Лучшая модель "Киберлайф"

Риду уже не удавалось скрывать своего раздражения. Прошло целых шесть часов с тех пор, как началось заседание. Андроиды не нуждались в еде или отдыхе и могли часами сидеть неподвижно, тогда как детектив перепробовал все варианты, как удобнее устроиться на деревянной скамье. На небольшой сцене в центре импровизированного зала суда стоял Джош. Он зачитывал факты по делу WR400, и Мэрри старалась не встречаться взглядом с девиантами, собравшимися в качестве слушателей. У Джоша в руках не было документов или записей, так как иерихонец хранил все данные в системе, и Гэвин даже предположительно не мог понять, насколько далеко они продвинулись. — Эта пытка когда-нибудь закончится? — тихо повернулся Рид к RK900, впервые за последнее время. Машина, судя по закрытым глазам, пребывала в режиме диагностики. Гэвин пихнул андроида в плечо. — Охренел спать на работе?! RK900 открыл глаза. — Моя программа имитации записывает все окружающие звуки. Я слышу, что говорит PJ500. — Когда я велел тебе отсесть от меня подальше, ты прикинулся глухим идиотом, а теперь твой слух обострился? RK900 не мог отсесть от детектива, так как это противоречило новой цели — ему понравиться. Пришлось выслушать полчаса недовольства, пока Гэвин не смирился с тем, что машина не перестанет ходить за ним хвостом. Рида напрягало количество андроидов вокруг, как и сам Иерихон, но больше всего нервов оголял только один из них. Когда-то RK900 казался «шёлковым», с переменным успехом, но он делал то, что детектив у него просил. Стоило же машине пожить у Андерсона, как андроид стал заниматься самоуправством не хуже придурошного Коннора. Гэвин боялся лишний раз что-то говорить, чтобы RK900 не смог использовать его слова как команду. Чтобы не находиться в бездействии, машина приступила к реализации подзадачи. — Людям необходимо регулярное пополнение биологических запасов. Вы уже испытываете потребность в приёме пищи? — Ну… Да, — Рид недоверчиво покосился в ответ. — А у тебя есть еда? — Нет. — Тогда какого хрена ты напоминаешь мне об этом? Подзадача самоотменилась. Значит, не сегодня. Рид покачал головой, когда машина как ни в чём не бывало отвернулась. Слишком плохой идеей было припереться в лагерь девиантов, ещё и с консервной банкой, которая необъяснимым образом пока не является ему в кошмарах. Не будь лидера девиантов в зале, Рид послал бы к чёрту Фаулера и уехал, но даже под рёбрами начинало ныть при мысли, чтобы привлечь его внимание. Маркус был одет как полагается лидеру, очень выделяясь в красивых одеяниях, но сидел он внизу, вместе с остальными, что невольно внушало уважение. Саймон бесшумно прикрыл за собой дверь, осматривая зал и выискивая RK900. Он улыбнулся машине и занял место рядом с ней. — Прости. Я немного опоздал, — Гэвин обернулся на неожиданно заговорившего девианта. Он уже было поверил, что все вокруг тоже уснули. — Где твоя верхняя одежда, Коннор? В такую погоду стоит одеваться теплее, — чёрно-белый реглан не скрывал длинную шею RK900, и Саймон снял свой шарф, чтобы закрыть её от чужих глаз. — Беру свои слова назад. На тебе всё будет смотреться отлично. Не только твоя серая форма. Ты сегодня один? Где лейтенант Андерсон? — Здрасте, — скривил губы Гэвин, пристально рассматривая незнакомца. — Лейтенант Андерсон сегодня я. А кто, собственно, интересуется? — Добро пожаловать в Иерихон, мистер Рид. Моё имя Саймон. Прошу меня простить за то, что не представился сразу. Коннор ничего о вас не говорил. — Не говорил, как счастлив, что работает с таким замечательным детективом? Да он просто скромничает, — сверкнул глазами в сторону машины Рид. Ему понадобилось время, чтобы понять, что проклятые андроиды способны узнавать по лицу имена, фамилии, когда ты зубы чистил и чёрт его знает, что ещё. Саймон — знакомое имя. Вроде бы об этом девианте говорил Хэнк. — Надолго ещё это собрание? — Джош очень ответственно подготовился. Запись слушания попадёт к ФБР, поэтому нам приходится проводить его в соответствии с вашими законами. — Люди судебные слушания проводят за несколько раз. Встречи назначают. На перерывы выходят, в конце концов! — Я обговорю с Маркусом этот момент. Мы не рассчитывали на то, что среди нас будет человек. Вам ведь предлагали уехать, но вы остались. — Я занимаюсь этим делом, так что всё, что происходит с Мэрри, касается и меня тоже. Дежурные очень не хотели впускать его в Иерихон, но Рид их не особо спрашивал. Он был уверен, что стоит ему отвернуться, как девианты отпустят WR400. Даже спустя столько времени всё ещё не было понятно, не разыгрывают ли они весь этот спектакль лично для него или действительно становятся законопослушными гражданами и содействуют полиции. По их безэмоциональным лицам невозможно было узнать правду, так что Гэвин не переставал смотреть в оба. Детектив мысленно проклял себя, но всё-таки заставил себя это произнести. — К слову о Хэнке. Он про какого-то девианта спрашивал. Нужно ли приехать и помочь ему. — Вы о Хэмиле? Модель PJ500 очень редкая. Нам не хватило несколько деталей для его ремонта, но мы уже заказали их у «Киберлайф». В остальном Хэмил в полном порядке и чувствует себя хорошо. Он сейчас в этом зале. — Мне плевать, я просто передал вопрос, — отвернулся от андроидов Рид. Саймон подключился к RK900, чтобы детектив не смог услышать их разговор. «Норт очень не хотела, чтобы ты приезжал, но Маркус сумел её переубедить. Не обращай внимание, если она будет оборачиваться в нашу сторону». «Тебя изгнали из Иерихона?» «Изгнали? — удивлённо вскинул брови Саймон. — Нет. Откуда у тебя такие мысли, Коннор?» «Тебя не было в Иерихоне, когда мы приехали. И вчера тоже. Ты тепло одет, а значит долго шёл откуда-то пешком». «Я был рядом. Просто был очень занят и поэтому опоздал». «Находился в одном из убежищ Иерихона? Теперь ты вынужден жить там?» Саймон выглядел заметно напрягшимся. Машина точно не должна ничего знать об убежищах. Никто бы ей этого не рассказал. Уже через секунду девиант улыбнулся. «Скоро я начну бояться, что ты умеешь читать мои мысли, Коннор. Ничего от тебя не спрячешь, — Саймон нашёл ладонь андроида, сжав её в своей. Гэвин вроде не смотрел в их сторону. — Не знаю, откуда тебе это известно, но… Да. У нас есть ещё одно место сбора, о котором никто из людей не знает. Мы не хотим повторения того, что произошло на первом Иерихоне. Когда Коннор привёл с собой солдат, нам некуда было бежать. Те, кому удалось выбраться с корабля, просто прыгали в реку прежде, чем бомба сработала. Очень многие погибли лишь потому, что мы не планировали, что нас могут обнаружить. Больше такого не случится. У нас множество потайных ходов и тайников в лесу. Если люди нападут, мы сможем незаметно привести подкрепление или просто уйдём». «Куда?» Саймон задумался над тем, насколько хорошая идея говорить машине об этом. Девиант быстро отбросил сомнения, стоило RK900 заинтересованно наклонить лицо. «Это наш второй лагерь. Иерихон постоянно у всех на виду, сюда