Сквозь тернии

      В какой момент это случилось? Может тогда, когда он понял, что может навсегда потерять свою маленькую Слэй Бэги? Или когда она отказалась последовать за соседками-фейри, твёрдо заявив, что останется с ним? Или ещё там, в плохо освещённом душном зале, где проходил аукцион, и где впервые он встретился взглядом с её изумрудными глазами? Теперь невозможно точно определить этот миг, когда человеческое дитя, её жизнь, её благополучие внезапно стали для него величайшей ценностью. И дело тут вовсе не в её уникальных способностях. Просто вдруг странные ощущения, отголоски которых он испытывал и раньше, вдруг обрели очертания и имена. Его давно угнетала обособленность от остального мира – как человеческого, так и магического. Ведь фейри и волшебники, как и люди, тоже способны чувствовать. А он, так давно и с интересом изучающий мир людей, их культуру и привычки, прочитавший множество человеческих книг, даже не мог толком понять, что же такое восторг, одиночество, тоска и радость. Это были просто пустые слова.       Но с появлением Тисэ его жизнь стала более яркой и интересной. А он-то уж думал, что ничто не способно разогнать глубокую внутреннюю скуку и равнодушие к окружающему миру. В нём как будто появилось нечто новое или же проснулось что-то, дремавшее до этого времени. Жизнь перестала быть чередой неотличимых друг от друга дней. С помощью своей юной ученицы ему удалось гораздо дальше продвинуться в изучении человеческой природы. И пусть он ещё не всегда и не всё мог понять, но начал замечать, что некоторые чувства способен открыть в себе самостоятельно и даже идентифицировать, исходя из прочитанного в художественных книгах, а также человеческой литературе по психологии и социологии.       Да, в его библиотеке было немало трудов человеческих учёных. Но если описанные в них физические явления или химические реакции казались ему вполне логичными и понятными, то такие эфемерные понятия как «психика», «чувства», «социальные связи» продолжали оставаться маловразумительными. Он мог заучить особенности человеческого поведения, но не понять их. Это было всё равно, что изучать астрономию, ни разу не увидев звёздного неба. В поисках истины он даже проштудировал несколько книг по анатомии и физиологии, надеясь связать особенности строения человеческого организма с поведением. Но это не помогло. Только малышка Тисэ смогла протянуть ниточку понимания между древним порождением тьмы и людскими чувствами.       Но за всё приходится платить. Вместе с теплом, которое дарило присутствие ученицы, Элиас узнал, что такое страх за дорогое тебе существо, отчаяние, боль, тоска и ревность. Может быть лучше было бы не чувствовать ничего и жить как раньше – тихо и размеренно в спрятанном от посторонних глаз уютном домике под опекой хлопотливой Силки. А теперь, вдобавок к прочим неприятностям, добавилось ещё это странное ощущение влечения. Ему хотелось видеть Тисэ как можно чаще. Но это ещё можно как-то пережить – в конце концов, она была его ученицей, и постоянное общение было вполне нормальным. Хуже было то, что в присутствии девушки Элиасу нестерпимо хотелось оказаться к ней поближе: прикоснуться, обнять, почувствовать её тепло. Хрупкая, большеглазая, удивительно отважная и самоотверженная Слэй Бэги стала магнитом, который непрестанно притягивал к себе чародея. Все мысли и чувства вращались вокруг этой тонкой фигурки.       Весьма сильно продвинувшийся по пути изучения человеческих эмоций Элиас с удивлением понял, что испытываемое им влечение – очень частое явление как в мире людей, так и в мире магических созданий. Только это знание никак не приближало его к решению проблемы. Раньше он никогда не испытывал потребности в физической близости ни с одним существом и теперь пребывал в растерянности. Несмотря на то, что он назвал Тисэ своей невестой, Эйнсворт в тот момент не подразумевал под этим связь, идентичную человеческому браку. Скорее, это должно было быть пожизненным партнёрством. Для Слэй Бэги это тоже, кажется, было чем-то вроде ярлычка из тех, которыми люди так любят увешивать свои отношения. Девушке, пожалуй, и в голову не придёт мысль о том, что в постели с учителем можно не только болтать и делиться впечатлениями о прошедшем дне или мирно спать бок о бок… Но ему, ему-то что делать с этими мыслями? Сделать вид, что их нет? Или попробовать перевести отношения с ученицей в другую плоскость? Ведь она же согласилась быть его невестой? Если придерживаться человеческой терминологии, то он вполне может потребовать… Черт бы побрал все эти книги, которые раньше он так бесстрастно изучал, стремясь постичь суть человеческой натуры. Теперь воображение подбрасывало ему сцены одна соблазнительнее другой и, конечно, с Тисэ в главной роли.       А между тем девочка то ли почувствовала, то ли заметила что-то подозрительное, но она явно стала избегать его общества. Уклоняется от прикосновений, не смотрит в глаза. Может быть, она догадалась, что с ним происходит, и теперь он ей противен? Да, с человеческой точки зрения он малопривлекательное существо.