Самозванка

      — Ты сказала, что для меня есть задание, а теперь ты ведёшь меня в школу. Мы что, будем проверять тетради? Учти, я скорее понаделаю новых ошибок, чем исправлю имеющиеся…       — Нет, дело не в проверке тетрадей, — смеётся единорожка, ступая на каменный мостик. — Идём, объясню всё по пути, — подбадривает кобылка, заметив мою нерешительность.       Что ты задумала, Старлайт?       В общем-то, можно хоть сейчас развернуться и уйти, не поддаваясь на её уловку. Но где гарантия, что магичка не предпримет новую попытку добиться своего? Ладно, выясню в чём дело и уйду.       — Тем не менее, ты ведёшь меня в школу, — отмечаю, нагнав кобылку и идя с ней вровень. — Почему?       — А почему ты избегаешь сюда приходить? — внимательный взгляд в мою сторону.       — Я не избегаю. Просто сейчас не до этого. Времени нет.       — Поэтому ты не выходишь из замка?       — Именно.       — Но зато ты почти каждый день помогаешь Спайку готовить.       А, вот к чему ты клонишь.       — Это другое.       — Почему?       — Потому что это мой способ сказать вам «спасибо» за то, что приютили и помогаете с обучением.       А ещё потому что готовка — неотъемлемая часть моей прошлой жизни. Это то немногое, что мне знакомо, в чём я уверена. Вокруг нет знакомых мест или людей, но нарезка овощей продолжает оставаться нарезкой овощей, пусть даже нож держу не рукой, а лапкой или телекинезом.       — Вот как? Ясно.       Что-то мне не нравится выражение мордочки единорожки: так и читается «хорошо, я сделаю вид, что поверила, но на самом деле это не так».       — Знаешь, иногда бывает, что кто-то слишком твёрдо стоит на опыте прошлого, — Старлайт останавливается у кромки воды, отделяющей нас от первой колонны. — Выход один: набраться смелости и прыгнуть в будущее.       Единорожка легко перескакивает водную преграду и, обернувшись, приглашающе кивает в сторону школы, после чего перескакивает на следующую колонну.       Ну да, «следуй за Рафики, Рафики знает путь»*.       Подойдя к краю моста замечаю сетку, натянутую под водной гладью. Кажется, Твайлайт сдержала слово и действительно приняла меры предосторожности.       Окунаю лапку и осторожно надавливаю, пробуя преграду на прочность. Не знаю, что это за материал, но, несмотря на тонкость нитей, он лишь немного проминается и пружинит, а конечность погружается в воду не больше чем на пять сантиметров даже при более сильном воздействии.       Похоже, что этот барьер спокойно выдержит, даже если зайду в воду полностью, но проверять не буду: мокрые следы — не самое лучшее дизайнерское решение для школьного пола.       Заглянув по обе стороны от моста убеждаюсь, что к безопасности подошли довольно основательно: мелкоячеистое покрытие страхует даже там. Странно, что об этом не догадались позаботиться раньше. Или это фишка всех магических школ, призванная осуществлять естественный отбор? Но школа Твайлайт вроде не магическая… Не настолько, в смысле. Скорее всего, пони просто не догадались.       — Не знала, что метафора о прошлом и будущем не позволит нам двигаться дальше, — возникшая во вспышке света единорожка заставляет вздрогнуть. — Я всё ещё надеюсь дождаться тебя там.       Вспышка — магичка оказывается на противоположном берегу. Это уже начинает немного раздражать…       Несколько прыжков — и оказываюсь у подножия главного входа.       — В своей метафоре ты совсем забыла о настоящем, — отмечаю, глядя в глаза кобылке.       — Главное, чтобы о нём не забывала ты, — невозмутимо бросает Старлайт, шагая к боковой лестнице, расположенной правее.       — Где-то я уже слышала эту историю…       Интересно, единорожка психологом случайно не подрабатывает?       — Если честно, меня удивила сетка под мостом. В хорошем смысле удивила.       — Ну, там довольно глубоко на самом деле. И где-то там до сих пор лежит утопленный мной огромный свод школьных правил, — со смешком добавляет кобылка.       — Но почему?!       