Of Dragons, Roses and a Second-Hand Match

Время шло. Синие розы в стеклянной оранжерее цвели и опадали, роняя свои потемневшие лепестки на землю. Солнце вставало на востоке и садилось на западе, жизнь неизменно шла своим чередом. Отец Лианны, как лорд Винтерфелла, занимался своими делами, Бенджен практиковался в бою на мечах и копьях, стрельбе из лука во дворе, сама же Лианна читала, занималась верховой ездой, пыталась вышивать, а когда появлялась возможность, звала младшего брата сразиться с ней на мечах в богороще. Все было так, словно до Харренхолла. Изменилась лишь одна вещь. Довольно часто, когда она отправлялась спать, на подушке кровати ее уже ждало письмо с знакомой печатью. В первый раз Лианна схватила пергамент и, затаив дыхание, развернула его, обнаружив внутри всего лишь три написанных слова с вложенным внутрь бутоном синей зимней розы. Она поспешила ответить, прокравшись в воронятник, чтобы послать ворона, когда удостоверилась, что ее никто не заметил. В следующий раз письмо уже было длиннее, больше похожее на запись из дневника о жизни в Королевской гавани, снабженное небольшими чернильными рисунками, заканчивающееся теми же тремя словами. Так и продолжалось. Когда Роберт Баратеон тоже написал ей письмо, Лианна села на кровать и уставилась на отрезок пергамента в неприкрытом удивлении. Его слова были восторженны и сентиментальны, он восхвалял ее красоту, Лианна подумала, что это, по его мнению, было романтично, но в сравнении с нежными и изящными словами Рейгара, письмо Роберта казалось ей неуклюжим и вымученным. Она быстро написала вежливый ответ, скорее из чувства долга, чем по собственной воле, думая о том, что если бы ей кто-то сказал год назад, что за ней будут ухаживать двое мужчин одновременно, то она бы рассмеялась тому в лицо. Это было просто невероятно глупо, говорила она себе, однако, это не останавливало ее от того, чтобы торопиться в постель каждый вечер, чтобы увидеть, ждет ли ее что-то новое на подушке. Это был обычный унылый день, когда все коренным образом изменилось. Шторма окружили Винтерфелл, словно стаи волков, где-то вдалеке грохотал гром, а благодаря грозовым тучам на горизонте было темно, словно стояла глубокая ночь, и проливные дожди уже не раз прошли над замком. Когда Лианна попросила отца разрешения отправиться на конную прогулку, лорд Рикард запретил ей, сказав, что не желает потом отправлять людей ей на выручку, когда начнется шторм, который отрежет ее от замка. — Меня не нужно спасать, — сказала Лианна возмущенно. — Я сама могу за собой присмотреть. Лицо ее отца, как и обычно, было лишено эмоций, но выражение его серых глаз всегда предельно ясно отражало его чувства. Сейчас же они были совершенно ледяные. — Достаточно, Лианна. Я уже устал от того, что ты споришь с каждым моим решением. Почему ты такая упрямая? Клянусь, я никогда не мог даже предположить, что у меня будут такие проблемы с дочерью! Лианна опустила голову вниз, уныло рассматривая свои туфли. На ее языке уже вертелось возражение, но она решила не спорить. — Хорошо, отец, — сказала она. — Прекрасно. Итак, ты уже собралась? Днем ранее, Брандон прислал им письмо, сообщая, что он зовет всех на его скорую свадьбу в Риверран, и лорд Рикард незамедлительно начал приготовления. Лианна покачала головой. — Тогда не лучше ли будет тебе прекратить слоняться вокруг конюшни, а подняться к себе и собрать свои вещи. — Хорошо, отец, — повторила она. Иногда она задумывалась, что если отец никогда не будет видеть в ней взрослую, памятуя о том, как она однажды спросила Брандона, почему он относится к ней не так, как к Неду, который был всего на несколько лет старше ее, и Брандон сказал ей, что именно так относятся отцы к своим дочерям и ей надо лишь привыкнуть. Впрочем, Лианна так и не привыкла к этому. Она уныло поднялась в свои покои и с грохотом захлопнула свою дверь, пнув ее, когда та закрылась. Ее сундук стоял открытый посреди комнаты, подготовленный для того, чтобы она сложила туда свои вещи, но вместо этого девушка подошла к окну и, распахнув его, выглянула во двор. Яркая вспышка света озарила небо на западе. На горизонте вновь появились тучи, и Лианна представила, как бы она поскакала навстречу им, обдуваемая ветром. Она закрыла глаза, позволяя холодному воздуху коснуться ее лица. В мыслях девушки сейчас был лишь топот копыт ее коня, а оглянувшись через плечо, она словно могла видеть знакомую фигуру наездника, следующего за ней на черном боевом коне. Лианна вздохнула и вернулась к своему сундуку. Голос Неда эхом отдавался у нее в голове с самого момента возвращения из Харренхолла: Зачем желать того, что никогда не исполнится? В этом нет никакого смысла. Именно тогда она и