А цена — время

Утро понедельника пролетело незаметно, а на ланч неожиданно заглянул профессор Снейп. — Мне нужно сварить довольно много зелий для больничного крыла, так что вам придется самой найти, чем занять себя на этой неделе, — сухо произнес он, перебирая бумаги на письменном столе. Гермиона нервно закусила губу, прежде чем отважилась спросить: — Не понадобится ли вам какая-нибудь помощь, сэр? Он скептически посмотрел на нее. — Вы не можете ходить по замку как ни в чем не бывало. Или вы забыли, откуда вы и что теперь вас здесь двое? — Я имела в виду — здесь. Я могла бы варить зелья, — пояснила она, обводя комнату рукой. — Так вы были бы менее загружены. Он долго смотрел на нее, взвешивая все за и против, и наконец кивнул. — Составьте список необходимых ингредиентов для зелья «Сна без сновидений», ранозаживляющей мази, мази от ожогов и «Бодроперцового зелья». Пусть Макс принесет вместе с оборудованием. Вернусь после ужина. Без меня не начинать. Не хочу, чтобы вы взорвали мои апартаменты. Все понятно, мисс Грейнджер? — Да, сэр, — воодушевленно согласилась Гермиона. Она обрадовалась, что наконец будет чем заняться, и неохотно признала, что ей нравилась возможность провести время в компании профессора. Позже вечером Гермиона измельчала слизней для мази от ожогов и почти физически ощущала недовольство профессора Снейпа, хоть она и работала с превеликой аккуратностью и тщательностью. — Вы как мясник кромсаете этого слизня, мисс Грейнджер, — прокомментировал Снейп. — Почти половину придется выкинуть, если вы продолжите в том же духе. — Я не совсем уверена, что знаю другой способ, сэр, — призналась она. Переполняемая раздражением из-за чувства собственной некомпетентности, Гермиона даже не посмотрела в его сторону. — Режьте, будто разделываете рыбу, — бесхитростно ответил профессор. Гермиона разглядывала слизня, хмуря брови. — Я никогда раньше не разделывала рыбу. Она, конечно, ходила пару раз с отцом на рыбалку, когда была маленькой, но они всегда выпускали улов обратно. Подчеркнуто громко вздохнув, профессор Снейп оставил свой котел, обошел стол кругом и встал позади нее. Гермиона вздрогнула от неожиданности, когда он взял ее руки в свои. От него приятно пахло травами. Одной рукой профессор ловко придавил слизня к разделочной доске, а другой крепко сжал нож. Он наклонил лезвие под углом 45° и начал аккуратно двигать им вперед и назад вдоль тельца слизня, будто бы надрезая и снимая плотную шкурку. — Смотрите, — проговорил профессор, переворачивая тушку, и склонился над ее плечом. — Никаких отходов, — подытожил он. А Гермиона была тем временем сосредоточена на ощущениях от прикосновений рук профессора. Его волосы щекотали ей щеку, когда он говорил, и не было ясно, понимает ли Снейп, как это влияет на девушку. Гермиона невнятно соглашалась и едва могла дышать, пока он не вернулся к своему котлу. Она еще долго приходила в себя, продолжая прокручивать моменты, когда видела его в последний раз там, в своем прошлом. Это были ужасные воспоминания, много раз преследовавшие ее в ночных кошмарах. Нескончаемый поток мыслей заставил ее задать вопрос о Нагайне. — Профессор, — не отрываясь от работы, обратилась к нему Гермиона. — Могу я спросить вас о мистере Уизли? — Все, что мне известно о мальчишке, так это то, что он ограниченный и нудный, мисс Грейнджер, — ответил он и добавил что-то в едва кипящее зелье. — Я имела в виду Артура Уизли, — пояснила она, проигнорировав выпад в сторону Рона. — И? — спросил профессор, помешивая зелье. Гермиона хотела аккуратно развить тему и, тщательно подбирая слова, продолжила. — Просто интересно, как ему удалось спастись после укуса Нагайны. Как целители смогли вылечить его? — как можно непринужденнее спросила она. Снейп пристально взглянул на нее, прежде чем ответить. — Он едва остался жив. Повезло, что он вовремя получил антидот и кроветворное. Я удивлен, что его сын ничего не рассказал вам. Хотя, вероятно, Артур сам не хотел, чтобы его дети знали, насколько он был близок к смерти. Гермиона продолжила выспрашивать. — Это был особый антидот или общего действия? Она делала вид, что сосредоточена на зелье и лишь поверхностно интересуется их беседой. — Стандартного было достаточно. В противном случае мистер Уизли умер бы, поскольку в госпитале не могло быть зелья, сваренного непосредственно на основе яда Нагайны. Почему вы спрашиваете? — прищурился профессор. — О… Просто из интереса, — соврала она. Гермиона знала, что профессор одобряет ее любознательность, но чувствовала, что на этот раз вопросов достаточно. — Так. Думаю, на сегодня это все, — сказал профессор Снейп, наложил стазис на оба их котла и, очистив рабочую поверхность заклинанием, удалился к себе. А Гермиона пошла переваривать информацию, которую смогла вытянуть из него. В ту ночь она уснула на кушетке в гостиной, зачитавшись свежим номером журнала по трансфигурации. Ей снилось, что она бродила в лесу в середине зимы и сбилась с дороги, стараясь помочь раненой птице. Один раз она почти поймала ее, но та встрепенулась и улетела прочь. Девушка хотела вернуться обратно на тропинку, по которой пришла, но та исчезла. Гермиона очень долго блуждала среди деревьев, солнце уже садилось, и мороз пробирал до костей. Съежившись, она села под огромным деревом и задрожала. Внезапно погода изменилась, потеплело на несколько градусов. Темнота все сгущалась, и уже почти ничего невозможно было рассмотреть из-за ветвей над ее головой. Внезапный нарастающий шум заставил ее запаниковать, нечто выпрыгнуло на нее, и Гермиона резко проснулась, хватая ртом воздух. Она была в гостиной. На полу рядом с кушеткой лежал журнал, она подняла его и заметила, что на нее накинут плед. Сначала она подумала, что это Макс нашел ее в гостиной, стучавшую зубами, но потом все же решила, что это был Снейп, и понадеялась, что он не сильно разозлился, обнаружив ее спящей на его кушетке. «Не разозлился же?» Возвращаясь мыслями к минувшему вечеру, Гермиона вспомнила прикосновение рук профессора и покраснела. Забираясь в постель, девушка рассуждала. Будь это кто-то другой, она решила бы, что тот флиртует. Но это был Снейп. Что ей делать, если он в самом деле начнет флиртовать? Разумеется, она будет польщена, но… Гермиона уютно завернулась в одеяло, она определенно нуждалась во сне, ведь подобные мысли в ее голове могли сформироваться из-за банального недосыпа.