Принц и нищий

Мукуро шел на работу в приподнятом настроении. Даже то, что идет он в ночную смену, не могло омрачить его радость. Встреча с Алауди, прекрасное свидание с очень милой девушкой, - все это определенно сделало его жизнь чуточку счастливее. Если прозябание в клоаке Вселенной вообще можно назвать жизнью. На улице уже совсем стемнело. Больше половины уличных фонарей не работало, что, в принципе, не удивляло. Благо, на небе ярко светила полная луна, что значительно облегчало передвижение по щербатой дороге, которая в некоторых местах внезапно заканчивалась открытым канализационным люком или перевернутым мусорным баком. Уже подходя к месту работы, Мукуро увидел сгорбленную фигурку на обочине. Мукуро хотел было пройти мимо, но внутри что-то неприятно кольнуло: совсем недавно он был в таком же положении, и люди проходили мимо. Не было никого, кто бы предложил ему помощь. - Вы в порядке? – спросил Мукуро, стараясь казаться не слишком раздраженным. Да, он злился. То ли от того, что приходится отвлекаться, то ли от того, что неожиданно пробудил в душе совесть, в наличии которой он всегда сомневался. Приглядевшись, он с удивлением узнал в человеке того самого практиканта-полицейского, с которым время от времени лаялся. Парень выглядел ужасно даже при неясном свете луны. Взлохмаченный, из уголка губы течет кровь, правая часть лица немного распухла, и под глазом уже наливался краской синяк. Об одежде лучше промолчать, - выглядела она так, словно его только что изнасиловали в какой-нибудь подворотне. - Эй, полицейский, ты выглядишь ужасно, - сказал Мукуро, присев перед ним на корточки. Парень одарил его зверским взглядом, настолько яростным и безумным, что даже сперло дыхание. И непонятно, от восторга или же от страха. - Что случилось? Бешенные фанатки напали на тебя и попытались лишить невинности? - Что-то типа этого, - просипел парень, с трудом выдавив улыбку. Пожар в его глазах медленно потухал, смягчался, уступая место более привычной насмешливой холодности. – Хотя в этом случае я бы даже не сопротивлялся. Мукуро усмехнулся и сел рядом, больно ударившись о холодный камень. Да уж, следует привыкнуть к тому, что под рукой уже нет мягкого сиденья. Точнее, не под рукой, ну да речь не об этом. - На работу? - Ага. Они замолчали. Мукуро было неловко просто так взять и уйти, а тем для разговора как-то не находилось. Парень тоже особого рвения к общению не показывал, просто сидел, прижимая руку к ребрам, и смотрел в землю, на копошащихся среди камешков и травинок муравьев. Время шло, работа уже даже не звала, а била колоколами в голове, а Мукуро все никак не мог свалить. Со стороны это выглядело, наверное, даже уморительно: два парня сидят под разбитым фонарем, на расколотом бордюре и попеременно вздыхают. - Задолбал. Свали уже в туман, - наконец, произнес парень. Мукуро даже вздрогнул от неожиданности. - Хочу и сижу, ты не забронировал это место, - огрызнулся он. Нет, он с радостью бы уже скрылся за поворотом, где его уже наверняка проклинает сменщик, но как не отреагировать на такое возмутительное обращение? - Зато, как я вижу, бомжи его облюбовали, - фыркнул парень, тяжело поднимаясь. Вот ведь… маленький говнюк. Даром, что полицейский. Парень оперся рукой о столб, переводя дыхание. Боже-боже, даже метра не прошел. Мукуро резво вскочил и, немного помаявшись с выбором между внезапно возникшим состраданием и необыкновенным, но таким же внезапным, трудолюбием, двинулся в супермаркет. - Эй, Рокуро, - позвал его парень, и Мукуро, будто бы нехотя, обернулся, - виски понравился? - Бывало и получше, - пожал плечами Мукуро, все еще двигаясь на работу, но уже спиной вперед. – В следующий раз я тебя угощу. И, в отличие от тебя, не той разбавленной водичкой, что ты мне подсунул! – крикнул он напоследок и припустил к сверкающей витрине магазина. Уже стоя перед открывающимися дверьми, он вдруг со злостью и раздражением понял, что полицейский назвал его Рокуро, и что он снова забыл спросить его имя. Право же, не всегда же ему называть его полицейским? На работе его покрыли трехэтажным матом, о существовании