Самозванка

      Солнечный свет, проникая сквозь веки, буквально выдёргивает из сна, неожиданно прогнав приятную черноту перед глазами. Что за…       А, поняла: я спала отвернувшись к стене и накрывшись покрывалом с головой, а теперь перевернулась на другой бок, и оно съехало.       Интересно, сколько сейчас времени? Жаль, в комнате нет часов.       Взгляд останавливается на письменном столе: не помню, чтобы вчера на нём лежали свитки. И не только они…       Вскакиваю и подбегаю к столу. Так и есть! Помимо пары свитков тут ещё две посылки и… Развернув сложенный вдвое лист, погружаюсь в чтение:       «Доброе утро, Хоуп!       Мы со Старлайт сегодня будем заняты в школе, но обязательно пришлём пони-будь, чтобы тебе было не так скучно.       Я уже обратилась к принцессе Селестии, и она обещала в скором времени выслать все книги, касающиеся порталов и их построений, так что об этом не волнуйся.       На столе — почта и посылки для тебя. Не хотела будить, поэтому просто оставила их тут. Уверена, ты сможешь со всем разобраться.       Желаю хорошо провести время, увидимся вечером!»       Откладываю записку в сторону, с любопытством поглядывая на два свитка — белый и тёмно-синий. Взяв первый, замечаю на нём печать в виде солнца. Ой-ёй, что-то сейчас будет…       «Хоуп, здравствуй.       Твайлайт в письме рассказала твою настоящую историю. Как принцесса и правительница Эквестрии, я должна была бы вызвать тебя во дворец для личной беседы. Однако у меня уже была возможность познакомиться и даже понаблюдать за тобой в сложной ситуации. Считаю, этого вполне достаточно, чтобы иметь верное о тебе представление.       Хочу также поблагодарить за помощь, ведь благодаря твоим усилиям двадцать три пони вернули себе счастливые воспоминания. Мои подданные хотели поблагодарить тебя лично, но мне показалось, что будет лучше, если они сделают это при помощи писем. Высылаю их тебе в виде небольшой посылки. В отличие от этого письма, они прибудут курьером, так что могут несколько задержаться в пути.       Тот бюст, что ты разбила, вылепили в честь командира Винда Криспо. На самом деле, это не слишком достоверное отображение внешности знаменитого единорога, и я давно собиралась его заменить. Но впредь, пожалуйста, будь более аккуратна.       Теперь, когда всё разрешилось, я и мои пони приложим все усилия, чтобы вернуть тебя домой. Пока же я буду рада принять тебя как гостью Эквестрии. Надеюсь, ты проникнешься духом нашей страны и почерпнёшь для себя что-то важное о дружбе. Не упусти этот шанс.       С наилучшими пожеланиями, принцесса Селестия.»       Осторожно откладываю свиток в сторону. На удивление, всё оказалось не так уж и плохо. Принцесса вроде бы даже и не разозлилась… Кажется, пронесло.       Если первый свиток был от Селестии, неужели второй…       Точно! Печать в виде объёмного полумесяца на чёрном кружочке ночного неба не оставляет сомнений.       «Хоуп!       Сестра рассказала о твоей необычной ситуации. В меру сил я постараюсь не остаться в стороне и поспособствовать твоему скорейшему возвращению в родной мир.       Но поговорить я хотела не об этом. Меня по-прежнему занимает вопрос твоей кьютимарки. За последнее время у меня не осталось сомнений, что она не является чем-то пророчащим мне беду. Знаю, прошло много времени, но постарайся вспомнить, о чём ты думала в тот день. Особенное внимание удели времени незадолго до появления метки. Пожалуйста, напиши мне об этом.       Также отправляю тебе небольшую посылку. Надеюсь, тебе понравится сюрприз.       Жду твоего письма. Принцесса Луна.»       Значит, Твайлайт рассказала Селестии, Селестия рассказала Луне, Луна написала мне. Да уж, «испорченный телефон» какой-то. С той только разницей, что пока информацию доносят как она есть. Разве что формулировка становится всё более обтекаемой. Интересно, почему?       Перевожу взгляд на две посылки. На той, что поменьше, тоже есть печать ночной аликорны. Не представляю, что это может быть за сюрприз. Ну-ка…       Коричневатая бумага приятно шуршит под лапками, пока освобождаю от неё продолговатую белую коробочку в которой…       Глазам не верю! Это…       Она это сделала. Она действительно это сделала!       Только сейчас, видя готовый результат, вспоминаю, что принцесса действительно собиралась попробовать.       На мягкой прослойке в коробочке лежит ловец снов. Внутри круглой иссиня-чёрной рамы тёмно-синей мерцающей нитью сплетён замысловатый узор. Сверху же рама переходит в контур лошадиной головы. Роль глаза исполняет зелёно-голубой камушек, очень напоминающий по цвету глаза ночной аликорны. Заканчивается же круг тремя украшенными бусинами нитями разной длины, на концах которых прикреплено по пёрышку точь-в-точь того же цвета, как крылья ночной принцессы…       Обалдеть! Ой, тут ещё и записка.       «Я не могу проникать в твои сновидения, но, может, мне удастся хотя бы так защитить тебя от кошмаров.»       Принцесса Луна, вы… Я просто… Поверить не могу! Как вообще такое может не понравиться?! Да я на него часами готова смотреть!       Делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, отодвигая драгоценный подарок к уже прочитанным свиткам: обязательно надо будет ответить на оба письма, но сначала вскрою и вторую посылку.