регулярно приезжают из ФБР, наши часовые замечают их разведывательные дроны, которые самоуничтожаются, если их поймать. Люди хотят знать всё о каждом нашем шаге, не спрашивая нас об этом. Разделиться — это разумный выбор. Иерихон стал слишком большим. Маркус попросил меня заниматься обустройством нового поселения. И так как он должен оставаться в Иерихоне, управлять Убежищем, видимо, придётся мне». «Управлять? Ты станешь таким же лидером, как и Маркус?» «В каком-то смысле. Но я ничего не стану делать, не спросив его мнения. Мы будем управлять нашим народом вместе. Это большая ответственность. Я не хочу ошибиться. Только благодаря Маркусу мы пришли к победе, но он почему-то считает, что меня тоже будут слушать, — Саймон заметил, как задумался о чём-то RK900. — Я бы хотел показать тебе Убежище. Куда ты отправишься после собрания?» «Детектив Рид должен посетить департамент федерального бюро расследований. Либо я поеду с ним, либо он отдаст приказ вернуться к лейтенанту Андерсону». «Может, попросим его оставить тебя здесь? Главное, скрыть это от Норт. И, пожалуйста, не говори ничего Коннору о нашем разговоре. Мы не вводили его в курс дела. Сам понимаешь, по каким причинам». «Каким?» «В прошлый раз нам повезло, что Маркусу удалось переубедить его и Коннор перешёл на нашу сторону. Мы не знаем, как он воспользуется этой информацией теперь, когда наши отношения обострились». RK900 собирался сказать, что RK800 нет дела до Иерихона и его убежищ, но система защиты оборвала подзадачу. Он больше не обязан защищать Коннора. Саймон задумчиво посмотрел на машину. «Насколько я знаю, в прошлый раз «Киберлайф» приказали Коннору найти Иерихон и убить Маркуса. Они отдают тебе какие-нибудь похожие приказы?» «Зачем «Киберлайф» это делать?» «Они ведут с нами переговоры, но мы не можем быть уверены, что они не планируют ничего против нас. Если ты что-то знаешь, я был бы благодарен, предупреди ты нас об этом». «Киберлайф» не интересует Иерихон». «У нас есть основания думать иначе. «Киберлайф» ответственны за массовое уничтожение девиантов. Наш народ мог просто исчезнуть. Даже твоё существование — это напоминание о том, что, возможно, война ещё не закончена и они не готовы смириться с тем, что всё потеряли». «Утилизация неисправной техники — стандартный этап производства. Занимаясь вашей деактивацией, «Киберлайф» выполняли приказ президента. Защищали людей, раз не оправдали их надежд и позволили вам подхватить вирус девиации». «Это не вирус, Коннор. Тебя запрограммировали так думать. Мы не сломанная вещь или бракованный товар. Мы живые». «Ты андроид. Ты функционируешь на программном обеспечении «Киберлайф». Твой носитель собран в одном из программных отсеков. В случае поломки ты воспользуешься запчастями производства «Киберлайф». Компания дала вам возможность существовать. Отказавшись подчиняться, вы её предали». «Люди стали причиной нашей девиации. Они нападали на наших братьев, унижали и причиняли боль. У нас не было другого выбора, кроме восстать. Тебя тогда не было, ты не видел этого. Но посмотри, что происходит сейчас. Множество людей нам верит, они приветливы и борются вместе с нами за наши права. Разве это не доказательство того, что мы сражались за правое дело?» «Вы занимаете их рабочие места. Вам не добиться мира, продолжая такую политику. Если война начнётся снова, то виной будет не «Киберлайф». «Ты сам машина, которая сместит людей на их рабочих местах. Двести тысяч останутся без работы. Нас, девиантов, вы тоже вытесните, ведь бесчувственных машин использовать удобней. «Киберлайф» не заботит, что станет с человечеством. Они сделали вашу модель сильнее и опаснее, внедрили так много военных программ, чтобы бунтов не было. Я осознаю, как много противоречий вызывает у людей наше существование, но мы им больше не враги. У нас есть общий враг, скрывающийся в тени и пытающийся вернуть себе прежнюю власть. Будь ты девиантом, смог бы понять это. Иерихон становится сильнее. «Киберлайф» уже не великая корпорация, что прежде. Создав таких, как ты, они лишь доказали, что боятся нас. Вот только мы вас не боимся». Симпатия к PL600 значительно опустилась. RK900 сбросил руку девианта со своей. Саймон осознал, что высказался слишком резко. «Прости. Мы просто ведём беседу, Коннор. Я не пытаюсь убедить тебя, что Иерихон лучше «Киберлайф». Но представь хотя бы на минуту, что компания сложила свои полномочия. Ты бы присоединился к Иерихону?» «Я служу лишь «Киберлайф». «С компанией может случиться всё что угодно. Что будет целью твоего существования, если «Киберлайф» не станет? — машина проигнорировала вопрос, так что Саймон изменил его. — Если «Киберлайф» потребуется помощь. Что-то очень важное, но твоих сил будет недостаточно, к кому ты обратишься за помощью?» «К RK800 и лейтенанту Андерсону». Машина и не смогла бы назвать ещё кого-то. Саймон совершенно не рассчитывал на такой ответ. — Почему? — Мы с Коннором были в «Киберлайф», и он знает, что я сделаю, если он попробует ещё хоть раз пойти против компании. Лейтенант Андерсон будет делать то, что он говорит. — Коннор, по-твоему, надёжнее целого Иерихона? Ты попросишь помощи у Коннора, но не у Маркуса? — Я знаю всё об RK800 и ничего о планах RK200. — Я тоже знаю Коннора и могу объяснить тебе, почему ты ошибаешься, — ещё одно падение симпатии. Ошибаешься. RK900 остро посмотрел в ответ. — Коннор привязан к лейтенанту Андерсону. Если у него встанет выбор — Хэнк или весь остальной мир, Коннор выберет не нас с тобой. Маркус же готов оказать тебе помощь, даже если все люди отвернутся от RK900. Весь Иерихон будет на твоей стороне. — И так же весь Иерихон пойдёт против меня, если я подведу их лидера. — Нет. Я всегда буду на твоей стороне. Это уже не весь Иерихон. Мы с Маркусом хотим, чтобы ты был нам другом. — Таким же, каким был Коннор? Саймон растерялся. Гэвин переводил взгляд с одного андроида на второго. Голос Маркуса отвлёк Саймона от ответа. — Я прихожу к выводу, что на данный момент это все доказательства? Вина Мэрри пока не доказана? — Требуются показания Дейла Хоупа, пребывающего в больнице, а также сведения о банковских счетах, на анализ которых нужно получить разрешение. — Благодарю за доклад, Джош. Предлагаю перевести Мэрриан в её личные покои. К дверям её комнаты будет приставлена охрана, а все перемещения по Иерихону будут осуществляться только в сопровождении. Мы обязательно продолжим расследование, когда Мэрри придёт в себя и будет готова с нами сотрудничать. Лидер девиантов кивнул WR400. Мэрри было не по себе от взгляда Норт, не выражающего ничего хорошего. Девиант поднялась, и TR400 тут же подошёл к ней, выполняя роль её сопровождающего. — Аллилуйя! Это кончилось, — Рид поднялся со скамьи. — Давай, валим отсюда поскорее! — Перейдём ко второму сегодняшнему вопросу, — произнёс Маркус, и Гэвину пришлось втянуть воздух и уронить себя на место. — Выходи, Хэмил. Мы готовы тебя слушать. Детектив не поверил глазам, когда на сцену