Может, поэтому тут так плохо с безопасностью?       — Долгая история, — отмахивается Старлайт, ударяя копытом о первую ступеньку.       Очень надеюсь, что я ошибаюсь…       Лестница заканчивается небольшим квадратным помещением с двумя коридорами. Похоже, это что-то вроде прихожей в доме, только здесь ещё и соединяет два корпуса школы.       — Не ожидала, что тут будет так пусто и тихо.       — Просто сейчас идут занятия, а ученики стараются их не пропускать, — не могу сказать, чего же больше в голосе кобылки: гордости или теплоты. — Сама посмотри, — единорожка указывает в сторону окна.       Во внутреннем дворике у дерева обосновалась Флаттершай в окружении толпы детей. Пегаска что-то воодушевлённо рассказывает, то и дело перемещаясь от одной части дерева к другой, периодически привлекая внимание учеников к каким-то интересным деталям. Среди слушателей замечаю Йону, представительницу гордого народа яков, а рядом… Как же их? Как Йона называла?       — Старлайт, кто это?       Если бы существовали пони-инопланетяне, уверена, они выглядели бы именно так: огромные глаза без чётко различимых зрачков, раздвоенный нарост на голове; полупрозрачные, нежно-розовые грива и хвост, напоминающие нечто среднее между крыльями стрекоз и рыбьими плавниками; две ярко-красные пластины, прикрывающие часть спины, и чуть ли не болезненная худоба в сочетании с пастельно-голубой расцветкой… Мда, тут не только к инопланетянам, но и к призракам в родню можно записывать. Удивительное создание!       — Оцеллия — одна из наших учеников. Выглядит немного непривычно, но это обычная внешность для чейнджлинга.       Точно, чейнджлингом её Йона и называла!       — Время от времени ко мне, как к школьному советнику, обращается за помощью кто-то из учащихся, — начинает Старлайт, когда мы поднимаемся на этаж выше. — Сегодня как раз один из таких случаев.       — А я тебе нужна чтобы…       — Помочь ученице.       — И что от меня требуется? Ассистировать? Проследить, чтобы никто не беспокоил? Побыть антимагическим барьером?       — Не совсем…       Как раз в этот момент мы входим в просторный зал. Несмотря на большую площадь, он выглядит очень уютно. Оформление в светлых тонах, картины на стенах, растения в огромных кадках, стоящие вдоль стен… Не знаю, кто именно занимался дизайном школы, но у них необыкновенно здорово получилось добавить в деловой интерьер капельку уюта и природные мотивы…       — Хоуп, мне нужно чтобы ты помогла ученице решить её проблему.       От такой новости аж останавливаюсь, не веря своим ушам.       — То есть, чтобы сделала твою работу?       — В каком-то смысле, — кивает единорожка. — Понимаю, это не то, чего ты ожидала, но… Я ведь не только советник, но и заместитель директора и правое копыто Твайлайт. И именно как у заместителя у меня возникли неотложные дела, так что сейчас я не могу позаботиться о этой кобылке, — вздыхает единорожка.       — Наверное, за ужином стоит поговорить с Твайлайт о чрезмерных для тебя нагрузках.       — Да, конечно, мы так и сделаем, но, пожалуйста, выручи меня сейчас, — взгляд будто проникает в самую душу.       — Хорошо, я попробую.       — Спасибо! — кобылка приобнимает меня, почти тут же отстраняясь и указывая лапкой на расписанную узорами розово-фиолетовую дверь с ручками в виде звёзд. — Она ждёт в моём кабинете. И помни, что помогая ей, ты поможешь сразу двоим. Удачи!       Не дав мне опомниться, единорожка исчезает во вспышке света. Уже жалею, что согласилась на эту авантюру.       Стучу прежде, чем войти. Вот же, сила привычки в действии.       Первое, на что обращаю внимание — отвёрнутый от входа зелёный диванчик, из-за спинки которого на меня с любопытством смотрит жеребёнок. Внешность кажется очень знакомой…       — Советник Старлайт куда-то вышла, но, наверное, скоро вернётся.       