Amour. Верить сердцу.

Париж. Как прекрасен этот город своей архитектурой, человеческими ценностями, природой. Воздух этих мест так и пронизан романтикой и влюблённостью. Возможно, вы посчитаете неправильным мой приезд сюда, но именно здесь последние два года проживала моя давняя подруга — Розали Хейл. С ней мы познакомились в Беркли. Розали увлекалась психологией, я же остановила свой выбор на международном бизнесе и предпринимательстве. Конечно, я могла бы выбрать более престижный вуз, что-нибудь из «Лиги Плюща», но я никогда не любила выставлять богатство отца на обозрение и всегда старалась добиваться всего сама. Конечно, не без папиной минимальной помощи. Но, как это обычно бывает с красивыми блондинками, модельная карьера превыше всего — вот и Роуз бросила обучение ради карьеры, но всё же это не помешало ей получить диплом. Розали много путешествовала по миру, но больше всего прониклась Францией, а именно — Парижем. Поэтому и приобрела себе квартиру в престижном районе. Она не раз приглашала меня в гости, но всё как-то не складывалось. Сейчас я сама бежала к ней, даже не уведомив подругу о прибытии. Из-за разницы во времени я прибыла в город романтиков поздно ночью. Чтобы не беспокоить Розали, я поймала такси и попросила, чтобы меня отвезли в «Mercure Paris Centre Tour Eiffel». В такие минуты, когда приходится экстренно выезжать в Европу, я благодарна любознательности и знанию иностранных языков. Пусть у меня и был акцент в разговоре на французском языке, но зато я без труда общалась на нём. Девушка-француженка, работающая на ресепшене, с лёгкостью переключилась на английский, как только узнала, что я — американка. Обслужив меня по высшему разряду, она вручила мне ключ от номера и пожелала приятного пребывания в Париже. Да, мне хотелось того же. Заселившись, я бросила на пол сумку и прошла к окну, чтобы полюбоваться Эйфелевой башней и открыла его, впуская в номер вечерний воздух. Достав мобильный, я впервые с момента отлёта включила его. На меня сразу же обрушилось огромное количество сообщений и неприятных звонков: от родителей, Калленов, друзей, коллег, журналистов. Проигнорировав все, я нашла номер Розали и позвонила по Face Time. К моему удивлению, подруга ответила почти сразу. — Привет, Свон, или, точнее сказать, Каллен, — улыбнулась приветливо моя любимая блондинка. — Привет, Роуз, я всё ещё Свон и никогда не намерена на себя примерять фамилию Каллен, — ответила я честно. Глаза подруги округлились. — Что произошло? Что натворил этот негодник? — поинтересовалась подруга, сделав глоток вина. М-да, я бы тоже сейчас не отказалась от выпивки. — Без бутылки не расскажешь, милая, — горько усмехнулась я, привалившись к оконной раме. — Ты почему ещё не спишь? — Да как-то не спится. Вот думала тебе позвонить, а потом вспомнила, что у тебя свадьба да решила отложить на потом… — Розали вздохнула. — Беллз, расскажи, что случилось? На тебе лица нет. Я даже отсюда вижу. В ту же секунду на глаза набежали слёзы, и я попыталась их сморгнуть, но не вышло. — Милая моя, — взволнованно проговорила подруга. — Была бы ты поближе, я бы вмиг к тебе приехала и поддержала. — Прямо в домашней одежде? — сквозь слёзы усмехнулась я. — А ты сомневаешься? Я даже в пижаме буду выглядеть на все сто, — парировала в ответ Хейл. — Радуйся, Роуз, у тебя есть возможность доказать мне это. Я в Париже. В «Mercure Paris Centre Tour Eiffel», номер 307. По ту сторону что-то упало, и на мгновение Розали пропала с экрана мобильного, но уже через секунду она вновь появилась. — Ну и шуточки у тебя, Свон, — закашлялась она, и чтобы окончательно убедить подругу в правдивости своих слов, я повернулась спиной к окну, при этом поворачивая телефон. — Да, ты, блядь, не шутила! — воскликнула Розали, увидев маячившую на горизонте Эйфелеву башню. — Нет. Так ты приедешь? — Ты ещё спрашиваешь? Дай мне полчаса, и я буду у тебя, подруга. Что бы дерьмовое не случилось с тобой дома, детка, мы справимся с этим. Слышишь? Ты и я против всего мира, как в старые добрые времена. — Мне нравится твоя идея, и, Розали, захвати