наркотиками или даже гомосексуальные связи. – Продажная булка хлеба! – резко выкрикнул Ким, привлекая внимания редких посетителей и работников кафе.       – Айщ, Тэхён! Ты что такое говоришь?! Замолчи! – нервно прошептал Пак, наклонившись вперёд и бросая осторожные взгляды на заинтересованных происходящим людей.       – Значит, как о поцелуях в щёчку говорить, то мы краснеем как вишня, а как смотреть на чужие задницы, так мы альфа-самец, – также шёпотом, но более возмущённо и агрессивно произнёс Ким, тоже подавшись вперёд. В таких позах они едва не соприкасались лбами.       – Слышь, вишня, может я не туда смотрел? – спросил блондин, хотя понимал, что пытается не только Тэ обмануть, но и себя самого.       – Ага, конечно, ты смотрел вон на тот милый цветочек у стены, как вдруг её огромная задница его загородила, да?! – они выглядели как два молодых быка, раздумывающих, стоит ли им бодаться или всё-таки нет.       – Да! – охотно поддержал идею Пак, за что получил смачный подзатыльник.       – Не умеешь ты врать, Чимин-а. Только посмей теперь заткнуть уши, когда я начну говорить о Чонгуке, или я тебя насильно привяжу к стулу, и заставлю семь часов подряд смотреть порно, – пригрозил Ким, изобразив замах, но бить не стал и сел на место.       Жестоко. Но по-другому у Тэхёна никогда не получалось отучить Чимина от чего-то. Всегда приходились использовать тяжёлую артиллерию. Когда Пак, нервничая, грыз ногти, а Ким долго не мог его отвадить от этой привычки, он в итоге просто взял и перевязал другу все пальцы так, чтобы он их не чувствовал.

***

      Хосок ехал на такси и каждую минуту просил водителя прибавить газу. Прошло много лет с последнего такого случая, и он волновался как в первый раз. Машина остановилась в паре метров от ворот, где, собственно, и сидел Юнги. Чон выбежал из автомобиля почти на ходу и тут же подлетел к другу. Он сел рядом с ним на корточки и принялся внимательно осматривать каждый миллиметр его лица, которое не проявляло никаких эмоций и даже, как сначала показалось, признаков жизни.       – Хён, всё в порядке? – с некой тревогой спросил Хоби, заглядывая другу в глаза.       – Да… всё хорошо. Просто… я вновь почувствовал это странное… одиночество, – пробубнил Мин, уставившись в пространство перед собой.       – Я хочу купить кофе, пошли со мной? – встав на ноги, Хосок взял Шугу за руки и потянул на себя, пытаясь заставить подняться.       – Не, я тут посижу, – бесцветным голосом произнёс Юн, пытаясь высвободиться, но не мог из-за накатившей слабости. Чон перестал тянуть и нехотя отпустил руки друга. Сделав пару нерешительных шагов, он обернулся и окинул друга обеспокоенным взглядом, после чего сорвался на бег, направляясь к ближайшему кафе. Мин даже не посмотрел ему вслед, только вновь запрокинул голову, слегка стукнувшись об забор.       «Опять это чувство…» – подумал Шуга, закрывая глаза. В голове размытыми картинами вспыхивали обрывки воспоминаний. Он понимал, что за сюжеты подсовывает ему память, но зачем-то всё-таки попытался ухватиться за одну из «картин». Голову тут же пронзило болью. Мин резко схватился за волосы и начал тянуть их, стиснув зубы. Из лёгких вдруг исчез весь воздух, парень в панике схватился за горло и попытался сделать хотя бы вздох. Вокруг были люди, но этим редким прохожим было совершенно всё равно. Они только бросали косые равнодушные взгляды на очередного подростка-наркомана и продолжали путь, спеша по своим делам.