***

      Ну и бардак же тут теперь! Ладно, сейчас всё уберу.       Обёрточную бумагу в мусорную корзину под столом; черновики писем для принцесс пусть пока так и лежат: вечером попрошу Твайлайт проверить на ошибки. Кстати, а что с отправлением? Солнечной аликорне письма доставляет Спайк, а как быть с Луной? Надо будет уточнить, а пока — закрыть чернильницу и протереть перо специальной тряпочкой, как учила Старлайт; убрать письма принцесс в… О, это же мои переводы на Эквестрийский! Надо же, за четыре дня успела подзабыть, что они вообще есть. Вот что значит убрать в ящик, подальше от посторонних глаз. Нет, пожалуй, письма аликорн уберу в соседний. И благодарственные письма от пони тоже: будут напоминанием об этом приключении. Интересно, а мне разрешат взять их с собой? Ну, даже если и нет, они уже служат доказательством того, что я не была тут совсем уж бесполезна. И потом…       Сосредоточившись, подхватываю телекинезом несколько открыток, вложенных в письма. Надо найти им подходящее место… Точно! Верхняя полочка у окна до сих пор ведь так и остаётся пустой… Ну, почти.       — Кругляш, у тебя новые соседи. Не обижай их, — в шутку подмигиваю подаренному Мод камушку, расставляя открытки.       Так, с этим разобралась. Взглядом возвращаюсь к коробочке с подарком Луны — обязательно надо озадачить Твайлайт необходимостью каким-то образом повесить эту прелесть над кроватью. Но это вечером, а пока — утренние процедуры.       На выходе из ванны нос улавливает восхитительный аромат поджаристого хлеба. Похоже, Спайк уже во всю кулинарит.       Ещё не дойдя до кухни слышу, как дракончик с кем-то разговаривает.       — Уверяю тебя, тенденция на шерстяные накопытники не так плоха, как уверяют некоторые… недальновидные пони. При должном уровне наложенных заклинаний, они способны выдержать ничуть не меньше, чем их якобы более практичные собратья.       К этому времени подхожу достаточно близко, чтобы не только слышать голос, напоминающий узоры гимнастической ленты, но и разглядеть белую шёрстку и завитый фиолетовый хвост говорившей.       — Ох, Спайк, тебе не кажется, что она должна была бы уже проснуться? Может, она заболела?       — Просто у неё вчера был тяжёлый день, вот и всё.       Невозмутимости дракончика можно только позавидовать. Интересно, непоколебимая вера в лучшее — врождённая особенность всех здешних обитателей?       — Ещё сэндвич?       Спайк стоит спиной ко входу, но в голосе, отдающем похрустыванием конфет, мне слышится что-то похожее на обожание. Это на что он так реагирует? Явно же не на процесс готовки.       — И мне, пожалуйста, — останавливаюсь в дверном проёме и стучу по косяку. — К вам можно?       Оба поворачиваются ко мне одновременно, но с совершенно разным выражением на мордочках: чешуйчатый со смесью сожаления и смущения, а единорожка — с радостью и участием.       — О, Хоуп, конечно! Мы как раз обсуждали возможность пригласить тебя к завтраку! — Рэрити телекинезом пододвигает к столу второй стул и делает приглашающий жест. — У тебя всё хорошо?       — Да, вполне, — усаживаюсь за стол и бросаю взгляд на часы. — Оказалось, у меня много почты, вот и засела её разбирать. Не знала что провожусь аж до одиннадцати, простите.       — Пустяки, — машет лапкой кобылка. — Я как раз успела провести урок и обсудить со Спайком последние новости моды.       Судя по тому, что голоса дракончика я в момент обсуждения так и не слышала, предположу, что это был скорее монолог.       — Да, точно, вы… Ты ведь дизайнер одежды, верно?       — Не просто дизайнер! — с готовностью откликается Спайк, «колдуя» над тарелками. — У Рэрити уже сеть собственных магазинов!       Контраст между образом голоса и его интонацией заставляют изо всех сил сдерживать улыбку: что может быть невероятнее сочетания хруста леденцов на зубах и гордости, сквозящей в каждом слове?       — Я просто делаю свою работу.       Единорожка опускает взгляд в пол, но отсутствующий румянец и очень уж фотогеничный ракурс… Предположу, что помимо таланта швеи природа не обделила кобылку и актёрскими данными. Зато торопливо ставящий на стол тарелки Спайк просто зарделся. Что интересно, себе вместо тарелки дракончик поставил стакан сока. Явно не голоден, но при этом хочет побыть с нами? Мне кажется, или он воспринимает Рэрити кем-то большим, чем «подруга Твайлайт»? Интересно, а сама единорожка об этом знает?       — Благодарю, — кобылка принимается за еду.       — Спасибо, — киваю чешуйчатому кулинару и тоже откусываю сэндвич.       — Хоуп, Твайлайт рассказала нам с девочками о твоём… затруднительном положении. Уверена, скоро всё наладится, а пока… Может быть, есть что-то, что ты хотела бы попробовать, будучи ещё пони? Или, может быть, ты хотела бы сходить куда-нибудь? Знаешь, Радужные Водопады в это время года невероятно красивы.       — Если честно, я…       Вопрос о досуге застаёт врасплох: до сих пор я неплохо развлекала себя, сидя в замке и в меру сил изучая книги. А что мне делать теперь, когда необходимость в поиске информации отпала? Единственное дело будет аж вечером… А если…       — Рэрити, а как у вас обычно отправляют письма?       — По почте, разумеется, — проглотив кусочек, единорожка выжидательно смотрит на меня. — Приходишь в отделение своего городка и отдаёшь сортировщику. А он, в свою очередь, кладёт его в сумку одного из рассыльных пегасов.       — И так можно отправить письмо кому угодно? Даже принцессе Луне?       — Ты переписываешься с принцессой?! — кобылка резко подаётся вперёд, тут же навострив чуткие ушки. — Как она тебе? Знаешь, она всегда казалась мне очень сдержанной, не слишком жалующей неформальное общение. О, точно! — Рэрити бросает взгляд на мой круп. — А вдруг она сделает тебя своей протеже или вроде того?       — Не думаю, правда, — от такого натиска становится немного не по себе. — Она просто хотела уточнить один вопрос, вот и всё, — делаю небольшую паузу, с облегчением замечая что интерес кобылки заметно ослабевает. — Так что, мы могли бы сходить на почту и отправить письмо? Мне хотелось бы посмотреть, как тут всё устроено.       — Да, разумеется, — Рэрити встряхивается и кивает собственным мыслям. — И заодно можем забрать посылку из Мэйнхэттена.

***

      — Хоуп, ты бывала в этом кафе? — единорожка указывает на столики под открытым небом.       — Нет.       — Здесь подают удивительно вкусные пончики с кленовым сиропом. Ты просто обязана их попробовать! Решено! — фиолетовая грива эффектно пружинит при взмахе головы. — Сразу после почты идём к ним на чашечку чая.       Ой-ёй, кажется, мне стоило предупредить что…       — Нам сюда, — кобылка приглашающе машет лапкой в сторону небольшого здания.       Ладно, скажу позже.       Это и есть местное почтовое отделение?       — А разве тут не должно быть какого-либо опознавательного знака вроде таблички? — на всякий случай уточняю, подойдя ко входу.       — Присмотрись к ручке двери, — хитро подмигивает моя провожатая.       И правда! На фоне тёмно-коричневой древесины светлым пятном выделяется металлический рычажок в виде конверта. Ну, тогда вперёд.       — Я думала, тут будет немного просторнее…       Не могу удержаться от комментария, растерянно оглядывая помещение. Кажется, тут будет весьма неуютно уже при восьми посетителях одновременно.       — Это потому, что большую часть занимает хранилище, где ждут своих адресатов письма и посылки, и сортировочный цех, откуда пегасы разносят почту по другим населённым пунктам, — охотно отвечает персиковая земнопони, дежурящая за стойкой. — Как видите, посетителей обычно немного, так что и этого пространства вполне хватает. Мы даже умудрились поставить витрины, — кивает кобылка на несколько небольших стеллажей с открытками. — Пич Йеллоу, чем могу помочь?       — Нам нужно отправить письмо и получить посылку. Посылка на имя Рэрити, — единорожка подходит к стойке и жестом подзывает меня.       Да, точно, надо ведь отдать письмо. Растерянно останавливаю взгляд на собственных лапках, абсолютно свободных. Вот пропасть! Неужели я его потеряла?! В поле зрения попадает ремешок… Надо же, миниатюрные поясные сумки пони оказались достаточно удобными, чтобы под конец пути успела забыть, что одна из них сейчас на мне.       Сосредотачиваюсь и телекинезом достаю запечатанный конверт с уже заполненными адресами.       — Дерпи, сможешь найти посылку для Рэрити? — персиковая пони тем временем заглядывает в одну из комнат, явно не предназначенную для посетителей.       — Сейчас! — что-то с грохотом падает.       Единорожка тихонько вздыхает, кажется, с трудом удерживаясь от желания исполнить местный аналог жеста «рукалицо».       — Ты в порядке? — земнопони смущённо оглядывается на нас, уже перешагивая дверной проём чтобы помочь подруге.       — Да, в полном.       Я уже слышала этот голос. Будто кусочки пазлов, разбросанные как попало.       — Прошу прощения за заминку, — пони возвращается за стойку, поправляя розовую прядь, выбившуюся из уложенной в пучок гривы. — Письмо, пожалуйста.       По мере чтения конверта выражение мордочки кобылки становится более удивлённым. Она бросает быстрый взгляд в нашу сторону, но так и не задаёт ни одного вопроса.       — Два битса, пожалуйста.       Ушки нервно вздрагивают от такой новости. Вот же, могла бы и догадаться, что здесь нужна оплата!       — Простите, у меня нет с собой… Я лучше позже отправлю, — тянусь чтобы забрать конверт.       — О, я заплачу! — единорожка, тут же сотворив заклинание, материализует из воздуха небольшой тёмно-синий кошелёк и отсчитывает из него нужную сумму.       — Спасибо, — виновато кошусь на свою провожатую. — Я отдам или отработаю.       Ох, а вот теме денежных отношений в Эквестрии я уделяла крайне мало внимания. Так что теперь понятия не имею, насколько это большая сумма по меркам здешних жителей. Может, всё же стоило отправить ответ через Спайка?       — Пустяки, дорогая! Мне стоило догадаться, что ты плохо осведомлена, — улыбнувшись, Рэрити вновь поворачивается к стойке.       Пони между тем уже успела куда-то деть письмо и теперь ожидающе косилась на выход из хранилища.       — Дерпи, ты скоро? — голос, похожий на аромат апельсинов, на этот раз был достаточно громким, чтобы напарница могла её услышать.       — Уже несу!       Влетевшая в комнату пегаска, кажется, настолько сосредоточена на том, чтобы удержать в лапках объёмную посылку, что избегает столкновения со стеной буквально в последний момент. О, это же та самая кобылка, что прилетала в школу с докладом принцессе Луне.       — Пич, сегодня в три часа должен быть дождь. Как представитель погодной службы, я тоже должна быть там, — длинная коробка приземляется на самый край стойки.       — Да, я помню, — вздыхает земнопони. — Смена скоро придёт. Могу я ещё чем-либо вам помочь? — вопрос адресован уже к нам.       — Нет, спасибо, на этом всё, — Рэрити телекинезом подхватывает посылку и как-то чересчур быстро направляется к выходу.       Прежде чем уйти следом, бросаю быстрый взгляд на серую пегаску. Кажется, она мне подмигнула.       — До свидания, — киваю пони и спешу догонять единорожку.       Уже у самой двери снова слышу звук падения. Надеюсь, местного тайного агента не уволят за все эти «случайности».       — Хоуп, послушай, я знаю, что обещала чаепитие в кафе, но могли бы мы отложить это до следующего раза? — уточняет единорожка, обеспокоенно переминаясь с лапы на лапу. — Ты слышала Дерпи? Они готовят дождь на три часа. Я знаю, сейчас только половина первого, но, боюсь, как бы она опять чего-то не напутала. Видишь ли, я никак не могу допустить, чтобы она намокла, — кивок в сторону коробки. — Поэтому мне необходимо как можно быстрее доставить её домой. Ты не будешь против, если мы несколько подкорректируем наши планы?       — Нет, конечно.       — На такой ответ я и рассчитывала, — облегчённо выдыхает Рэрити, вновь подхватывая телекинезом посылку, в высоту почти равную росту самой кобылки.       — Тебе не тяжело? Можно ведь нести вместе, просто идя рядом, а её положив на спины, — поясняю в ответ на вопросительный взгляд кобылки.       — Признаться, я никогда не думала о таком способе, — задумчиво наклоняет голову единорожка.       — Это потому, что ты привыкла полагаться на телекинез, — улыбаюсь, вставая рядом.       — Но ты ведь тоже его используешь, — в голубых глазах читается явное непонимание.       — Да, но гораздо реже. И то, только в Эквестрии. А там, откуда я родом, этой способности вроде как и вовсе не бывает.       — Надо же! — коробка осторожно опускается на наши спины. Хм, думала, будет тяжелее. Ну, мне же лучше. — Хоуп, расскажи, что-нибудь о своём мире!       А вот при движении чувствуется некоторое неудобство: надо шагать синхронно и примерно на одной дистанции.       — Давай сделаем иначе: ты будешь спрашивать о чём-либо, а я буду говорить, есть ли такое у нас и пояснять, если будут какие-либо сильные отличия.

