Лучшая модель "Киберлайф"

Хэнк приготовил себе ещё одну кружку крепкого кофе, чтобы взбодриться. Девиант как раз закончил работать с ранением RK900, усадив потерявшего больше половины тириума андроида на диван. Хэнк был бы рад лечь спать, но не мог оставить напарника с машиной наедине. На тело RK900 постепенно вернулся искусственный скин, скрывая синие внутренности. Коннор сделал всё, что смог, поэтому поторопился в гараж, где хранился их запасной ящик с тириумом. Сумо, до сих пор дремлющий на диване, даже не открыл глаза, чтобы подвинуться и предоставить машине больше места. — Коннор, напомни мне заказать у «Киберлайф» ещё тириума, — попросил Хэнк, когда девиант вернулся с бутылью синей крови. — Я вообще-то берегу его на тот случай, если с тобой что-то случится, а не для того, чтобы тратить все запасы на него. — Хорошо, лейтенант, — Коннор вручил ёмкость RK900. Хэнк впервые заметил, что кисти девианта умеют светиться в некоторых местах. Когда Коннор был в своей домашней одежде, а не в костюме, у Хэнка получалось забыть, что он не человек. Девиант опустился на корточки перед RK900. — Как результат? Мне нужно ещё что-нибудь подправить? — Нет. — Боюсь, что повреждённый модуль восстановить не получится. Ричард пробил его насквозь. Остаётся только заказать в «Киберлайф» новый, — девиант посмотрел на деталь на столе, почерневшую после сгорания. Это мог бы быть сердечник, будь девяностый немного точнее, или восемьдесят седьмой медлительнее. — Ты уже готов рассказать подробности того, что произошло? Где сейчас Ричард, и что с ним будет? Его ведь накажут за нападение на тебя? — Коннор не смог поймать взгляд партнёра, воспринимая это за ответ «нет». Должно быть, RK900 не будет говорить, пока Хэнк рядом. Коннор подозревал, что в случившемся замешано что-то, о чём нельзя распространяться при людях, ведь это произошло в «Киберлайф». — Ничего. Сначала тебе нужно прийти в себя. Ты давно входил в программу диагностики? — девиант не удержался, коснувшись колена машины. — Лишение этого модуля не мешает твоей работоспособности? — Я думаю, он уже может одеться, — недовольно заметил Хэнк. — Да, — девиант быстро убрал ладонь. — Да! Конечно. Коннор начал прибирать гостиную, в том числе избавляясь от капель тириума на полу, а RK900 надел лежащую рядом свободную рубашку и то, что девиант наивно назвал «шортами лейтенанта Андерсона». Разве что на андроиде они выглядели как шорты. Хэнк решил промолчать. Бельё на машине осталось от её стандартного костюма. — Какие у нас планы? — поинтересовался Коннор. — Мы отправимся в участок или вернёмся к делу Хэмила? — Кстати о нём, — Хэнк перевёл взгляд на RK900. — Как дела в Иерихоне? Что ты там видел? Хэмил в порядке? — PJ500 требовал возвращения в приют, но совместным голосованием было принято, что это нерациональное решение. PJ500 останется в Иерихоне. — Голосование? С каких пор за свободных андроидов стали принимать решения голосованием? — Работоспособность носителя PJ500 равняется восьмидесяти процентам после прошедшего ремонта. Голосование потребовалось, чтобы указать на нелогичность его просьбы. — Нелогичность в чём? Хотеть вернуться домой? Хэмил никому не нужен в Иерихоне. Он не научит ничему новому детей-андроидов. И его ждут настоящие, живые дети. — Это было решение лидера Иерихона. — Да. Я могу понять, для чего это Маркусу. Он считает, что должен защитить Хэмила, и ему будет безопасней с ними. Но это неверный выход! Он игнорирует чувства Хэмила, заставляя оставаться в общине. Но давай. Удиви меня. Ты голосовал «за» то, чтобы Хэмил страдал, или «против» того, чтобы он был счастлив дома? Я просто теряюсь в догадках! Брови RK900 сдвинулись к переносице из-за представленных вариантов, и Коннор поспешил вмешаться. — Почему Хэмил не восстановлен полностью? Ты сказал, что не отремонтированы двадцать процентов. В Иерихоне не нашли для него каких-то деталей? — Компонент #2001k. — Тогда понятно. — Понятно что? — переспросил Хэнк. — Двадцать процентов — звучит немного, когда мы говорим об андроиде. У модели Хэмила самый большой объём хранимых баз данных. Поэтому корпус PJ500 построен иначе, чем у тех же андроидов домашнего хозяйства. Деталь #2001k в вашем понимании — это часть грудной клетки. Вы бы не позволили человеку без нескольких рёбер работать с детьми. Или с подростками. Любое неверное движение может привести к серьёзной травме или гибели. Пока Хэмил полностью не восстановлен, ему будет безопасней оставаться в Иерихоне. Я проголосовал бы точно так же. Хэнк закатил глаза, так что не заметил того, как пересеклись взгляды RK900 и RK800. — Ну… Допустим. Значит, Хэмил пока останется в Иерихоне. А нам нужно закончить поиск тех, кто на него напал. Предлагаю допросить Прайса. Он уже должен был прийти в себя после