Все идёт не по плану

Лунный свет слабо пробивался сквозь щели в крыше, но его хватало, чтобы освещать весь чердак. По углам стояли ведра, полные дождевой воды, сундуки были тщательно укутаны пакетами во избежание промокания, в отличии от картонных коробок, кои пропитались вышеупомянутой водой насквозь и разрывались от одного касания, но выкинуть их никто не решался. Под полом чердака мирно спали обитатели этого дома, набирающиеся сил в преддверии последней учебной недели в триместре. С тех пор, как у многих воскресенье стало единственным выходным, высыпаться было крайне важно. Тишину в доме едва нарушал лай черного щенка с именем собачьей звезды. Лишь двоим сейчас не спалось. Луч фонарика пробежал по стене и замер на лице парня с яркими, почти кислотными зелеными волосами. Он сморщился от яркого света и натянул одеяло на голову. — Ну молодец, ты его разбудил, — послышался недовольный шепот с лестницы. — Тихо ты, — шикнул обладатель фонаря. — Не моей идеей было пойти взять ещё кофе. Так что молчи в тряпочку. Первый презрительно фыркнул, но замолчал и осторожно спустился с лестницы на пол, где тихо хихикнул и зажал рот руками. — Ты чего? — с подозрением спросил второй. — Щекотно, между прочим! — То тебя голые доски не устраивают, то кафель, теперь ковер! Определись уже! — Тише, — осадил напарника первый. — Давай просто возьмём кофе и вернёмся на чердак. Второй шумно выдохнул и тоже спустился на пол. Освещая путь на кухню для любителя кофе, он обернулся и посмотрел на зеленоволосого. Тот, видимо, успокоился и мирно спал, как и до этого. — Черт, — тихо выругался первый, заставляя собрата посмотреть на него. — Чайник остыл. — Ну конечно, чего ты хотел? Три часа ночи на часах! — слегка насмешливо прошептал фонарщик. — Уже? — удивился его напарник. — Странно… Я думал, прошло только полчаса. — Ладно, фиг с ним, пошли обратно, — второй уже развернулся и собрался уходить. — Ну нет, зря мы сюда шли, что ли? — разозлился первый. — Получается, что зря, — усмехнулся второй и вручил фонарик напарнику. — Но учти, если ты кого-нибудь разбудишь, я ни при чем! Удачи. — То есть, ты меня бросаешь? — Да, бросаю. Мне не нравится эта идея. И даже учитывая… — пламенную речь второго прервал громкий, оглушающий лай пятнистого охранника, который учуял движуху в доме. — Курон, молчать! — приказал Куромаку. Пик резко обернулся и уменьшившимися от испуга зрачками посмотрел на Джокера. Тот перевернулся, пробормотал что-то вроде «Замолчи, пес» и продолжил спать. Пик и Куромаку посмотрели друг на друга. — Пронесло, — выдохнули они. — Ну так что, ты всё ещё хочешь кофе? — насмешливо произнес Пик. — Да, хочу, иначе я засну на следующей главе! — огрызнулся Куромаку. — У нас даже двери на кухне нет, как ты собираешься кипятить этот чайник, я не представляю, — пожал плечами Пик. Куромаку посмотрел на чайник. — Вообще-то есть у меня одна идея… — Серьезно? — от такого фейспалма ключи на шее Пика зазвенели. — Это и была твоя идея? Налить в кружку горячей воды из-под крана? — Выбирать не приходится, — сквозь зубы проворчал Куромаку. — Всё же лучше, чем перебудить весь дом и потом объяснять, что это мы делаем вдвоем на кухне посреди ночи. Пик вздохнул и посмотрел на спящего у дверей Сириуса. Главное — этого пса не разбудить, его успокоить сложнее, чем Курона. — Вот приспичило ж тебе кофе попить, — прошипел Пик. — Пойду, что ли, бутербродов сделаю. — Давай, скатертью дорожка, — Куромаку проводил Пика взглядом и понял, что остался без света. Щёлкнув выключателем у полки, Куромаку зажмурился от слишком ярких ламп. Он приподнял очки, прищурился и открыл кран с