Amour. Верить сердцу.

Два месяца спустя. Италия. Время летит незаметно, когда жизнь, сделав крутой поворот, наполняется яркими красками и радостными событиями. Оглядываясь назад, как-то не верится, что буквально каких-то пару месяцев назад я готовилась выйти замуж за человека, абсолютно чужого для меня. За человека, который не ценил меня, как личность, не дорожил теми чувствами, что я испытывала к нему. Он играл мной, воспринимал как должное. А я была слишком зациклена на благополучии наших семей и надеждах совместного будущего, что надев розовые очки, перестала видеть истинную сущность этого мужчины. Возможно, в день торжества, когда я узнала правду о похождениях Эдварда, мне и было больно. И на следующий день тоже, но это изменилось в день нашего знакомства с Каем Вольтури. Я никогда не тешила себя иллюзиями и сказками, но, согласитесь, сложно противиться, когда нечто чудесное и невероятное происходит с тобой. Вот и я окунулась в тёплое течение судьбы, позволяя нести меня в ведомом только ей направлении. Со дня нашего знакомства мы с Каем почти не разлучались. Только иногда, когда он вынужден был уделять время работе, но Вольтури постоянно назначал мне встречи. Устраивал экскурсии по Милану и окрестностям. Этот парень был настолько увлекательным собеседником, что время с ним пролетало незаметно. Так получилось, что после показа Дидима пригласила нас с Розали погостить у них в резиденции за городом. Мы согласились и пробыли там неделю, а за ней пошла и вторая. Когда Хейл вынуждена была вернуться в Париж на фотосессию, я перебралась в отель. Хотя миссис Вольтури была очень недовольна моим переездом. Как-то так получилось, что между мной и Каем отношения завязались очень быстро. Очень спешно я влилась в их семью. Иногда я поражалась их радушию и желанию принимать меня, как собственную дочь. Для меня подобное внимание и забота были непривычны, тем более от малознакомых людей. Первая встреча с Маркусом Вольтури, как и знакомство с Дидимой, прошла очень легко. Кай пригласил меня на ужин в родительский дом сразу после отъезда Розали в Париж, а Маркус как раз вернулся из своей поездки в Штаты. Ужин прошёл в лёгкой семейной обстановке. К моему глубочайшему удивлению, родители Вольтури не устраивали мне допрос с пристрастием. Конечно, вопросы заданы были, также я не стала скрывать причину отъезда из Нью-Йорка. Мои ответы были восприняты с пониманием, что стало для меня облегчением. Положа руку на сердце, я опасалась, что после встречи с главой семьи могла оказаться неугодной и неподобающей для Кая. Переживала я абсолютно зря. Дидима с Маркусом были рады, что мы с Каем вместе. Вернее, они так думали, а по факту Кай был джентльменом и ухаживал за мной очень долго. Для меня подобное отношение было в новинку. Я привыкла получать желаемое сразу. Так получилось, что именно я была инициатором нашей интимной близости, а Кай до определённого времени отказывал мне. — Я отказываю не потому, что не хочу тебя, Белла, — промолвил однажды он. — А потому, что ты слишком важна для меня. И я хочу, чтобы наш первый раз был также особенным и для тебя. Сначала я немного обижалась на парня, но с каждым новым свиданием стала понимать его. Наше сдерживание было некой прелюдией перед главным событием. И лишь спустя месяц после нашего знакомства, после ужина с Вольтури старшими, я впервые осталась на ночь в квартире Кая. Это была невероятная ночь страсти, близости, чувственности, обожания… любви. Кай не просто ласкал и нежил каждую клеточку моего тела, он любил её. И знаете, впервые в жизни на моих глазах были слёзы от невероятной близости с мужчиной, от