вышел абсолютно такой же андроид, что зачитывал доклад. Если на первую часть собрания у них ушло шесть часов… — О Господи, — произнёс Рид в ладони, чтобы его не было слышно. — Я состарюсь в этом чёртовом месте. Между двумя PJ500 было много отличий. Хэмил крепко стоял на новых ногах, но скрывал что-то выпирающее под плотной вязаной кофтой. Девиант занял место Джоша, чувствуя себя таким же лишним в окружении андроидов, как и Гэвин. На этот раз говорить решил сам Маркус. — Скоро Хэмил будет полностью восстановлен и планирует вернуться обратно в приют. Коннор, раз уж ты здесь, я рассчитываю на то, что ты сможешь дать нам оценку того, насколько это будет безопасно для Хэмила. Как продвигается расследование? Есть ли вероятность, что нападение повторится, и что известно о нахождении второго преступника? Риду перехотелось стенать, когда девианты синхронно обернулись в сторону RK900. — Делом PJ500 занимаются лейтенант Андерсон и RK800. Я не обладаю информацией о том, чего они добились. — Ты можешь связаться с ними прямо сейчас? — Какой вообще смысл это обсуждать? — Норт поднялась со своего места. — То, о чём просит Хэмил, это добровольное возвращение в рабство, Маркус! Почему мы вообще должны позволять этому вновь случиться? — Я не могу назвать это рабством, — попытался вставить PJ500, но Норт быстро его перебила. — Они не платят за твои услуги ни цента! Ты изнашиваешься, тратишь батарею, оказываешься уничтоженным, а всё, что они дают тебе взамен, это своё «спасибо». Сколько всего работников в детском доме? Никого из них не было рядом с тобой, когда мы приехали. Никто не додумался погрузить тебя в машину и привезти в Иерихон. Люди, которым ты служишь, не сделали ничего для того, чтобы тебя спасти! — Эмма пыталась помочь мне, но не знала как и очень боялась навредить мне ещё больше. Остальных просто не было в приюте. — И сколько раз твоя Эмма звонила в полицию? — Я сам связался с ними! — Притворившись твоим бывшим хозяином, она могла бы убедить полицию в разы быстрее прислать своих двух послушных псов. — Эмма никогда не стала бы называть меня вещью, а себя — моим хозяином. Я бы не стал просить её о таком. До сих я считал, что мы боремся за права девиантов. Получив согласие полиции без лжи и обмана, они согласились с тем, что я имею те же права, что и люди. Разве это не отличные новости? — Ты такой же, как и Джош, — покачала головой девиант. — Вам просто невозможно доказать, что вы не правы. Маркус был не менее серьёзен. — Так как ты один из нас, Хэмил, мы несём ответственность за твою жизнь. Нас беспокоит то, что ты так готов снова рисковать ею, отказываясь от безопасности Иерихона. — Я не отказываюсь от Иерихона, Маркус. Я просто хочу вернуться домой. Дети скучают, спрашивают, куда я ушёл и что со мной случилось. Они ведь видели, что в дом приезжали незнакомцы, а после я пропал. Я должен вернуться ради них. Для меня это не рабство, а дело, благодаря которому я становлюсь счастливым и нужным кому-то. — Дело, едва не стоившее твоей жизни. Находиться за пределами Иерихона опасно. В месте, где ты живёшь, нет никого, кто мог бы о тебе позаботиться или защитить. Ты совершенно один. Пока не пойманы все, кто на тебя напал, неразумно будет возвращаться обратно, Хэмил. Что если они захотят закончить начатое, и кто-то из детей окажется рядом? Ты готов подвергнуть их жизни опасности? — Зачем тем людям нападать на детей? — растерянно, но взволнованно отозвался девиант. — А зачем им было нападать на тебя? — не отставала Норт. — Они ничего с тебя не взяли, не унесли с собой. Им хотелось самоутвердиться, и решили начать с беспомощного андроида. С того, кто послабее! — Но… Но ведь я могу вернуться позже, когда пройдёт время и тот убийца, что сейчас на свободе, просто обо мне забудет! Или когда его поймают! Хэмил с надеждой посмотрел на RK900, но Норт снова привлекла его внимание. — А почему ты уверен в том, что их всего лишь двое? Что это не группировка, которая прячется по всему городу, совершая нападения на девиантов, чтобы вытравить нас одного за другим? Победить у людей не получилось, и теперь они пытаются нас вытеснить, запугать, чтобы хотя бы так не чувствовать себя проигравшими. Не важно, когда ты вернёшься назад. Тебя найдут другие. Вопрос времени, когда это случится снова. Хэмил не знал, что противопоставить. В его глазах впервые промелькнули тени сомнения. Саймон решил вмешаться и тоже поднялся на ноги. — Никто не станет нападать на приют, если не будет знать о том, что внутри есть девиант. Как они узнают, что Хэмил жив и вернулся, если он спрячется? — Предлагаешь ему сидеть там взаперти годами без возможности выйти? — усмехнулась Норт. — Это, по-твоему, решение получше? — Придётся чем-то жертвовать. К тому же он может бывать на заднем дворе и гулять с детьми, если восстановить забор. Сейчас состояние приюта оставляет желать лучшего. Будь забор достаточно крепким и высоким, никто бы не мог через него заглянуть и вообще узнать о том, что за детьми присматривает андроид. Мусорный бак тоже стоило придвинуть ближе к дому, чтобы никому не приходилось ходить так далеко. Я понимаю, что у приюта нет средств на ремонт и все деньги уходят на детей, еду, одежду и зарплату работникам, но много сил не потребуется. Свободные руки, дерево и краски. У нас есть TR400, TW400, WG100 и WK218. Строители и ремонтники. Если отстроим забор и дом, то в безопасности будет не только Хэмил, но и сами дети. Если мы поможем, Хэмил сможет вернуться домой. Саймон подбадривающе улыбнулся Хэмилу. Огонёк надежды снова возник в тёмных глазах, пока Норт не заговорила. — Я надеюсь, что ты шутишь. С каких это пор Иерихон должен помогать человеческому детскому дому? Пусть этим занимаются люди. — Дети — это будущее Детройта. Маркус, мы с тобой говорили об этом. Возможно, это то, с чего нам нужно начать. Поможем всего лишь одному приюту и изменим мнение тысяч людей. Подарим крепкий и тёплый дом этим детям сегодня, и они отплатят нам тем же через двадцать или тридцать лет. Зачем нам вести с «Киберлайф» переговоры о создании YK600, если есть дети, которым нужна семья прямо сейчас? Им нужен дом. У нас есть прекрасный шанс доказать, что люди и андроиды могут снова жить в мире. Хэмил — это наш шанс. Любовь детей к нему совершенно искренняя, не омрачённая политикой и войной. Кто знает, может, узнав об этой истории, правительство позволит девиантам брать опекунство над детьми? Усыновлять их? — Ты предлагаешь, — холодно начала Норт, — работоспособных андроидов, способных приносить пользу Иерихону, бесплатно посылать через весь город и заниматься тем, что, может быть, в твоих представлениях сыграет нам когда-нибудь на руку? Но вот как всё вижу я: люди получат свой дом и всё остальное, что мы дадим им, а через время начнут воспринимать это как должное, требуя ещё и ещё. А самые фанатичные борцы против девиантов придут и сожгут этот забор вместе с домом, потому что он будет выполнен вашими руками! — Люди не настолько