love me

Этим двоим слишком хорошо вместе, но эти «отношения» больше похожи на наркоманию. Кайф, который убивает, медленно, мучительно, но так сладко. Чувствуешь, как разрушаешься изнутри, ломаешься, разлагаешься, растворяешься в этой любви. Чувствуешь бесконечную потребность в касаниях, поцелуях и безумных рваных вздохах. Такое популярное людское состояние, как облегчение, слишком редко стало посещать Эву, его последний визит вместе с счастьем, свободой и чистотой разума был, когда она бросила Юнаса, придумав что-то вроде — «Ты чудесный человек, правда, но мы не подходим друг другу!». Рыжей скорее свойственен адреналин, безумие, когда они трахаются в школьной подсобке или целуются под носом Вильяма. Возбуждение и удовлетворение от его пошлых улыбок или горячих прикосновений. А от «сладкая» таким хриплым голосом у Эвы сносит крышу. Нура уже давно не пытается донести до подруги, что правильно, а что нет. Как раз-таки секс с Шистадом находится в столбике «неправильно». Но плевать рыжая хотела на все моральные устои, здравый смысл и, в конце концов, мнение других. Ее скорее беспокоит, какое нижнее белье надеть сегодня, чтобы Шистад так сладко ухмыльнулся, стягивая с нее джинсы. Или, какую отмазку придумать на этот раз, чтобы сбежать в апартаменты на верхнем этаже с прекрасным белым ковром, на котором у них, кстати, тоже было, отчего Эва стала обожать его еще больше. Родители буквально потеряли свою вечно собранную, ответственную девочку-отличницу, которая последние месяцы витает в облаках, хотя за окном пока еще не весна, да и с чудесным мальчиком Юнасом она рассталась, а не наоборот — начала встречаться. Но сама рыжая говорит, что это все влияние старшей школы. «Ведь там так весело!» — радостно лепечет, втирая родителям что-то про превосходных друзей и интереснейшую программу обучения. В старшей школе правда весело, например, так забавно затыкать друг другу рот ладонями, чтобы никто не услышал их стоны под лестницей или бежать ускорением до парковки, пока не прозвенел звонок с урока, и никто не увидел, в чью именно машину садится рыжая макушка. А еще, конечно, так здорово переписываться слишком непристойными сообщениями, переглядываясь через два стола. Эва теперь еще так много занимается дополнительными занятиями. По понедельникам и пятницам у нее «йога», после которой мышцы болят по-настоящему, по вторникам «английский», после которого очень ноет челюсть, оттого что много говорит, конечно же, а в оставшиеся дни «верховая езда» — спорт богатеев, после которого на покрасневших ягодицах очень больно сидеть. Правда только, на все занятия у нее всего один учитель, зато какой! Очень тщательно относится к своей работе, увлеченный, наказывает, если плохо стараешься. Вместе с учителем они освоили еще кое-что в совершенстве — неожиданное исчезновение с любой вечеринки. Спустя пару часов, разбавленных несколькими бокальчиками, затем пару активных перемещений на танцпол, за добавкой, в туалет и бац! Никто и не замечает, что ты куда-то пропадаешь. Нура уверена, что ты где-то танцуешь, Вильде все ждет, пока ты принесешь ей еще выпивки, но потом это успешно выполняет какой-нибудь парень, а все пенетраторы уверены, что ты трахаешь какую-то девчонку наверху. Вильям же, самая опасная цель, полностью ликвидирована, находясь в полной уверенности, что ты с подругами. Но на самом деле вы все в той же квартире с шикарным видом, страстно целуетесь, проходясь языками по небу, пьете вино из одного бокала, слишком много смеетесь и постепенно остаетесь без одежды. Прижимаетесь друг к другу разгоряченными телами, совершенно теряя рассудок, стонете, запускаете руки в мягкие волосы. Прогибаетесь в спине, находясь сверху, кусаете за упругие соски, сжимая такие же шикарные ягодицы в руках, сливаетесь в одно целое, чувствуете мурашки и как волосы встают дыбом на затылке. Оставляете засосы на подкаченной груди или безумно сладко пахнущей шее. Кусаете за ключицы, чувствуя как тело прошибает током, вольт двести двадцать, не меньше. Кончаете одновременно, задыхаясь. Потом они курят на террасе, закутанные в одно одеяло и завороженные видом на светящийся город, засыпанный последним в этом сезоне снегом. Крис слишком часто засматривается на Эву, слегка освещенную отраженными стеклом ограждения огнями Осло. На ее припухшие губы, горящие глаза и алые щеки. Любуется растрепанными волосами, расположившимися на тонких плечах. Отвечает на ее искренние улыбки и прижимает ближе к себе, чтобы не замерзла. Безусловно, вновь скажет о вреде курения и отберет недокуренную сигарету, потушив в пепельнице. А обнаженная девица съязвит что-то о том, что курение и секс с Шистадом — одно и тоже. Крис любит то, как она расхаживает у него дома в одних только кружевных трусиках, подаренных им же. Любит, как она смеется так звонко и задорно. Любит, как она обижается, надувает губки и залазит в свой телефон, делая вид, что там происходит что-то поважнее. Любит, как она стонет, кусает его за нижнюю губу и целует в шею. Любит, как она готовит. Любит, как она танцует. Любит, как она красится. Любит, как она пытается решить, что надеть. Любит, как она пошло отвечает на его сообщения в школе. Любит, как она смущается. Любит. Просто любит. Эва знает, конечно знает, уверенна, что его чувства такие же сильные. Она видит эти взгляды и внимательно слушает все пьяные бредни, запоминая ключевые моменты. Чувствует, как он скучает, когда они не видится какое-то время, старается зацеловать ее полностью. Знает, как Крис не хочет ее отпускать каждый раз, когда рыжей пора домой. Эва уверена, что Шистад уже давно ни с кем не спит, кроме нее, и не потому что девчонки из Ниссена перестали пополнять свой гардероб толстовками пенетраторов, просто чувствует это, где-то на подсознательном. Рыжая просто знает, что Крис потерялся в ней, как она в нем, только вот оба не признают этого, да и все.