Шёрстка вишнёвого цвета, ярко-жёлтая грива… Для подтверждения догадки не хватает ещё одной детали…       — Я знаю, мы с ней сейчас виделись, — обхожу диванчик, разглядывая собеседницу. — Так получилось, что советника вызвали по другому неотложному делу, и она попросила меня разобраться с твоей проблемой.       Крылышки, сложенные вдоль туловища, не оставляют сомнений: это та самая пегаска, которую вытаскивала из воды в ночь после появления кьютимарки. И что-то мне подсказывает, что это не совпадение.       — Так в чём тебе нужна помощь?       — Я не умею плавать, — прижимая ушки и беспомощно глядя на меня.       Ну, Старлайт, спасибо тебе. Сейчас плюну на всё, развернусь и уйду. И пусть разбирается сама как хочет.       — Я что-то не то сказала? — большие нежно-розовые глаза становятся ещё более испуганными.       — С чего ты взяла?       — Вы выглядите рассерженной.       Ой-ёй, такого эффекта я совсем не хотела…       Отворачиваюсь, разглядывая большой бежевый стол с пустующим креслом, полки, заваленные книгами и свитками, чайный сервиз на тумбочке, картины и графики на стенах, непонятную конструкцию из бумаги и реек под потолком…       Надо взять себя в руки… в копыта. Не хватало ещё сбросить всю злость на малышку, которой и так уже досталось, причём от меня же.       Вдох-выдох, вдох-выдох. Вот, уже лучше.       Что бы ни затеяла Старлайт, пегаска в этом не виновата. Нельзя оставлять её без помощи, нужно хотя бы попытаться. Пусть даже несовсем понимаю, чем именно могу ей помочь…       Так, ладно, всё получится. Просто надо держать способности под контролем, одновременно вникая в суть происходящего и играя роль умной уверенной в себе кобылки. Всего-то…       — Прости, я и правда рассержена, но не на тебя, — оборачиваюсь к малышке.       — А на кого? — глаза становятся ещё больше, но теперь на место страху приходит интерес.       Похоже, пришло время воспользоваться опытом общения с двоюродными братьями.       — Объясню, но сначала хотелось бы услышать немного о тебе. Ничего, если присяду? — указываю на свободную часть дивана.       Мне отвечают едва заметным кивком. Уже хорошо, а то было бы крайне странно сидеть в кресле Старлайт или умоститься на жутком малиновом ковре с оранжевыми узорами. Рэрити в эту комнату однозначно не заходила. А жаль…       — Я Хоуп, кстати, — говорю как можно более непринуждённо, усаживаясь на расстоянии вытянутой лапки от пегаски.       Поведением малышка неуловимо напоминает Флаттершай, такая же тихая и неуверенная.       — А я Черристон. Черристон Дун, но друзья зовут просто Дун. Мы с родителями переехали сюда совсем недавно, чтобы я могла ходить в Школу Дружбы директора Твайлайт… Ой, то есть, принцессы Твайлайт…       Голос Дун похож на распускающиеся бело-розовые цветы магнолии. Прикрыв глаза вижу их настолько отчётливо, что кажется, будто могу дотронуться, если протяну лапку.       — Простите, вы в порядке?       Медленно открываю глаза, не желая отпускать наваждение.       — В полном. У тебя очень красивый голос, расскажи ещё что-нибудь.       — Про плавание? — малышка говорит очень тихо, но этого хватает, чтобы я полностью вернулась к реальности.       — Да, именно.       И на этот раз не буду отвлекаться на красивые картинки в воображении, обещаю.       — Завтра у нашего класса урок плавания, — переминаясь передними лапками начинает Дун. — Все мои друзья будут плескаться в воде, а я — сидеть на берегу.       — Потому что не умеешь плавать?       — Угу, — взгляд в пол и поникшие ушки указывают на то, как непросто даётся малышке это признание.       — А ты пробовала научиться?       — Уже не раз, — голос становится почти шёпотом.       Пропасть! Никто из детей или жеребят не должен говорить с такой обречённостью!       — Тогда пойдём, — решительно спрыгиваю с дивана.       — Куда?! — возглас пегаски больше похож на слабый писк.       — Покажешь, что именно не получается.       — Ничего не получается…       — Ну, значит это и покажешь, — стараюсь чтобы улыбка и тон вселяли как можно больше уверенности. — Где у вас обычно учатся плавать?