***

      Тэхён и Чимин продолжали наслаждаться утром и едой в кафе. Ким как всегда что-то активно рассказывал о Чонгуке, махая руками, а Пак просто сидел в телефоне и листал новостную ленту, не забывая слушать друга и при необходимости даже отвечать.       Как только всё интересное и не очень закончилось, блондин заблокировал телефон, всё ещё держа его перед лицом, и лениво перевёл взгляд в окно. Машин с каждой минутой становилось всё больше. Многие уже опаздывали, кто-то нервничал на остановках, дожидаясь автобуса или вагона метро. В такие моменты начинаешь жалеть, что у тебя нет прав. Парень медленно водил взглядом по улице, тяжело вздыхая.       – Хотел бы я иметь… – начал было Пак, перебив друга, но тот даже не возразил, а, наоборот, охотно воспользовался паузой, чтобы сделать глоток тёплого чая. – …Юнги?! – резко выкрикнул Чимин, остановив свой взгляд на входе на территорию школы. Машины перекрывали обзор да и расстояние было довольно большое, но он почему-то был уверен, что не обознался. Ким, естественно, понял эту фразу совершенно в ином ключе, из-за чего его чай оказался… везде. На мгновение ему даже стало жаль официантку, которая будет вытирать это… Он только хотел спросить, что за придурь снова пришла на ум Чимина, как тот схватил телефон и, буквально слетев с места, на скорости, близкой к световой, вылетел из кафе.       Мин скрючился от нехватки воздуха, одной рукой держась за горло, а второй упираясь в асфальт, чтобы окончательно не упасть. Люди наконец-то решили уделить ему хоть долю внимания, и несколько зевак замерли в паре метров от него, не спеша почему-то оказывать помощь. Чимин без зазрения совести оттолкнул молодую женщину, стоявшую у него на пути, и, подбежав к старшему, бухнулся перед ним на колени.       –Хён, эй, ты чего?! Что случилось?! – в панике спрашивал Пак, придерживая Юна за плечи и пытаясь помочь ему встать. Но тот находился в какой-то прострации, хватая ртом воздух и бессильно глядя на мелькающие перед глазами картины того дня. До блондина всегда всё медленно доходило, но тут он каким-то образом сразу всё понял.       –Хён, прошу тебя, успокойся! Закрой глаза… вот так… а теперь отпусти горло и сделай глубокий вдох… – начал мягко уговаривать Чимин, но единственное, что Шуга исполнил из перечисленного, так это опустил веки.       – Мин Юнги, чтоб тебя, не дыши так часто или ты просто задохнёшься! – выкрикнул блондин, резко схватив его за запястье и насильно убрав руку от горла. – Успокойся и сделай ты уже вдох, идиот! – в панике Пак не заметил, как начал переходить границы вежливости. Через мгновенье ту бедную девушку снова толкнули, и возле них остановился Тэхён.       – Что тут происходит?! – в недоумении спросил Ким, осматривая друзей, которые непонятно чем занимались.       – Я… я не знаю, он просто схватился за горло и часто дышал, лёжа на земле, мне кажется, у него астма или что-то в этом роде... Тэ, срочно дай ингалятор, который ты носишь для Чонгука! – скомандовал Пак, следя за хёном, который постепенно стал прислушиваться к советам младшего. Сероволосый, быстро достав из сумки баллончик, присел на карточки. К этому моменту Мин уже пришёл в более-менее адекватное состояние и ударил Кима по протянутой руке.       – У… у меня… – с трудом проговорил Юнги, стараясь беречь тот воздух, который успел вдохнуть. – Не астма… придурки…       Второкурсники помогли старшему подняться и довели до ближайшей лавочки, чтобы он мог окончательно прийти в себя.       – Хён, я так испугался, что это вообще было?! – спросил Тэхён, ходя из стороны в сторону. Юнги и Чимин сидели на двух разных краях скамьи, глядя в противоположные стороны. Мин даже не удосужился поблагодарить Пака за помощь, и того это, естественно, не могло не обидеть.       – Ничего особенного… – пробубнил Юн, запрокинув голову назад и прикрыв глаза.       – То есть, ты хочешь сказать, что то, что ты задыхался каких-то пять минут назад – это ничего особенного?! – возмущённо спросил Ким, взмахнув руками.       – Да, – коротко ответил Шуга, мечтая, чтобы эти двое куда-нибудь исчезли.       