А цена — время

Гермиона зашевелилась и поняла, что, должно быть, уснула. Свечи, освещавшие комнату и камин, погасли, и холод теперь пробирал до костей. Дверь, ведущая в ванную, вдруг скрипнула, и Гермиона в ужасе замерла. Щелкнул дверной замок, но разглядеть что-то в полной темноте было невозможно. Отчетливо послышалось шуршание одежды. Гермиона лихорадочно пыталась, но никак не могла нащупать свою палочку, а без нее она не чувствовала себя защищенной. И теперь девушка не знала, как поступить. Она не понимала, кто мог вломиться в покои Снейпа посреди ночи, а главное — зачем? Шаги все приближались, и Гермиона задержала дыхание. На ее живот кто-то больно оперся рукой, намереваясь, видимо, лечь, и этот кто-то явно не ожидал, что в постели кто-то есть. Девушка пронзительно закричала и начала яростно отпихивать от себя незнакомца внушительных размеров. Сквозь ее крик пробивалось едва различимое бормотание. Кто бы ее ни атаковал, было ясно — он тоже без палочки. Последовала серия ударов руками и ногами, сопровождавшаяся оглушительными воплями. Внезапно нападавший навалился на Гермиону всем весом и пригвоздил ее к кровати. Она попыталась освободиться, но ее руки были крепко прижаты к матрасу над головой. Похоже, ее удерживал мужчина, судя по ощущениям, он был почти раздет. «Ну уж нет». Гермиона решила не сдаваться без боя и принялась отчаянно сопротивляться. Она с силой пнула соперника в пах и рванулась из захвата согнувшегося от боли незнакомца. Она была уже почти возле двери, когда мужчина дернул ее за руку назад, повалив на пол и подмяв под себя. В этот раз одно из ее запястий он прижал к полу коленом, причиняя острую боль, а другое удерживал рукой. Свободная рука крепко сжимала ее горло. Мужчина зарычал и усилил свой захват так, что жертва едва могла дышать. Когда Гермиона была готова потерять сознание, в комнате вдруг стало светло. Она ошарашенно уставилась в черные глаза обезумевшего от злости полуголого Северуса Снейпа. Его нос был разбит, а на лице отражалось выражение полнейшего шока. Гермиона решила, что уже потеряла сознание и у нее галлюцинации или она даже умерла и не осознает этого. — Мисс Грейнджер? — спросил профессор Снейп, пытаясь осмыслить происходящее и ослабляя хватку на ее горле. Девушка жадно хватала воздух ртом, на ее оголенные плечи капала кровь, стекавшая по его губам. От ощущения тепла его крови передергивало. — Северус, — раздался голос Дамблдора из-за двери, — что у тебя здесь происходит? Домовые эльфы сказали, что слышали крики… Это… мисс Грейнджер? Он пристально оглядывал их, проходя внутрь. — Нет! Нет! Нет! Нет! — замотала головой Гермиона. — Не может быть. Это шутка, нет, нет! — начала всхлипывать она. — Северус? — спросил Дамблдор строже. Профессор Снейп вновь опустил взгляд на свою студентку, которую все еще прижимал к полу. — Директор, это не то, на что похоже, — Снейп убрал руку с ее горла. Гермиона продолжала мотать головой и бормотать слова неверия. — Мисс Грейнджер! Какого черта вы делали в моей постели? — злобно прошипел профессор. — Он же умер! Умер! Почему это происходит? Я сошла с ума. Не-е-е-ет, — причитала Гермиона. — Он мертв. Это просто жестокая шутка. Оставьте меня! — расплакалась девушка и снова начала колотить Снейпа, но он только крепче перехватил ее. — У мисс Грейнджер, видимо, сильный нервный срыв. И надо что-то сделать с этим, — сказал Дамблдор и указал на шрам на ее руке. Профессор Снейп перевел взгляд на руку бившейся под ним в истерике студентки и подозрительно сощурился. — Кто это сделал с вами, мисс Грейнджер? Гермиона продолжала рыдать, пока директор взбалтывал зелье в маленьком стеклянном флакончике. — Вот. Это должно помочь, — произнес он, откупоривая бутылочку и протягивая ее профессору Снейпу. Тот взял ее и поднес к губам