Non timebo mala

      Как только они вступили в лес, Гарри понял, что будет трудно. Очень трудно. Этот лес давил на него, на всю его магическую сущность. Он был мрачнее и темнее Запретного Леса, и один Мерлин знает, какие твари могут попасться им на пути. Маг крепче сжал ладонь принца и огляделся, пытаясь прочувствовать магию. Магия есть в любом предмете, и уж тем более она должна быть в старом лесу.       Кили крутил головой, рассматривая огромные деревья с почерневшими стволами. Весь энтузиазм и интерес как-то внезапно покинули его. Как вообще эльфы могут жить здесь? Было темно, даже солнце не пробивалось сквозь кроны, хотя сейчас оно должно было быть в зените. Вдруг Гарри, идущий рядом, покачнулся. Фили и Кили остановились, придерживая его.       — Эти деревья. Они умирают, — отвечая на немой вопрос, сказал маг. Гномы, которые и так были не в духе, помрачнели. Торин поджал губы, взял Бильбо за руку и дал знак идти вперед. Все верно — чем быстрее они будут идти, тем меньше времени придется провести в этом проклятом лесу. Гарри, сдержанно улыбнувшись Фили, пошагал за Королем, подтягивая принцев за собой и ускоряя шаг. Ему было плохо.       — Не нравится мне этот лес. Это все эльфийская магия, — проворчал Глоин, в мертвой тишине его слова показались излишне громкими, заставив вздрогнуть не только хоббита, но даже Кили. — Гномы созданы для тьмы гор, а не мрака леса.       — Не гуди, — резко осадил его Нори, и Гарри с удивлением посмотрел на него. Если уж этот, всегда молчаливый и непробиваемый гном нервничает, то что говорить о других. А прошло ведь всего пару часов, — и без тебя тошно.       Глоин недовольно прочистил горло, но промолчал, не желая сейчас отвлекаться на перебранки внутри отряда, когда врагов можно было ожидать отовсюду, и лишь поудобнее перехватил секиру.       Кили, несмотря на покинувшее его воодушевление, хихикнул, но, испугавшись эха, замолчал и пододвинулся к брату. Даже ему уже было понятно, что если им и встретятся эльфы, они не будут такими же доброжелательными, какими были подданные Лорда Элронда.       Фили посмотрел на мага, отмечая изменения. Он был максимально собран и напряжен. И если раньше принц понимал это только по его внешности, то сейчас он это буквально ощущал. Эмоции Гарри будто проходили сквозь него, и принц задался вопросом, чувствует ли парень то же самое. Но что он точно знал, так это то, что в этом месте намного опаснее, чем им всем показалось сначала, а Гарри снова о чем-то молчит. Наследник глянул на храбрившегося хоббита, цепляющегося за рукав Короля, и нахмурился. Если что-то вдруг произойдет, Торин бросится его защищать, это несомненно. А его самого кто защитит? Принц бросил взгляд на Двалина.       Воин шел, сжав зубы, приглядывая за Ори, который шагал между своими братьями. Пока он с ними, все будет хорошо. Двалин пересекся взглядом с Фили. В глазах принца читался вопрос, и, бросив взгляд на Узбада, гном все понял и кивнул. Если хоть кто-то приблизится к Торину, ему придется иметь дело с Хвать и Рвать.* Наследник удовлетворенно кивнул и взял Гарри за руку, чтобы снова почувствовать магическое покалывание, придающее сил.       Лишь Бофур все еще не унывал, пытаясь как-то подбодрить растерявшегося брата. Ему было не привыкать ходить по таким местам, хотя, конечно, в Лихолесье он еще не бывал. Да, жутковато, конечно, но ведь во всем можно найти что-то хорошее, верно? Совсем скоро они все будут в Эреборе. Вот расцветет Королевство, а там можно и о Кхазад-думе поразмышлять.       А лес тем временем все темнел и темнел. Вскоре Гарри пришлось выпустить несколько больших шаров люмоса, иначе дорогу бы вообще видно не было. Хотя и это помогало не так уж сильно. Мрак леса будто поглощал свет магии, и парень все больше убеждался в своих догадках. Им нужно как можно скорее выбраться отсюда. Видимо, Торин подумал о том же.       — Идти будем столько, сколько сможет самый выносливый из нас. Тех, кто слабее, будем нести, — объявил Узбад, после того как Гарри выпустил шестой по счету шар, а света все равно не стало больше.       — Правильно. Плохое это место, — сказал Глоин, несколько гномов постарше одобрительно кивнули. Кили хотел было что-то возразить, но, посмотрев на мрачного и встревоженного дядю, передумал.       