парочку нашего любимого, ладно? — Ты ещё спрашиваешь? Жди, скоро буду. После разговора с Хейл на душе стало спокойно и немного легче, но я знала, что это чувство обманное, и осознание случившегося очень скоро накатит на меня. И всё же я решила позвонить родителям, вернее, папе. Было страшно, но я не желала, чтобы он тревожился обо мне. Едва раздались первые гудки, как на звонок ответили: — Белла, доченька, с тобой всё хорошо? — вопрошал взволнованный голос Чарли, слёзы вновь побежали по щекам. — Пап, со мной всё хорошо, — я сделала глубокий вдох, — прости, что подвела тебя и маму. — Не говори глупостей, маленькая моя, это я подвёл тебя, настаивая на этом браке. Прости старика, я не хотел, чтобы тебе причинили боль, — я слышала, насколько папа был расстроен. И больше всего мне хотелось сейчас обнять его. — Ты у меня не старик, а очень привлекательный мужчина в расцвете сил. К тому же, я знала изначально, к чему это может привести, просто… — Он обманул не только твои ожидания, моя дорогая. Я хотел прибить щенка. — Папуль, он того не стоит. Горбатого могила исправит, — я снова вздохнула. — Послушай, я прошу вас с мамой, не переживайте за меня. — Ты скажешь, где находишься? — задал вопрос Чарли. — А ты разве ещё не знаешь? — Ещё нет, — я услышала небольшой смешок. — Ещё не успел попросить парней напасть на твой след. — Отставь своих парней в покое, я в Париже с Розали. Погощу у неё некоторое время, а потом вернусь домой. — Не далеко ли ты забралась, солнышко? — я закатила глаза на выражение отца. — В самый раз. Здесь в компании Хейл я быстрей оправлюсь, и с новыми силами вернусь с НЙ. — Прости, милая, не могу больше говорить. Передавай мисс Хейл от нас «привет». Люблю тебя. — И я тебя, папа. Поцелуй за меня маму, пожалуйста. — Всё сделаю, береги себя, — и он отключился. Видимо, подошёл кто-то из Калленов. Через полчаса, как и обещала, на пороге моего номера появилась Розали. От одного вида подруги в спортивном домашнем костюме и ненакрашенного лица, на губах появилась улыбка. — Ты не шутила, когда говорила, что приедешь в чём была, — усмехнулась я, впуская её, на что Роуз только фыркнула. — Ты всё ещё сомневаешься в моих способностях, Свон, — парировала в ответ Хейл. Поставив на столик две бутылки нашего любимого «Совиньон Блан», девушка незамедлительно притянула меня в свои крепкие объятия. — Как же я скучала по тебе, подруга, — промолвила Роуз, целуя меня в щёку. — И я за тобой соскучилась, блонди. Разместившись на диване, мы откупорили бутылочку вина и, невзирая на поздний час, попросили доставить в номер фруктовую нарезку. Наш заказ был исполнен чрезвычайно быстро, за что я поблагодарила работника хорошими чаевыми. Сначала я не знала, как начать рассказ, а потом стоило только Розали задать пару наводящих вопросов, слова из меня потекли рекой. Подруга слушала меня, не перебивая, иногда только переспрашивала, уточняя интересующие её моменты. Всё время она подливала мне вино, хотя сама практически не пила. К концу моей исповеди за окном был рассвет. Две бутылки вина были выпиты до дна. Я, изрядно охмелевшая, еле ворочала языком. В итоге, Хейл помогла мне раздеться и уложила в постель, укрыв одеялом. Чтобы не возвращаться домой поздним утром, подруга осталась со мной. Проваливаясь в сон, я понимала, что моё пробуждение будет болезненным из-за похмелья, которым я страдала не часто. Но даже в алкогольной дымке, я была рада встретить физическую боль, нежели душевную. Как и предполагалось, Розали не позволила мне грустить или зацикливаться на случившемся. Буквально на следующий день после моего прилёта в Париж ей позвонил агент и попросил прибыть в Милан на показ. Роуз предстояло в экстренном режиме заменить заболевшую модель на показе известного модельера Франческо Брантелло. Подруге не пришлось долго уговаривать меня на поездку, и уже в скором времени мы сидели на борту авиалайнера, уносящего нас в Италию. По прибытию в страну мы поехали в отель, где был забронирован номер для нас двоих. Оставив вещи, мы отправились в Дом Мод, где проходили завершающие репетиции