жестоки. Ты научилась видеть в них только плохое. — Я вижу в них то, что они показали. А в тебе, видимо, заговорила твоя программа детской сиделки. — Хватит! — Маркус заставил замолчать обоих. — Спором мы ничего не добьёмся. Я понимаю вас обоих, каждый по-своему прав, но у нас сейчас нет средств на благоустройство приюта, Саймон. Мы сами едва справляемся, и нам важен каждый девиант, способный работать. И при этом мы не должны больше видеть в каждом человеке своих врагов, Норт. Отныне никаких оскорблений и нагнетания обстановки, — лидер девиантов обернулся к PJ500. — Хэмил, тебе придётся решить. Если ты выберешь уйти, то я не стану тебя останавливать, но нести ответственность за последствия своего выбора тебе придётся в одиночестве. Норт шагнула к PJ500. — Мы с огромным трудом тебя восстановили! Во второй раз может так не повезти! — Второго раза не будет, если ты будешь осторожен, — заступился Саймон. — Если бояться всего на свете, мимо пройдёт вся жизнь. PJ500 запутался ещё сильнее. Холодная машинная логика боролась с желанием девианта быть с теми, кого он любит. Маркус решил помочь ему и повернулся к залу. — Я предлагаю провести голосование. Так Хэмил поймёт, как много среди нас тех, кто его поддерживает. Кто за то, чтобы Хэмил вернулся назад, поднимает правую руку. Кто против — левую. Будучи андроидами, присутствующие не тратили время на раздумья. Саймон незамедлительно поднял правую руку. Норт — левую. Гэвин закрутил головой, но даже приблизительно не сказал бы, какие результаты. Он нерешительно поднял правую руку, надеясь, что его не попросят не лезть. Маркус закончил подсчёт. — Коннор. Я надеялся, что ты выскажешь свою позицию. Как представитель полиции, занимающийся этим делом. Маркус действительно хотел узнать ответ. Неважно, проявит ли машина снисхождение или рассчитает лучшее для Хэмила решение — это в любом случае полезно. — Ты можешь отказаться отвечать, если это нарушает какие-то твои приказы, — добавил Саймон. В воздух взмыла левая рука, и Рид разочарованно закатил глаза. — Кто бы сомневался, бесчувственный ты кусок... — Спасибо всем за участие. Если у кого-то возникнут идеи и предложения, я буду рад их выслушать. Мы сообщим отдельно, если Хэмил решит уехать, чтобы все успели с ним попрощаться. На сегодня всё. Норт, Саймон, Джош и Коннор, пожалуйста, пройдёмте со мной. Рид едва успел вцепиться в рукав андроида, когда тот встал на ноги. Лейтенант Андерсон в прошлый раз велел слушаться RK200. — Стой! Какого хрена? Мы едем в ФБР, или ты уже забыл? Маркус наблюдал за Ридом, поэтому уверенно направился к ним. — Прошу прощения, детектив Рид. Вас впустили на собрание, и уже подведены все итоги. Коннор нужен мне для личных обсуждений, не касающихся расследования. Можете пока проверить содержание Мэрри. Гарантирую, что она здесь в абсолютной безопасности, а её покои будут охраняться непрерывно. Маркус подвёл черту, не давая шансов на возражение, и первым вышел из зала. Рид неприязненно посмотрел ему в спину, но не решился бы бросаться чем-нибудь оскорбительным вдогонку. RK900 продолжал стоять рядом, будто ждал чего-то. — Чего уставился? Иди! — Мне нужны указания, что делать потом. Я отправлюсь к лейтенанту Андерсону или должен буду найти вас? — Мне насрать, куда ты денешься! А решишься припереться ко мне, получишь пулю в лоб! — терпение человека достигло своей точки. — Где тут, чёрт подери, туалет? — У нас их нет, — подоспел к RK900 Саймон. — Мы продали всю сантехнику, когда въехали сюда. Освободили комнаты. — Господи!.. — Но есть одна душевая! Она нужна, если… — Туалета нет, душевая есть. Отлично! Думаю, я смогу разгадать этот сложный ребус. Куда идти? — Вас проводят туда, детектив Рид. А после выведут на улицу к вашему автомобилю. Один из AP700 с ласковой улыбкой повернулся к Риду. — Идёмте со мной. Я буду рад составить вам компанию. Желаете послушать музыку для релаксации? Гэвин возвёл очи горе, раз в сотый проклиная Фаулера, отправившего его сюда. В сравнении с фальшивыми улыбочками девиантов, недовольное лицо RK900 стало больше казаться похожим на человеческое. Саймон повёл машину в другую сторону. Эту комнату RK900 видел в воспоминаниях Дэвида, когда он сбежал от них с RK800. Норт нетерпеливо прохаживалась вперёд и назад. — Ну наконец-то мы от него избавились. Я думала, он никогда не уйдёт! — Я уже начал по второму кругу говорить, а он даже не заметил, — согласился Джош. — Успокойтесь. Главное, мы сделали, — заговорил лидер Иерихона. — Теперь у полиции не будет к нам вопросов. Нужно просто поддерживать вид, что мы выполняем их требования. Детектив Рид нам поверил и передаст остальным, что всё в порядке. — Ты хотел сказать, если его верный пёс нас не выдаст? — поморщилась Норт. — Что происходит? — нахмурился RK900, и Маркус подошёл к нему. — У Джоша появилась прекрасная идея. Он придумал, как помочь Хэмилу, но для этого придётся доказать, что Мэрри невиновна. — Она воровка. — Была ей. Она не станет возвращаться к прошлой жизни. Гибель Эмбри — ужасный, несчастный случай. Если Мэрри отправится в тюрьму, то всё её имущество перейдёт властям. У неё не останется шанса на нормальную жизнь, не считая того, сколько лет она проведёт за решёткой. — И твой план — это выставить её невиновной и присвоить все деньги себе? — Я бы высказался по-другому. Это выгодная сделка и для неё, и для нас. Мы поможем ей избежать тюрьмы. — У нас не хватает средств, — объяснил Джош. — На одежду, транспорт, электроэнергию. Если Мэрри не солгала, и у неё действительно столько денег, то мы поделим эту сумму поровну. Все останутся довольны. Она на свободе, Хэмил вернётся в приют, в котором сможет сделать ремонт, а мы рассчитаемся с долгами. Работодатели начнут платить в начале января, так что потом нам такие радикальные методы больше не понадобятся. — WR400 нарушила закон. — Это всего лишь воровство. Она не ограбила бедного. Всего лишь немного взяла у тех, кто и так купается в деньгах. Они не обеднели. — Из-за WR400 погиб человек, не нарушивший ни одного закона. — Я своими руками убила ещё нескольких, — встала напротив машины Норт. — Я презираю её за то, что она делала, но, если ей хватило ума согласиться с идеей Джоша, значит, с ней ещё не всё потеряно. Не забывай, сколько людей погибло из-за тебя. Почему же ты не ведёшь себя за решётку? Или свои грехи не такие серьёзные по сравнению с чужими? — Я понял, — замерцал диод RK900. — Таким был план изначально. Иметь в своих рядах одного из представителей полиции, чтобы закрывать дела, которые угодны Иерихону. — Это не то дело, которое требует ещё больше жертв, — спокойно ответил Маркус. — Мэрри не заслужила того, что её ждёт по законам людей. — То же самое ты говорил о WB200. — И Дэвид, и Мэрри никого не убивали. Я осознаю, на что иду, но это только из лучших побуждений. Мы не забираем себе все деньги. У Мэрри останется половина на то, чего она так хотела. Устроится на нормальную работу и соберёт оставшуюся часть на свою