которого в японском языке Мукуро даже и не подозревал, и даже чуть не пнули, но он сумел поставить блок. Надев униформу, которая казалась Мукуро слегка унизительной, и нацепив бейджик с исправленной фамилией, он сел за стойкой, уныло оглядывая пустой магазин. Ночью заходят лишь алкоголики в поисках выпивки, да краснеющие подростки, покупающие презервативы. Дешевые, между прочим. Фу. - Рокудо-сан, а какие девушки вам нравятся? – хихикая, спрашивали его милые продавщицы, когда «поток» клиентов иссяк. - Хм, надо подумать… - Мукуро загадочно возвел глаза к грязно-серому потолку и улыбнулся. – Наверное, такие, как ты, Мина-сан. - Ой, скажешь тоже, - отмахнулась девушка, все же слегка смутившись. Даа, за этими девушками ухлестывать не приходится. Стоит отвесить самый примитивный комплимент, например, как только что прозвучавший, а они уже тают. Те девушки, что были в прошлой жизни Мукуро, на такую детскую лесть посмотрели бы на него как на фрика и отшили бы в тот же миг. Нет, они, конечно, более доступны, чем эти невинные вчерашние школьницы, но, по крайней мере, ведутся на куда более изысканное общение. Если у них в планах не только секс, конечно же. Тогда они предпочитают не выслушивать комплименты и прочую лабуду, а сразу же тащат в VIP-кабинку. А можно и сразу, на людях, никто все равно не обратит внимания. Эх, было времечко… Мукуро настолько предался ностальгии, что совсем не заметил покупателей, столпившихся у прилавка и молча смотревших на его блаженное лицо. - Ох, здравствуйте, добро пожало… - ну да, конечно. Вряд ли этот паршивец пропустил бы такое зрелище. Тсуна с каменным лицом поставил корзину на прилавок и быстро отвернулся, зажимая ладонью рот. Его плечи мелко подрагивали, не было сомнений в том, что он ржет, как дикая лошадь. - Привет... эээ… – Ямамото поднял руку и замер в нерешительности, забыв его имя. Жалкое зрелище. - Мукуро. Его зовут Мукуро, - укоризненно подсказал ему Дино. Ну да, как итальянцу не запомнить имя другого итальянца. Их не так уж много в Японии, а те, кто есть, наверняка в здешней мафии. - А, точно! Мукуро! Привет! – Ямамото прямо лучился весельем. Хотя, может быть, все дело в его улыбке. Нужно будет спросить, какой зубной пастой он пользуется и что за стоматолог его обслуживает. Гокудера стоял в стороне, хмурый, как всегда, и мял в руке пачку сигарет, внезапно не самых плохих. Тсуна, отсмеявшись, повернулся к Мукуро и протянул карточку. Мукуро хотелось его удавить, а затем медленно расчленить. И съесть. - Как твои дела? Братик, - спросил Тсуна, улыбнувшись так, что Мукуро бы точно блеванул, если бы только на него не пялился администратор. - Отлично, - приходится держать марку и улыбаться тоже не самой милой своей улыбкой, - к сожалению, мы принимаем только наличные. Тсуна бросил взгляд на картридер, что лежал рядом с кассовым аппаратом и вопросительно посмотрел на Мукуро. - Он сломан, - не моргнув и глазом, соврал Мукуро. – Только наличка. Братик. - Ничего, я заплачу, - Дино пролез вперед, вытаскивая потрепанный кожаный портмоне, и протянул видавшую виды банкноту. - Извини, я отдам, когда мы дойдем до банкомата, - виновато потупился Тсуна. Ясно, значит, и перед друзьями он прикидывается няшным ангелочком. - Ничего-ничего, ты и так в прошлый раз закупался для всех. – отмахнулся Дино. – Тем более, мы же знаем, зачем… - Ну, мы пойдем, - вдруг перебил его Тсуна, торопливо укладывая покупки в пакет. Это немного насторожило. Что «зачем»? Мукуро подозрительно покосился на Тсуну, и тот поспешно отвернулся, почти выбегая из магазина. - О, - только и смог сказать Дино, с удивлением глядя вслед удирающему другу. – Ну… странно. Ладно, - он склонил голову, прощаясь с Мукуро, и, видимо, позабыв, что можно было просто пожать руку. Им вовсе не нужно держать этикет, они же не японцы. Оставшееся время ничего интересного не происходило. Мукуро, правда, волновался о том, что теперь Тсуна знает, где он работает. Вряд ли он расскажет отцу – не в его интересах, но если «случайно» растреплет друзьям, то позора будет выше крыши. Мукуро даже с неохотой вспомнил, что дела у