его поклонения. В ту ночь я поняла, что значит быть единственной для одного мужчины, и решила во что бы то ни стало открыть перед ним свои душу и сердце. Навсегда вычёркивая из своей памяти Эдварда Каллена. Во время пребывания в Италии я работала удалённо, что очень не нравилось моему партнёру Элис. Подруга до сих пор обижалась на меня за то, что я побывала на показе Брантелло, да ещё и подружилась с ним. Каллен долго не могла прийти в себя, но с учётом случившегося в НЙ, она понимала моё нежелание возвращаться в город. Так называемый бывший жених тоже давал о себе знать. Сразу после срыва свадьбы он признался, что является причиной моего исчезновения. Он рассказал об интрижке, о том, как раскаивается и желает вернуть меня. Умолял дать ему ещё один шанс… Но я-то знала, что это лишь игра на публику. Эдвард уже обещал мне «золотые горы», но из этого ничего не вышло. На его звонки я не отвечала, так же, как и на письма. Мои родители были очень удивлены, когда я сообщила им о своём местонахождении и желании там задержаться. Но Чарли и Рене с пониманием отнеслись, не прося вернуться, хоть и очень скучали. Мне тоже их не хватало. И казалось бы, всё прекрасно в жизни Изабеллы Свон. Проживание в солнечной стране, наличие красивого и заботливого мужчины рядом. Ежедневное наслаждение его любовью и нежностью. Живи и радуйся. Но судьба не может просто удовлетвориться счастьем людей. Ей нужно послать им каверзные испытания. В моём случае оно непреодолимо, и перечёркивало всё, чего я достигла с Каем. Я знала, что сегодня будет особенный день и вечер. Вот уже пару дней я подозревала Вольтури в приготовлении какого-то сюрприза. Но я даже подумать не могла, что сюрприз придётся устроить ему. И вряд ли эта неожиданность будет приятной. Даже для меня она стала сокрушающей… Проснувшись утром и не застав в постели Кая, я решила пройтись по магазинам и прикупить что-нибудь красивое для вечера. Вольтури пригласил меня на ужин в ресторан, но из-за своего нехорошего самочувствия, я предложила приготовить ужин у него дома. Конечно, глупо отказываться от посещения итальянского элитного заведения, но признаться честно, я боялась испортить вечер. Мои недомогания и слабость в теле вызывали недоумение у меня. К тому же, вчера утром меня впервые стошнило, и не будь я уверена, что не могу быть беременной, а именно это приходило в голову — нашла бы только это причиной. У меня и раньше были проблемы с циклом, задержка пять дней не была показателем. Плюс использование презервативов никак не благоприятствовало зачатию ребёнка. Хотя, положа руку на сердце, я бы не отказалась от ребёнка Кая. И всё же повторная тошнота, которая накатила на меня, словно ураган, заставляя в короткие сроки добраться до ванной и склониться над унитазом, не оставляла мне никаких вариантов. Приведя себя в порядок, я с помощью гугла нашла несколько частных клиник в городе и, вызвав такси, направилась в одну из них. Имея много денег на картах, можно без труда пользоваться услугами даже являясь иностранцем. В наше время деньги решали всё. По прибытию в клинику я сразу направилась в регистратуру и, объяснив ситуацию, была сразу направлена к освободившемуся врачу. Пожалуй, впервые в жизни я боялась посещения врача. Тело сотрясала дрожь, холодный пот выступил на лбу. Я страшилась диагноза… Оказалось, не зря… Слово «беременна» прозвучало, как приговор. Не только для моей жизни в целом, нет. Это означало конец нашим с Каем зародившимся чувствам. Потому что мало кто из мужчин согласится растить чужого ребёнка. А с учётом сроков после сделанного УЗИ сомнений не было — это малыш Каллена. Покинув