***

      — Занятия проходят здесь?       Забавная особенность понячьего быта: ты можешь пойти на рынок, на вечеринку, в бассейн или на тренировку, не заморачиваясь при этом с переодеваниями, ведь одежды на тебе просто нет.       Пегаска кивает, нервно поводя ушами и останавливаясь на полоске песка в нескольких шагах от воды.       Дун привела к заводи, находящейся на некотором отдалении от школы и скрытой от любопытных глаз большим пригорком. Место, однако, выглядит вполне обустроенным: есть будка с инвентарём, несколько длинных лавочек вдоль берега и буйки, как понимаю, указывающие максимально допустимую дистанцию для заплыва. Интересно, они тоже появились после устроенного мной ночного переполоха, или пони сами догадались?       — Начнём? Покажи, что ты уже умеешь.       — Ничего, — пегаска делает шажок назад. — Я даже с досточкой не могу зайти далеко.       Досточками здесь называют небольшие приспособления, помогающие держать голову над водой во время плавания.       — Всё равно покажи. Я же должна понять, в чём дело.       На время заимствую из будки одну из досточек. Теперь нужно её аккуратно закрепить. Небольшой мягкий валик со стороны шеи, плоская поверхность прилегает к нижней челюсти — будто сплющенный мотоциклетный шлем, который надели, перепутав верх и низ.       — Только не смейтесь, — просит малышка, пока вожусь с ремешком в районе ушек.       — Не буду, обещаю. Не сильно затянула? Нигде не жмёт?       — Нет.       — Тогда пойдём. Не бойся, я буду рядом.       Медленно мы продвигаемся вперёд. Шаг, и левое переднее копыто пегаски погружается в воду, прозрачную настолько что можно в деталях рассмотреть камушки на дне и снующих между ними рыбок.       Шаг. Шаг. Ещё шаг. Капелька пота скатывается с виска кобылки и падает в воду, доходящую уже до середины лапок.       Шаг. Ещё шаг. Ещё один осторожный шажок вперёд. Малышка ненадолго замирает, когда живот соприкасается с гладью водоёма. Нерешительный взгляд в мою сторону. Киваю, подбадривая улыбкой и держась на расстоянии вытянутой лапки.       Шаг. Шаг. Шаг. Дун неотрывно смотрит вперёд и, кажется, начинает мелко дрожать. Может, остановить её?       Пегаска всё-таки делает ещё шаг.       Вскрик, малышка расправляет крылья, окатывая меня волной брызг, встаёт на дыбы, резко разворачивается и устремляется к берегу, то и дело предпринимая попытки взлететь.       Вот же пропасть!       Догоняю беглянку уже у лавочек. Пегаска почти без остановки отряхивается, досточка валяется на песке. Раскрытые крылья закрывают мне обзор, но отчётливо слышу всхлипывания.       — Дун? — останавливаюсь в паре шагов не зная, как лучше поступить.       Она оборачивается и кидается ко мне.       — Я же говорила… Всё бесполезно, — прорываются сквозь плач слова малышки, мордочкой уткнувшейся мне в шею.       Оседаю на задние лапки передними обнимая мокрую дрожащую пегаску.       Я — чудовище.

***

      — Тебе лучше?       Почти машинально глажу практически высохшую гриву притихшей кобылки, вжимающейся мне в грудь.       — Угу.       — Давно ты боишься воды?       — Не знаю. Там, где мы жили раньше, большой воды не было. А когда переехали сюда, я сразу поступила в школу. А в первую ночь в школе упала в реку, сама не помню как. А потом оказалось, что мне страшно.       Новый всхлип и новая волна дрожи прокатывается по спине кобылки.       — Всё хорошо, не бойся.       Кажется, подействовало: затихла.       — На самом деле, ты хорошо держалась.       Дун мотает головой, впервые за весь разговор поднимая на меня глаза.       — Я могу пройтись в воде или даже зайти по туловище, но как только чувствую что намокают перья, ничего не могу с собой поделать: хочется подняться в воздух и улететь.       Я помню. Точно так же ты пыталась поступить тогда, будучи под водой. Может, у пегасов это что-то вроде инстинкта — улетать при опасности? Очень похоже, но у Дун проблема не с инстинктом, а со страхом.       