увидела — поверх ее подушки лежал свернутый пергамент, перевязанный черной лентой и опечатанный красным воском. Лианна подбежала к кровати, поднимая письмо. На восковой печати не было герба Баратеонов, вместо этого там был слегка стертый оттиск пальца. Она прижала к нему свой палец, по размеру отпечатка было видно, что он принадлежал мужчине. Негнущимися пальцами Лианна развязала ленту и развернула пергамент, из которого на пол посыпались потемневшие и смятые лепестки синих роз. Ее руки задрожали, когда она прочла текст письма. Найдите повод, чтобы отправиться помолиться Старым богам этим вечером, и, когда луна взойдет над библиотечной башней, приходите в богорощу. Как обычно, под сообщением не было никакой подписи. Лианна вздохнула, прижав письмо к своей груди. Она огляделась вокруг, словно ожидая, что кто-то наблюдает сейчас за ней, хотя дверь в ее покои была крепко заперта. Ее сердце бешено стучало. О, боги, что все это могло значить? Тем вечером за ужином она разыгрывала из себя примерную дочь, но постоянно оглядывалась вокруг, словно ожидая где-то в зале увидеть лицо принца. Лианна не могла объяснить сама себе, зачем она это делает, прекрасно понимая, что он бы не смог открыто появиться здесь. Ее отец давал прощальный пир для своих людей перед отбытием в Риверран, так что на столе было множество еды — тушеная ягнятина с картофелем и луком, оленина и с полдюжины других блюд, хотя ни одно из них не заинтересовало Лианну. Мыслями она была далеко, за пределами стен замка, глубоко в богороще, думая, вдруг принц уже там, среди деревьев, ожидает ее. Если кто-то из людей отца и заметил отстраненность девушки, то они никак это не прокомментировали. Когда пришло время для нее отправляться спать, то Лианна встала и обратилась к отцу. — Отец, не возражаете, если я пойду? Лорд Рикард лишь молча кивнул, казалось, что он все еще зол на ее неповиновение этим днем. Нарочито медленно, чтобы не вызвать подозрений, Лианна вышла из зала, поднявшись по ступеням в свои покои, направившись сразу к окну. Сев она подоконник, она прислонилась спиной к каменной стене. Шторм уже прекратился, и тучи, которые закрывали небо все это время, понемногу стали рассеиваться. Девушка посмотрела на небо в поисках луны, обнаружив ее бледный диск, частично скрытый облаками на уровне самого высокого окна в библиотечной башне. Девушка ждала нужного часа с терпением, ранее не виданным у нее. Звуки смеха и голосов мужчин из зала стали постепенно стихать, и когда она услышала шаги последних гостей во дворе, то знала, что пир закончился. Луна уже была практически над башней, и Лианна наблюдала за тем, как она медленно и лениво поднимается над крышей. Наконец, девушка набросила свой плащ, подняв капюшон, и подошла к двери, отпирая ее. На мгновение она замерла, вглядываясь в темный коридор, а затем вышла из комнаты, медленно идя на носочках, опасаясь, что ее шаги будут слишком гулко звучать на каменном полу, выдавая ее. Оказавшись снаружи, она почувствовала, как холодный ночной воздух обжег ее кожу. Лианна продолжила идти в тени, пересекая двор и выходя в богорощу через деревянные ворота позади псарни. В неясном лунном свете деревья выглядели почти мистически, словно гигантские копья, воткнутые в землю, а их изогнутые ветви плотным навесом закрывали землю. Девушка внимательно смотрела под ноги, пробираясь вперед, стараясь не задеть корни, покрывающие землю. В богороще всегда было тихо, но сегодня эта тишина казалась какой-то особенной, даже шаги Лианны были беззвучны, когда она шла сквозь заросли. Выйдя к сердце-древу, она замерла и осмотрелась кругом. Лианна никого не видела и не слышала ничего, кроме далекого уханья совы или шороха, издаваемого лесными зверьми, и была в недоумении теперь. Растерявшись, она уже предполагала, что кто-то подшутил над ней. А затем девушка заметила его, направляющегося прямо к ней, одетого во все черное. Ее лицо озарилось улыбкой, и Лианна побежала к нему навстречу, принц обнял ее и закружил вокруг смеясь. — Боги, как же я скучал по вам, — прошептал он, целуя ее волосы и покрывая ее лицо поцелуями, опускаясь к губам. — Скажите мне, скажите, что вы тоже скучали… Лианна взяла его лицо в ладони, глядя Рейгару в глаза. — Я скучала по вам больше, чем могу выразить словами, — сказала она, вновь целуя его долгим и нежным поцелуем. Какое-то время они просто стояли, удерживая друг друга в объятьях и не желая отпускать, но, когда поднявшийся легкий ветерок зашелестел листвой чардрев у них над головами, Лианна подняла вновь взгляд. — Я думала о вас каждый день, — тихо сказала она, опуская руки и отходя в сторону, продолжая смотреть на принца с болью в глазах. — Иногда я даже не могла