кабинет доктора, я невидящим взглядом присела в ближайшее кресло и расплакалась. Я лихорадочно вспоминала все наши занятия сексом с Эдвардом, но мы всегда пользовались защитой. Всегда. Тогда почему же так вышло? Зачем мне посылать ребёнка от мужчины, которому будет на нас обоих наплевать? Справившись с трудом с эмоциями, я покинула здание клиники и, поймав такси, поехала обратно в квартиру Кая. С грустью осмотрев убежище, в котором, наконец, обрела счастье, я зашла в спальню и, борясь сама с собой, стала собирать вещи. Я понимала, что после разговора с Вольтури, после того, как я разобью его прекрасное любящее сердце, мне следует убраться из квартиры. Этого города. Конечно, другая бы на моём месте в корыстных целях скрыла бы истинного отца малыша, но меня не так воспитывали. Кай слишком хороший и добрый, чтобы вот так предавать его доверие. Когда вещи были собраны, а до предполагаемого ужина оставалось часа четыре, я взяла мобильный и набрала единственный местный номер. Вольтури ответил сразу. — Здравствуй, моя Красавица, — мелодично и с нежностью произнёс он, отчего слезы снова побежали по моим щекам. — Кай, привет, — сдавлено ответила я, борясь со всхлипом и проигрывая ему. — Беллз, что случилось? — вмиг встревожено спросил парень. — Ты в порядке? Ты где? — Я у тебя, и да, кое-что случилось, — еле выдавила из себя. — Можешь приехать, пожалуйста. — Буду у тебя через пятнадцать минут. Всё будет хорошо, малышка, — выдохнул он, прежде чем отключиться, а от его ласкового обращения слёзы хлынули ещё сильней. На протяжении всего времени ожидания я старалась успокоиться и взять себя в руки. Ладони то и дело тянулись к дорогому охлаждённому вину, но из-за ребёнка я не решалась даже глоток сделать. Обхватив себя руками, я стояла у панорамного окна в гостиной и смотрела на город, ожидая приезда Кая. В тот момент, когда я услышала сигнал прибытия лифта, на меня опять накатила тошнота, и я пронеслась мимо встревоженного мужчины прямо в уборную, успев перед этим запереть дверь. — Белла, детка, что с тобой? — голос Кая был наполнен тревогой. Он постучал и попробовал открыть дверь. — Малыш, впусти меня. — Я сейчас выйду, подожди меня в гостиной, пожалуйста. — Хорошо, — с неохотой согласился Вольтури. Прополоскав рот, почистив зубы и попив воды, я намочила полотенце и обтёрла лицо. Отражение в зеркале показало разбитую девушку, с красными грустными глазами и потёкшим макияжем, который я незамедлительно убрала. Собравшись с духом, вышла из уборной и прошла в гостиную. Кай расхаживал по комнате, держа руки на затылке. Его тело было натянуто от напряжения, как струна. Заметив моё присутствие, парень бросился ко мне, стискивая в своих объятиях. — Любимая, что случилось? — уже не в первый раз он называет меня так. Это ощущается приятно и правильно, но, учитывая ситуацию, былой радости я не ощутила. Отстранившись, Кай посмотрел на моё заплаканное лицо. — Ты себя хорошо чувствуешь? Я отрицательно покачала головой и выбралась из кольца его рук, отходя на некоторое расстояние. Я спиной чувствовала непонимающий взгляд мужчины, пока собиралась произнести роковые слова. К подобному не подготовиться и смягчить удар не выйдет. Сделав глубокий вдох, я повернулась к прекрасному мужчине, подарившему мне сказку. Его голубые глаза были наполнены переживанием и грустью, словно он догадывался о том, что я собиралась оставить его. Я не скрывала боли, раздирающей душу и сердце, хотела, чтобы он видел, как плохо и тяжело мне было от принятого решения. Желала, чтобы он знал, что и я буду страдать от разлуки, но по-другому поступить не могла. — Изабелла, чем