горячей водой. Куро о чем-то задумался. Когда горячая вода заполнила стакан и коснулась его руки, Куромаку вздрогнул, отставил стакан и открыл холодную воду, куда немедленно сунул руку. — Привет. От неожиданности Куро чуть не уронил стакан. — Клео, ты опять неожиданно! — И невовремя, — улыбнулась Клеопатра. — Заметь, я этого не говорил, — вздохнул Куромаку. — Что делаешь? — Да просто… — Куро посмотрел на кран. — Просто умыться пришел. — А стакан зачем? — усмехнулась Клео, глядя на растерянный вид Куромаку. — Ладно-ладно, давай сделаем вид, что этого не было, — она попятилась к выходу и могла бы исчезнуть таким же загадочным образом, как и появилась, но вершитель Трефовых судеб Сириус, видимо, решил, что нельзя им расходиться так быстро. Ну, или ему просто на хвост наступили, не знаю. В любом случае, он громко залаял. — Ой, — виновато улыбнулась Клео. — Сириус, успокойся, ничего не случилось, — она попыталась заверить щенка, но сквозь громкий рык ее тихий голос едва ли был слышен. Вдруг дверь открылась, и в проходе появился Джокер. Злой и сонный. — ЗАТКНИСЬ, ПЕС, ДАЙ ПОСПАТЬ! Наверное, Джокер — единственный, кто способен перекричать Сириуса. Пёс злобно зарычал, но больше не лаял. — Пронесло, — второй раз за ночь выдохнул Куромаку. Джокер вернулся в кровать и снова заснул. Клео проводила его взглядом и снова посмотрела на Куромаку. — Дубль два, — улыбнулась она и исчезла в темноте. Куро нахмурился и направился в гостиную. Клео уже спала там, на диване. Пик выглянул из кухни, что-то жуя. — Так ты с кофе закончил? — нетерпеливо спросил он. Куромаку понял, что оставил кружку в ванной. — Подожди минутку, — он спешно направился к ванной. — Да я тебя уже минуток пять жду, — непонятно для кого проворчал Пик и развернул ещё конфету. Лунный свет в щелях крыши постепенно заменялся солнечным. Сентябрь горит… Чердак на первый взгляд кажется пустым, но это не так. Далеко не так. Дрожащим голосом Куромаку дочитывает главу, даже не прикоснувшись к давно уже остывшему кофе. Его залпом выпивает Пик, кривя лицо от горького привкуса и закусывая конфетами. — Кур, — полушепотом окликает он. — Ч-чего? — тем же дрожащим голосом отзывается Куромаку. — Ты плачешь? — Нет, нет! Просто устал… глаза слезятся… Нет… — Мне тоже жалко Роуз, — вздыхает Пик. — Надо найти что-то пожизнерадостнее в следующий раз. Куромаку молча кивает, утирая слезы рукавом. Пик смотрит на время. — Пора назад, скоро будильник у Валетов, — Королёв складывает фантики, книгу и фонарик в рюкзак и тянет Куромаку за рукав. — Да, только умоюсь, — шепчет тот. Пик кивает, осторожно открывая дверь к лестнице. — Глаза протри, а то с лестницы свалишься, — советует он напоследок и бесшумно прыгает на пол. Куромаку спускается вслед за ним. — Иди, умывайся, а я спать, — зевает Пик и идёт к комнате. Солнце освещает его кровать, но Пик задергивает шторы и закрывает глаза. Не прошло и пяти минут, как будильник у Вару зазвонил. — Это первый, — проворчал он, треснув кулаком по будильнику. Пик украдкой посмотрел на сторону Трефовых. Зонтик уже не спит, но вставать ещё не хочет. Зато Куромаку уже вернулся и вырубился. — Это второй, — сквозь полудрему Вару выключил будильник. «Да вали ты уже, » — подумал Пик. — Это третий, — вздохнул Вару и мысленно сосчитал до десяти. Дверь в комнату распахнулась, и счастливый взъерошенный Феликс заглянул к Вару. — Вставайте, сони, нам пора! — Мы ждём будильника Зонта! — пояснил Вару. — Ладно! — не расстроился Феликс и убежал, не закрыв дверь. — В лифте родился? — крикнул ему вслед Вару. Будильник Зонтика зазвенел. — А вот теперь пора. Ещё один день в реальном мире.