показа. Едва мы оказались в помещении, как нас незамедлительно проводили в огромную гримёрную, где кипела жизнь. — Мисс Хейл, как же я рад, что вы согласились так скоро приехать и выручить меня, — промолвил с итальянским акцентом мужчина, обнимая и целуя Роуз в обе щёки. На первый взгляд мужчине лет за сорок. Он коротко стриженный, с карими глазами и аккуратной щетиной на лице. Одет он был в классические брюки и белую рубашку, верхние пуговицы были расстёгнуты, а рукава закатаны. По моему мнению, он не сильно отличался от обычного бизнесмена в момент отдыха. Должна также признать, что Франческо довольно красивый мужчина. Мысленно я позлорадствовала Элис, так как подруга мечтала лично встретиться с ним, но у неё это ещё не получилось. Надо будет подразнить Каллен при возможности. Видимо, я не очень тихо усмехнулась, так как внимание мужчины переключилось на меня. Он внимательно, с неким интересом и в то же время недовольством осмотрел меня и мой наряд. Джинсы, красный топ и кожанку, а также конверсы на ногах. Затем фыркнув, посмотрел мне в глаза.  — Una ragazza così bella e vestita così senza gusto (Такая красивая девушка и так безвкусно одета), — произнёс он на итальянском, качая головой. — Должно быть, это твоя помощница? — спросил он на английском, обращаясь к Розали. Прежде чем подруга сказала хоть слово, я ответила. — Pensi ai jeans insipidi di Armani e alla blusa di Chanel? O il mio aspetto generale? (Вы считаете безвкусными джинсы от Армани и блузу от Шанель? Или мой внешний вид в целом?) — поинтересовалась я на итальянском с акцентом. — Мистер Брантелло, я понимаю вы привыкли судить людей по одежде, но не прошлый ли это век? Мужчина выглядел ошеломлённым. — Позвольте представить вам мою подругу Изабеллу Свон, — заговорила Розали, улыбаясь. — Она совладелец, директор, а также главный редактор глянцевого издания «FASHION» в Нью-Йорке. Поверьте, Белла как никто другой,знает толк в одежде и моде. — Прошу простить меня, мисс, — виновато улыбнулся мужчина и, взяв мою ладонь, поцеловал её. — И прошу, зовите меня Франческо или Фран. — А вы меня Белла, — улыбнулась ему в ответ. На этом наше знакомство временно завершилось. Я с интересом наблюдала, как подходит подготовка к показу. Отмечала насколько суетливая и нервная работа у персонала: визажистов, парикмахеров и стилистов. Насколько привередливы модели. День пролетел практически незаметно, и места для грусти не было. Франческо оказался интересным собеседником. Невзирая на свою занятость, он постоянно находил время, чтобы перекинуться со мной несколькими словами. Ближе к вечеру, за два часа до приёма, он позволил всем девочка отдохнуть. Зная правила подобных мероприятий, я вскоре засобиралась в отель. У меня не было подходящего наряда для посещения показа, да и приглашения тоже, а простоять за кулисами… Что же, мне хватило этого на протяжении дня, и должна сказать, что я немного подустала от моды, да и есть хотелось очень. Я мечтала о том, как приеду в отель и закажу себя порцию пасты с сыром или большую пиццу. С мыслями о еде, я подошла к подруге. — Розали, я, пожалуй, поеду в отель, — произнесла я тихо, чтобы услышала только она. — Что? Какой отель, Белла? — удивилась она очень громко, привлекая к нам внимание. Я укоризненно на неё взглянула. — Послушай, я правда очень устала. Не привыкла к такой суете. По крайней мере, я узнала, как творится чудо, которое потом мы видим в зале. Приятно и полезно побывать по иную сторону показа, — улыбнулась я. — Ничего не знаю, Свон, — покачала головой подруга. — Ты нужна мне здесь, к тому же, Франческо подготовил для тебя сюрприз. Ты ему очень понравилась, — заговорщицки произнесла Роуз. — Не говори ерунды, — но Хейл лишь покачала головой, и посмотрела мне за спину. — Франческо, может тебе удастся уговорить её остаться? — промолвила Розали, когда к нам приблизился модельер. — А что? Красавица Белла решила нас покинуть? — удивлённо взглянул он на меня. — Ты всё-таки обиделась на мои слова. — Нет, всё хорошо. Обиды нет, просто я не соответствую данному мероприятию, — оба непонимающе