бы это ни было просто скажи, — потребовал он. — Я же вижу, как сильно тебя это ранит. Слёзы потекли по щекам, и я поспешно стала утирать их. Времени ждать больше не осталось. — Кай, ты очень дорог мне, — уверенно и глядя ему в глаза, чтобы не было никаких сомнений, произнесла я. — Именно потому что ты важен для меня — я должна уйти. — Милая, если я важен для тебя, то какой смысл нам расставаться? Тем более, что я люблю тебя, — легко и честно признался он, чем выбил из меня весь воздух. — Чем бы это ни было — мы переживём это вместе. Кай подошёл ко мне и взял моё лицо в ладони, не позволяя отвести глаз. — Мы всё преодолеем, — повторил он, утирая пальцами мои слёзы, но я знала, что этого не случится. — Хотела бы я, чтобы так и было, — убрав его ладони, отошла от парня, видя, какую сильную боль причиняю своей отдалённостью, но иначе поступить не могла. — Сегодня с утра мне снова было плохо, и я поехала к врачу. Достав из кармана сложенный снимок и заключение, протянула их Каю. Взяв лист бумаги, он развернул его и прочёл. — Ты беременна! — выдохнул он и посмотрел на меня, начиная улыбаться, но, не увидев ответной радости, нахмурился. — Ты не хочешь его? — Дело не в том, что я не хочу, Кай. Ты не представляешь, как бы я радовалась нашему малышу, но это не так. Посмотри на срок. С минуту Кай молчал, но как только его глаза увидели нужную информацию — моментально посмотрел на меня. Предательство, обида, понимание вспыхнули в его голубых глубинах, но сказал он другое. — Это не мой ребёнок, — я покачала головой, снова плача и отворачиваясь от него. Подойдя к окну, прислонилась головой к стеклу и закрыла глаза. Перед Каем я не боялась показать свою уязвимость и слабость. Только с ним была настоящей ранимой женщиной. — За последние часы я перевернула все свои воспоминания о наших с Эдвардом отношениях, и ни в одном из них не было незащищённого секса. Мы всегда использовали защиту, — не знаю, зачем я всё это рассказываю Вольтури. — Я не понимаю, почему жизнь снова окунула меня в это… — хотелось выругаться, но я не стала и вместо этого замолчала. — Ты не рада ребёнку в целом или тому, что его отец не я? — спросил Кай, и я почувствовала его приближение на интуитивном уровне. Через связь, возникшую между нами. — Скорее последнее, — ответила честно, не решаясь посмотреть на рядом стоящего мужчину. — Я бы хотела, чтобы у моего малыша был такой отец, как ты, Кай. Ведь ты невероятный мужчина. Сделав вдох, я открыла глаза и повернула голову к нему. Наши взгляды встретились. — Ты добрый, ласковый, любящий, заботливый. Ты искренний и настоящий мужчина. Любая бы на моем месте желала ребёнка от тебя. Мне жаль, что это не так. Я снова отвернулась к окну, тяжело вздохнув. — Эдвард не сможет быть отцом, у него другие приоритеты в жизни. Я готова руку дать на отсечение, что скажи я ему о беременности, он просто проигнорирует меня или будет утверждать, что ребёнок не его. Поэтому, как бы жестоко это не прозвучало, но я не буду ему говорить о беременности. Ребёнок не впишется в его разгульный образ жизни. Сомневаюсь, что он готов кардинально изменить свои принципы и желания. Кай молча выслушивал мою исповедь, просто находясь рядом. — Знаешь, а я ведь грешным делом думала об аборте, — резкий вдох Кая выразил его мнение об этой мысли. — Но я не такой человек. Родители растили меня в любви и понимании, что дети — это святое. Чудо, подаренное нам Богом. Кто я такая, чтобы лишать его права на существование по личным мотивам? Да, будет трудно, я знаю, но он… — я положила ладони на пока ещё плоский живот, — часть меня, и я уже люблю его. Так же, как