***

      — А для оплаты у нас используются не только монеты, но и бумажные купюры. И в обоих случаях, в зависимости от номинала, они будут отличаться друг от друга по внешнему виду.       — Поверить не могу! И как вы в них не путаетесь!       Неподдельный интерес и удивление кобылки заставляют улыбнуться.       — Мы привыкли. А представь, что это только внутри страны. И таких стран много, и в каждой есть что-то подобное… Знаешь, я раньше и не подумала бы, насколько это масштабно.       — Да, — кивает единорожка. — Хотя у нас тоже есть что-то похожее. Припоминаю, как слышала в Кристальной Империи, что среди местных в качестве оплаты используются особые кристаллы. Правда, в редких случаях: только при очень затратных покупках.       — У нас так могли бы использовать ваши битсы: золото считается очень ценным металлом. Поэтому его ещё используют в качестве… А, не важно, — беззаботно отмахиваюсь, с преувеличенным интересом оглядываясь по сторонам.       Надо быть осторожнее в высказываниях. Что если Рэрити, узнав о изготовлении ювелирных изделий из золота, найдёт способ сотворить их здесь, в Эквестрии? А потом это войдёт в моду, монеты начнут переплавлять в промышленных масштабах, экономика страны пошатнётся, начнутся недовольства, столкновения… От собственных фантазий становится не по себе. Нет уж, пусть лучше так, в неведении побудет.       Тем временем, мы уже почти добрались к зданию, внешним видом напоминающему сказочный шатёр: круглое, двухъярусное, с нарядным шпилем на крыше и огромной вывеской в виде манекена. Розово-фиолетовая гамма невольно навевает ассоциации с пряничными домиками.       Чем ближе мы подходим, тем лучше становятся видны мелкие детали: роспись на стенах, затейливая лепнина по краю крыши, узорчатые рамы овальных окон в которых, будто в витрине, стоят манекены.       — Потрясающе!       — Внутри он гораздо скромнее, но мне приятно, когда кто-то оценивает мою работу по достоинству, — довольно улыбается кобылка.       — Это ты сделала?! — после такого заявления единорожка предстаёт для меня в совершенно ином свете.       — Основную часть пришлось поручить строителям. Всё же, я могу сказать, как сделать дом красивым, но ведь он должен был быть ещё и крепким. Но дизайн, от эскизов до выбора отделочных материалов, лежал на мне. Как сейчас помню, родители пришли в мою комнату и сказали, что им удалось отыскать модельера, желающего переехать в Понивилль. Но нужно построить дом, который, к тому же, был бы ещё и магазином, и творческой мастерской. Хоуп, ты не представляешь, как я была счастлива! Мой первый настоящий заказ, да какой масштабный! Не сосчитать, сколько неудачных эскизов отправилось в мусорную корзину, сколько магазинов я исходила и объездила в поисках подходящих материалов, сколько раз сомневалась в собственном мастерстве — но всё это было не так уж и важно, ведь я старалась изо всех сил, чтобы та неведомая пони почувствовала себя тут как дома.       Мы подходим к двери, и Рэрити ненадолго прерывает рассказ, перехватывая нашу ношу телекинезом.       — И вот настал день, когда я показала родителям уже готовый магазин-дом. Я буквально дрожала от нетерпения в ожидании момента, когда услышу имя моего таинственного заказчика. Каково же было моё удивление, когда родители подвели меня к зеркалу и сказали, что я и есть тот самый модельер!       — Потрясно!       — Ты сейчас прямо как Рейнбоу, — смеётся единорожка. — Похоже, мы успели как раз вовремя, — замечает она, поглядывая на небо, с каждой минутой всё больше затягивающееся тучами. — Итак, добро пожаловать в «Карусель»!       — Ого! — всё, что могу сказать, оглядывая небольшой подиум и занавес, явно разграничивающий пространство для посетителей и закулисье.       — Тут сейчас несколько пустовато, — кобылка обводит лапкой часть для посетителей. За исключением манекенов, стилизованных под сёдла стульев и нескольких полок с бижутерией рассматривать здесь остаётся только затейливые узоры на стенах. — Это потому, что как раз сейчас я думаю над новой коллекцией. Да и понивилльцы чаще обращаются ко мне с индивидуальными заказами.       — Значит, это больше ателье, чем магазин, — откликаюсь я, любуясь сочетанием лиловых и пудровых оттенков.       — Временами мне хочется сшить что-то более обыденное или попробовать воплотить свои старые эскизы, — смущается Рэрити. — Когда подобных вещей набирается достаточно много — я устраиваю распродажи. В такие дни тут и впрямь не протолкнуться. Идём.       Единорожка направляется к подиуму и скрывается за занавесом, забрав с собой и посылку.       Ого! Это не просто подиум: всё пространство за ним оборудовано так, чтобы была возможность провести полноценный показ! Небольшие ширмочки, сейчас находящиеся в сложенном состоянии, разделяют часть комнаты на секции. В одной из них спрятана стойка для одежды, в двух других — гримёрки со столиками и овальными зеркалами. Кобылка тем временем увлечённо распаковывает коробку, чуть ли не пританцовывая, когда в поле телекинеза попадает каждая новая вещь.       — Проходи на кухню, дорогая, я сейчас! — моток золотой ленты занимает место на полке. — Вход за декорацией.       Глядя на увлечённость модельерши, не могу не улыбнуться: подруга-крафтер — это мне знакомо. То, что для меня простые бусины, для неё — настоящие сокровища. Не буду отвлекать.       За подиумом и правда обнаруживается декоративная стенка, за которой с одной стороны прячется уходящая вверх лестница, а с другой — проход в кухню.       Небольшое прямоугольное помещение кажется немного чужеродным в сравнении с круглой формой основной комнаты. Компактная, имеющая минимум необходимого, кухонька, тем не менее, выглядит очень опрятной и тоже не лишена элементов декора: дверцы на шкафах украшены резьбой, а на стене висит что-то вроде гобелена.       Краем глаза замечаю какое-то движение. Ну точно! Со стула на меня недовольно таращится белая пушистая кошка. Ярко-жёлтые глаза на приплюснутой морде создают устрашающее впечатление. Положение не спасает даже фиолетовый бантик, собравший часть шерсти на макушке в красивый хвост.       — Привет, я тебе помешала, да?       В ответ кошка выгибает спину, спрыгивает на пол и демонстративно покидает кухню.       — Извини, Опал очень избирательна, — комментирует появившаяся в дверях Рэрити. — Даже ко мне подходит через раз.       — Ничего, я тоже не всегда настроена на общение, — с улыбкой киваю единорожке.       Честно говоря, не знаю, что ещё сказать и как себя повести: письмо мы уже отправили, посылку донесли, задерживаться тут мне вроде как и незачем.       — Ладно, я, пожалуй, пойду уже…       — Исключено! — решительно топает копытцем Рэрити. — Я же обещала тебе чай! — уже заглядывая в холодильник, комментирует она. — Конечно, у меня нет кленового сиропа и пончиков, но от бутербродов с вареньем ты, надеюсь, не откажешься?       — А это точно удобно? В смысле, у тебя наверняка сегодня ещё много дел.       — Об этом можешь не волноваться: идея Твайлайт показалась мне очень вдохновляющей!       — Вот кстати об этом, могла бы ты подробнее рассказать, что это за идея? Она вчера что-то такое говорила про пожить как пони, но в детали не вдавалась.       — Обязательно, только заварю чай, — несколько баночек разных цветов перекочёвывают из холодильника на стол.