него вовсе не хорошо идут. Что одежда у него убогая, вместо геля для душа приходится обходиться мылом, парикмахеров он уже сто лет не видел, а на обед у него онигири из забегаловки напротив. Кстати, о парикмахерах. После работы Мукуро забежал в здание с покосившейся вывеской, которое носило гордое звание салона красоты, и достаточно привлекательно подстригся, заодно продав волосы. Сумма вышла не такая уж и маленькая, что сильно обрадовало Мукуро. С короткой стрижкой немного непривычно, но стало гораздо легче, да и шампуня теперь меньше надо будет брать. Можно будет даже расщедриться и купить бальзам для волос. Испытывая в душе смешанные чувства, Мукуро зашел в свою комнату и прямо в одежде плюхнулся на кровать. С одной стороны, он рад незапланированной получке, с другой – удивлен своей радости и одновременно раздражен тем, что ему приходится экономить. Мысли плавно перетекли обратно к Тсуне. Он гуляет по ночам в не самых хороших районах, водит дружбу с обор… с людьми среднего достатка, и ему зачем-то нужны деньги. Дино, правда, не до конца произнес свою реплику, но смысл был понятен. Зачем Тсунаеши деньги? Он боится, что его выкинут и копит на будущее? Вряд ли, выпнули-то как раз Мукуро. Может, Тсуна хочет что-то купить? Так ничего и не поняв, Мукуро заснул. *** Проснулся он только к ночи. Болела голова и, когда он сжал ее руками, даже испугался, что нет волос, но быстро вспомнив свой поход к парикмахеру, успокоился. Было тяжело расстаться с шевелюрой, он даже не хотел выпускать их из рук, когда настало время прощаться, и персоналу пришлось силой отбирать у него волосы. Вздыхая и ностальгируя, Мукуро прошел к крошечному холодильнику и с ужасом понял, что еды нет. Есть только заплесневелый сыр, но Мукуро не любил французскую кухню. Был бы Алауди – съел бы он, а так придется топать в магазин. Можно было бы зайти в закусочную, но тогда денег придется потратить намного больше. Спустившись на первый этаж, он с удивлением обнаружил, что в магазине совсем темно. Он вслепую двинулся вперед, называя попеременно имена своих коллег. Откликнулся лишь старик-охранник. От него Мукуро и узнал, что магазин закрыли из-за того, что какие-то умники побили окна и обчистили кассу. Неизвестно, что именно они нашли в этой кассе, кроме повесившейся там мыши да пару тысяч йен мелочью, но Мукуро приуныл. Работа была ему нужна. Его мучения прервал возмутившийся желудок, и Мукуро поплелся в другой магазин, который находился у черта на куличиках. Близилась полночь, и на улицу, как нежить, повалили толпы народа. Не самого доброжелательного, к слову говоря. Где-то проходили разборки, унылые, как лопочущие младенцы, где-то хихикали девчонки со своими ухажерами… Первое время Мукуро с интересом поглядывал по сторонам, удивлялся и шастал повсюду чуть ли не с открытым ртом, теперь уже это все было привычно и даже слегка надоело. - Эй, парень, не займешь пять сотен? – раздался совсем рядом хриплый прокуренный голос. - Кто бы мне занял, - ответил Мукуро, не замедляя шага. В тот же миг его схватили за куртку и развернули в сторону, дыша в лицо перегаром. - Это была не просьба, мудак. Мукуро поморщился от брезгливости и отвращения. Если бы он был сыт, его точно стошнило бы. Парень, схвативший его, был слишком крупным для худосочных японцев, видимо, сидел на стероидах. Лет двадцать-двадцать три, не больше, а из-за щетины на лице и заплывших узких глаз казался древним стариком-пропойцей. Накачанным стариком-пропойцей. - Если я дам вам деньги, то умру с голода, - пожал плечами Мукуро и заметил, как его окружают парни в «типа крутых» тертых куртках. Его это нападение даже порадовало: значит, он не выглядит совсем уж нищебродом, раз его решили грабануть. К тому же, на этих идиотах можно сорвать раздражение и злость, скопившуюся за последние несколько недель, а ее было немало. Раньше сделать это было проще, благодаря спаррингам с Алауди, который неизменно выламывал ему руки, и, естественно, ежедневному сексу, в котором агрессия также успешно выплескивалась. - А нас это не волнует. Мы вежливо тебя попросили поделиться деньгами, ты