Первым сбился хоббит. Он шел молча, не жалуясь, но в какой-то момент его ноги подкосились, и он, упав на колени, повис на руке Короля, низко опустив голову. Торин на миг растерялся, и Гарри, дернувшийся вперед, отчетливо увидел панику и ужас, промелькнувшие в глазах гнома. Подхватив Бильбо на руки, Торин закинул его себе на спину, игнорируя возмущенное бурчание, и вручил ему горсть орехов, заставляя поесть.       Все ели перекусами, на ходу. Сухофрукты и орехи очень помогали, но Гарри все-таки заставил Фили, Кили, Ори, Балина и Бофура с Бомбуром есть эльфийский хлеб, оставшийся в закромах его рюкзака. Бильбо заставлять было не нужно. Однако, когда спотыкаться стал уже Двалин, Ори сидел на спине Дори, Оин опирался на Глоина, Бомбур повис на Бофуре и Бифуре, Кили на Балине, а сам Гарри был вынужден иногда опираться на Фили, Королю, упорно шедшему вперед, пришлось признать, что привал необходим. Насколько мог судить маг, они шли около полутора - двух суток.       — Остановимся здесь, с тропы не сходить. Ходить только по парам, — остановившись, отрывисто распорядился Торин. — Гарри, доставай палатку, костра не будет.       Парень кивнул и, оторвавшись от Фили, сел там же, где стоял. Через десяток минут все гномы уже зашли внутрь и благополучно спали, судя по храпу, доносящемуся из палатки. Гарри, ухмыляясь, устанавливал щит и заглушающие заклинания, гадая, когда же Фили, оставшийся с ним, уже что-нибудь скажет.       — Я чувствую себя лучше, чем остальные, — наконец произнес гном, — из-за магии?       — Ага, она дает некоторые физические преимущества. Ты не тратишь ее на заклинания, поэтому на тебе это заметнее, чем на мне, — не отводя взгляда от того места, где должно было быть небо, кивнул Гарри.       — Спасибо.       Парень криво усмехнулся и покачал головой, сам он был не уверен, что это хорошо. Он почувствовал движение, поэтому даже не удивился тому, что Фили подошел сзади и обвил его талию руками, ткнувшись носом в затылок.       — Ты знаешь, ну, про Единственных? — тихо прошептал гном.       — Ты как-то поздновато спросил, — хмыкнул Гарри, кивая. — Балин рассказал мне еще до того, как ты подарил мне кинжал.       Принц прикрыл глаза и беззвучно засмеялся. Какой же он дурак.       — В таком случае ты знаешь, что сам Махал благословляет союз. Знаком этого служит процветание и удача, сопутствующая нам, пока мы вместе, — маг, уже закончив, стоял и слушал. — Мы... Выберемся отсюда, ведь правда? — голос принца дрогнул, но он, храбрясь, продолжил. — Что я несу... Конечно выберемся, тебе еще с моей мамой знакомиться, — Фили сжал парня крепче. — Я рад, что Махал подвел меня к тебе. Я тебя люблю.       Гарри вздрогнул. Прикусив губу, он стоял, не в силах совладать с эмоциями. Резко развернувшись, он обхватил руками лицо гнома и прижался лбом к его лбу.       — Я люблю тебя. ***       Прошла неделя. Или две. Гарри не мог сказать. Они все шли и шли, останавливались, когда идти уже не мог никто, а потом снова шли. С каждым днем магия давалась парню все труднее и труднее. Он бы списал это на усталость и выматывающий режим, но не мог, потому что знал настоящую причину. Каждый раз он воздвигал щиты вокруг палатки, и только они позволяли гномам не сойти с ума. Ну, или сходить с ума в разы медленнее. Именно благодаря щитам он понял, что с ним происходит. Магия покидает его. Опять. И если в прошлый раз виноват был он сам, то теперь виной был проклятый лес.       С каждым последующим заклинанием Гарри все отчетливее ощущал, как мрак вытягивает из него силы. На сотворение обычных щитов уходило в разы больше магии, а когда он не пользовался ей, лес вытягивал магию из него самого, делая его более уязвимым, чем когда-либо. Теперь он при малейших признаках опасности все чаще тянулся не к палочке, а к рукояти кинжала, закрепленного на поясе. В голове даже мелькали мысли научиться стрелять из лука, но парень отбросил эту затею после того, как ему пришлось останавливать сдуревшего Кили, пока тот пытался подстрелить белку, которая была и на белку-то не похожа. Ну где принц видел черных съедобных белок?       