уставились. — Роуз, ты помнишь, почему я приехала к тебе в Париж? — Да, ты сбежала со свадьбы, — ответила подруга. — Что? Чья Свадьба? — глаза Франческо округлились, и он с интересом смотрел то на меня, то на Роуз. — Моя, но это не важно, — сказала я. — Ты помнишь, с чем я приехала? Ты, правда, думаешь, что я смогла уместить в спортивной сумке платье и туфли? Розали на миг задумалась, а когда она поняла меня, прищурено посмотрела на Брантелло. Сначала я не осознавала, зачем подруга так уставилась на мужчину, но когда осознание сошло на меня, было поздно. — Фран, а у тебя найдётся лишняя пара туфель и чёрное платье для моей подруги? Модельеру понадобилось всего несколько секунд, чтобы понять суть вопроса Хейл. Потом он посмотрел на меня и лучезарно улыбнулся. — Ты будешь сегодня блистать, как одна из моих моделей, — произнёс Брантелло. — Идём со мной, я знаю, во что тебя одеть. Схватив за руку, мужчина повёл меня за собой. Я лишь беспомощно оглянулась на Розали, которая, смеясь, помахала мне на прощание ладонью. Нужно ли говорить, что Франческо Брантелло злой гений, помешанный на контроле и всём прекрасном? Я не была дурна собой и считала себя довольно красивой, но после мастерской руки умельца не узнала себя в зеркале. Конечно, это не совсем так, но отражение в зеркале мне очень понравилось. Личная комната модельера являла собой однокомнатную квартиру с личной ванной, где я с удовольствием приняла душ. После я оделась в оставленные Франом трусики и халат и позволила двум девочкам уложить мои волосы и сделать макияж. Вскоре появился сам модельер, в его руках был одёжный чехол чёрного цвета. Когда причёска и макияж были завершены, девушки удалились, оставляя нас с Брантелло наедине. Мне стало очень неловко, это заметил и Фран. Он мило улыбнулся. — Не переживай, приставать не стану, как бы сильно ты мне не нравилась, — успокоил меня мужчина. Он повесил чехол на манекен и повернулся ко мне. Черты лица его стали серьёзными, а глаза заполнила то ли тоска, то ли грусть. — Могу я задать тебе один вопрос? — я кивнула. — Почему ты убежала со своей свадьбы? Резко вдохнув, я отвела глаза от Франческо. Притуплённая боль снова вспыхнула в груди. — Если тебе об этом трудно говорить, не отвечай, — сказал мужчина очень тихо. — Я просто хотел узнать мотивы. — Это долгая история, — промолвила я, сжимая руками подлокотники кресла. — А если вкратце? — попросил Брантелло, присаживаясь в соседнее кресло. Я понимала, что имела полное право не отвечать мужчине на поставленный вопрос, но желание поделиться с кем-то ещё своей неудачей превысило разумность действий. — Этот брак был по договорённости, чтобы объединить две влиятельные семьи, главы которых дружат уже давно. Мой отец и Карлайл решили, что нет ничего лучше, чем поженить нас с Эдвардом. Мы не возражали, так как считали это выгодной сделкой, а с тем учётом, что ни он, ни я не были обремененны постоянными отношениями, без труда согласились на это. Тем более что между нами была химия. — Тогда что не так? — осторожно поинтересовался Франческо. — Всё! Эдвард любитель женщин — он бабник. Было бы глупо ждать от него верности и преданности, я понимала это, поэтому попросила об одном — чтобы о его похождениях никто не узнал. Также я предупредила его, что не позволю делать себя рогоносцем перед публикой. За несколько месяцев до свадьбы Эдвард вроде бы как изменился. Стал уделять мне знаки внимания, ухаживать. Я понимала, что это всё игра на публику, но глупому сердцу разве что объяснишь? — я горько усмехнулась. — Я влюбилась, ослабила оборону и бдительность. В день свадьбы буквально за пять минут, чтобы идти к алтарю — мне доставили конверт, с фотками, — я сделала глубокий вздох. — Где мой предполагаемый жених трахает неизвестную мне девушку за два дня до свадьбы. — Ого, — Франческо присвистнул. — И я не смогла выйти за него. Знаешь, мне было, по сути, плевать, что он трахает кого-то ещё. Меня зацепило то, что эти фотографии были присланы мне. Выходит, этой девушке ничего не мешало слить эти снимки в прессу. — И ты, чтобы не вызывать позор