***

Сидя на улице во время ланча, Эва совершенно не слушает Вильде, рассказывающую что-то про Магнуса, ее нового парня. Рыжая наслаждается первыми весенними лучиками солнца, которые приятно согревают лицо. За три месяца жуткого мороза девочка-солнце успела соскучиться по ясной погоде и теплу. Ей кажется, что внутри все также спокойно, ясно и легко. После месяцев сплошных переломных моментов, опасений, сомнений все встало на свои места. Не до конца, правда, потому что их «отношения» с Шистадом все еще в кавычках, но у Магнуссон младшей есть хоть какое-то ощущение стабильности. Весна — как олицетворение чего-то нового. Новая жизнь природы так идеально совпала с новой жизнью рыжей. — Эва?! — Вильде машет рукой перед лицом. — Да, я слушаю, просто задумалась, — оправдывается зеленоглазая, совершенно потерявшая нить повествования. — Весна… — хитро тянет блондинка, лукаво улыбаясь. Весна — как что-то новое, неизвестное, спокойствие после страшной бури. Эмоциональной бури в случае с Магнуссон. — Скоро звонок будет, идем? — тихо спрашивает Сатре. — Да, пошли, — улыбается рыжая, замечая у входа в школу пенетраторов. Весна — это Крис. Такое привычное его присутствие рядом и эти теплые улыбки, приятнее любых солнечных лучиков. — Привет, девочки, — в привычной манере здоровается Шистад. — Привет, Крис, — выдыхает Эва, наблюдая за сладким поцелуем Сатре и Вильяма. Шистад виновато поджимает губы, замечая завистливый взгляд рыжей и искренне улыбается, когда она переводит взгляд на него. Ее зеленые глаза так красиво блестят на солнце, словно два изумрудика. Пухлые губы слегка растягиваются в ответной улыбке, а глазки опускаются вниз. И со стороны все так очевидно, так заметно, но никто, кроме этих двоих даже подумать не может, что столько месяцев подряд Крис и Эва прожили как одно целое. Вместе после школы, вместе после вечеринки, вместе на выходных, вместе абсолютно всегда, просто иногда слишком тихо, слишком незаметно и тайно. Вместе. Весна для Шистада — это Эва. Ее золотистые на солнце волосы, зеленые глаза и широченная улыбка. Манящие губы, вечно холодные руки и странное, свойственное только ей одной настроение. Будто хочет что-то сказать, но молчит. Будто думает над чем-то, но не говорит. Весна — это ее тихие стоны в темноте спальни, ее обнаженная кожа, слегка касающаяся его после секса, на террасе. Игривые ухмылки, звонкий смех, босые ноги по плитке рано утром или хлопающая поздно ночью дверь, когда рыжая «тихонько» сбегает домой.

