Anyplace, anywhere, anytime

Музыка: Queen — Love Of My Life       Вопреки его сомнениям и опасениям, Молли открыла дверь почти сразу, едва он позвонил в дверь. Даже несмотря на то, что она, несомненно, видела его на экране видеодомфона.              — Могу я войти? — тем не менее, спросил он, застыв на пороге.       — Странно, что ты спрашиваешь, — усмехнулась она, но все же сделала шаг в сторону, позволяя ему войти.              Войдя внутрь, Шерлок окинул помещение изучающим взглядом. Впрочем, не надо было обладать исключительной наблюдательностью, чтобы заметить идеальный порядок, царивший в гостиной. Будучи перфекционисткой, Молли всегда поддерживала свою квартиру в безупречном состоянии, которое нарушалось лишь в том случае, если он оставался у неё дольше, чем на несколько дней, постепенно превращая её дом в подобие собственного жилища на Бейкер-стрит. Теперь ему казалось удивительным, что за все эти годы она ни разу не потеряла терпения и не выставила его вон. И всё же, даже имея в виду любовь Молли к чистоте и порядку, нынешняя стерильность, которой могли бы позавидовать многие хирургические операционные, наводила на мысль об одержимости.              Гостиная выглядела так, будто несколько последних дней Молли непрерывно занималась уборкой. И, судя по отчетливому запаху моющих средств и полироля, висевшему в воздухе, следовало было предположить, что так оно и было. Шерлок буквально чувствовал, как едкий запах детергентов обжигает его лёгкие, хотя он находился в квартире всего несколько минут, Молли же, как ему сообщил Уиггинз, провела несколько дней, не выходя из дома.              С трудом подавив желание немедленно схватить её и вытащить на свежий воздух, Шерлок наконец решился посмотреть на неё. Молли осунулась и побледнела, черты её нежного лица заострились, отчего и без того большие карие глаза казались почти огромными. Было очевидно, что она похудела и теперь её крошечная изящная фигурка едва угадывалась под тёплым домашним свитером.              — Ты думал, что всё это время я беспрерывно плакала, забившись в угол, и пришел, чтобы утешить меня? — спросила Молли, нарушая молчание.       — Нет, Молли, я… — начал было Шерлок, но растерянно замолк, обнаружив вдруг, что не может подобрать слова.       — Не знаешь, что сказать, Шерлок? — грустно улыбнулась она.       — Я многое хотел сказать тебе, — после недолгого молчания ответил он, — но теперь мне кажется, что все эти слова не имеют значения.              «После того, как были сказаны главные слова», — он не произнёс этого вслух, но в этом и не было необходимости.              — Что ж, я действительно плакала после твоего звонка, — тихо сказала Молли. — Почти всю ночь. Но потом наступил новый день со всеми его заботами и хлопотами. Работа всегда была для меня лучшим средством от депрессии. И на этот раз она не подвела. Потом Джону понадобилась помощь с Рози. К тому же, несколько дней у меня жила миссис Хадсон, пока не решила отправиться к кузине в Херефордшир, чтобы пожить там до окончания восстановительных и ремонтных работ на Бейкер-стрит. Как видишь, у меня не было времени предаваться унынию. И теперь, спустя десять дней, я в полном порядке.       — Я хотел прийти к тебе сразу, — признался Шерлок, — но оказалось, что я должен был дать показания по поводу взрыва на Бейкер-стрит, потом нужно было решить проблему с Эвр и с тем, что случилось в Шерринфорде. А потом мне пришлось поехать к родителям, потому что они нуждались во мне.              Эти слова звучали неубедительно даже в его голове, но, произнесённые вслух, они и вовсе казались нелепыми. Он действительно хотел прийти к ней сразу, но также он хотел прийти свободным от груза проблем и обязательств перед другими, теми, кто не обладал великодушием Молли и умением прощать ему все его промахи, допущенные вольно или невольно. Но теперь, глядя в её покрасневшие от слёз глаза, он испугался, что подверг это её умение слишком жестокому испытанию, заставив ждать так долго.              — Понимаю, — кивнула Молли и отошла к окну. — На самом деле я знала, что рано или поздно ты появишься здесь. Мне всего лишь надо было дождаться, когда до меня дойдёт очередь в списке твоих приоритетов. Что ж, видимо, этот момент настал. Спасибо, что зашел проведать, Шерлок, но в этом не было необходимости. Мы в любом случае встретились бы в Бартсе. И тебе не нужно ни за что извиняться, если ты пришел ради этого, — она снова обернулась к нему. — После того, как я узнала, что случилось в Шерринфорде, у меня и в мыслях не было в чем-то тебя обвинять.              Он шёл к ней, полный решимости сделать что угодно, лишь бы она простила его, но парадокс заключался в том, что Молли даже не считала, будто ей есть, за что прощать его.              — Ты взяла отпуск, насколько мне известно, — сказал Шерлок, приблизившись к ней.       — Точнее, меня вынудили взять отпуск, — усмехнулась она. — В отделе кадров вдруг обнаружили, что я не брала отпуск в течение нескольких лет, и буквально настояли на том, чтобы я написала заявление, во избежание проблем с Управлением по охране труда, которые могли возникнуть у госпиталя при проверке. Странно, что в предыдущие семь лет никто даже не задумывался о том, что такие проблемы могут возникнуть, — добавила она и пристально посмотрела на него.              Шерлок опустил голову. Он действительно недвусмысленно дал понять руководству госпиталя Святого Варфоломея, что, во избежание неприятных разбирательств с Управлением по охране труда, доктору Хупер должен быть немедленно предоставлен отпуск. До этого момента Шерлок искренне полагал, что действует во благо, но, как оказалось, именно он, неизменно находивший спасение в работе, невольно лишил Молли единственного средства, к которому она прибегала всякий раз, когда нуждалась в утешении и отвлечении.              — Почему ты решила провести отпуск в Непале? — наконец спросил он, не придумав ничего лучшего.              — Потому что пассивный отдых на каком-нибудь греческом или испанском пляже не совсем в моем вкусе, — пожав плечами, ответила Молли. — Я сошла бы с ума, если бы целыми днями лежала на шезлонге и думала о том, что случилось. А в Непале мне придется думать только о восхождениях и, если мне хоть немного повезёт, во время одного из них я сверну себе шею. Впрочем, я, кажется, забыла о хороших манерах, — тряхнув головой, сказала она, — надеюсь, с твоими родителями всё в порядке?       — Да, спасибо, — несколько растерявшись, ответил Шерлок и продолжил, спустя короткую паузу: — Молли, неужели мы действительно должны говорить о моих родителях?       — Прости, Шерлок, но я вообще не думаю, что сейчас нам с тобой следует о чём-то говорить, — пожав плечами, ответила она. — Тебе ничего не нужно объяснять мне, Джон и Грег уже обо всем мне рассказали. Кроме того, здесь побывали люди Майкрофта, чтобы демонтировать камеры, установленные твоей сестрой. Ах да, — Молли отвела взгляд в сторону, — полагаю, что мне следует извиниться за то, что своим неуместным требованием чуть всё не испортила. В свое оправдание могу сказать лишь то, что твой звонок напомнил мне о тех сообщениях, которые ты посылал мне, когда напился на мальчишнике Джона. Но если те сообщения были всего лишь скабрезностями, которые даже я, как бы сильно я… — она осеклась и продолжила лишь спустя короткую паузу, — какие бы чувства я к тебе не испытывала, не могла принимать всерьёз, то твой звонок больше походил на изощренное издевательство. И у меня правда был не лучший день, Шерлок.       — Джон рассказал мне про Тоби, мне очень жаль, Молли, — сказал он и сделал попытку обнять её, но она не позволила ему сделать этого, поспешно отстранившись.       — Тебе же он не особенно нравился, — напомнила она, смахивая навернувшиеся на глаза слёзы. — Ты называл его мешком с блохами всякий раз, когда бывал у меня и нелестно отзывался обо всех его привычках и повадках.       — И всё же, твой кот нравился мне, и мне правда жаль, что его больше нет, — искренне произнес Шерлок. — Вот только я не особенно умею выражать симпатию, привязанность… любовь, — тихо добавил он.       — Ему было шестнадцать лет, — сказала Молли, сделав вид, будто не услышала последних слов. — Я знала, что он может уйти в любой момент, но всё равно оказалась не готова к этому.              На какое-то время между ними повисло молчание.              — Где ты будешь жить, пока на Бейкер-стрит идут восстановительные и ремонтные работы? — наконец спросила Молли. — У Джона?       — Нет, — отрицательно покачал головой Шерлок. — Я решил, что, в связи со спецификой моей работы, едва ли будет правильно, если я буду жить в доме, где есть маленький ребёнок. Поживу какое-то время у Майкрофта.       — И Джон с этим согласился? — удивилась девушка.       — На самом деле, это Джон подтолкнул меня к этому решению своими намеками, которые, впрочем, были гораздо более деликатными, чем я, вероятно, заслуживал, — усмехнулся Шерлок.              Что-то в его голосе заставило Молли поднять голову и взглянуть на него. Он улыбался, но у неё сжималось сердце от той грусти, которую она увидела в его глазах. Только теперь она подумала о том, что всё случившееся повлияло не только на отношения между ней и Шерлоком, но также бесповоротно изменило отношения между ним и Джоном.              — Шерлок, мне… — начала было она       — Всё в порядке, Молли, — мягко прервал он её. — Даже я должен был рано или поздно повзрослеть и, похоже, это наконец случилось.       — И что ты думаешь об этом? — осторожно спросила она.       — Думаю, что я смогу с этим жить, — криво улыбнувшись, ответил Шерлок.       — Что ж, я рада, если ты и вправду так думаешь, — слабо улыбнулась в ответ Молли. — А что до наших с тобой отношений, то я надеюсь, что однажды мы с тобой действительно сможем стать настоящими друзьями, но даже если этого не случится… Шерлок, я понимаю, что твоя работа, то, что ты делаешь, гораздо важнее моих обид и разочарований, а потому я всегда буду помогать тебе. Что бы ни случилось.              Шерлок понимал, что должен принять её выбор, но что-то внутри него, вероятно, то самое сердце, существование которого он так долго отрицал, отказывалось смириться с тем, что она не хочет ничего большего между ними, чем дружба.              — Ты действительно хочешь, чтобы мы были только друзьями? — спросил он.       — Разве когда-нибудь имело значение то, чего хочу я? — горько усмехнулась Молли. — Но я точно знаю, чего я не хочу. Я не хочу, чтобы ты снова заставил меня поверить в то, что я имею значение только для того, чтобы следом убедить меня в обратном.       — Молли… — начал Шерлок с мягкой укоризной.       — Ну что «Молли»? — самообладание покинуло её и долго сдерживаемые эмоции вырвались наружу, лишая остатков сил. В её глазах внезапно потемнело, и в следующее мгновение она почувствовала, будто пол уплывает под её ногами. Молли потеряла сознание.              Очнувшись, она обнаружила, что лежит на диване. Шерлок сидел рядом с ней и взволнованно вглядывался в её лицо.              — Когда ты ела в последний раз, Молли? — спросил он, как только она открыла глаза. В его голосе слышались явные панические нотки. Он побледнел и дышал слишком часто, будто у него началась гипервентиляция. И в этот момент Молли впервые за долгое время позволила себе подумать о том, что, возможно, она действительно небезразлична ему.       — Не помню, — тихо ответила она. — Думаю, это было утром.       — Сколько дней назад было это утро? — Напористость, с которой он требовал ответа, почти напугала Молли, заставив её инстинктивно зажмуриться, что, разумеется, не укрылось от внимания Шерлока. — Впрочем, теперь это неважно, — смягчив тон, сказал он. — Как думаешь, ты достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы немного прогуляться?       — Ты хочешь, чтобы мы сейчас отправились на прогулку? — Молли открыла глаза и удивленно взглянула на него.       — Тебе нужно поесть, — сказал он, — а в твоем доме нет никакой еды, если, разумеется, не считать едой шесть банок кошачьих консервов.       — Можно заказать еду на дом, необязательно куда-то идти.       — Помимо еды тебе нужен свежий воздух, Молли.       — Свежий воздух в Лондоне? — невольно улыбнулась она.       — Прости, Молли, — улыбнулся в ответ Шерлок, — но, боюсь, сейчас даже в центре Пекина воздух менее токсичен, чем в этой комнате. Твоей квартире необходимо многочасовое проветривание, а тебе нужно подкрепиться. Здесь неподалеку есть киоск, в котором делают отличную жареную рыбу с удивительно вкусной картошкой, и я подумал, что мы могли бы прогуляться до него.       — Кажется, я обязательно должна попробовать эту картошку, — тихо рассмеялась Молли. — Ты редко отзываешься о чем-то или, уж тем более, о ком-то с таким воодушевлением.       — Любить жареную картошку гораздо безопаснее, — усмехнулся Шерлок и тут же замер, от всей души желая забрать свои слова обратно.              К счастью, Молли в очередной раз великодушно сделала вид, будто не услышала его слов.              — Хорошо, — кивнула она. — Позволь мне переодеться, и мы сможем идти.              Молли осторожно встала с дивана и направилась в спальню. Действуя гораздо медленнее обычного, она переоделась и собрала свои длинные светло-каштановые волосы в привычный конский хвост.              Шерлок предложил Молли опереться на его руку едва они оказались на улице.От этого предложения Молли отказалась, но, как только они прошли несколько ярдов, она с удивлением заметила, что он, едва ли не впервые за всё время их знакомства, старается подстроить свои широкие шаги под её короткие шажки, и теперь ей не нужно было буквально бежать, чтобы поспевать за ним. И этот маленький знак внимания произвел на неё несравнимо большее впечатление, чем все, сказанные им, слова.              Впрочем, как и сказал Шерлок, киоск находился действительно недалеко от её дома, и вскоре Молли искренне наслаждалась вкусом обжаренной во фритюре трески и хрустящей картошки.              — Спасибо тебе, Шерлок, — тихо сказала она, на удивление быстро расправившись со своей порцией. — Спасибо за эту прогулку и за рыбу с картошкой. Мне действительно было нужно и то и другое.       — Как ты себя чувствуешь? — с искренней заботой спросил он.       — Спасибо, мне гораздо лучше, — ответила Молли.       — Мой собственный опыт свидетельствует о том, что жареная рыба с картошкой неизменно поднимает настроение. — Энтузиазм в голосе Шерлока прозвучал несколько наиграно, но Молли была благодарна ему за попытку развеселить её. — Думаю, дело в том, что в них содержится витамин PP, недостаток которого приводит к апатии.       — Так вот что не дает пасть духом жителям нашего благословенного острова, несмотря на его дожди и туманы, — тихо рассмеялась Молли.       — Полагаю, истинным заслугам рыбы с картошкой перед Короной и нацией ещё только предстоит быть оцененными по достоинству, — улыбнулся Шерлок.       — Жареная рыба с картошкой как фактор формирования специфического образа Великобритании: исторические и культурологические аспекты, — на одном дыхании произнесла Молли. — Пожалуй, мне было бы интересно почитать статью или даже диссертацию на эту тему, — хихикнула она.       — Я скучал по этому, — неожиданно признался Шерлок. — Скучал по нашим с тобой разговорам.       — Ты уверен, что скучал именно по нашим разговорам, а не по тому благоговейному вниманию, с которым я обычно выслушивала твои монологи?       — Уверен. В конце концов, не так много на свете людей, способных без дополнительных пояснений понимать то, что я говорю и адекватно отвечать мне. В действительности, таких человека всего два: ты и мой брат. Только не говори об этом Майкрофту. Он уже далеко не молод, а потому его сердце может не выдержать подобного потрясения.       — Я рада, что вы с братом наконец подружились, — улыбнулась Молли.       — Скорее, пришли к определенному взаимопониманию, — хмыкнул Шерлок. — Последние события не прошли для него бесследно, как и для меня. Мы оба изменились. И, как оказалось, братские узы кое-что да значат. Мы с Майкрофтом нужны друг другу.              Он говорил нарочито беспечным тоном, но Молли услышала в его голосе уязвимость, неуверенность и даже страх. Было очевидно, что Шерлок отчаянно боялся остаться в одиночестве.              — Шерлок, — робко начала она, — я хотела позвонить тебе, после того как узнала, что случилось. Но так и не решилась. Боялась, что ты не примешь моего сочувствия или вовсе сочтёшь его неуместным. Прости, мне следовало меньше беспокоиться о своих чувствах и страхах и больше думать о тебе.       — Не надо, Молли, — мягко сказал Шерлок, заметив слезы, заблестевшие в её глазах. — Я не заслуживаю твоего сочувствия. Что бы со мной не случилось, я всё это заслужил. Многие сказали бы, что я вовсе не заслуживаю счастья.       — О, Шерлок, — нежно произнесла Молли, — конечно же, ты его заслуживаешь. Ты хороший человек и я никогда не поверю тому, кто будет утверждать обратное.       — Ты моё счастье, Молли, — почти прошептал он, заставив её почти задохнуться от лавины эмоций, обрушившихся на неё после его признания. — Кстати, я был в Непале, — как бы между прочим заметил он, спустя несколько мгновений тишины.       — Я помню, как ты рассказывал об этом, — кивнула Молли, радуясь тому, что разговор вернулся в безопасное русло.       — На моём счету несколько восхождений, включая соло-восхождение на Эверест, — сообщил Шерлок и бросил на неё быстрый взгляд.       — Разве они не запрещены? — удивилась она.       — Я никогда не придавал особого значения запретам, — усмехнулся он и тут же продолжил: — Возможно, напрасно. Но, если бы ты позволила мне поехать с тобой, я позаботился бы о том, чтобы с тобой ничего не случилось.              — Думаю… — начала было Молли, но так и не договорила: неловко оступившись, она потеряла равновесие и почти наверняка упала бы, не подхвати её вовремя крепкие мужские руки. — Спасибо, — прошептала она, ожидая, что Шерлок отпустит её. Однако он не спешил размыкать объятия. Напротив, он прижал её к себе ещё ближе.              Глубоко вздохнув, Молли наконец позволила себе расслабиться, впервые за очень долгое время, и подняла голову вверх.              — Снова пошёл снег, — заметила она и, протянув руку, смахнула несколько снежинок, блестевших на черных волосах Шерлока. Она не решилась бы сделать что-то подобное до того звонка, но признание как будто освободило её и теперь ей казалось естественным прикасаться к нему подобным образом. — А с утра солнце светило почти по-весеннему.       — Это временное похолодание, — мягко сказал Шерлок. — Скоро снег растает, и весна непременно наступит.              Ещё несколько дней назад он думал, что весь его мир рухнул, но теперь, когда в его объятиях трепетало крошечное тело Молли, ему казалось, будто он владеет целой вселенной.              Шерлок осторожно перехватил её ладонь и принялся согревать её холодные изящные пальчики своим горячим дыханием.              — Молли, я… — начал он, решив, что настало время для объяснения.       — Шерлок, пожалуйста, не говори ничего сейчас, — тихо попросила она.       — Хорошо, Молли, — немедленно согласился он.              Им действительно некуда было спешить. Главные слова были сказаны, а для всех остальных слов у них впереди была вечность.              Шерлок обнял Молли покрепче, запахнул вокруг неё своё пальто и прикоснулся губами к её макушке.              А с неба, медленно кружа, продолжал падать снег. И таял, не достигая земли.