Во время этого краткого диалога Чимин написал Чону, который, бросив кофе, на всех парах мчался к тому месту, где сидела эта троица. Он появился неожиданно, выскочив откуда-то из-за спины, и буквально вцепился руками в плечи друга.       – Хён! Я так волновался! С тобой всё в порядке?! Как ты себя чувствуешь?! – Хоби задавал один вопрос за другим, не дожидаясь ответа. Младшие и глазом моргнуть не успели, как он обежал скамью и буквально накинулся на старшего, вновь перекрывая ему доступ к кислороду.       – Д-да, Хосок, всё в порядке! А теперь можешь перестать душить меня, окей!? – Юн старался изобразить на лице счастливое выражение, но когда тебе активно сдавливают горло, сделать это довольно трудно. В итоге он просто постарался отклеить Хосока от себя.       – Айщ, хён, тебе нельзя так идти в школу, тебе нужен отдых, я поеду с тобой домой! – твёрдо проговорил Чон, снова потянув друга за руки.       – Хосок-а-а… – задумчиво протянул Мин, заставляя друга застыть на месте. Юнги редко называл его имя в ласковой форме, как обычно любят делать хёны по отношению к своим тонсэнам, поэтому сейчас красноволосый просто стоял с приоткрытым ртом и ждал продолжения. – У тебя сейчас всё ну о-о-очень туго с отметками, да и пропусков хватает, а ты хочешь ещё день прогулять?       – Но…       – Никаких «но», Хосок. Учителя твоего поступка не оценят, поэтому ты остаёшься в школе! – Чон понимал, что старший таким образом заботится о нём, а не хочет отвязаться от него поскорее, но всё равно был расстроен.       – Юнги, но ведь…       – Хён, – резко прервал его голубоволосый, намекнув, что тот кое-что забыл.       – Юнги-хён, – Хосок тяжело вздохнул. – Ты ведь знаешь, что тебе нельзя сейчас оставаться одному? Помнишь, так врачи говорили, и неоднократно. Неужели некому побыть с тобой? – спросил парень, неохотно отпуская руки друга.       – Нет.       – Джин-хён?       – Пары.       – Намджун?       – Музыка.       – Чонгук?       – Стебёшься?       – Тэхён?       – Чёрный юмор – это нехорошо, – покачал головой Мин, давая понять, что с Кимом уж точно оставаться не намерен.       – Я тут! – махнул рукой из-за спины Хосока сероволосый. Сам же Чон уже все губы искусал, смотря в землю, пока его взгляд не остановился на маленькой булочке, играющей в телефон.       – Чимин-а? – как можно тише и вкрадчивее произнёс красноволосый, но получил в ответ только усмешку и громкое «ни за что».       – Почему ни за что? – спросил Тэ, подходя ближе. – Чимин единственный из нас, кому не страшен прогул. Он же почти отличник, а мне надо ещё английский и тригонометрию исправить, там такое болото... Даже и не знаю, как выбираться-а… – по мнению Юнги, сероволосый объяснял долго и нудно, но и такие уговоры не действовали, Пак просто категорически отказывался, упорно показывая это широкими взмахами головы.       – Нет, я не поеду никуда, – попытался возразить блондин, но выдал себя с потрохами, понизив от волнения тональность голоса.       – Ты будешь со мной пререкаться? – прищурив глаза, спросил Ким. Получив положительный кивок, парень резко натянул злую ухмылку. – Чимина-а, неужели ты хочешь, чтобы Шуга-хён узнал о ночи Манга? – Услышав эти слова, дышать перестал уже Пак.       – Что? О какой ночи? О чём ты? – спросил Мин, посчитав, что это как-то связано с ним, и как же он был в этот момент прав.       – О, да-а-а, Чимин-а, ты же знаешь, что я всё видел. Не отмахнёшься теперь, да? – продолжал активно злорадствовать Ким, пару раз ударив друга по плечу.       – Ладно… я останусь с хёном… – раздосадованно протянул юноша, опустив взгляд.       – Спасибо, Чимин-а, ты лучший! Сейчас напишу тебе, что я и где спрятал от хёна, чтобы он ничего не выбросил, – быстро проговорил Чон, достав телефон из кармана, и начав интенсивно что-то печатать.       – Эй, а меня спросить никто не хочет?? – поинтересовался Юн, поочередно бросив возмущённый взгляд на всех троих, а особенно на парочку заговорщиков, отошедших подальше, чтобы никто их не услышал.       – Тэхён, это было подло, – шёпотом спросил блондин, отступая всё дальше и дальше.       – Я же говорил, что ты врать не умеешь, актёр из тебя тоже как бы херовый, – охотно пояснил Ким, продолжал бесстыже улыбаться.