на семью, просто уехала, — понял Брантелло. — Ты сильная личность, Изабелла. — Нет. Если бы я была сильной, осталась бы и врезала этому мудаку по лицу, а так я просто сбежала к подруге. — Родители знают, где ты сейчас? — Да, после прибытия в Париж я позвонила отцу и сказала, что нахожусь с Розали, чтобы они с мамой не волновались. Я боялась разочаровать отца, но, как оказалось, он рад, что я не совершила глупость в виде брака, и сам извинялся за то, что попросил меня о таком шаге. — У тебя хороший папа, — улыбнулся Франческо. — Да, это так, — вздохнув, я грустно улыбнулась ему. — Но у тебя ведь тоже есть история? — Есть, но расскажу её в другой раз, — мужчина поднялся на ноги и подошёл к чехлу. Расстегнув его, Фран достал маленькое красивое чёрное платье, вышитое пайетками. Я заворожено смотрела на изделие в мужских руках. Оно было таким маленьким, что только кукле окажется в пору. Видимо, заметив моё скептическое выражение лица, Франческо усмехнулся. — Оно будет идеально смотреться на тебе, Изабелла, — из его уст моё полное имя звучало очень красиво, протяжно. Осторожно приняв платье из рук создателя, я зашла за ширму и, сбросив халат, медленно надела вещь. Тут же я столкнулась с невозможностью застегнуть молнию платья, так как не дотягивалась. Видимо мой тяжёлый вздох позабавил Франческо, он громко рассмеялся. — Мисс Свон, неужели вы так стесняетесь меня? — Я не привыкла представать полуобнажённой перед малознакомым мужчиной, — парировала в ответ, выходя из-за ширмы и поворачиваясь к нему спиной. — Поверь, меня нельзя назвать скромницей, и уж тем более стеснительной. Должна отдать должное, Франческо застегнул молнию платья, не прикоснувшись к моей коже. После он подал мне пару туфель на высоком каблуке и клатч, куда я смогла положить удостоверение личности, телефон, карточку и наличку. Я подошла к зеркалу и снова засмотрелась на своё отражение. За спиной стал Франческо. Он восхищённо смотрел на меня или на свою работу. — В который раз убеждаюсь, что для каждого моего любимого творения есть свой единственный владелец. Я рад, что ты стала таковой для этого платья, — прошептал он с грустной улыбкой на губах. — Оно ждало тебя три года. — Чего? — удивлённая, я развернулась к мужчине, но он уже отошёл от меня. — Я создал это платье три года назад, и ни разу за все годы никто кроме меня не видел его. Ты, Изабелла, первая, кто продемонстрирует его общественности, и единственная, кто будет владеть им. — Франческо, — я шокировано смотрела на него широко раскрытыми глазами, — я не могу. — Изабелла Свон, вы отказываетесь от моего подарка? — серьёзно и сурово спросил Брантелло, и у меня язык не повернулся отказаться. — Спасибо. Для меня честь… — Не нужно, милая, — ласка быстро сменила суровость, — просто обещай, что будешь носить его. — Обещаю, — я в неверии смотрела на подарок, всё ещё пытаясь переварить случившееся. Время быстротечно, а если ты проводишь его с пользой, так вообще пролетает мгновенно. После нашей беседы в комнате Франческо мы присоединились к остальной его команде. Девушки-модели с завистью и злостью одаривали меня взглядами, и лишь Розали восхищалась мной. Ассистентка Брантелли проводила меня в зал и усадила на стул в первом ряд, пока остальные гости наслаждались фуршетом. Вскоре все они заполнили зал. Я видела множество знакомых лиц обложек разных печатных изданий. Некоторые влиятельные политики также присутствовали здесь. Контингент был разным: от юных барышень до пожилых модниц. Многие из них спорили о предстоящем показе, я лишь качала головой, слыша их бессмысленную болтовню. Я настолько погрузилась в обстановку, что не сразу поняла, что возле меня кто-то присел. — Впервые встречаю модель, которая скептически настроена на обсуждение модных тенденций этого сезона, — прозвучал глубокий голос с небольшим, малозаметным акцентом. — Неужели вы, как и я, находитесь здесь по принуждению? — Во-первых, я не модель, — произнесла я, обращая своё внимание на собеседника. — И, во-вторых, я — подруга одной из моделей сегодняшнего показа, так что здесь нахожусь с