Anyplace, anywhere, anytime

Музыка: Schiller Mit Unheilig — Sonne       Он никогда не любил Берлин, находя его чрезмерно эклектичным и претенциозным. Более всего этот город напоминал ему нувориша, надевшего всё лучшее сразу. Парадная помпезность Музейного острова, модернистская эстетика Шарлоттенбург-Вильмерсдорфа и сомнительная пестрота Кройцберга — всё это ничуть не соответствовало его представлению о красоте и гармонии.              Он никогда не любил Берлин, но сегодня этот город казался ему лучшим городом на Земле. Потому что именно в этом городе проходил медицинский симпозиум, на котором в качестве докладчика должна была выступить Молли.              Шерлок скучал по ней. Скучал по тонкому аромату нарциссов, исходящему от её длинных светло-каштановых волос, по её ласковой, чуть робкой улыбке и нежному голосу, по её внутренней силе, казавшейся почти невероятной при её внешней хрупкости.              Разумеется, он скучал также по Джону Уотсону, миссис Хадсон и даже, до некоторой степени, по Лестрейду, но к его тоске по Молли примешивалось чувство, которого ему не приходилось испытывать никогда прежде. И теперь, когда до встречи с ней оставалось совсем немного времени, так мало, что, казалось, он мог бы сосчитать количество вдохов, которое ему необходимо было сделать до её появления, это чувство ощущалось особенно остро.              В это сложное время, когда ради успеха в борьбе с преступным наследием Мориарти ему порой приходилось идти на сотрудничество с людьми сомнительной морали, Шерлок особенно ценил редкие встречи с Молли. Чтобы не разрушить себя, разрушая сеть Мориарти, ему как воздух был необходим её свет.              Только Молли он мог доверять безоговорочно, только её улыбка дарила покой и умиротворение его мятежной душе. Только с ней его демоны, укрощенные, молчали.              Неожиданно он поймал себя на том, что старается дышать как можно реже. Как будто это могло сократить время ожидания. Как будто это могло приблизить момент её появления. Разумеется, он понимал, что это было дурацкое занятие, но это было хоть какое-то занятие, помогавшее ему скоротать время в ожидании Молли.              Забыв об осторожности, он распахнул настежь дверь квартиры, служившей ему временным убежищем, как только услышал звук шагов Молли на лестничной площадке.              Она слегка раскраснелась от слишком быстрого подъема по лестнице, огромные карие глаза светились от радости, а на губах сияла ласковая улыбка.              — Шерлок, — прошептала она на выдохе.       — Молли, — отозвался он на вдохе.              И в следующее мгновение их дыхание смешалось, став общим — одним на двоих.