люблю и тебя, Кай. Впервые я призналась этому прекрасному мужчине в своих чувствах. Возможно, время выбрано неправильно, но я хотела, чтобы он знал, что решение оставить его было самым тяжёлым для меня. — Ты любишь меня, — с неким благоговением повторил Кай, и я повернулась к нему лицом. Вид улыбающегося Вольтури заставил моё сердце застучать сильней, пуститься вскачь от его близости. Так хотелось поцеловать парня в этот момент, но я сдержала порыв. У Кая не было проблем с проявлением эмоций, и уже в следующую секунду я была прижата к стеклу. Крепкие мужские ладони обхватили моё лицо, а мягкие губы властно целовали мои. Я позволяла ему это делать, наслаждалась последними мгновениями нашей близости. Запоминала и укладывала аккуратно их в ящик, чтобы одинокими ночами выуживать и наслаждаться воспоминаниями о Вольтури. — Ты любишь меня, — снова повторил он, отстранившись. — Люблю, — подтвердила, не в силах сдерживать улыбку от его счастливого вида. — Тогда не уходи, Белла. Оставайся со мной, — умоляюще произнёс Кай. Я попыталась вырваться из его рук, но он не позволил. Удержал, заставляя смотреть ему в глаза. — Я люблю тебя. Я хочу, чтобы твой ребёнок стал нашим, — мои глаза медленно стали расширяться. — Я не хочу терять тебя. Без тебя я — никто. Ты мой воздух и моя жизнь. О том, что ребёнок от другого парня никто не узнает. На данный момент ты моя, а значит и он тоже. Я бы солгал, покривил душой, сказав, что меня это не задевает, и я не хочу нашего с тобой малыша. Он у нас будет — обещаю, но после того как мы родим этого. Идёт? Я, наверное, попала в параллельную Вселенную, потому что на планете Земля подобных Каю мужчин нет. Просто не существуют, или, может, мне они никогда не попадались до нынешнего времени. Трудно не заметить решительности и серьёзности намерений Кая. Он был уверен в каждом сказанном мне слове. Но я не знала, что ответить. Как согласиться? Словно мало мне потрясений на сегодня, Кай, улыбнувшись, выпустил меня из объятий, сделал шаг назад и опустился передо мной на одно колено. Мои руки незамедлительно метнулись ко рту. Улыбнувшись, Вольтури достал из кармана брюк маленькую бархатную коробочку и открыл её. На подушечке находилось красивое кольцо с голубым бриллиантом. — Я планировал сделать это в немного другой обстановке, более романтической, но идеальней момента не придумаешь, — Кай взял меня за левую ладонь и пристально посмотрел в глаза. — Изабелла Свон, ты ворвалась в мою размеренную жизнь подобно нимфе — очаровывая и околдовывая с первого взгляда, с первого звука своего голоса. До встречи с тобой я никогда не влюблялся, не испытывал тех великих и глубоких чувств, что возникают рядом с тобой. Я не представлял, что сказки возможны в реальности. Что можно встретить человека впервые и моментально осознать — она та единственная. Та, ради которой готов на всё. Ты моя половинка, Белла. Моя единственная. Я люблю тебя безумно, и прошу выйти за меня замуж. Я была настолько ошарашена признанием и предложением, что потеряла дар речи. Мне безумно хотелось кивнуть и сказать «да», но голова онемела. Я глядела на Кая, не в силах пошевелиться, а он ждал и надеялся на положительный ответ. И не будь я беременна, он таким бы и был, но я не хотела вешать на него подобную ответственность. Словно прочтя мои мысли, Вольтури сжал мою ладонь. — Я готов растить этого малыша как своего, любимая. Он уже мой, — уверенно сказано каждое слово. — Готова ли ты разделить его со мной? Не до конца осознавая, я стала кивать, и лишь спустя несколько секунд сказала: — Да. Да, готова. Да всему, только бы с тобой. В тот же миг на палец