Глава 18. Интерлюдия
20 октября 2018 г., 16:12
***
Три судьбы сходятся. Один день из жизни. Время замедляется. Все замирает, но затем все продолжается вновь. Судьба словно смотрит на людей сейчас, меняя ход жизни, и история вновь продолжается.***
На Королевском тракте к югу от Перешейка, Брандон Старк вместе со своим приятелем Джеффори Маллистером и сквайром Этаном Гловером направлялся к гостинице на перекрестке. Приехавший из Долины на востоке, Кайл Ройс, который встретился с Элбертом Арреном возле Кровавых Врат, уже добрался до гостиницы и ожидал там друга. Брандон Старк должен был через три дня жениться в Риверране на прекрасной Кейтилин Талли, старшей дочери лорда Хостера Талли, о чем была достигнута договоренность еще пять лет назад. Ройс и Аррен, стремясь уже приступить к празднованию, заказали еды и медовухи и теперь рассказывали истории о своих любовницах и победах на турнирах, когда, наконец, в таверну широко улыбаясь вошел Брандон. Заказав себе кувшин крепкого эля, Брандон присоединился к компании. Все были в приподнятом настроении, ведь прошло довольно много времени, как они собирались все вместе, медовуха и эль лились рекой, а их смех был беззаботный и громкий. Когда солнце было уже высоко над горизонтом, прибыл лорд Хостер Талли, чтобы встретить своих уважаемых гостей и сопроводить их до Риверрана на рассвете. Он был значительно старше их, и хоть лорд Талли и сел за стол к своим гостям, его занимали совершенно другие мысли, а его кубок с вином остался практически нетронутым. И никто не заметил незнакомца, лицо которого было скрыто капюшоном, зашедшего в таверну, когда солнце уже практически село. Он был среднего роста, а по его фигуре с округлыми плечами и плотным животом было понятно, что незнакомец не чужд различным удовольствиям. Капюшон был надвинут на его лицо так низко, что рассмотреть его было бы тяжело даже при дневном свете, а в полумраке таверны и вовсе не представлялось возможным. Тихими, крадущимися шагами он приблизился к стойке и, сунув руку в карман плаща, извлек оттуда письмо, туго свернутое и перевязанное белой лентой, передав его служанке. Мужчина говорил настолько тихо, кивнув головой в сторону компании молодых людей за столом в углу, что девушка едва расслышала. — Для того, кто у них старший, — прошептал он. Служанка перевела взгляд в сторону молодого лорда Старка, чей кубок сейчас был приветственно поднят вверх для очередного тоста, а его хмельные глаза весело светились. Девушка нахмурилась. — Это для Брандона Старка? — спросила она. Служанка повернулась к своему собеседнику за ответом, но увидела, что незнакомец, который передал ей письмо, исчез столь же тихо, как и появился. В недоумении девушка оглядела зал, но его нигде не было. Посмотрев на письмо в своей руке, она направилась к Брандону, который едва удостоил ее взглядом, когда она встала прямо перед ним. — М’лорд? — Что? — повернулся к ней Брандон, явно недовольный тем, что девушка его отвлекла, но когда он рассмотрел, что она довольно молода и миловидна, то сразу же улыбнулся и продолжил уже более доброжелательным тоном. — Что случилось? — Здесь письмо для вам, м’лорд, — склонила голову служанка. Брандон нахмурился, а его спутники замолчав, поставили свои кубки обратно на массивный дубовый стол. — Ворон? — спросил он. — Нет, м’лорд, его доставил посыльный. Брандон осмотрел зал, вглядываясь в лица сидящих там мужчин и женщин. — И где же этот посыльный? — Он ушел, прежде чем я успела спросить его имя, — ответила служанка. Лицо Брандона потемнело. Он поблагодарил девушку, и та удалилась, а глаза его спутников все это время были прикованы к скрученному отрезку пергамента в его руке. — Там есть печать? — спросил Ройс. Она там действительно была, но символ на ней они никогда не видели ранее — это был отпечаток птичьей лапы. Брандон снял ленточку с письма и принялся читать.***
Останавливаемся. Меняем направление. Продолжаем.***
Первые лучи рассветного солнца освещали Винтерфелл сквозь кроваво-красные облака на горизонте, извещающие о том, что погода ухудшится еще сильнее. Вокруг замка сновали люди, их голоса эхом отдавались во дворе, когда они готовились к отъезду своего лорда в Ривверан, когда солнце окончательно взойдет. В центре двора стояла повозка, которую сейчас нагружали вещами и припасами для путешествия. Рикард Старк стоял под каменной аркой, наблюдая за сборами. Его меховой плащ, накинутый на плечи, был настолько тяжел, что, казалось, его вес пригибал лорда к земле. Этим утром Рикард проснулся с каким-то нехорошим предчувствием, всего тело было липким от пота, после ночных кошмаров, наполненных пылающим огнем и дымом. Он подумал о своей дочери. Своенравность Лианны беспокоила его, и пусть даже ей уже было 16 лет, практически взрослая женщина, он все еще волновался за нее. Прошлой ночью, когда она ушла из зала, не сказав практически не слова, словно в наказание ему за то, что он не позволил