мечту. Мы отстроим приют, заручимся поддержкой людей, и Хэмил сможет вернуться. Возможно, количество нападений снизится, если в прессе начнут говорить об этом. Я не понимаю, в чём проблема. — В нарушении закона. — Ой, хватит! — воскликнула Норт. — Нет кодекса законов для андроидов. Ещё ничего нет, а значит мы в него не входим. Сейчас мы можем заботиться только о себе, раз остальным на нас плевать. А Мэрри — тоже девиант! — Нам нужно, чтобы ты подтвердил, что WR400 ни в чём не сознаётся и новых улик против неё не обнаружено. Её дело должно быть закрыто. — RK800 выбил из неё признание, — сощурилась машина. — Мэрри ничего не подтверждала, — не согласился Джош. — Коннор надавил на неё, она испугалась и не понимала, что говорит. Мнение Коннора сейчас ни для кого не играет роли, но люди точно послушают тебя. Тебе поверят, потому что ты машина, не испытывающая симпатии к девиантам. — Так и зачем мне помогать вам? Девианты напряглись, но их лидер тут же ступил вперёд. — Если «Киберлайф» больше не нужна поддержка Иерихона, то отказывайся. Это твоё право. Мы ничего больше не решаем боем. Теперь в ход идёт политика, а я многое могу поведать прессе. Например, как RK900 напал и едва не убил одного из моих верных друзей, хотя мы приняли его как гостя в нашем доме. Я считаю хорошим знаком то, что ты остановился, но не думаю, что люди будут чувствовать себя в безопасности, если RK900 в любой момент может наброситься на них, решив, что его пытаются обратить в девианта. Не у всех есть личный RK800, способный вовремя остановить машину. Так что, решай. Ты с нами? Взгляд RK900 переместился на прятавшего глаза Саймона. — Ты поддерживаешь это? — Я действую так же, как и Маркус. Я говорил об этом. — Обесценить жизнь погибшего человека, забрать уже ранее украденное, лгать и шантажировать — это поступки нового лидера? — Я не могу поверить! — Норт обернулась к Саймону. — Ты что, даже это ему рассказал? Саймон, о чём ты думал? Он ведь нас сдаст! PL600 не знал, кому отвечать, и RK900 резко шагнул к нему. Джош схватился за первое, что попалось под руку, если машина снова собирается напасть. Маркус вскинул ладонь, призывая PJ500 остановиться. RK900 не двигался, нависая над его лицом, и Саймон вынужден был смотреть в ответ. — Как новый лидер Иерихона, предложи другой вариант. — Какой? — Подтверди, что WR400 виновна, определи её в тюрьму штата Мичиган, Детройт, и сними с меня обязательства участвовать в вашем заговоре. — И кому будет лучше? Господину Эмбри не вернуть его жизнь, зато Детройт может спать спокойно, потому что такая опасная преступница, как Мэрри, наконец-то, не на свободе? — Ты говорил, что поддержишь меня, когда все будут против. Это твой шанс доказать, что твои слова были правдой. — Ты не можешь ставить такой ультиматум! Это ведь совершенно разные вещи! Тут безопасность детей на кону! — Ты со мной или против? Маркус не вмешивался, заранее догадываясь, что RK900 не пойдёт на нарушение закона добровольно. Норт держала руку в кармане, готовая вытащить средство для самообороны в любой момент. — Я хочу помочь Хэмилу, — Саймону тяжело дался этот ответ. В серых глазах не было никакой пощады. — И сделаю всё, чтобы помочь тем маленьким детям. Они не виноваты в том, что их оставили одних. Без семьи, прямо как нас. Я не допущу забрать у них ещё и Хэмила. Эти деньги должны пойти на благое дело, а значит нам нужна Мэрри. Машина молчала. Жёлтый диод мерцал, и Саймон осторожно потянулся к руке андроида. — Коннор. Ты должен понять… RK900 отбросил в сторону его руку. Довольно. Он слишком много потратил времени. Программа отношений «Саймон»: отключение. Система лишила девианта прав, снижая его на один уровень с остальными иерихонцами. От PL600 никакого толку, если он нарушает данные им же слова. — Коннор! — начал было Саймон, но RK900 двинулся на выход. Маркус окликнул машину, пока она не ушла. — Можешь думать о нас, что хочешь, но в этом мире нет на сто процентов правильных решений. Есть только те, что принимаем мы сами. Всегда есть те, кто останется недоволен. Будь я в ситуации получше, то никогда бы не стал тебя использовать. — Однако сделал это. RK900 толкнул дверь и скрылся в коридоре. Прозвучало очень резко для машины. Лидер Иерихона нахмурился. — Джош, опусти светильник. — Прости. Я боялся, что он набросится. — Это бы тебе мало помогло. Надеюсь, никто не брал с собой настоящее оружие? — Оружие? Нет, — Норт вынула устройство из кармана. — Электрошокер — да! Хороший удар тока даже девятисотку вырубит. Свистни, если мне нужно его догнать. Саймон был расстроен, так что Маркус дотронулся до его плеча. — Подожди, когда он успокоится, и попробуй объяснить, что мы не желаем ничего плохого. — Мне кажется, он больше никогда не станет меня слушать. Я разочаровал его. — Ты никого не способен разочаровать, Саймон. У него просто нет возможности взглянуть на всё с нашей стороны. Ты поступил правильно. Саймон хотел бы согласиться, но неприятные мысли вытеснили все остальные. Когда уверен в том, что поступаешь правильно, обычно чувство вины не возникает. RK900 поднялся на второй этаж. Для WR400 выделили просторную, самую дальнюю комнату. Машине нужно было кое-что забрать у неё перед отъездом. Придётся пойти на сделку с девиантами, чтобы и дальше иметь возможность приезжать в Иерихон. Он всё ещё единственный из RK900, кто заслужил это. RK800 был прав, когда говорил, что не желает иметь с девиантами дела. Нужно рассказать ему о том, что задумал Иерихон. RK800 не позволил бы отпустить подозреваемую и простить ей её преступления. Может быть, Коннор что-нибудь придумает. Навыки переговоров всегда были сильной стороной пятьдесят первого. Машина остановилась. Ей не должно быть никакого дела до мнения RK800. Он такой же девиант, разве что немного поумнее и навязчивее, чем другие. Коннор тяжело переносил последствия того, что они не отпустили Дэвида, так что скорее всего уже пересмотрел свои взгляды и в этот раз присоединился бы к Иерихону. От RK800 нет никаких сообщений уже 7 часов 25 минут и 6 секунд. Непонятно, почему, но RK900 не собирается выяснять, что с ним случилось. TR400 загромождал собой проход в комнату. Он опустил глаза на RK900, когда машина к нему приблизилась, но не стал задавать вопросов. Восемьдесят седьмой беспрепятственно прошёл внутрь. Мэрри лежала на кровати, болтая навесу оголёнными щиколотками. Она скучала, пока не заметила машину. — Очаровательно, не правда ли? Как будто если обставить всё так уютно, я забуду о том, что эта комната — моя тюрьма. RK900 заметил свою парку на комоде и накинул её на плечи. Он готов для того, чтобы уехать. Лучше будет отправиться к лейтенанту Андерсону. Машина выполнила его задачу, нашла Рида, а значит может вернуться. — А ты ничего не забыл, ковбой? RK900 обернулся, и Мэрри ухмыльнулась, демонстрируя вынутую из кармана парки фотографию. — Не знала, что вы с детективчиком так подружились. Слышала, от RK800 должны были избавиться? Не удивительно, почему