4 hours ago

      Из-за того, что друг соорудил повязку на отъебись, Чимин всё время задевал рану, и боль не собиралась утихать, не давая парню спокойно наслаждаться заслуженным сном. Солнце ещё толком не начало его бесить, но он уже мечтал о том, как станет первым человеком, который может выключать этого ультрафиолетового уёбка как обычную лампочку.       Ещё немного поворочавшись, Пак резко вскочил с места и, слегка пошатываясь, вышел из комнаты. Вниз спуститься было ещё проблематичнее, так как свет ему даже полтергейст бы не включил. Но всё-таки он оказался каким-то образом на первом этаже и продолжал спокойно идти куда шёл, как вдруг его внимание привлекла прихожая. Обувь. Подозрительно много обуви.       Подойдя ближе, парень присел на корточки и взял в руки одну из пар. Кроссовки были не его. И точно не Тэхёна. А чьими тогда? Положив обувь на место, он медленно поднялся и ещё раз оглядел гостиную. Тихо и пусто. Вернувшись на второй этаж, он снова заметил кое-что необычное: дверь в старую комнату Тэ была приоткрыта, и оттуда по полу тянулась узкая бледная полоска света. Распахнув дверь пошире и заглянув внутрь, он увидел лежащий на кровати ноутбук и человека рядом с ним, который свернулся в клубок словно котёнок.       «Юнги…?» – с недоверием подумал Пак. – «И правда, он», – убедился блондин, подойдя ближе. Чимин долго и пристально разглядывал парня, погружённый в свои мысли. Мин так спокойно и безмятежно спал, трудно было поверить, что он на самом деле грубиян, хамло и в целом не самая добрая личность. Не смотря на полумрак, Чимин мог разглядеть, как подрагивают его ресницы, как он жмурится во сне, и что его рот слегка приоткрыт. Кажется, это не совсем прилично – наблюдать за спящим человеком?       – Чимин-а? – донёсся хриплый и низкий голос Тэхёна, проснувшегося и не обнаружившего друга рядом с собой. Сев на кровати, он повертел головой и заметил, что дверь в комнату открыта. Поднявшись с постели, сероволосый на носочках подкрался к выходу и лицезрел следующее: его друг стоял возле кровати в соседней комнате и пристально, не отводя взгляда, смотрел на гостя.       Так продолжалось еще несколько минут, пока Юнги не начал ворочаться во сне, тем самым чуть не доведя блондина до инфаркта. Вздрогнув, он резко развернулся, в свою очередь напугав напряжённо замершего под дверью Тэ, и постарался максимально тихо выскользнуть из комнаты и почти бесшумно закрыть дверь. После чего сделал несколько глубоких вдохов, стараясь отойти от «шока».       – Что я творю... – пробормотал Пак, поворачиваясь в сторону своей комнаты, и вдруг заметил стоявшего прямо напротив него друга. – Тэхён? Что ты тут делаешь?       – А ты? – в свою очередь изобразил святую невинность Ким.       – Ничего, – как можно увереннее ответил Пак, оглядывая собственный коридор так, словно искал пути отступления. – Я-а-а-а-а... Искал твою игрушку Манга! – вдруг выпалил он, ухватившись за первый попавшийся зрительный образ из всплывших у него в голове.       – Да что ты? – закатив глаза, произнёс Тэхён. – Зачем?       – Да так, не за чем, – пожал плечами Чимин, и, оттолкнув вставшего на пути друга, поспешно вернулся в свою комнату.