девушки, но та продолжала мотать головой и вырываться. — Выпейте это, — приказал он. Когда нарушительница спокойствия не подчинилась, мужчина отпустил ее руку и перехватил за подбородок. — Мисс Грейнджер! Гермиона использовала освободившуюся руку, чтобы спихнуть профессора с себя, и с силой толкнула его в живот, но он не сдвинулся с места. — Нет, пожалуйста, — умоляла девушка, крепко зажмурив глаза. — Посмотрите на меня! — рявкнул Снейп. Ничего не добившись, он повторил просьбу уже чуть мягче. — Посмотрите на меня, пожалуйста. Гермиона резко открыла глаза, столкнувшись с настороженным взглядом профессора, и почувствовала, как он отпустил ее подбородок. Она медленно скользнула взглядом по его лицу вниз на мерно вздымавшуюся грудь с тонкой дорожкой волос, ведущей к пупку. Затем вновь посмотрела в черные глаза человека, который, как она знала, был мертв, и приняла поражение. Она медленно сходила с ума, другого объяснения просто не было. Когда флакончик вновь поднесли к ее губам, Гермиона послушно открыла рот. — Вот так. Хорошо, — прошептал Снейп. — Если я отпущу, вы нападете снова? Гермиона посмотрела на Дамблдора, затем на своего профессора и отрицательно покачала головой. Она наблюдала, как директор протянул зельевару платок, и тот, приняв его, зажал кровоточащий нос. Девушка неподвижно сидела на полу, Снейп же прислонился спиной к своей кровати, широко расставив ноги. Видя своего преподавателя в такой ситуации — окровавленного, без рубашки и с растрепанными волосами после их недавней потасовки — она не могла прекратить пялиться. — А теперь, когда мы все успокоились, — начал Дамблдор, усаживаясь в кресло возле камина. Снейп, казалось, только сейчас заметил пристальный взгляд своей ученицы, неодобрительно хмыкнул и подозвал рубашку и халат без помощи палочки. Халат он тут же швырнул Грейнджер в лицо. Она поймала вещь и сердито смотрела на Снейпа, пока он натягивал рубашку через голову. Гермиона завернулась в халат, а Дамблдор тем временем продолжал, будто не замечая их обмена любезностями. — Будет не так трудно разобраться во всем, — оптимистично заявил директор. — Итак, с чего начнем? Снейп немедленно включился в разговор. — Почему бы не начать с того, как вы оказались в моей кровати и кто это сделал с вами? — он уставился на девушку выжидающе, указывая на ее покалеченную руку. Гермиона негодующе вздохнула. Снейп мог быть плодом ее воображения, но грубости у него не поубавилось. — Ну хорошо. Я попала в вашу комнату, просто попросив Найэлу впустить меня. В вашей постели я оказалась, перебрав вашего же вина. Что касается моей руки, так это не ваше дело! — резко ответила девушка. Она никогда не видела своего учителя в большем смятении. И прежде, чем он смог начать лекцию, она продолжила: — И раз уж мы тут задаем вопросы, — Гермиона резко повернулась к директору, — вы хоть подумали, как это отразится на нем, — она указала в сторону Снейпа, — когда просили убить вас?! Дамблдор принял серьезное выражение, а Снейп растерял последние краски со своего и так слишком бледного лица. А Гермиона тем временем уже практически кричала. — О, я понимаю, профессор! Это отличный стратегический ход, но вам должно быть стыдно. Мы для вас всего лишь пешки. Ведь существует не единственный способ решения, и поделись вы хоть малой частью контроля над ситуацией, кто-то мог бы подсказать более подходящий вариант. Победа в этой войне никогда не окупит вину за ущерб, нанесенный вами и Гриндевальдом, страстно желавшими власти в молодости. Это была не только ваша война, но и наша. И наши жизни стояли на кону. Вы прожили свою жизнь, но ваша жертва ничто по сравнению с его! Оба мужчины молчали, пока дыхание Гермионы не пришло в норму после гневной тирады. Дамблдор странно разглядывал ее, и девушка поняла, что он смотрел на