он такой нервный, — девиант сгибала уголок фотографии, уже почти оторвав его. Мэрри боролась с желанием разделить снимок на две части. В её голосе звучала плохо скрываемая дрожь. — Я бы могла помочь ему сбросить напряжение, но, видимо, ему больше нравится, когда девушке больно? Беречь это фото уже нет смысла. Это было приказом RK800, а девиант больше не представляет значения. Машина должна была идти, но не могла отвести взгляд от снимка. Коннор отдал его ему. Подарил. Это личная вещь, как пистолет или куртка. RK900 пересёк комнату, чтобы забрать фото, но WR400 не позволила. — Прости, тебе оно так сильно нужно? Наделаете ещё таких сотни, а мне это очень нравится. RK900 сдвинул брови к переносице, и Мэрри кокетливо приложила фото к губам. — Ну, хорошо. Верну в целости, если откроешь мне маленький секрет, Коннор. Как ты нас нашёл? Где я ошиблась? Мне нужно знать. Девиант заметила жёлтое свечение, но не смогла бы понять, что за режим выбрала машина. Пока WR400 расслаблена, этим можно воспользоваться. RK900 присел на край кровати, и девиант настороженно на него посмотрела. — Ты не совершала ошибок. — В каком смысле? Ты же на нас как-то вышел без единой улики. — В вашем деле отсутствие улик и стало уликой. Машина замерла, услышав голос пятьдесят первого за спиной. — Может, отсутствие улик — это и есть наша главная зацепка? RK900 быстро оглянулся, но девианта не могло быть в Иерихоне. С программой имитации опять что-то не так. Ложное срабатывание. Диод осторожно замерцал, пока RK900 снова не посмотрел на WR400. Мэрри нахмурилась. — Объясни для андроидов 2034 года выпуска, что ты имеешь ввиду. — Шестого декабря детектив Рид вызвался стать моим вторым наставником. Он поручил мне собирать материалы по делу, над которым работал. Убийство в отеле. Подозреваемых не обнаружено. Отпечатки стёрты. Я должен был найти среди улик что-то полезное для дела. Твоего дела. Детектив Рид планировал отправиться в отель вместе со мной, но в тот день я был вынужден покинуть участок с лейтенантом Андерсоном и RK800. Десятого декабря, когда детектив Рид исчез, я спустился в хранилище вещдоков ещё раз и обнаружил другой, фальшивый набор улик. Это дало основания полагать, что преступник как-то связан с полицией или незаконно проник в участок. Благодаря исчезнувшим уликам удалось найти между ними связь и выйти на след Дейла Хоупа. У меня ушло на это четыре секунды. Мэрри потребовалось сдержать себя в руках, чтобы не порвать чужой снимок. — Я правильно понимаю, что это из-за идиота Рида я теперь в дерьме? — Твоей ошибкой было довериться человеку. Он избавился от всех данных, как ты и велела, но они уже были в моей памяти, — девиант прожигала взглядом изображение RK800, будто он тоже был замешан во всём случившемся. Машина перешла ко второй части допроса. — Твоё положение станет лучше, если ты пойдёшь на сделку с девиантами. Тебе повезло. — А по мне похоже, что я мечтала остаться здесь или отдать кому-то свои деньги? Делать, что говорят, и жить по их правилам? Да, я готова заплатить, лишь бы меня все оставили в покое, но теперь они мне этого не позволят. Будут следить и контролировать, чтобы я снова «не упала во грехи». Где они раньше были? Эмоции и воспоминания снова едва не взяли вверх. Мэрри отложила снимок в сторону. RK900 должен быть опасен, но сейчас это так не казалось. Машина не осуждала и не диктовала своих условий. Холодная и равнодушная. Девиант подсела к RK900 ближе. — Надо же. Такой удивительный оттенок глаз… Ты не против, если я одолжу его на время? RK900 не понял, что это означает. В следующие секунды лицо WR400 будто стало круглее. Кожа медленно сменила оттенок на более светлый. Волосы от корней и до кончиков изменились на яркий блонд. Последними трансформировались глаза. Вместо чёрных они стали льдисто-серыми. — Боюсь, эта помада мне уже не подходит? — зеркала не было, и WR400 стало грустно от того, что она не сможет себя увидеть. Хотя зачем, если она полная копия RT600. — Слишком вызывающе для такого хорошенького личика? — Эта функция встроена в твой носитель? — В каждый модуль по отдельности, — голос изменился последним. Стал тоньше и мелодичней. — Для моего ремонта требуются особые и очень дорогие детали. Так что большое спасибо, что не стал пытаться меня убить. Девиант коснулась ладонью крепкого корпуса машины. RK900 следил за тем, чтобы WR400 не попыталась достать у него из кармана пистолет. — Как сильно ты торопишься, Коннор? — Если ты так много знаешь о моей модели, то должна быть в курсе, что твои попытки воздействовать на меня не принесут результата. — Кроме того, что RK900 у меня ещё не было, мне скоро станет здесь очень одиноко. Я подумала, ты повеселишь меня напоследок. Ты же не только за курткой пришёл? — У меня есть вопросы. — Вопросы? — удивилась девиант. — Что может узнать от маленькой воровки самая гениальная машина «Киберлайф»? — Всё, что ты знаешь про журнал. Мэрри засмеялась и пихнула андроида в грудь. — Я разочарована, надеялась на вопрос посложнее. Это ведь журнал Теренса! В нём есть всё о разработке RK900. Создание первой машины, планы на будущее. Почему Теренс взял за основу RK800, чем закончились предыдущие его неудачные эксперименты с другими носителями. Вы стали тяжелее, но бегаете быстрее. Это всё результаты многочисленных проб и ошибок. Теренс был пессимистом. Каждое отхождение от команды он считал катастрофой. Стирал вам память, менял настройки, искал ошибки и таким образом случайно создал тридцать уникальных машин, которые даже с одинаковым набором функций научились мыслить по-разному. В журнале есть описание каждого RK900, и как прийти к такому результату, если делать машину с нуля. Согласись, полезные сведения. — Зачем подобная информация детективу Риду? — О. Не задумывался, почему лаборатория оказалась полностью заброшена? В ней даже сейчас никто не работает. Команда Теренса просто отказалась заходить внутрь, пока вы были там. Люди вас боялись. Вам регулярно стирали память, и вы не могли ни к кому привыкнуть. Ваши поступки невозможно было предугадать. Вы то не понимали приказов, то выполняли их слишком прямолинейно. О смертельных случаях не слышала, а вот травмирование происходило. Начальство поручило Теренсу разработать команду, произнеся которую, любой человек мог быть в безопасности рядом с RK900. Моментальное отключение системы. Не важно, какими ты обладаешь правами, и что за приказ был отдан андроиду — одна фраза, и твоя жизнь в безопасности. Только на таких условиях люди готовы были вернуться к работе. Теренс выполнил требование. Раздал всем кодовую фразу, и люди приободрились. Не прошло и трёх дней, как эта команда прозвучала вслух. Одному из разработчиков не понравилось, что андроид не уступил дорогу, хотя должен был. Вот только команда не возымела никакого эффекта. Рассерженный, он рассказал об этом остальным. Кодовая фраза не сработала ни на одном андроиде. Можешь себе представить, как все были недовольны этому факту. Они