Стэфани Мустанг.

Стэфани долго бродила по улицам западного города и, наконец, нашла небольшой книжный магазинчик. Он был старым и скособоченным, точно вот-вот обвалится. «Не очень-то вдохновляюще, — подумала юная Мустанг. — Но за неимением лучшего пойдём сюда». Девочка дёрнула дверь на себя и вошла. Внутри тесного домика вдоль стен стояли полки с книгами, причём такие дряхлые, что неизвестно, как они эти книги выдержали. За небольшим столиком сидел старик с лупой, разглядывающий какие-то письма.  — Здравствуйте! — произнесла Стэфани, пытаясь обратить на себя внимание пожилого продавца.  — Чего вам? — не очень дружелюбно спросил старик.  — У вас есть какие-нибудь книги про алхимию, может, что-то типа учебника или пособия?  — В моей лавке только одна книга имеет отношение к алхимии, — пробурчал продавец и, подойдя к одной из дряхлых полок, стал перебирать на ней книги. Наконец, он выудил из запыленной стопки, стоящей в стороне от остальных книг, какой-то потрёпанный трактат. — Вот, держи. Девочка взяла книжку в руки, смахнула пыль с обложки и прочла название: «Теория трансмутаций живых существ».  — Ух ты! — Стэфани не сдержала восхищённого вздоха. — Это именно то, что мне нужно! Сколько она стоит?  — Погоди, гляну по каталогу, — старик стал копаться в бумагах на столе. И вот он достал каталог, нашёл нужную строчку и показал стоимость книги. — Если хочешь, продам за полцены, все равно эта рухлядь никому не нужна.  — Спасибо, — растерянно произнесла девочка. Её шокировало то, как пренебрежительно продавец говорил о трактате, ведь обычно те, кто работают в книжных магазинах, безумно любят книги, даже самые старые и ветхие. Но, похоже, этот старичок был исключением. Заплатив за товар, Стэфани побыстрее отправилась домой. Нужно вернуться раньше мамы, кто знает, когда её отпустят с работы.

***

Ярость немного удивился, что его оставили дома без надзора. Неужели так доверяют? Или случилось что-то из ряда вон, что заставило Элизабет Мустанг спешно покинуть дом, оставив гомункула одного? Точнее, там ещё была девчонка, но и та вскоре куда-то смылась. Ярость решил воспользоваться случаем. Он вышел из гостиной и пошёл в первую попавшуюся комнату. Обыск начал со шкафа. Там обнаружилась пара платьев. Выходит, это комната Лизы. Больше никаких выводов из перекапывания одежды сделать не удалось. Гомункул подошел к столу. На нём не было ничего важного. Потом заглянул в ящички. В самом нижнем оказался пистолет.  — Ага, — протянул Ярость, — тётка тоже не проста. Что ж, мне эта вещица пригодится, я же не взял ничего с собой, когда уходил от Жестокости и «одноразовых». Дальнейший обыск комнаты женщины ничего не дал. Пора бы отправиться в следующую. Однако следующая комната оказалась заперта. Гомункул испытал разочарование, хотя, вполне ожидаемо, что, скорее всего, это апартаменты Роя Мустанга, который, конечно, не оставит дверь открытой. Последняя комната принадлежала девчонке. Это Ярость итак знал — видел, как она оттуда выходила. Может ли быть там что-то важное? Если бы не найденный у женщины Мустанга пистолет, гомункул даже и не подумал бы открыть дверь. Однако что-то подсказывало, что здесь у каждого есть свой «скелет в шкафу». Но, к разочарованию Ярости, единственное, что могло удивить здесь — это внешность парня, нарисованного в альбоме, лежащем на столе: странная причёска и не менее странный костюм: чёрные топ, шорты и юбка-мини. Гомункул принял бы рисунок за детскую фантазию, если бы не надпись: «Мой любимый Братик!» Ведь это значит, что девчонка — не единственный ребёнок генерал-лейтенанта. Но где тогда этот самый брат? Причём, судя по рисунку, старший, что было весьма странно. Если иметь двенадцатилетнюю дочь в двадцать девять лет ещё более менее возможно, то шестнадцатилетнего сына никак. Ну не в тринадцать же лет он его родил? Вернее, Элизабет родила. «Мда, неувязочка тут, — подумал Ярость, — надо бы как-нибудь это прояснить».

***

Спустя два часа брожения по городу Стэфани поняла, что заблудилась. Ну, конечно, ведь она искала дорогу к магазину наобум, даже не запоминая, где находится. «Какая же я глупая! — расстраивалась девочка. — Ну как я теперь вернусь домой?»  — Эй, малышка, ты заблудилась? — спросил кто-то за спиной вкрадчивым голосом. Стэфани вздрогнула и обернулась, столкнувшись с высоким мужчиной в чёрной одежде. Два сапфировых глаза смотрели на неё свысока и немного изучающе. Девочка невольно отступила. Незнакомец показался ей каким-то неживым, нереальным. Наверное, потому, что у людей не бывает такого цвета глаз — пронзительно синего как два драгоценных камня.  — Я не заблудилась, — голос предательски дрогнул.  — Не надо лгать, тебе нечего бояться, — таинственный человек, — если он, конечно, был человеком, — сдержанно улыбнулся. — Я покажу тебе дорогу, просто следуй за мной.  — Нет, я сама знаю, куда идти! — упёрлась Стэфани. Несмотря на страх перед незнакомцем, она решила настоять на своём и уже собиралась уйти, как её крепко схватили за запястье.  — Ты не поняла, — мужчина наклонился, и его лицо стало совсем близко — так, что длинные волосы, разбросанные по плечам, немного свисали вперед, задевая щеки девчонки. — Я не предлагаю тебе, я решаю за тебя, — сапфиры вспыхнули недобрым огоньком. Дальше всё произошло мгновенно. Стэфани не успела понять, в чём дело, как её руки уже двигались сами по себе: она вывернулась из захвата, метнулась к земле и изобразила на песке круг преобразования. Загадочный человек был этим сильно шокирован, поэтому не сразу стал действовать. Стэфани посмотрела на круг под ладонями и решительно представила алхимическую реакцию. В то же мгновение мужчина метнулся к ней и натолкнулся на только что преобразованную из земли стену.  — Ксо! — донеслось до вовсю убегающей прочь девочки ругательство нападавшего. Она бежала, пока все силы не иссякли. Потом девочка, уже не выдержав, рухнула на газон возле какого-то здания, кажется, больницы. Было трудно дышать, воздух рвал лёгкие. Сердце бешено колотилось где-то в горле. Рядом оказались люди в белых халатах — наверное, подумали, что она потеряла сознание. Хотя, кажется, именно это сейчас и происходит. Глаза Стэфани захлопнулись.