Ох уж этот дракон!

Тонкое одеяло накрывало меня с ног до головы. Я в своем доме? В своей кровати? Приоткрыл глаза и увидел перед собой деревянную лестницу. Да, так и есть. Так значит, это всё мне приснилось? Хотя голова побаливала, как будто встреча со столом действительно состоялась. Но во время сна я мог удариться и об прикроватную тумбочку. Бывает ведь такое. Воодушевленный надеждой, что то было всего лишь колдовством Морфея, я медленно свесил свои ноги (ну да, ногу и культяпку) с кровати и встал. Внезапно почувствовалась слабая ноющая боль в районе правой ладони. Нервно сглотнув, помня, что произошло в небытие, как мне казалось, я приподнял кисть руки, дабы осмотреть виновницу неприятного ощущения. Она была чересчур неаккуратно обмотана белой повязкой, толстым слоем. Выглядело весьма нелепо. При небольшом усилии лента моментально спала на пол, образуя неровную «башенку». На месте своеобразного бинта красовалась короткая и неглубокая рана, кровь из которой, по всей видимости, давно перестала идти. Ну не-ет, быть такого не может! Неужто всё происходило в реальности? Имелся лишь один способ проверить. Я перенаправил внимание на противоположный конец комнаты. С моих уст сорвался судорожный вздох. Около моего рабочего стола, лицом к окну, стоял он. Тот чудак. «Галлюцинация» никуда не мсчезла. Внезапно в голове возникла мысль: не проверить ли себя снова? Вдруг, я сплю до сих пор. Но действия брюнета заставили заволноваться о другом. Он беззаботно листал странички в одном из моих альбомов. А личные зарисовки - святое. Никто не смеет лицезреть их без моего разрешения! — Эй, ты! — чувствуя укол злости, я уверенно подошёл к разбойнику и тут же облокотился на его серого оттенка грудь, а второй рукой пытался дотянуться до книжки, — Отдай немедленно! Не твоё! Он лишь насмешливо глянул на меня, обратив тонкие губы в поистине змеиную ухмылку. Некоторое время я просто ощущал теплое дыхание вредителя на себе, строго смотря на него и не переставая дотягиваться до своего сокровища. Юноша будто бы дразнил: то позволит коснуться до твердого корешка, то снова подымет рукописи выше. Однако кое-что другое совершенно вывело из колеи. Раздвоенный на конце язык коснулся моего носа, прокладывая влажную дорожку вплоть до лба. Дурацкие у него забавы, надо признать. — С ума сошёл? — я, как ошпаренный, быстро оказался в метре от черноволосого. Мерзкий холодок прошёлся по спине, принуждая поёжиться. Слюна, к слову, хорошо-о знакомая, еле оттерлась. Паренёк в ответ ехидно фыркнул, желая промолчать и оставить меня в недоумении. Он вмиг нашел иную тему для разговора: — Что ж в этом альбомчике такого секретного, а? — искорки веселья вспыхнули в его глазах, и хулиган снова начал листать жёлтые страницы, понимая, что отбирать ничего у него уже не будут, — Всего лишь рисунки драконов, — длинноухий пожал плечами, — Кстати... ты не ценишь заботу своего лучшего друга! Повязку подержать следовало подольше, знаешь ли... Вдруг что, — обиженным голосом закончил тот. Нахмурив брови, я сложил руки на уровне груди. Не нравится мне это. Совершенно. — Лучшего друга? Я тебя впервые в жизни вижу. — Глупый Иккинг, — зеленоглазый покачал головой, не отрываясь от просмотра чертежей и набросков, — Поверил в дружбу между человеком и драконом, хотя целых семь поколений викинги на этом острове сражались с нами. Это казалось невозможным. Но ты всех переубедил. Кому, как не тебе знать о непосильности былой задачи? А ты сейчас не можешь поверить в то, что дракончик превратился в двуногого! — Это совсем несравнимые меж собой вещи, — скривившись в лице, резко отрезал я и осмотрел существо снова. Красивое аккуратное мускулистое тело, которым не каждый из племени мог бы похвастаться, удлиненные уши, выглядывающее из-за копны темных волос, вечно подрагивающий нос, любопытный взгляд очей с ярко выраженной щёлкой, которая на данный момент была округлена, и, конечно же, странный цвет кожи и чернеющие участки на руках, что поблескивали при дневном свете. Чешуя. Будет ли она холодной на ощупь? Прямо как у... — Бред же! Нельзя просто так взять и стать человеком! — Нет, вы посмотрите на него, — качнув головой в сторону, он откинул альбом на разворошенный стол. Успел же развести беспорядок... — Иногда проще принять произошедшее здесь и сейчас, а не ломаться целый день! Но ведь должно быть хоть какое-то объяснение для случившейся чертовщины. Сложно, сложно просто так поверить в столь колоссальное