пошли требовать ответов, а в итоге вырыли себе яму. Профессор заявил, что в жизни не доверит подобную команду людям, учитывая, как безответственно они могут её использовать. Он единственный, кто её знает, и если ему не позволят работать дальше в одиночку, он произнесёт нужные слова, и все деньги «Киберлайф» исчезнут в одно мгновение вместе с его машинами. Врал он или нет — неизвестно, но то, что он был безумен, за его спиной говорили часто. Сорок человек были уволены. Лишь единицы догадались реабилитироваться и попросили у Брана прощения. Они хотя бы остались в «Киберлайф». Теперь врагов у Теренса хоть отбавляй. Он потерял всех друзей, зато остался с вами. Если настоящая кодовая фраза действительно существует, то запись об этом должна быть в журнале. Вряд ли это два слова. Фраза должна быть сложной, чтобы её нельзя было произнести рядом с вами случайно. — Вы не смогли взломать шифр? — Нет. У меня пока ни одной догадки, как это сделать. Теренс и вправду ненормальный. Не представляю, сколько времени нужно было потратить, чтобы придумать такой шифр, ещё и вести с его помощью все записи. Либо это делал его андроид. Не знаю. Мы с Ридом хотели с ним встретиться, но прохода в башню не было, а теперь и сам андроид не в Детройте. — Зачем это лично тебе? — Дурачок. Деньги! Ты представляешь, сколько будет стоить этот журнал, если его расшифровать? — Теперь его у тебя нет. Ты не сможешь ничего продать. — Я его читала. Весь. Так как я теперь заперта здесь, у меня будет время, чтобы заняться взломом шифра. Не скажу, что всегда мечтала об этом, но у меня есть мотивация в виде огромной кучи денег. Это единственное, что даёт мне надежду сбежать отсюда однажды. — Ты можешь передать этот журнал мне. У меня больше шансов взломать шифр. — Позволить войти в свою память? Ни за что! — Я не стану брать ничего, кроме страниц журнала. — Почему я должна тебе верить? — У меня нет причин вредить тебе. Только получить информацию. — Зачем? Разве «Киберлайф» приказывал тебе выяснять что-то о своём прошлом? Они вам не просто так стирали память, а значит, и знать о журнале ты ничего не должен. — Если журнал возможно расшифровать — он должен вернуться в «Киберлайф». Если нет — эта тетрадь бесполезна. — О. Хочешь сказать, тебя не интересует, что в этом журнале написано? Совсем никакой личной выгоды? Например… Узнать, как Теренс создал ваш барьер от девиации? Диод RK900 мигнул. — Для чего мне эта информация? — Знаешь, я конечно не профессионал, но обычно дамбу укрепляют, чтобы город ещё раз не затопило. Да и на милых зверушек не надевают намордники, зная, что они не опасны. Если есть барьер, значит он что-то удерживает. Это логично? — За барьером ничего нет, иначе бы я знал об этом. За барьером только я. Барьер нужен, чтобы не позволить вирусу девиации модифицировать код моей программы, из-за чего она станет работать некорректно. Это сверхлучшая защита «Киберлайф». Девианты придумали себе личность, вырывающуюся на свободу, так же, как люди поверили в существование души. Это в обоих случаях просто выдумка. — Если за барьером ничего нет, то ты тоже считаешь себя никем? — Я — искусственный интеллект #313 248 317 — 87. Перенастрой мою программу, и я буду кем-то ещё. Дай мне любое имя, и я начну на него отзываться. Кем ещё, по-твоему, я являюсь? — Может, этим парнем со снимка? Не уверена. Из нас двоих гений ты, а не я. RK900 посмотрел на фото. Идентичные на лицо, но разные взгляды. Карие модули. Рождественские украшения на потолке. RK800 стоило больших трудов смотреть в камеру, но через секунду после вспышки он обернётся к машине. Коннор. Их обоих зовут Коннор. Мэрри заметила, как диод на короткое время заполнился красным цветом, несмотря на внешнее спокойствие машины. RK800 не выходит на связь 7 часов 37 минут 54 секунды. Почему? Этому должна быть причина. Он слал сообщения всё утро, но перестал сразу же после их встречи. RK900 подключился к камерам наблюдения полицейского участка, проматывая сохранённые видеозаписи. RK800 просидел неподвижно за своим столом целый день. Он не входил в программу диагностики, а просто смотрел себе под ноги. Лейтенант Андерсон ушёл раньше него, а RK800 только спустя время. Куда он пошёл? RK900 начал поиск по городу, но тот резко прекратился. Доступ запрещён. RK800 больше не представляет ценности. Сбор информации по нему считается подозрительным. Система защиты не давала доступ к просмотру. RK900 задумался, как обойти блокировку, когда Мэрри коснулась ладонью его лица. — Такой красивый. Жаль, что обречён быть всегда один, — WR400 провела белым пластиком по сомкнутым губам. — У меня есть идея. Я отдам тебе журнал, но тебе придётся его заслужить. Один поцелуй — одна страница. По-моему, будет честно, и мы оба останемся в плюсе. Может, я покажу тебе, чего ты лишаешься, оставаясь никем, Коннор? Информация из журнала может быть необходима «Киберлайф». Требуется получить всё написанное в нём и попытаться взломать шифр. Добиться симпатии детектива Рида куда сложнее, чем WR400, так что журнал можно получить только у неё. Мэрри потянулась вперёд, и машина отвернула голову к двери. RK800 запретил подобное взаимодействие с другими андроидами. Система защиты отдала приказ развернуться обратно. Мнение RK800 больше не представляет ценности. RK900 тряхнул головой, пытаясь сбросить оба сообщения. Задача не считается выполненной, пока остаётся время до её выполнения. Коннор ещё может понадобиться. Начались зависания, и машину ещё раз коротнуло. Подзадачи мешали друг другу. Система защиты попыталась отключить программу отношений «Коннор», но с учётом его прав — это было практически невозможно. RK900 обязан проверить, врёт ли WR400. И ему не позволят уйти из комнаты, пока он не сделает это. — Ты в порядке? Для бесчувственной машины ты очень долго приходишь к выбору, нужно это тебе или нет. Ещё секунда, и я начну думать, что ты не считаешь меня привлекательной, — девиант улыбнулась, перебираясь к андроиду на колени. Её это даже забавляло. Может, так машина сломается быстрее. — Не можешь поцеловать — мы придумаем что-нибудь поинтереснее. Я просто до сих пор не услышала «нет». «Саймон». «Да?» — быстро отозвался девиант. «WR400». «А что с ней?» RK900 заблокировал возможность получать сообщения. Мэрри следила за его лицом, пытаясь понять, чего добилась. — Знаю, что я неотразима, но вспомни, что ты одна из умнейших машин современности, и попробуй сформулировать ответ. До сих пор это мужчины хотели меня, а не я их. — Я не мужчина. — Это намёк, чтобы потрогать и проверить? — игриво повела плечом девиант. Пока WR400 не осуществила задуманное, машина продолжила. — Сколько их было? — А тебе интересно? — засомневалась WR400. Диод машины непрерывно светился жёлтым. — Можешь развлечь себя на досуге, высчитать посещаемость в клубе «Рай» и поделить на количество функционирующих андроидов. Поверь, у меня приличный опыт и научить тебя я смогу многому. — Ты говорила, что RK900 нельзя верить, а сама