***

      Время близилось к девяти утра, а Чимин и Юнги так и не доехали до его квартиры. Они сидели в конце автобуса в противоположных углах, максимально далеко друг и друга, и снова смотрели в совершенно разные стороны.       От кого: Хоби-хён       «Читай внимательно, Чимин-а».       «Юнги желательно почаще пить чай. Это его успокаивает. Также ни в коем случае не оставляй его одного и смотри, чтобы в ванной или туалете он не сидел дольше четырёх минут. И мне поебать, чо он там делать будет при этом».       «Запомни самое главное!»       «Ни за что не говори с ним об огне, собаках, семье, квартире, и вообще о его жизни. С ним вообще лучше не говорить, о нём уж точно. Хотя об единорогах болтайте сколько душе угодно».       Данные наставления показались ему ну уж очень странными, но отвечать и тем более вдаваться в подробности он не стал. В конце концов – это личная жизнь Юнги. То место, куда Чимин никогда не попадёт, куда ему не позволят даже одним глазком взглянуть.       Вскоре парни прибыли на место. Перед Паком открылся вид на огромное здание, этажей в шестнадцать, не меньше. Территория была охраняемая, почти на каждом углу гуляла охрана. На площадке перед входом был даже сраный фонтан, клумбы, газоны и прочие украшения. Сам же дом был в основном из стекла, и выглядело это очень богато. Подумать только, и откуда у школьника квартира в подобном месте? Внутри здания обстановка была не хуже. Повсюду плитка, цветы, якобы золотые плинтусы, и даже подозрительно чистый лифт.       Поднявшись на нужный этаж, Мин, казалось, долго не хотел открывать дверь. А когда он наконец сделал это, сразу же вошёл внутрь и поспешно закрыл дверь за блондином. Тот же стал медленно обводить взглядом прихожую и кусочек гостиной, виднеющийся в дверном проёме, стягивая с плеч рюкзак.       – Куда я могу положить свой портфель? – спросил Чима, продолжая заворожено рассматривать видимую часть гостиной. Он даже и не заметил, как Юнги забрал его рюкзак и унёс куда-то в зал. – Спасибо, – тихо выговорил Пак, только сейчас выйдя из прострации. Уже через пару секунд Мин скрылся из виду, зайдя в какой-то тёмный коридор.       – Хён, стой, ты куда? – заволновался блондин, неуверенно шагая вслед за ним.       – Переодеться, блять, – нервно бросил Юн, хлопнув дверью перед самым лицом младшего. Это был вход в его комнату. Вот тут-то он и закончился как личность. Вот сейчас он там задохнётся неожиданно, а кто будет виноват? Конечно же, Пак Чимин.       Вскоре Шуга вышел и как же он был (не) удивлён, увидев этого гнома, сидящего у него под дверью. Закатив глаза, он просто молча пошёл в гостиную, а его «временная нянька», естественно, последовала за ним.       – Хён, могу я налить чай? – спросил блондин, подойдя к огромной арке и заглянув внутрь очередной комнаты. Это как раз была нужная ему сейчас кухня.       – Мне тоже, – попросил Юн, увалившись на диван и взяв в руки пульт. Чимин начал охотно хозяйничать на чужой кухне. Волнение было непросто побороть, и в какой-то момент он просто уронил сахарницу.       – Всё под контролем! – с наигранной уверенностью в голосе выкрикнул он и стал поспешно ликвидировать последствия своей оплошности. Вскоре, когда чай был почти готов, Мин тоже зашёл на кухню и, усевшись за стол, подпёр голову рукой.       – Так что это за ночь Манга? – неожиданно спросил голубоволосый, вновь заставив вздрогнувшего Чимина что-то уронить на пол.