удовольствием. — Ну, теперь я тоже рад, что посетил это мероприятие, — улыбнувшись, произнёс красивый парень, глядя на меня заинтересовано. — Кай Вольтури, — представился он, протягивая ко мне руку. — Изабелла Свон, — улыбнулась в ответ, подавая свою ладонь, которую он незамедлительно поцеловал. Едва губы Кай коснулись моей кожи, как между нами проскочил импульс. Мы удивлённо уставились друг на друга, но затем я осторожно вернула свою ладонь и отвернулась, сосредотачивая внимание на подиуме. Меня испугала искра, проскочившая между мной и новым знакомым. Сердце в груди колотилось очень сильно. Рядом сидящий мужчина был очень красивым. На вид ему лет тридцать, может, немного больше. Он блондин с короткой стрижкой и лёгкой щетиной на лице, которая делала его ещё более привлекательным. Голубые, как озера, глаза с первого взгляда пленили и взывали ко мне. Чёрный костюм идеально очерчивал его тело, пуская моё воображение в свободное плавание. И это всё я смогла отметить за те немногие секунды, когда он целовал мою руку. Но что ещё больше заинтересовало меня, так это то, что парень был американцем. Вернее, мне так показалось, хотя я могу ошибаться. Начался показ. Вопреки желанию посмотреть на красавчика рядом со мной, я обращала свой взор только на дефилирующих моделей. Казалось, парень просчитал мои действия и наоборот, подсел ближе ко мне и постоянно комментировал ту или иную вещь. Вскоре мы вместе стали вести беседу относительно показа. С Каем было приятно общаться, при всей нелюбви к моде он разбирался в ней довольно неплохой. Когда я спросила его об этом, он лишь пожал плечами и что-то сказал о маме, дружащей с известными модельерами. В зале, где проходил показ, было прохладно, по крайней мере, мне, так как я не принимала ничего горячительного, в отличие от остальных посетителей, которые то тут, то там потягивали спиртное. Заметив мой дискомфорт, Кай без слов снял с себя и пиджак и накинул мне на плечи. — Не могу смотреть, когда красивая девушка мёрзнет, — улыбнулся он обворожительной улыбкой на мой вопросительный взгляд. Как специально на подиум вышла Розали. Она была профессионалом, но едва заметила меня, пиджак и рядом сидящего парня — её рот в удивлении приоткрылся, теряя маску бесстрастности. Я невинно пожала плечами, отвечая на вопросительный взгляд Хейл. Уверена, подруга подвергнет меня допросу, едва закончится показ. Пройдясь по подиуму, Роуз скрылась за кулисами. — Уверен, тебя ждёт допрос с пристрастием от подруги, — прошептал Кай мне на ушко, овевая его тёплым дыханием. Моё предательское тело задрожало от мужской близости. Вольтури был опасен для моего душевного спокойствия, это я поняла сразу, но как же хотелось хоть раз броситься в омут с головой, не думая о последствиях. Повернула к Каю голову, наши лица оказались очень близко друг другу. Неосознанно я облизала пересохшие губы, и глаза мужчины приковались к ним. Затем медленно он встретился со мной взглядом, в котором полыхали страсть и желание. Я решила сыграть на этом и посмотреть, что же выйдет. В крайнем случае, уже к полуночи я окажусь в постели с этим парнем. При ином раскладе между нами может завязаться что-нибудь стоящее. В любом случае — я ничего не теряю. — Ты прав, — прошептала в ответ. — Но ты же спасёшь меня? Кай очень пристально вглядывался мне в глаза, словно ища что-то, а когда нашёл, кивнул. — Пока ты этого будешь желать. Довольно улыбнувшись, я отвернулась от мужчины, но избавиться от глупой улыбки было невозможно. Не знаю, как так получилось, что за какие-то несколько минут этот парень зацепил меня. Раньше я не знала и не понимала, как можно влюбиться с первого взгляда. Я была уверена, что влюблена в Эдварда, но познакомившись с Каем, поняла, что заблуждалась. Да, Каллен волновал меня, у нас была страсть и огонь в сексе, но не было эмоциональной связи, которая возникла между мной и Вольтури. В случае с Калленом она была только с моей стороны. Я хотела добиться любви человека, которому было плевать на мою любовь. Теперь же я радовалась, что так и не сказала Каллену слов: «Я люблю тебя».