***

      — Значит, вы решили устроить что-то вроде дежурства? — перестаю наблюдать за ползущими по стеклу дождевыми каплями и перевожу взгляд на кобылку.       — Вроде того, — смущённо улыбается она. — По-моему, идея чудесна во всех отношениях, разве нет?       — Ничего, если возьму ещё черничного варенья?       — Бери, конечно! — Рэрити беззаботно машет лапкой, но тут же становится серьёзной. — Подожди, Хоуп, ты же не хочешь сказать… — лапка зависает над аквамариновой скатертью. — Тебе не нравится идея, да? — единорожка прижимает ушки, недоверчиво качая головой. — Что же это… Значит, следует предупредить остальных…       Глазам не верю! Она что, паникует? Из-за этого?!       — Подожди, я не сказала, что мне не нравится! — спешу остановить собравшуюся было вскочить со стула кобылку. Та буквально замирает, переведя на меня недоверчивый взгляд.       — Но и обратного ты тоже не сказала.       — Да, — со вздохом перевожу взгляд на скатерть. — По правде сказать, я и сама не знаю, как к этому относиться. Для меня это странно, понимаешь? То есть, для вас это может быть и в порядке вещей, а с моей точки зрения это слишком… щедро с вашей стороны. Мне непривычно такое внимание, я… Я просто не представляю, как и о чём можно разговаривать с теми, кого едва знаешь! — с отчаянием смотрю прямо в глаза единорожке. — И как представлю, что на меня весь день будут обращать внимание…       — Нет-нет-нет! Постой, дорогая! — решительно перебивает Рэрити, делая останавливающий жест. — Во-первых, мы уже полдня провели вместе, и, кажется, обеим было довольно интересно.       От услышанного впадаю в некоторый ступор. А ведь она права! Непосредственность, с которой кобылка то и дело задавала вопросы, ужасно подкупала на протяжении всей прогулки. Теперь даже не могу сказать точно, в какой момент наш разговор перешёл от вежливой беседы двух незнакомок к… Пропасть, а ведь сейчас я действительно отношусь к Рэрити как к подруге! Она уже не та-что-из-круга-Твайлайт — она вошла в мой собственный, так называемый, круг общения и встала наравне со Старлайт и аликорной. Надо же, а я этого даже не заметила!       — Во-вторых, — продолжает единорожка. — Никто и не собирается сидеть и просто смотреть друг на друга. Твайлайт именно что предлагала нам заниматься своими обычными делами, просто в этот раз брать тебя с собой и давать возможность поучаствовать.       — А если я сделаю что-то не так? Ошибусь и всё испорчу?       — Если ты сделаешь что-то не так, кто-то из нас обязательно тебя поправит и объяснит, как надо, — с уверенностью кивает кобылка. — Не волнуйся, мы отлично понимаем разницу между случайной оплошностью и намеренной пакостью, — улыбается она. — Надеюсь, мне удалось тебя успокоить?       — Пожалуй, — киваю, беря в лапки чашку с ромашковым чаем. — Так кого же из Элементов Гармонии мне ждать завтра?       — Понятия не имею: мне нужно было спешить на урок, так что я ушла раньше, чем закончилось собрание.       — Подожди, но это не сходится с твоими словами! Ты сказала, что вы не будете нарушать ради меня свои планы. Разве это не означает, что сейчас ты должна была быть в школе?       — Ну, мы скорее приходящие учителя, — смущается единорожка. — Большую часть времени занимают обязанности вне школы. Сегодня, например, мне нужно было сходить на почту и поработать над дизайном новой коллекции.       — Оу, ясно, — ушки без труда улавливают дробный стук капель. Дождь всё ещё не прекращается, так что… — Чем-нибудь помочь?       — По правде сказать, я застряла на выборе темы, — кобылка со вздохом отодвигает свою чашку. — Мне уже несколько дней не приходило в голову ни одной достаточно стоящей идеи, — на некоторое время повисает молчание. — Хотя знаешь, меня впечатлил твой рассказ о цветовой палитре у вас… Среди таких, как ты. Возможность узнавания друг друга по внешнему виду при том, что выбор цветов крайне небольшой… Это же невероятно, не находишь? — в глазах Рэрити будто вспыхивают огоньки. — Разнообразие в скудном ограниченном спектре… Хоуп, идём: мне просто необходима твоя помощь! — нетерпеливо вскакивает со стула единорожка.