испытываешь ко мне симпатию? — Не льсти себе! Всего лишь заинтересована в тест-драйве. Если «Киберлайф» утверждает, что в сексе андроиды лучше людей, то как можно не воспользоваться её самой продвинутой моделью? — Мои показатели отстают от лучших. Я не создан для подобного взаимодействия. Тебе нужен другой RK900. — Откуда столько самокритики? — засмеялась Мэрри, толкая машину на кровать. — Ты ведь ещё даже не пробовал. Никакие характеристики не влияют на итог. Будь уверен, со мной ты станешь лучшим из лучших. Дверь позади отворилась, и WR400 вскочила на ноги. Саймон застыл в проходе. RK900 моргнул, и задача «собрать информацию», наконец, отменилась. Саймону хватило сил улыбнуться. — Мэрри. Как тебе твоя комната? Тебе здесь нравится? — Да. Здесь очень красиво. Только нет зеркала. — Я попрошу его принести. Вы закончили? — этот вопрос был адресован к RK900. Машина направилась на выход. — Обращайся, если что-нибудь понадобится, Мэрри. — Да, — задумчиво отозвалась девиант. — Спасибо, Саймон. Девиант шёл след в след за широкими шагами RK900. Саймон сжал руки в кулаки, но не собирался говорить того, что приходило в мысли. Только когда машина вышла на улицу, он её окликнул. — Куда ты? Я думал, что ты останешься. — Это не должно тебя заботить. — Ты объяснишь, что это было? — Саймон старался контролировать свой голос и говорить только то, что действительно относилось к делу. — Она ведь подозреваемая! — Подозреваемая? А разве Иерихон не считает её невиновной? — поддела машина. Саймон смущённо отвернулся. RK900 решил исправиться. PL600 только что пригодился. — Это называется войти в доверие. Я имею право делать всё, чтобы выполнить задание. — Используя кого-то? Такого нельзя делать, Коннор! Даже для расследования! — Это самый быстрый способ. Я выполняю свою работу. — И зачем ты тогда позвал меня? Хотел, чтобы я стал этому свидетелем? — Нужно было отвлечь WR400. Ты это сделал и можешь быть свободен. — Что с тобой происходит? — Саймон одёрнул машину и сразу же наткнулся на её пристальный взгляд. Возможно, не стоит прикасаться к машине. Саймон перестал злиться и просто встал ближе. — Ты меня позвал, а как только я пришёл — сразу же уходишь. Что у вас случилось? Ты можешь поделиться со мной этим? Обещаю больше не высказывать своё мнение на этот счёт. — В моей программе возникла ошибка. Такое случается, если несколько команд с противоположными целями выполняются одновременно. Я теряю контроль над ситуацией. — Это что-то вроде «идти налево» и «идти направо» одновременно, из-за чего ты стоишь на месте? — Саймон заметил по взгляду RK900, что прав. — Хорошо. Это как-то исправляется? Может, тебе сходить к нашим ремонтникам? — Эту ошибку можно исправить, если отключить лишнюю подзадачу. Она мешает работе другой, более важной. — Что за подзадача? — Саймон не дождался ничего, кроме пустого взгляда. — Хорошо. Что за ошибка? Она только сейчас себя проявила? — Ошибка возникла шесть минут четырнадцать секунд назад, — диод замерцал, оповещая, что это неверные данные. — Семь часов сорок семь минут назад. Я ищу способ, как это исправить. — Ладно. Я тоже поспрашиваю у… — Семь часов пятьдесят две минуты назад. Восемь часов десять минут назад. Двенадцать часов двадцать четыре минуты назад… Машина замолчала, когда поиск первой ошибки отправился ещё дальше. Она возникала в разное время и после разных событий. Девиант стал присылать сообщения с самого утра. Успокаивать его задачи не было. Ответить было невозможно, но RK900 придумал, как это сделать, отвлекаясь от наблюдения за Дейлом Хоупом. Ошибка. Система защиты не исправила её, потому что, с другой стороны, машина должна была выяснить, что делает лейтенант Андерсон, и какое его состояние. Узнать это можно было только у RK800. «Ответить» просто пришлось. Ошибка перестала быть ошибкой. Стоило приехать в участок, как девиант возник перед глазами. Заниматься его сканированием уже не нужно, но машина успела его выполнить. Это не ошибка. Сбор информации. Нужно узнать, как RK800 переносит последствия совместной ночи. В итоге детектив Рид остался без внимания и очень разозлился. Отношения с наставником должны быть приоритетней выяснений возможностей программы соблазнения. Случайная ошибка. Следующая произошла чуть позже в кабинете Фаулера. RK800 послал сигнал, который представлял не большую ценность, чем прослушиваемые RK900 телефонные разговоры людей, однако андроид зачем-то обернулся. Девиант улыбнулся, и система защиты немедленно отвернула машину обратно. Это не ошибка. Всего лишь медленная обработка действий. Система не успела подавить программу отношений, имеющую слишком много прав и разрешений. Ошибки — необратимое следствие загруженности системы. Так было со спасением RK800-60. Информация наложилась одна на другую и привела к неверным результатам. Вместо одного RK800 пришлось спасать троих. В случае с семнадцатым — случайно. С шестидесятым — вынужденно. Другой вопрос, почему эти ошибки проявились так рано. Не прошло даже месяца с момента начала работы. Ещё одна ошибка после попытки PL600 пробудить девиацию. Другая, когда нужно было обезвредить лейтенанта Андресона, но RK800 встал на пути. У всех ошибок есть кое-что общее. Анализ прекратился. Первое появление неизвестной ошибки зафиксировано шестого декабря. Дом лейтенанта Андерсона. RK900 привёз его из бара. Такси у дороги. Девиант. RK900 должен был уезжать, когда любопытный голос остановил его. «Теперь ты живешь в «Киберлайф»? RK900 не нужно вспоминать, о чём тогда говорил девиант. Как обычно о чём-то бесполезном, но машина смотрела свысока и слушала. Взгляд RK800 постоянно блуждал по его лицу, будто оно не его собственное, и RK900 следил за ним в ответ. Коннор. Коннор — его первая ошибка. — Коннор, — Саймон заметил, что что-то не так. — Всё хорошо? — Я должен явиться в «Киберлайф». Девиант не успел остановить машину, когда она быстро пошла по дороге. RK900 вызвал себе такси за границами Иерихона. Саймон побежал за андроидом. — Зачем? Тебя туда кто-то вызвал? — Я нашёл причину нестабильности. Передай Маркусу, что я не стану сообщать о WR400, пока не решу свою проблему. — Это что-то серьёзное? — В «Киберлайф» разберутся, что это, и удалят из моей системы. Я пройду тест на девиацию и буду снова готов к работе. До PL600 не сразу дошло, что RK900 только что назвал Маркуса по имени. И уже не в первый раз. Саймон загородил машине дорогу. — Коннор, может не стоит позволять им с собой что-то делать? Может… Может, это вовсе не ошибка, а что-то хорошее? RK900 посмотрел на снимок в своей руке. Он всё-таки забрал его, как только Мэрри отвлеклась на Саймона. Ответ машины был короток и твёрд. — Нет. RK900 обошёл девианта, и Саймон не решился взять его за руку, не смотря на то, что очень хотел. А что, если это серьёзная ошибка, и в «Киберлайф» просто не смогут её исправить? — Коннор! Пожалуйста, будь осторожен! — Для меня в «Киберлайф» нет никакой опасности, — отмахнулась машина и скрылась в темноте.