было одето кольцо, а губы Кая обосновались на моих. В тот же миг тревога за наше будущее отступила на задний план. Я боялась идти по жизни без Кая, теперь же у меня будет не только он, но и наш малыш. Наш ребёнок и ничей больше. Никто не узнает правды, пока мы с Каем не решим иначе. Он прав, вместе мы преодолеем всё. Подхватив на руки, Кай понёс меня в спальню и осторожно положил на кровать, располагаясь на мне сверху. Его взгляд зацепился за собранную сумку, стоящую в изголовье. Он вопросительно приподнял бровь. — Мои вещи, — пояснила я, поджав губы. — Ты действительно была готова бросить меня, — расстроенно промолвил Кай, вглядываясь в мои глаза. — Я не хотела вешать свои трудности на тебя, — обхватываю его щеки ладошками и целую в нос. — Я не думала, что ты примешь нас… обоих. Тяжело вздохнув, Кай покачал головой, а затем уткнулся мне носом в шею, покрывая её поцелуями. Прикосновения его губ были нежны, а руки ласкали каждый доступный сантиметр кожи. Медленно раздевая друг друга, мы не прекращали целоваться до тех пор, пока не остались полностью обнажёнными. Затем Вольтури, продвигаясь мелкими поцелуями по моему телу, завис над животом и поцеловал место, где предположительно был ребёнок. — Обещаю, что стану самым лучшим папой для тебя, маленький, — произнёс он уверенно, заставляя меня вновь заплакать. После такого трогательного момента Кай расположился между моих бёдер. Подарив лукавый взгляд он принялся ласкать меня, пока я не стала выкрикивать его имя на волне блаженства. Не успела я отойти от одного оргазма, как Кай, проникнув в меня, подвёл ко второму. Лёжа кожа к коже, двигаясь в одном страстном ритме, получая обоюдное удовольствие — я осознавала, что такое быть по-настоящему счастливой. Счастье — это не только взаимная любовь. Оно в мелочах, в действиях, принятых решениях. Во всём, что заставляет вас улыбаться и радоваться прожитым дням. Я никогда не думала, что сбегая от одних чувств, окунусь в фейерверк других, более сильных. И они казались мне истинными. Утомлённые и счастливые, мы некоторое время лежали в объятиях друг друга. Вернее, я лежала на груди Кая, лениво вычерчивая невидимые элементы пальцем, а он играл с моими волосами. Молчание и тишина были уютны между нами. — Как думаешь, как отреагируют твои родители, узнав о ребёнке? — этот вопрос волновал меня с момента предложения Кая. Ведь нам предстоит лгать всем, искажая уже известные факты. Например тот, что мы впервые переспали после месяца знакомства. — Сложно сказать, — прошептал Кай. — Мама точно будет рада. Вспомни, что она сказал нам в вечер нашего знакомства. — Не затягивайте с внуками, кажется, это, — усмехнулась я, целуя местечко на груди, где билось сердце. — А отец? — Не знаю, Беллз, — Кай пошевелился и перевернул нас, нависая надо мной. — Давай сообщим им и посмотрим. В любом случае, он ничего не сможет изменить. Ты нравишься им обоим, так что не переживай. — Моим родителям тоже надо сказать, — я тяжело вздохнула и отвела глаза в сторону. За окном уже потемнело, а я даже не заметила. — Думаю, они больше удивятся моему замужеству, нежели беременности. — Ну, их можно понять, — усмехнулся Вольтури, — но запомни, Свон, от меня не убежишь, — зловеще прошептал парень, прижимая ко мне бёдрами. — Я не отпущу тебя, буду преследовать. — Не убегу, потому что доверяю тебе как самой себе, — обняв Кая за шею, притянула к себе для поцелуя. — У меня только одна просьба. — Какая? — Никаких пышных торжеств с сотнями гостей. Пожалуйста, — я сделала свой самый умоляющий невинный взгляд, отчего Кай заливисто рассмеялся. — Посмотрю, что можно сделать. — Спасибо.