Через несколько часов после этого Гарри вдруг обнаружил, что Ори идет рядом с ним, прижимая свою книгу к груди. Его братья шагали где-то впереди, и маг с удивлением посмотрел на них. Как Нори и Дори могли не заметить отсутствие младшего брата? Вон, Фили своего ни на шаг не отпускает.        — Ори? — тихо спросил парень, Фили рядом вздрогнул, а Кили резко огляделся.       — Они как будто не замечают ничего вообще! — подавленно прошептал гном. Гарри нахмурился. Надо сказать Торину. Наследник, перехватив взгляд мага, пододвинул к нему Кили и, разжав руку, уверенно пошел вперед, к Королю. Гарри потянулся к Ори, взял его за рукав кофты и мягко придвинул на место Фили, между собой и Принцем.       — Дядя, — Торин обернулся, глядя на Фили удивленным, но чистым взглядом.       — Дори и Нори теряют рассудок. Они бросили Ори. Я не знаю... Что нам делать? — быстро прошептал Принц, стараясь не выдать своего волнения. Узбад нахмурился, оглядел гномов и отметил Бофура, растерянно смотрящего сквозь отряд, Глоина, бездумно бормочущего под нос проклятья и Нори с Дори, которые разошлись в разные стороны.       — Твой щит поможет? — спросил он у приблизившегося вместе с Ори и Кили мага.       — Да, но он не движется, а останавливаться я бы не стал.       Торин на минуту задумался, остановился.       — Двалин, есть веревка?       — У меня есть, — отозвался Фили, вызвав у дяди мягкую улыбку с оттенком гордости. Торин приказал всем обвязать себя вокруг пояса в одну цепь, чтобы никто не потерялся. Спереди и сзади шли самые сильные. Торин, Фили и Гарри шли перед отрядом, Двалин, Балин и Кили — за ним. Бильбо был вынужден встать посередине, рядом с Ори, несмотря на явное нежелание. Гарри лишь сочувственно вздохнул на причитания хоббита и похлопал его по плечу перед тем, как встать на свое место.       Однако протянули они не так уж и долго. Мысли ворочались в голове ужасно медленно, все казалось таким нереальным. Казалось, нет никакого леса, есть странная смесь темных цветов. Казалось, нет никакой Горы, есть лишь недосягаемая цель. Гарри повернул голову вправо и застыл как вкопанный, ужас охватил его, замораживая внутренности. Он не видел, как отряд остановился, не видел, как некоторые гномы непонимающе заворчали, не видел, как Торин нахмурился. Он не видел руки Фили, которой он тряс перед его лицом. Он видел только Его. Темного Лорда. А Том стоял, ухмыляясь своим тонким, змеиным ртом. Нагайна, шипя, сползла на землю, готовясь к броску.       — Не смей их трогать, — зашипел Гарри, и Фили в шоке уставился на него. Значит, Балин все-таки был прав. Наследник схватил все еще шипящего мага за плечи и хорошенько тряхнул. Гарри, сфокусировав взгляд, выдохнул и осел на землю, безуспешно пытаясь сдержать слезы. Его трясло так, будто он только вылез из ледяной воды. Бильбо, таща за собой всех, кто был сзади, взволнованно подошел к магу.       — Нормально, — парень поднялся на трясущихся ногах. — Все нормально.       Мерлин, как бы он хотел сжечь этот лес дотла. Торин дал знак останавливаться. Если уж у мага помутнел рассудок, то все действительно серьезнее, чем они все боялись.       Гномы разложили палатку сами, оставив Гарри приходить в себя. Фили сидел рядом и держал своего Единственного за руку. Он хотел заговорить с магом, но тот упорно молчал, сжав губы в тонкую полоску. Гарри устал. Он так сильно устал. Даже говорить что-то не было сил. Этот лес, или то, что в нем обитает, знает о его страхах. Том был таким реальным, змея была такой живой. Маг будто вернулся в свои четырнадцать. Краем уха он слышал тихие разговоры гномов, но не обращал на них внимания. Он так устал. Рука, которую гном обхватил своими теплыми пальцами, все равно мерзла. Магия, идущая из гнома, не помогала.       — Поставь щит, Гарри, — Торин приблизился к магу, смотрящему вперед стеклянным взглядом и нахмурился. — Гарри!       