ей поступать как заблагорассудится, отправившись на прогулку верхом во время шторма. Рикард надеялся, что за ночь ее негодование поутихнет. Он развернулся и направился в замок, решив разбудить дочь и принести ей чашку теплого молока, как он делал, когда она была ребенком. Взяв молоко на кухне, лорд Рикард поднялся по каменным ступеням к покоям Лианы. Дверь в комнату была закрыта, поэтому он постучал и стал ждать. За дверью не раздалось ни звука, и он постучал второй раз, уже более сильно и громко. — Лианна? Могу я войти? Тишина. Он задумался на мгновение. Лорд Рикард не видел, чтобы девушка куда-то уезжала, да и он был определенно уверен, что видел Бурана в конюшне, когда находился во дворе. Он постучал снова, после чего толкнул дверь, которая оказалась не заперта, а в комнате никого не было. Кровать была заправлена, а простыни и меха аккуратно сложены. Рикард нахмурился. В комнате было холодно, и только тогда он заметил распахнутое окно. Мужчина подошел к нему, чтобы закрыть, и в этот момент заметил на полу синие лепестки роз, смятые и потемневшие, лежащие возле кровати…***
Перенесемся за много миль и смотрим вновь.***
Высоко в Орлином гнезде холодное зимнее солнце освещало двор, где на мечах сошлись в схватке Роберт Баратеон и Нед Старк. Раздался лязг стали, и Нед отклонился назад, обходя вокруг Роберта, выманивая его вперед, меняя хват меча в руке и вынуждая Роберта повернуться. Стоя за пределами площадки, Джон Аррен наблюдал за тренировкой своих воспитанников, делая замечания каждый раз, когда кто-либо из них допускал ошибку или наносил хороший удар. Они тренировались уже почти час, и Джон видел, что юноши уже стали уставать, на их лицах блестел пот, а волосы были мокрые. Он знал, что сейчас они были словно враги на поле боя, но когда они закончат, то снова обнимутся и рассмеются. Когда он впервые увидел их еще восьмилетними мальчиками, то Джон долго сомневался. В то время как Роберт всегда был шумным и неугомонным, Нед был необычно тих и серьезен для своего возраста. Сейчас же они уже были практически взрослыми мужчинами, но мало что изменилось, Нед так же имел влияние на Роберта. Из замка выбежал слуга, и Джон повернулся на звук приближающихся к нему шагов. — Милорд, — задыхаясь, проговорил мальчик. Он был новеньким в замке Аррена, сыном кузнеца из Долины. Он отчаянно пытался угодить лорду, протягивая тому письмо, даже не успев толком перевести дух. — Что это? — спросил Джон, беря письмо. — Прилетел ворон из Винтерфелла, милорд. Мейстер Колемон сказал, что это срочно. — Спасибо, Арон, — сказал Джон, вспомнив, наконец, как зовут мальчика. Он нахмурился, рассматривая письмо, которое, казалось, стало невыносимо тяжелым у него в руках. Джон помнил тот день, когда он получил известие от лорда Рикарда, что умерла его леди-жена, и помнил, как ему пришлось сообщить эту новость Неду, которому тогда было едва 13 лет, совсем еще мальчику. Аррен поддел пальцем восковую печать с головой лютоволка и открыл письмо. Почерк Рикарда был безошибочно узнаваем. — Нед! — позвал он. Звуки мечей стихли, и Нед обернулся. Он все еще улыбался, пытаясь отдышаться, но когда он увидел выражение лица Джона и письмо в его руке, то улыбка слетела с его лица. — Что случилось? — отбросив меч, он направился к Джону, а Роберт остался поодаль, давая им возможность поговорить наедине. Джон протянул Неду письмо, и тот задержал дыхание на мгновение, прежде чем коснуться пальцами кусочка пергамента. — Это явно дурные вести, — тихо сказал Нед. Джон промолчал, позволяя воспитаннику самому прочесть письмо. С каждым прочитанным предложением лицо Неда становилось все более сосредоточенным, а выражение его глаз все более мрачным. — Лиана пропала. Исчезла в одну из ночей. Мой отец нашел лепестки синих роз в ее покоях. Хостер Талли сообщил моему отцу, что Брандон поскакал в Королевскую гавань — он получил сообщение, что Рейгар Таргариен планировал похитить Лианну, — наконец поднял взгляд Нед, заметив, что Роберт выжидающе стоял в нескольких шагах от него. Роберт, подойдя к Неду, взял у того из рук письмо. — Милостивые боги! Этого не может быть, — прорычал он. Нед выглядел настолько растерянным, что Джон приблизился к нему, кладя руку на плечо юноше, пытаясь ободрить того. — Брандон защищает честь семьи, — сказал Джон. — Если принц сделал то, в чем его подозревают, то Брандон вправе поступить так. — Брандон слишком горяч, — тяжелым голосом произнес Нед. — Он не слушает голос разума, когда разгневан. — Я всегда считал, что этот Рейгар Таргариен проклятый сукин сын! — выругался Роберт, а его лицо исказилось от злости. — Да чтоб его Иные забрали! — Роберт… — начал Джон, наклоняясь к Неду, чьи руки сейчас безвольно опустились вниз. Баратеон посмотрел на друга и замолчал. — Сейчас бессмысленно бросаться угрозами, — сказал Нед нарочито спокойным голосом. — Мы можем лишь молиться, чтобы Брандон не сотворил ничего безрассудного.