отказался и за это поплатишься здоровьем. - Если бы пошел нам навстречу, не пришлось бы тратиться на больницу. Мукуро обвел равнодушным взглядом собравшуюся толпу из пяти-шести человек и вздохнул. Видит бог, он не хотел насилия. - Что тут происходит? – знакомый голос не дал ему броситься на обидчиков, и Мукуро обернулся, с толикой недовольства обращая свое внимание на нарушителя. Опа. Нарушителем оказался тот самый полицейский. Выглядел он еще хуже, чем вчера ночью. Даже на ногах едва держался. Он подобрался и подошел ближе, вытягивая руку с удостоверением личности. - Полиция. Немедленно очистите улицу, вы нарушаете дисциплину. Мукуро аж дар речи потерял. Этот камикадзе решил договориться с этими отморозками? Его же забьют в два счета, да и потопчутся заодно по его хладному трупу. - И ты здесь, - безэмоционально заметил полицейский, узнав Мукуро. – Как же ты достал уже. - О, знаешь, я тоже не рад на каждом шагу натыкаться на тебя, - обиделся Мукуро. – Ну вот, а я-то уже хотел защитить тебя от тех злых дядек, что стоят за моей спиной, но теперь уж фиг тебе, сам отдувайся. Парень удивленно вскинул брови и вдруг улыбнулся, что никак не вязалось с его внешним плачевным видом. - Ты? Защитишь меня? – он насмешливо прищурился, убирая удостоверение в карман и подходя ближе. – Не смеши меня, девчушка, ты бы просто мешался у меня под ногами. - Девчушка? – Мукуро шагнул навстречу, испытывая страстное желание врезать по этой самодовольной роже, и плевать, что парень выглядит так, будто его только что прокрутили в мясорубке. - Мне показалось, что ты постригся именно по той причине, что тебя все за женщину принимают. - О, ты заметил? Я польщен. Хоть кто-то из нас двоих выглядит пристойно. - Говоришь, как старая дева. - А ты, видимо, сильно меня хочешь, раз убеждаешь себя в том, что я подхожу на роль твоей подружки. - Ты слишком высокого о себе мнения. - Ты тоже не страдаешь от пониженного самолюбия. - А может, вы уже заткнетесь? – взорвался, наконец, тот самый гопник, про которого они оба уже успели забыть. – Гони баб… - он не успел продолжить, а Мукуро даже повернуться в его сторону не успел, как мимо него пролетел полицейский. Хруст ломающейся кости неожиданно понравился Мукуро, хотя раньше он слышал его только в фильмах, и он поспешил втянуться в завязавшуюся драку. Мукуро был уверен, что не получит ни одного удара, но удары сыпались со всех сторон, стремительно погашая энтузиазм. В какой-то момент он заметил, что большинство пинков он получает именно от полицейского. Вот урод, а Мукуро думал, что они заодно. Полицейский двигался быстро, бил точно, без сильного замаха, и совсем не был похож на полутрупа, коим он выглядел. Мукуро слегка испугался, когда, на секунду вырвавшись из толпотни, увидел бесчувственное тело на земле. Полицейский какой-то преступник. Бьет будто на смерть. Но, если от этого абстрагироваться, то парень не так уж и плох. Может быть, чуточку хуже Мукуро, но их уже не разделяла гигантская пропасть. - Черт с ними, валим! - Здравая мысль, - хмыкнул Мукуро, радуясь, что они все-таки сдались. Еще чуть-чуть, и он бы потерял сознание от усталости и боли. Ах, точно, и от голода тоже. Полицейский хотел было двинуться следом, но не выдержал и плюхнулся на асфальт. - Я думал, еще хуже ты выглядеть не можешь, - сказал Мукуро, протягивая ему руку, чтобы помочь встать. Парень презрительно скривился, облизнул окровавленные губы и поднялся самостоятельно, отмахнувшись от предложенной помощи. - Взаимно, - ответил он. Мукуро снова оскорбился. Битым его этот парень не видел, так что это был такой нехилый намек на его непривлекательную внешность. - Тебя зовут-то как? – спросил он, подавив в себе растоптанное самолюбие. Парень отдышался, вытирая разорванным рукавом кровь с лица, и слабо улыбнулся, поворачиваясь к Мукуро. Похоже, ему было немного смешно, впрочем, как и самому Мукуро: они знают друг друга уже почти месяц и даже общаются, если это можно так назвать, а так и не познакомились до сих пор как полагается. Парень вдохнул поглубже, с хрипом втягивая воздух, и наконец, ответил: - Хибари Кея.