Парень вздрогнул и, посмотрев на Короля, поднялся. Фили встал следом за ним, чуть приподняв руки на случай, если магу снова станет плохо. Но Гарри твердым, ровным шагом прошел к палатке и поднял руки. Заклинания вылетали один за другим, закрывая место их отдыха от посторонних. На последних заклятьях руки начали дрожать. Он не смог сотворить последние чары, сбивающие со следа. Поджав губы, он прошел внутрь, смотря в пол. ***       Ему было больно. Шрам горел, голова разрывалась на части, шею сдавили длинные пальцы похожей на паука руки Темного Лорда. Он видел, как слева и справа каждую минуту падают замертво и друзья, и враги. Один за другим, как поломанные солдатики, которыми он играл в детстве, сидя в чулане. Стоило этой мысли придти в голову, как крики Битвы сменились руганью тети и визгами Мардж. Детство. Как же он не любил то время. Если бы его хоть кто-то забрал... Римус, например. Вдруг перед глазами встало мертвое лицо Тедда, и Гарри резко вздохнув, сел.       Фили и Кили спали, оно и понятно, даже Двалин уже еле передвигался и спал так, что Бомбардой не разбудишь. А вот Торина в комнате не было. Маг поднялся, стараясь не шуметь, и вышел из спальни в поисках Короля. Гном сидел у выхода из палатки и выглядел глубоко задумавшимся.       — Торин? — Узбад вздрогнул и обернулся. Это был первый раз за долгое время, когда Гарри обратился к нему, и это было довольно неожиданно.       — Гарри? — золото тут же отошло на задворки сознания. Парень выглядел несчастнее, чем когда-либо. Он и так был худым, а теперь, в походе, еще больше осунулся. Его кисти были такими узкими, что Торин с легкостью обхватил бы их обе одной рукой, под глазами залегли темные круги, а в самом взгляде гулял мертвый холод.       Маг сел слева от Короля, близко, игнорируя холод и приторный запах металла, исходящий от него.       — Мне нужен Таркун.       — Что произошло? — Гарри мрачно скривил губы. Торин, тоже осознав глупость вопроса, вздохнул. Надо было спросить по-другому. — Что это место делает с тобой?       Гарри, вздрогнув, поежился. Он думал, Королю нет дела ни до кого, кроме племянников и Бильбо. В последнее время он очень отдалился, но, видимо, ничто не может убить в нем заботливого правителя. Главное, чтобы это не переросло в манию.       — Оно... Лес. Он вытягивает из меня магию, — гном нахмурился.       — Разве это возможно?       — Да. Нет, — Гарри помотал головой. — В нашем мире есть существа, высасывающие жизненную энергию, вместе с магией и душой, но... Их ведь не может быть тут? — произнес парень с плохо скрываемым страхом в голосе, от которого Королю стало не по себе.       — Вряд ли. Не думаю, что в нашем мире есть твари из твоего, — Торин говорил тихо, размеренно, вспомнив вдруг, как успокаивал Кили в детстве.       Гарри неосознанно придвинулся ближе к гному, который сейчас казался ему взрослым и надежным. Торин посмотрел на него, и в его синих глазах Гарри увидел заботу, неравнодушие и усталость, которая была во взгляде Сириуса. Тянущая боль сдавила грудь.       — Мне страшно, — слова вырвались наружу против его воли. Второй раз в жизни он сказал это. Он это признал.       — Ну, это вполне нормальное чувство, — ответил гном словами его учителя. Видимо, взрослые говорят детям одинаковые вещи. Гарри усмехнулся, вспоминая, как говорил Тедду то же самое, буквально полгода назад. — Только глупые ничего не боятся.       Маг кивнул, глядя в землю. Торин, глубоко вздохнув, притянул мальчика к себе, обнимая за плечи. Гарри, чувствуя, как холод, идущий от Короля, медленно исчезает, положил щеку на его плечо, цепляя ткань рубашки отросшей щетиной. Узбад удивленно приподнял брови и повернулся.       — Я думал, у тебя не растет борода, — Гарри засмеялся.       — Растет, просто я пользовался специальным зельем. Оно стойкое, и эффект исчез только сейчас.       Торин хотел что-то спросить, но в этот момент сзади послышались звуки шлепающих по голому полу ступней. Маг и гном одновременно развернулись, и перед ними предстал заспанный, растрепанный, зевающий Фили. Глаза Гарри зажглись весельем, и он улыбнулся, переглянувшись с Королем.       — Дядя... — Принц остановился перед ними, глядя еще не совсем осмысленно. — Мне кошмар приснился.       Да, видимо, сегодня у Торина день откровений и удивления. Он не помнил, когда Фили вот так запросто подходил к нему в таком виде, тем более после плохих снов. Тридцать? Сорок лет назад? Усмехнувшись, гном похлопал на место справа от себя. Принц, прошагав, плюхнулся рядом, прислоняясь к плечу дяди.       