***

Крис: сегодня на ланче я мысленно поцеловал тебя также страстно, как Вильям твою подружайку. Спонтанные сообщения от Шистада становятся традицией для Эвы. Каждый учебный день начинается и заканчивается ими. Пошлые, романтичные, грустные, смешные. Но всегда такие нужные. Шистад может не писать ей только по одной причине — опять с пенетраторами уехал драться с Якудзами, за что, конечно же, потом получит нагоняй от Эвы и будет извиняться бесконечное количество раз, обещая больше так не делать. Крис: что делаешь после школы? Эва: вся твоя… Эва пишет это, улыбаясь. Немного смущается, как обычно, переворачивает телефон экраном в парту, желая помучить его и себя пару минут, не читая ответ. Кусает губы и смотрит на доску с умным видом, но потом срывается, хватая телефон. Крис: тогда я везу тебя ужинать. Эва: не хочу ужинать, хочу гулять. Крис: я тоже много чего хочу, сладкая. Эва: например? Снова откладывает айфон, щелкая ручкой. Раздражает Сатре, которая, в отличии от рыжей, пытается учиться. Рассматривает вид из окна, любуясь голубым небом без облаков. Прикрывает глаза на секунду, но резко вздрагивает, когда устройство вибрирует. Неохотно берет его в руки, читая ответ. Крис: например просто трахнуть тебя сегодня вечером, оставить до утра и не пустить завтра в школу. Крис:, но вместо этого везу тебя кормить. Крис: так что даже слушать твои возмущения не стану. Рыжая покорно соглашается, впрочем, как всегда. Кидает телефон в сумку и замечает недовольный взгляд блондинки, которая, конечно же, нахально смотрела в чужой телефон. Издает глупый смешок и с мучениями ждет конца урока.

***

— Никакого салата, Эва, ты весь день не ела, — возмущается брюнет, листая меню. — Ты знаешь, что я не люблю этот образ «мамочки-Крис». — Хватит болтать, выбери себе что-то нормальное. — Раз такой умный, то выбери за меня, — рыжая закрывает меню и складывает руки под грудью. Крис внимательно изучает блюда, не поднимая на нее, как обычно, строгий взгляд, затем останавливает свой выбор на чем-то и кладет меню на стол. — Что случилось? — спокойно спрашивает, разглядывая ее недовольное лицо. — Ничего не случилось, — огрызается девушка. — Повторяю, что у тебя случилось, Эва? — Не знаю, нет настроения, — сдается рыжая и смешно морщит носик. — Прекращай, — заботливо отвечает парень и берет ее за руку, переместившуюся на стол. Спустя полчаса приносят еду и Эва, даже не пытаясь скрыть, что на самом деле была жутко голодна, приступает к стейку, который выбрал Крис. — Вкусно? — улыбаясь спрашивает парень. — Очень! — рыжая издает смешок. — Хочу напомнить, что кто-то не хотел есть. — Захотела. — Рыжая, ты такой ребенок! — смеется кареглазый. — Именно поэтому я тебе нравлюсь, — Магнуссон поднимает глаза, наблюдая за реакцией парня. — Нравишься? — переспрашивает. — Угу, — кивает девушка, продолжая прожигать его взглядом. — Нравишься, — утвердительно отвечает Крис, продолжив есть. Эва издает смешок, опустив глаза в тарелку. А Шистада изнутри пробирает какая-то дикая дрожь, а на языке вертится одна единственная фраза, которую не хватает сил произнести вслух. Шатен пару раз поднимает глаза на Эву, сжимает зубы и думает, ждет, взвешивает все «за» и «против». — Ты чего? — мило спрашивает рыжая. Крис приоткрывает рот, чтобы наконец сказать ей, но в последний момент, когда зеленые глаза находят его, карие, парень понимает, что какими бы сильными не были его чувства, страх всегда сильнее. — Ничего, — натягивает притворную улыбку. Оба продолжают ужинать в тишине, иногда одаривая друг друга улыбками. И все кажется таким идеальным, правильным и нужным. Жизненно необходимым. Эти вечера вместе, походы в кафе или просто глупые фильмы, которые они смотрят вдвоем. Все их дурачества и долгие разговоры, разбавленные сексом и мокрыми поцелуями. Крис никогда не сможет насытиться Эвой, ее красотой, желанным телом, этой дикой самоуверенностью, звонким смехом и горячими улыбками. Тем, как она целуется, двигается на нем сверху, а спустя полчаса серьезно рассуждает на любую тему. Тем, как рыжая умеет поддерживать, поднимать настроение или успокаивать. Она уникальна, и Крис признает это. Она дополняет его абсолютно идеально, не оставляя пробелов. И она так нужна ему, чертовски нужна, как кислород. Эва никогда не сможет отпустить Кристофера. Никогда не сможет забыть его улыбку, хриплый голос и обжигающие кожу поцелуи. Она на всю жизнь запомнит его карие глаза, которые, как бы он не сопротивлялся, на солнце отливают зеленым. Запомнит количество родинок на его лице и шее, везде будет чувствовать запах одеколона. Это его «сладкая» стало таким родным и привычным. Эва и Крис вместе, как одно целое, две половинки, дополняющие друг друга. Вопреки всем предрассудкам, правилам и запретам. Да, они никогда не признаются в этом, особенно друг другу. Да, буду скрывать ото всех, прятаться под лестницей и кидать неоднозначные взгляды. Зато вместе. Вместе каждый день, вечер, выходной, момент.

Но для кого-то весна — начало лета. А для кого-то — конец зимы