Пропасть, Старлайт! Почему ты попросила о помощи именно меня? Я же не умею работать со страхами! Я могу только… И то не уверена, что могу… Старлайт, ты хотела, чтобы я заблокировала её страх? В этом твой план?       — Вы снова злитесь.       Под пристальным взглядом пегаски ворчать, даже мысленно, не особенно получается. Ну, магичка, надеюсь, тебе сейчас икается.       — И снова не на тебя.       — А на кого?       — На одну…       Нет, ну правда, как я должна побеждать страх? Мне даже песни подходящей не вспоминается, только лев из Волшебника Изумрудного города…       — Я злюсь на одну кобылку, совершенно не умеющую рассказывать ска… сказания.       — Какие?       Похоже, настало время нового вольного пересказа.       — Ну например о… пегасе по имени Левиус. Его кьютимарка появилась, когда Левиус очень сильно испугался, и была она в виде маленького белого крольчонка.       — Как у Флаттершай?       — Наверное.       — Но Энджел совсем не пугливый.       — Да, но ведь не все знакомы с Энджелом лично. И уж точно не могли с ним познакомиться во времена, когда происходила эта история. Так вот, Левиус очень стыдился своей кьютимарки. Он считал, что теперь просто обречён навсегда остаться трусом.       — Но ведь кьютимарки показывают таланты пони, их призвание!       Тяжело водить за нос умных жеребят…       — Да, но тогда об этом ещё мало кто знал. И вот Левиус, не пожелавший смиряться с такой судьбой, решил отправиться к мудрому и очень могущественному волшебнику, чтобы попросить у того немного храбрости.       — К Свирлу Бородатому?       — Нет, к другому волшебнику. Так вот, Левиус взял отцовские доспехи и отправился в путь. Когда он пролетал мимо одной из деревень, он увидел как на её жителей нападает шайка разбойников. Левиус был вверху, поэтому разбойники его не заметили. Пегас спрятался за скалой и хотел было уже лететь обходным путём, но ему стало очень жалко беззащитных жителей. Тогда он облачился в доспехи и вылетел к разбойникам громко крича «Сюда! Капитан, я нашёл их!». Решив, что скоро появится целый отряд воинов-пегасов, бандиты со всех ног помчались прочь, забыв о своём набеге. Левиус же объяснил жителям, как всё обстоит на самом деле, и отправился дальше.       — Куда?       — На этот раз путь лежал через лес с волшебными цветами, в котором обитали крошечные, похожие на пони существа с прозрачными крылышками.       — Бризи?       Тут что, есть местный аналог фей?       — Точно, бризи. И эти бризи не желали покидать лес, пока в нём росли те особенные цветы.       — А что в них было такого особенного?       — Левиус тоже спросил об этом у бризи, и те ответили, что у этих цветов есть чудесная золотая пыльца, на время дающая храбрость. Бризи добывали эту пыльцу, ели и становились достаточно храбрыми чтобы отгонять от своих домов лесных животных, даже таких больших как медведи. Услышав о медведях, Левиус задрожал и стал просить бризи поделиться и с ним пыльцой, чтобы суметь пробраться через лес. Бризи согласились помочь, но посоветовали пегасу не только съесть пыльцу, но и покататься в поле самих цветов. «Ты очень большой, — сказали бризи, — будет лучше, если пыльца осядет и на шерстке». Левиус так и сделал, и вскоре оказался весь облеплен золотистыми пылинками. Решив, что теперь-то ему храбрости хватит, пегас поблагодарил бризи и полетел через лес, не останавливаясь даже ночью, когда вокруг летали гигантские летучие мыши. Он нёсся сквозь темноту, всем сердцем стремясь к своей мечте.       Ну, «пыльца», не подведи меня. Закрываю глаза и сосредотачиваюсь на храбрости и целеустремлённости пегаса. Надеюсь, я не зря так долго тренировалась.       — Ух ты!       Открываю глаза почувствовав, что Дун больше не прижимается ко мне. Кобылка восторженно вертит головой по сторонам, наблюдая за золотыми точками вокруг.       — Пыльца храбрости?! Как она здесь… Почему она оказалась в роге?!       — Видишь ли, это сказание волшебное. Если его рассказать правильно, то рассказчик сможет делиться со слушателями его магией. Готова услышать продолжение?       Пегаска торопливо кивает, переведя взгляд с искр на меня.       — Последним препятствием на пути к волшебнику оказался каньон с огромными змеями, живущими там в своих норах. Перелететь опасное место не было никакой возможности из-за непрекращающегося, очень сильного встречного ветра. Тут то Левиус и пожалел, что слишком рано истратил всю пыльцу и не запас её впрок.       — И он повернул назад?       — Нет, он подумал, что ради мечты можно и рискнуть разок, ведь он проделал такой долгий путь. И вот Левиус спустился в каньон. Голос предков требовал, чтобы Левиус расправил крылья и улетел прочь, но пегас знал, что шелест перьев привлечёт внимание голодных змей, а ветер не позволит набрать безопасную высоту, поэтому он тихо шёл или переползал от укрытия к укрытию, будто земнопони. Это отняло немало времени и сил, но Левиус всё же преодолел каньон и вышел к башне мудрого волшебника.       Магия, магия, сделай всё как надо, ну пожалуйста!       — Хоуп, а можно мне тоже попробовать? — пегаска говорит тихо, но уверенно.       — Что именно?       — Преодолеть каньон.       — Можно, но твой каньон вон там, — указываю на водную гладь. — Это тоже будет непросто, но, как и Левиусу, тебе это по силам. Попробуешь?       — Угу.       — Давай, я и пыльца будем рядом. Тебе просто нужно плотнее прижимать крылья к телу, чтобы не взлететь и не попасть на зуб змеям.       — Хорошо.       Дун заходит в воду, окружённая золотистыми искорками. Стараюсь не отстать, одновременно удерживая образ и управляя пыльцой. Вот кобылка уже по туловище в воде. Вот намокают нижние перья. Пегаска жмурится, но крылья не расправляет. Открыла глаза… Слегка улыбнулась… Идёт вперёд… Теперь уже по шею в воде, стоит озирается.       — Я смогла! Хоуп, я смогла!       Киваю, чувствуя как контроль над магией ослабевает, и она исчезает. Искорки медленно затухают, оставляя пегаску в чужой для неё стихии.       Только бы не запаниковала!       — Ничего не бойся, я сейчас!       Пропасть, ну почему в воде все движения такие медленные! Пробираюсь к Дун и только теперь, оказавшись к ней лицом, вижу улыбку и блеск в глазах.       — Я… Я больше не боюсь! — малышка оглядывается вокруг, вдыхает воздух и на секунду погружается с головой. — Вы научите меня плавать? — выныривая и отфыркиваясь от воды, весело спрашивает она.       По примеру кобылки окунаю мордочку и сама в попытке смыть недавнее волнение.       С радостью научу! Только вот не знаю, как должны плавать пони…

***

      — А чем закончилась история про Левиуса?       Мы сидим на скамейке, обтираясь найденными в инвентарной полотенцами. Судя по солнцу, время уже далеко за полдень, так что лучше поторопиться, пока нас не потеряли. Да и есть хочется.       — Он поднялся в башню, отыскал мудрого волшебника и рассказал ему о своей просьбе. Волшебник, который на самом деле был больше мудрецом чем волшебником, выслушал историю похождений пегаса и сказал, что храбрость тому не нужна, поскольку Левиус и без того достаточно храбр. Храбрость не позволила оставить в беде жителей деревни. Храбрость провела Левиуса по каньону со змеями…       — А как же цветочная пыльца?       — Оказалось, что она не действует на пони, только на бризи. А Левиусу на самом деле нужна была не храбрость, а вера в себя.       Пегаска храброй уже побыла, теперь моя очередь.       — Дун, помнишь, в ночь когда ты упала в реку, принцесса Луна сказала, что произошла ошибка в действии заклинания. На самом деле, это было моё заклинание. Это из-за меня ты боялась заходить в воду и не могла научиться плавать. Прости, пожалуйста…       Даже если она сейчас испугается и убежит или заплачет, я…       — Но я ведь научилась.       Цветочки магнолии продолжают цвести, несмотря ни на что.