маховик, висящий у нее на шее. — Мой? — спросил он с подозрением, указывая на артефакт. Гермиона сжала его в защитном жесте и кивнула. — Был. Вы отдали его мне. — Ясно. Он был сломан, не так ли? — Так и есть, он не работал. Я просто склеила все части вместе, — ответила она, все еще прижимая маховик к груди. Дамблдор перевел взгляд на профессора Снейпа, который выглядел настороженно. — Скажите, мисс Грейнджер, какое сегодня число? Она смотрела то на одного, то на другого и наконец выдала: — Не может быть. Он же сломан. Я даже не пробовала воспользоваться им, — рассуждала она. — Кроме того, они возвращают на пару часов, на день — самое большое. — Мисс Грейнджер, — заговорил Снейп. — Какой. Сегодня. День. — 29 июня 1998 года, — ответила она нерешительно. — Фантастика! — воскликнул профессор. — Это ваша вина, — сказал он Дамблдору раздраженно. — Вот что получается, когда доверяешь ребенку маховик времени. Пожилой мужчина поглядел на Снейпа без капли раскаяния, и тот выплюнул ядовито: — Прошу прощения, директор. Позвольте исправиться. Вот что получается, когда доверяешь ребенку многофункциональный маховик времени. — Я не ребенок! — запротестовала Гермиона. — Бессмысленно обвинять меня в том, чего я еще не сделал, — оправдывался Дамблдор. Обратив все свое внимание на Гермиону, он сказал:— Надеюсь, вы все еще помните, насколько опасно менять будущее, мисс Грейнджер? — Она кивнула, и он продолжил. — Очевидно, вам как-то удалось вернуться в прошлое. Сейчас 20 марта 1997 года. Гермиона широко распахнула глаза и прикрыла рот руками. — Мерлин, да это же катастрофа! — Как проницательно, — раздраженно пробубнил Снейп. — И все же, почему вы в моей комнате и пьете мое вино в моей постели? — Потому что я… — Гермиона замолчала, переводя взгляд с профессора на директора. Она не могла. Не могла сказать им, что ее послали освободить комнаты профессора, потому что он был мертв. Она виновато посмотрела на Дамблдора, стараясь не запаниковать. Директор осуждающе взглянул на Снейпа и спросил строго и требовательно: — Северус?! Смутившись, профессор переводил взгляд с директора на свою студентку и обратно. Наконец, приняв оскорбленный вид, он запротестовал: — Это абсурд! Вы же не думаете, что я мог иметь какие-либо неуместные отношения с… ребенком! Да никогда! — гневно выпалил Снейп. Он на мгновение перевел взгляд на Гермиону. — Это кто еще кого обвиняет в том, что еще не сделано! — нервно жестикулировал Снейп. — Я не ребенок! — снова вставила Грейнджер, заливаясь краской, но тут же сникла, когда профессор зло зыркнул на нее. — Это лишнее, мисс Грейнджер! И, конечно же, — вы ребенок! — шикнул он на нее. — Довольно! — остановил их Дамблдор, — мисс Грейнджер, полагаю, будет лучше, если мы не вернемся к этому разговору позднее, — когда она согласилась, он продолжил, — вы ни с кем не должны обсуждать будущее, а вы, — обратился он к профессору Снейпу, — ни в коем случае не должны копаться у нее в голове. Вам понятно? — Уверяю вас, меня абсолютно не привлекает идея выслушивать размышления подростка на тему лака для ногтей, — ответил тот, раздраженно поглядывая на назойливую студентку. Гермиона закатила глаза от возмущения. — С этого момента вам следует оставаться здесь. Мы не можем рисковать. Вас никто не должен видеть. Посмотрим, можно ли что-то сделать с этим, — объяснял директор, обращаясь к Гермионе, которая неохотно отдала ему маховик. — Эм. Когда вы сказали, что она должна оставаться здесь, вы имели в виду замок? — уточнил Снейп. Когда Дамблдор не ответил, мужчина замотал головой. — Нет, нет, нет. Это не выход. Он резко встал и начал мерить шагами комнату. — Минуту назад вы подозревали меня в неподобающей связи со студенткой, а сейчас говорите, что я должен делить с ней комнату? Он был в ярости. — Вы с ума сошли?!