изменение... моего друга. Тьфу ты, до чего же странно звучит! — Мы с тобой три года вместе, — продолжал он, будто имея способность читать мысли, — Немаленький срок, согласись. И неужели его не хватило на то, чтобы изучить своего дракончика досконально? Все повадки, внешность, особенности... Не находишь сходства? Смирись. Я - Беззубик, а ты - мой наездник и хозяин, — придавая больше уверенности словам, парень стукнул сжатым кулаком в области сердца. Действительно: его мимика, жесты и движения до жути казались знакомыми. Что ж, толика смысла в его словах присутствовала. — Гм. Насколько помню... ты до ужаса боялся некоторое время назад, — мне вспомнилась та паника в глазах и полный мольбы тон. — Страх сменился любопытством, — тут же нашёлся ответ, — Знаешь, это ведь здорово! Побыть таким, как вы... — О Боги, — тихо вздохнув, все еще не до конца веря в происходящее, я прошел к деревянной тумбе и принялся рыться в содержимом. — ...говорить, ходить, бегать на двух ногах, держать и таскать вещи в руках, а не во рту... — брюнет перечислял и перечислял плюсы своего положения, не заботясь о моих недовольных вздохах. М-да уж, любит он, однако, поболтать. — На, оденься, — я кинул ему свою одежду, как только подобрал более менее подходящее. Дракон... кхм... ловко словил предметы гардероба, — Они тебе, возможно, будут немного малы, но на время сойдет. Не щеголять же... вот так, — указав на всего друга, я принялся наводить порядок на столе. Ну и пошарился он здесь. Книги, альбомы, карандаши, схемы - всё разбросал, негодник. — О, совсем забыл о том, что теперь можно оказывать тебе настоящую медицинскую помощь... — Ага, — согласился я, продолжая мысленно негодовать. Просто плюнуть, по всей видимости, и неуклюже замотать бинтом... И это называется «настоящей медицинской помощью»? Ладно... — Прибавь ещё неумение убираться за собой после наведённого бардака... — Но черноволосый так был увлечен размышлениями, что не услышал сказанного или просто сделал вид, что не обратил никакого внимания на замечание. Увидев возню краем глаза, я повернулся к болтающему. Он не мог разобраться с тускло-зеленой рубашкой: хотел просунуть голову в один из длинных рукавов. Вот неумеха. Благо, хоть со штанами справился сам. Я закатил глаза и начал помогать ему. Сняв с него одеяние, заново продел сначала голову брюнета, а потом и руки, случайно касаясь чешуек на предплечьях. Холодные, как и предполагалось, и до боли родные на ощупь. Сомнения рассеялись полностью. Это правда. Но жёсткая «броня» покрывала лишь конечности, а не всё тело целиком. Только сейчас я осознал, что чувствую тепло Беззубика. Такой согревающий и такой живой... Моё сердце пропустило несколько ударов, отчего процесс одевания завершился как можно скорее, чтобы такого не повторилось вновь. И что это сейчас было? — Не пялься так пристально! — неожиданный вскрик слегка взбудоражил меня. Я не отдавал себе отчета в том, что делал: во все глаза таращился на товарища, будто бы боялся, что через секунду он вернется в свое истинное обличие. Дракон повернул голову на бок, после чего продолжил с хитрым прищуром, — Ну что такое? Я выгляжу слишком хорошо, да? Мне идёт? — он сложил руки на груди и усмехнулся, не дожидаясь ответа, — Прекрасен, как и всегда! Вот это заявления! Не знал, что Ночная фурия настолько себя любит... Хотя и замечал, что некогда крылатый мог подолгу осматривать себя с помощью прозрачной глади озера, изображая различного вида эмоции. Пожав плечами, я живо перенаправил беседу в иное русло: — Не думал, что драконы умеют разговаривать… — Я стал одним из вас, — напомнил он мне, пригрозив пальцем, — Ты думаешь, за три года я не наблюдал за вами и вашими речами? Не понимал, что вы говорите друг другу? Конечно, большинство слов мне еще неизвестны и непонятны, но и знаю немало! Беззубик горделиво вскинул голову. Да, ночные фурии же считаются самыми умными созданиями. Я оценивающе закивал головой, вспомнив о данном факте. Внезапно появившуюся паузу мне пришлось расторгнуть, ибо в ней ничего не оставалось делать, кроме как рассматривать друг друга; и я продолжил раскладывать разбросанные вещи по полочкам. — О, совсем вылетело из головы... Сюда приходила Астрид, — понурено выдавил зеленоглазый. Подставка для карандашей внезапно опрокинулась, отчего содержимое с шумом посыпалось на пол. Меня бросило в холод. — Ч...Чего? Но, знаете, порой я всё-таки начинаю сомневаться в отличных интеллектуальных способностях фурий...