***

      — Дун, вот ты где! А я тебя искала!       Голос-солнечный зайчик окликает нас, когда пересекаем школьный двор. Я точно уже встречалась с его обладателем.       Мы с пегаской оборачиваемся одновременно, чтобы увидеть бежевую единорожку, спешащую к нам.       — Это Твиг, моя одноклассница и подруга. А это…       — Хоуп! Мы познакомились в спортзале.       Точно! Та самая кобылка, что любит задавать вопросы! Вот же шустрая.       — Вас так давно не было в школе! — обращается ко мне единорожка, потряхивая приглушенно-розовой гривой. — Дун, и ты сегодня куда-то пропала почти на весь день.       — Я училась плавать, а потом Хоуп рассказывала мне историю… То есть сказание. Очень древнее, я такого и не знала.       Надо же, моя новая знакомая увлекается старыми историями?       — Не верю, что оно древнее моего самого любимого, — стоявший неподалёку оранжевый дракончик, похоже, услышал наш разговор.       — А о чём оно? — тут же вступает Твиг.       — О времени, когда Эквестрии ещё не было, а пони враждовали между собой, — голос похож на огненное шоу.       — Смолдер, это же так грустно! Как такое сказание может быть любимым? — вступает в разговор «инопланетная» пони. Всё же, до чего необычная у чейнджлингов внешность.       — Да нет, оно классное! Вы только послушайте! — дракончик смотрит куда-то за наши спины.       Ой-ёй! Вокруг нас уже собралась небольшая толпа заинтригованных жеребят, а также як, грифон и гиппогриф.       — Так вот, это было когда единороги и пегасы вели между собой долгую и ожесточённую войну. И вот в одной из битв сошлись два командира противоборствующих сторон. Все остальные тут же прекратили бой и стали наблюдать за поединком лидеров. Посмотреть там было на что, ведь оба командира виртуозно владели собой и хорошо знали слабые и сильные стороны, свои и соперника. Поначалу командир единорогов одерживал верх, но когда его магия закончилась, пегас перешёл в наступление и вскоре повалил противника на землю. Когда пегас готов был уже нанести решающий удар, единорог собрал остатки своей магии и подпалил плащ пегаса, которым тот очень гордился. И тут случилось невероятное! — Смолдер оглядывает зрителей, делая лапками пассы, похожие на жесты фокусника. — Пегас убрал меч от горла врага и сказал, что они продолжат поединок завтра. Единорог не поверил своей удаче. Он рискнул спросить пегаса, почему тот пощадил его, а пегас ответил, что до сегодняшнего дня сражался без гнева, способного затуманить голову. Но когда единорог подпалил его любимый плащ — пегас на миг поддался гневу и захотел отомстить. Этого оказалось достаточно, чтобы перенести битву на другой день. Но на другой день битва не состоялась, поскольку единорог решил научиться сражаться без гнева и пошёл в ученики к пегасу**. Бывают же среди пони настоящие воины! — выдыхая струйку дыма, заключает дракончик, выводя слушателей из оцепенения. — Так что там за сказание вы обсуждали?       Не знаю каким образом, но все будто почувствовали к кому переходит эстафета и повернулись ко мне.       А я уже успела забыть большую часть состряпанного на коленке рассказа. Ой-ёй…       — Хоуп, нам уже пора!       Со ступенек мне машет Старлайт. Как вовремя!       — В другой раз обязательно, — киваю всем на прощанье и спешу к магичке. — Ты меня выручила.       План дуться на кобылку с треском проваливается, когда ловлю себя на том, что улыбаюсь.       — Как и ты меня, — подмигивает единорожка, увлекая в здание школы.       — Кстати об этом. Когда ты говорила, что помогая одной, помогу двоим, ты ведь не себя имела в виду, верно?       — Абсолютно. Когда ко мне за советом пришла Дун, я сразу поняла, что вы будете друг для друга гораздо полезнее любых моих усилий.       — Спасибо.       — Кстати, как всё прошло?       — Она больше не боится воды и умеет плавать… В моём стиле. А нужна была подходящая история и немножко моих способностей. Я всё ещё волнуюсь за их воздействие, так что понаблюдай, пожалуйста.       — Хорошо, — кивает Старлайт.       — Погоди, мы разве не должны идти в замок?       За разговором и впечатлениями от долгого дня не сразу обращаю внимание, что поднимаемся куда-то вверх.       — Обязательно, — кивает единорожка, подходя к уже знакомой мне двери. — Только сначала зайдём ко мне в кабинет, попьём чай, — кобылка скрывается за створкой не дожидаясь ответа.       — А разве нельзя попить чай в замке?       Захожу следом и замираю на пороге, разглядывая Дискорда и неизвестную мне пони в мантии и остроконечной шляпе.       — Замок не самое подходящее место для такого случая, — многозначительно говорит драконоподобный, щёлкая пальцами и магией захлопывая за мной дверь.