Узбад, наконец, глубоко и свободно вздохнул, обнимая племянника. Золото исчезло из его разума, на его место встал дом и семья. Так, как и должно было быть. ***       Гарри не знал, смеяться ему или плакать. Кили, как самый глазастый, неведомым образом заметил еле пробивающуюся щетину и сделал из этого грандиозное событие. Он умудрился разболтать об этом всему отряду еще до того, как гномы выступили в дорогу. В итоге, маг будто снова попал на свой первый курс в Хогвартсе.       Все так и норовили подойти, посмотреть. Даже Двалин подошел, оглядел с одной стороны, с другой, удовлетворенно кивнул и протянул руку для рукопожатия. Гарри, находясь в полной прострации, принял ее, вызывая у воина еще один кивок.       Глоин и Оин подошли вместе, Оин очень долго и очень громко переспрашивал, откуда борода, и пока маг пытался объяснить, что это нормально и вообще-то не впервые, Глоин прослезился, с нежностью вспоминая то время, когда у его сына потемнела борода.       Когда подошел Ори, Гарри еще держался, но уже на грани, Кили тихо веселился где-то поблизости. Молодой гном попросил потрогать щетину, исключительно ради интереса, и маг опешил. И отрицательно покачал головой, отмечая про себя, что и сам начал придавать волосам слишком много значения. Вопреки его опасениям, Ори не обиделся, а улыбнулся и протянул руку.       — Я просто думал, ты отказывать не умеешь, — с энтузиазмом провозгласил он.       Отлично, теперь его еще и испытывают. Сзади, ухмыляясь, подошел Балин и похлопал парня по плечу.       — Зато они отвлеклись от леса, — Гарри обернулся на гомонящих гномов. И правда отвлеклись.       — Почему он не действует на вас? — спросил маг, и Фили рядом кивнул.       — Я стар. У меня нет ничего полезного для него. Я проходил это место раньше и знаю, чего делать нельзя, — гном горестно вздохнул. — Но этому невозможно научиться, не пережив самому. Чем меньше думаешь о лесе, тем меньше он думает о тебе.       Балин отошел к брату, оставив Гарри думать. Значило ли это, что чем ты сильнее, тем больше лес забирает? Или это все из-за Магии Смерти? И значит, он не мог этому противостоять? Или мог? Это похоже на окклюменцию, но, Мерлин, как очистить разум ЗДЕСЬ. Маг обернулся на гномов. Ну, хоть у них есть на что отвлечься.       Кили, которому через пару часов наскучило слушать болтовню гномов, от скуки начал рассказывать Гарри, как гномы отмечают тот день, когда борода начинает выделяться. Фили время от времени посмеивался, уверяя Гарри, что нет у них обычая класть первый потемневший волос под подушку, чтобы получить монету, ровно как и нет обычая дарить его Наставнику или сбривать наголо, чтобы росло лучше. Гномы вообще ее не сбривают. А Кили, не обращая на это никакого внимания, продолжал нести всякую чепуху, даже не делая вид, что говорит правду.       Они дошли до нее, как раз когда младший принц с энтузиазмом повествовал о ДПБ — Дне Потемневшей Бороды. Он мгновенно прервался, сзади кто-то, кажется, Бофур, ликующе воскликнул.       — Река! Мы прошли больше половины! — радостно произнес Фили.       — А как мы перейдем ее? — Бомбур подошел к краю, Бофур, схватив его за руку, потянул назад.       — Ее нельзя переходить, — сказал Гарри. — Беорн же говорил, что ее нельзя трогать.       — И что же теперь делать? — Кили обернулся на задумчиво смотрящего на воду Торина. Гарри вздохнул.       — Фии, — Принц посмотрел на мага, — помнишь сказку о трех братьях? — глаза Принца понимающе сверкнули, и он кивнул, наблюдая, как Гарри взмахивает палочкой.       Очень, очень медленно, ветка за веткой, на месте, где они стояли начал появляться мост. Он вырастал будто из-под земли, корни обвивали друг друга, а маг все тяжелее дышал. Фили схватил его за свободную руку, сознательно передавая ему сил, за что получил благодарный, полный нежности взгляд.       — Сделано. Мы не упадем, можно идти, — вытирая пот со лба, произнес парень.       Мгновение тишины, а затем воздух прорезали восхищенные возгласы. Гномы, гомоня и веселясь, ступили на мост. Бофур подошел к Гарри, задорно улыбаясь.       — Ты — Дар Махала, — сказал гном, за что получил недовольный взгляд Балина. Маг, заметив это, замер. Воспоминание внезапно всплыло в его голове. Мерлин, неужели он опять вляпался в какие-то пророчества?