уснуть… Прошли месяцы, я уже практически потеряла надежду. Рейгар шагнул навстречу ей, гладя Лианну по щеке. — Мне так жаль, любовь моя. Я сделал все, что мог. Лианна почувствовала, что в ее глазах стали скапливаться слезы. — Вот и все, — с грустью сказала она. — Вы здесь, чтобы попрощаться. — Попрощаться? — изумился он. — Нет, нет, не прощаться, никогда… Я здесь, чтобы попросить вас уехать со мной. Умолять вас, чтобы вы уехали со мной. Сердце в груди Лианны сжалось. Неужели она расслышала его правильно? — Уехать…уехать с вами? — Да, уезжайте со мной. Сегодня же. Его глаза умоляли ее, и Лианна почувствовала, что сейчас единственное, что она хочет — это взять руку Рейгара и пойти с ним, и не важно куда он поведет ее. — Но как? — это был простой вопрос, но Лианна понимала, что принц поймет ее. — Я женюсь на вас, любовь моя. Ваша семья не будет же против, ведь так? Вы станете моей королевой, а они станут второй по могуществу семьей в королевстве. — Но вы ведь уже женаты, — растерянно покачала головой Лианна. — Если бы все было по моей воле, то я бы немедля поскакал в Королевскую гавань после Харренхолла и изменил бы все, что стоит перед нами на пути. Но я слишком хорошо знаю своего отца, сейчас невозможно изменить все в королевстве одномоментно. Все должно быть сделано тщательно, — после недолгого молчания тихо сказал Рейгар, отходя и глядя на пруд перед сердце-древом. — Харренхолл разрушил все мои усилия. Мой отец скрывался годами за стенами Красного замка, но затем он объявил, что намерен сопровождать меня в Харренхолл, где я собирался поговорить с великими лордами о его ухудшающемся душевном здоровье. Кто-то предал мое доверие и сообщил отцу о моих намерениях. Я еще не нашел предателя, хотя у меня и есть подозрения на этот счет, — принц вновь повернулся к Лианне. — Поэтому мне пришлось затаиться и, боюсь, это заняло много времени. Я начал бракоразводный процесс, Элия вернется в Дорн, где она бы и без того предпочла бы находиться. Она будет пользоваться всеми теми преимуществами, что и в браке. Для нее ничего не изменится, кроме того, что она будет видеть меня реже и, разумеется, будет вольна выйти замуж за того, за кого захочет сама. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, подумала Лианна, не удержавшись от скептического выражения на лице, что не осталось незамеченным для Рейгара. — Я намерен отстранить своего отца, и править Семью королевствами как принц-регент, — просто сказал Рейгар, в его голосе не чувствовалось никакого удовольствия от подобного решения. — Я думаю, что это необходимо, хотя это и будет нелегко. Я попытался заручиться поддержкой королевской гвардии и Малого совета, но как показали события в Харренхолле, кто-то из них пошел против меня. — Но ведь это просто план, не так ли? — нахмурилась Лианна. — Я всегда говорил, что вы умны, — улыбнулся Рейгар, положив руки на плечи девушке. — Это всего лишь план, но есть еще кое-что, что подвигло меня начать действовать сейчас, об этом я расскажу, когда мы уже будем далеко отсюда. — И куда мы поедем? — В Королевскую гавань, — ответил Рейгар. — Мне придется спрятать вас там ненадолго, пока я не смогу полностью выполнить свой план, заключить договоренность с вашим отцом, и тогда мы будем свободны. Над головой девушки сейчас словно что-то шептали ветви чардрев, обдуваемые легким ночным ветром. Лианна подошла к пруду и, неожиданно запрокинув голову назад, рассмеялась. Когда она вновь повернулась к принцу, то он недоуменно наблюдал за ней, но девушка не могла прекратить смеяться. Всю ее жизнь люди считали ее дикаркой, даже ее собственный отец звал ее волчонком, и вот сейчас она впервые размышляла над возможными последствиями своих действий. Стоя напротив нее, Рейгар Таргариен замер, не сводя с нее взгляда. Этот мужчина готов изменить все королевство ради меня, подумала Лианна. Это было словно как в песнях. И в этот момент она осознала, что они могут так и простоять тут до самого рассвета, пока солнце не взойдет на востоке, и спорить о возможностях и последствиях, либо она просто возьмет его за руку и сбежит с ним, забыв обо всем. Она не удержалась от улыбки, это звучало просто невероятно хорошо. Рейгар улыбнулся, и одного взгляда в его глаза оказалось достаточно, чтобы она забыла о Роберте Баратеоне, своих братьях, забыла обо всем мире вокруг них. Принц протянул ей руку. Окруженная вековыми чардревами Винтерфелла, чья листва словно пылала у них над головами, Лианна Старк взяла руку принца, проследовав за ним. Это было самый своевольный поступок, который она когда-либо позволяла себе в своей жизни. И когда они скакали прочь от замка навстречу едва начинавшему подниматься солнцу, она ни разу не обернулась назад.