***

      — Мфм, — бормочет модельерша, в очередной раз принимаясь что-то быстро записывать в блокноте карандашом.       Время от времени она окидывает взглядом результат нашей совместной работы и вновь принимается «марать бумагу», то и дело разбавляя заметки небольшими набросками.       Как оказалось, творческая мастерская рогатой модницы находится на втором этаже, одновременно служа и комнатой вдохновения, и спальней. Похоже, весь дом обустроен так, чтобы быть максимально комфортным именно для дизайнерских нужд. Что-то мне подсказывает, что научись кобылка обходиться без сна, еды и прочих бытовых необходимостей — место кухни запросто мог бы занять миниатюрный покрасочный цех, например, а кровать была бы убрана в угоду свободному пространству…       С сомнением оглядываю пол, сейчас почти полностью скрытый за отрезами различных тканей. Не знаю, во что в итоге это выльется, но единорожка вытрясла из шкафов буквально все свои запасы и просила на их примере показать все возможные цветовые решения. Честно говоря, после этой сортировки даже в глазах немного рябит. И это при том, что Рэрити помогала как могла, отсеивая однозначно неподходящие оттенки, явно невозможные для цвета глаз и волос в моём мире.       Сложнее всего оказалось объяснить цвет кожи. Тут в ход пошли не только ткани, но и краски, которые упорная модельерша старательно смешивала между собой в попытках достичь максимальной похожести. При этом она ориентировалась только на мои весьма корявые объяснения и тыканья лапкой в те или иные отрезы с комментарием «ну вот что-то среднее между этими тремя».       Как Рэрити это выдержала — не знаю. Видимо, желание творить оказалось настолько большим, что единорожку уже не могли напугать никакие трудности. Как бы там ни было, сейчас мы вдвоём стояли на островке розово-бежевого пола в окружении тканевого моря, в пёстром разнообразии которого выделялись «коралловые рифы» палитр, подходящих для цвета глаз, волос и кожи.       А ведь это всё ещё нужно убрать…       — Рэрити, — отчего-то шёпотом обращаюсь я. — Давай пока сверну ненужные рулоны.       — Угум, — вот ведь, даже взгляд от блокнота не отвела. Она меня хоть вообще слышала?       Будем считать, что да. Делаю несколько осторожных шагов, подхватываю лапками ближайший отрезок и начинаю аккуратно скатывать в трубочку. Затем принимаюсь за следующий.        Занятие оказывается настолько медитативным, что в какой-то момент полностью на нём сосредотачиваюсь и не сразу осознаю, что меня зовут.       — А? — вскидываю голову, вопросительно глядя на кобылку.       — Ну и ну! Похоже, ты тоже увлечённая натура, — модельерша прикрывает лапкой рот, стараясь скрыть улыбку. — Прости, ты не сразу отозвалась, и это напомнило мне Твайлайт.       — Да просто… Мне нравится заниматься чем-то понятным, знакомым по жизни там, дома. Это… Успокаивает и… Я порой ухожу в воспоминания, — чувствую, как начинаю краснеть от смущения.       — Сказать по правде, — тише обычного произносит Рэрити, — не представляю, что бы я делала, оказавшись в твоей ситуации.       Приплыли… И вот что мне ей сказать? Я хотела бы сказать ей что-то ободряющее в духе «уверена, твоя щедрость обязательно поможет найти друзей в любом из миров», но правда в том, что я так не считаю. Мне действительно страшно за единорожку: даже если она стала бы человеком, это не отменяло бы вопрос жилья, пропитания и, банально, документов, удостоверяющих личность. Но нельзя же всё взять и выложить ей, как на духу: я же понимаю, что её это расстроит. Тогда может попробовать отшутиться?       — Знаешь, а в моей ситуации не так уж и плохо, — решительно киваю, стараясь улыбнуться. — По крайней мере, у вас есть магия.       — Ну да, поэтому ты скатываешь ткани без её использования, — лукаво прищуривается кобылка, демонстративно формируя телекинезом сразу три рулона.       — Старые привычки не так просто забыть, — подхватываю игру, притворно вздыхая. — Давай, я скатываю, а ты раскладываешь по местам.       — Давай в другой раз: я хотела бы убрать всё поскорее, — следующая тройка рулонов перемещается на дальние полки.       — Как скажешь, — возвращаюсь к занятию, стараясь не отставать. — Кстати, хотела спросить: как ты так быстро достала кошелёк на почте? Это что, магия призыва предмета?       — Именно, — кивает довольная единорожка. — Конечно, по части магии мне до Твайлайт далеко, но кое-что умею и я. Например, иллюзии — они помогают добиться нужной атмосферы во время модных показов. Или заклинание поиска драгоценных камней. Ну, а на почте я просто материализовала вещь, на которую настроилась. Это совсем не сложно. Могу научить, если хочешь? — мимо пролетает сразу четыре отреза ткани. — Нужно только выбрать вещь, считающуюся лично твоей, иначе не сработает.       — У меня и так не сработает: мы со Старлайт уже выяснили, что магия пони для меня недоступна. Остаётся только телекинез… Ну и «пыльца», но её я предпочла бы не демонстрировать, — спешу предупредить модельершу, заметив огоньки любопытства в её глазах.       — Хорошо, — кивает она, телекинезом забирая только что скатанный мной рулон ярко-зелёного атласа. — Кстати, с уборкой мы закончили, и у меня есть для тебя сюрприз.       Час от часу не легче!       — Ты о чём?       — Хоуп, ты мне доверяешь?       — Знаешь, обычно с таких слов у нас во дворе начинались всякие обидные розыгрыши.       Судя по недоуменному взгляду, такого ответа от меня точно не ожидали.       — Ла-а-а-адно, — кобылка задумчиво переступает с лапки на лапку. — Тогда как мне попросить тебя постоять несколько минут с закрытыми глазами, чтобы ты точно была уверена, что всё в порядке?       Вот же… Но судя по ожиданию в глазах — она не отступит.       — Хорошо, давай, — вздыхаю, выполняя просьбу.       Тут же слышится быстрый стук копыт, какие-то шуршания, хлопанье дверцы и скрип выдвижного ящичка. На спину накидывается какая-то ткань, от чего непроизвольно вздрагиваю.       — Не открывай глаза, ещё не всё, — предупреждает Рэрити. — Приподними копыто. Теперь второе.       К шёрстке на груди чувствуется прикосновение ткани. Несколько быстрых движений у холки и вдоль пояса, а затем по моей гриве проходятся чем-то вроде щётки.       Так, ну ладно ещё одеть, но расчёсывать меня зачем?!       — Всё, открывай, — разрешает модельерша, когда у меня почти заканчивается терпение.       В первый момент не сразу понимаю, что смотрюсь в зеркало: пони в элегантном платье приглушенно-синего оттенка, щеголяющая красиво уложенной гривой, просто не может быть мной!       Наклоняю голову вбок, всё ещё до конца не веря в реальность происходящего.       — Ну как, нравится? — нетерпеливо гарцует кобылка.       — Нравится?! Рэрити, это слишком мягко сказано! — начинаю вертеться перед зеркалом, разглядывая новый образ и мимоходом отмечая, что в здешних краях не принято делать юбки в привычном мне понимании этого слова: они тут скорее играют роль затейливых накидок, поскольку прикрывают только верх и бока, оставляя свободным живот. Ну, оно и понятно: было бы крайне неудобно шагать, если бы под лапки то и дело попадался подол собственного наряда. — Это удивительно! Сделать конфетку буквально из ничего — да ты просто волшебница!       Кобылка вдруг оказывается рядом и заглядывает прямо в глаза.       — Хоуп, никогда так не говори! Ни о себе, ни о ком-либо ещё, — голос и выражение мордочки не оставляют сомнений в серьёзном настрое. — Взгляни! — она вновь обращает моё внимание к зеркалу. — Ни одно платье мира не способно наделять свою владелицу живым взглядом, красивой улыбкой и добрым сердцем. Хоуп, ты всегда была красавицей, ведь ты всегда была тем, кто ты есть.       Рэрити сейчас — она ведь сказала это искренне, да? Она правда видит меня такой, как описала? С трудом верится, ведь сама ничего этого не вижу. Но ведь врать пони не свойственно. По крайней мере тем, кого я знаю.       В голове вдруг само собой возникает непрошеное воспоминание.       «Олежик, ты не говорил, что она такая красавица!»       Что если та женщина тоже говорила это искренне? Могу ли я ошибаться на её счёт?       Может, я слишком поторопилась с выводами?       — Хоуп, дорогая, ты в порядке? — обеспокоенный голос единорожки выводит из задумчивости.       — Да, просто вспомнилось кое-что…

***

      Странный выдался денёк…       Получила письма от принцесс и отправила им ответы. Погостила у пони, буквально живущей на работе… Нет, не так. Скорее, живущей работой. Да, так будет правильнее. Ещё получила в подарок великолепное платье и разжилась парочкой сомнений.       Жаль, что в Понивилле дожди идут по графику и в светлое время суток: барабанящие в стекло капли идеально соответствовали бы моему пасмурному настроению.       «Непогода нынче в моде, непогода, непогода»*.       Невольно фыркаю, смотря на сияющую в небе полную луну: вот бы и мои тучки тоже приходили по расписанию и ненадолго.       Ладно, раз уж я всё равно решила сделать поняшам небольшой прощальный подарок — почему бы не добавить и эту песню тоже?       Беру чистый лист из уже заметно уменьшившейся за время моего пребывания стопки, подхватываю телекинезом перо с чернильницей и начинаю записывать версию на родном языке.       Никуда, никуда, нельзя укрыться нам,       Но откладывать жизнь никак нельзя,       Никуда, никуда, но знай, что где-то там,       Кто-то ищет тебя среди дождя.       Надо же, и снова подходит! Мне тоже сейчас, в каком-то смысле, не дают откладывать жизнь, ставить её на паузу.       Интересно, кто же всё-таки будет ждать меня среди дождя завтра?       Капля чернил, скатившаяся по перу, быстро напоминает мне о насущных заботах, расползаясь на бумаге некрасивой кляксой.       Да, точно: теперь пора браться за перевод.