того, как вы его чуть не убили. Ждать его выписки нет времени, так что поедем прямо в больницу. Сомневаюсь, что он легко сдаст нам имя своего напарника. У него был пистолет и кое-какие физические навыки, чтобы суметь от вас сбежать. Он уже не так прост. К тому же в его квартире я обнаружил «красный лёд». Нужно придумать тактику, как его расколоть. На что надавить. Прикроется адвокатом — больше нас к нему не пустят. — Он пытался застрелить вас, — жёстко напомнил девиант. — И вы предлагаете найти к нему подход? — Коннор, не он первый, не он последний! Допросить его в любом случае нужно, и этим займёшься ты. Пока что Прайс попадает только по статье «нападение на полицейского». Никаких доказательств того, что он нападал на Хэмила или вообще на андроидов, у нас нет. Если Прайс не признается, существование его сообщника вообще не всплывёт в деле. Суд будет только над ним. — Прайс начал перестрелку сразу же, как мы пришли. Возможно, он ждал кого-то. — Согласен. Возможно, с кем-то спутал. Помимо наркотиков, травки и плесени в холодильнике, в квартире нет ничего из того, что описывал Хэмил. Ни хоккейной маски, ни пилы. Либо Прайс избавился от этого и не настолько тупой, чтобы хранить орудие преступления в своей квартире. Либо эти вещи остались у второго. Единственное наше обоснование, почему мы вообще задержали Прайса — отпечаток ноги. Мягко скажем, доказательство необъективное и легко подделываемое. Так что, выбора у нас нет. Нужно получить признание. — Я могу сделать это, — подал голос RK900. — Я обнаружил Джереми Прайса. — Ни за что. Допросом будет заниматься Коннор. Он тоже замечательно справится. — RK800 не принимал участия в допросах людей. — И на что ты этим намекаешь? — Коннор прав, — согласился RK800. — Я вёл допросы только девиантов, но они устроены иначе, чем люди. Мы с Коннором находимся в равных условиях. Хэнк понёс кружку к раковине. — По крайней мере, теперь у меня не возникает вопросов «почему ты его защищаешь». — Благодаря Коннору сдвинулось расследование. Без него мы не нашли бы Прайса, — Коннор не стал говорить о том, что только восемьдесят седьмой удержал его от того, чтобы не застрелить Прайса во время погони. Эта ошибка могла бы стоить им слишком дорого. RK900 сможет холодно рассуждать в присутствии Прайса. Коннор не мог сказать того же о себе. — Стоит дать ему шанс, лейтенант. — Коннор, ты вообще помнишь, что скоро будет? Испытательный срок RK900 закончится. Сейчас не время давать ему светиться. — Вы сами сказали, что нам нужно найти сообщника Прайса. Коннор справится с этим. — И ты тоже! Докажи, что можешь сам провести допрос. Закрой дело самостоятельно. Поднимись в глазах Иерихона! Ты думаешь, они не будут довольны этим? Ты вообще хочешь остаться на этой работе? Нас ведь выпнут обоих во вторник! — Может быть, мы что-нибудь придумаем. Если есть возможность отговорить капитана Фаулера… — Нет Джеффри до тебя никакого дела! И до RK900 тоже! «Киберлайф» мешает твоё присутствие здесь! Они пытаются заменить тебя на него. Не Джеффри! Он всего лишь инструмент, на который мы с тобой ещё можем воздействовать. От одного RK900 отказались, значит, это, в принципе, возможно. Может, его и переправят в Атланту? Но если мы не справимся, то оба сдадим значки на стол, и будет лучше, чтобы дело Хэмила уже было закрыто. Иначе им займётся Рид, и чёрт его знает, будет ли он вообще тратить на это время или оставит среди нераскрытых в связи с истечением срока давности, — Хэнк шагнул ближе, заглядывая напарнику в глаза. — У тебя нет никакого дурного предчувствия? Будто это действительно наше с тобой последнее дело? Меня не отпускает чувство, будто вот-вот что-то случится… — Вы в последнее время мало спите, лейтенант. Стресс накапливается и перерастает в тревогу… — Да! И началось это с тех пор, как появился он! — Коннор на нашей стороне. Даже если меня уволят, это не значит, что я оставлю вас, лейтенант. На наши отношения это никак не повлияет. — Я. Не собираюсь. Работать. С ним, — процедил Хэнк. — И чёрта с два я останусь плясать под дудку «Киберлайф». Я сказал, что уйду с тобой, значит, так и будет. И пусть Фаулер расцелует Рида в задницу. Мне жаль лишь девиантов, до которых ни ему, ни RK900 не будет никакого дела. На них и сейчас всем плевать, а с нами уйдёт последняя надежда. RK900 внимательно смотрел. Коннор опустил ладони на плечи напарника. — У нас ещё есть время. Я не хочу, чтобы вы потеряли работу, которой посвятили всю жизнь. — Да? Ну так собирай информацию по RK900. Продолжай то, чем занимался, и придумай, как это обернуть против «Киберлайф». А я пойду своими методами, — Хэнк посмотрел на RK900. — Ты хотел провести допрос? Значит, будешь первым. Я запрещаю оказывать на подозреваемого давление, повышать на него голос, угрожать, и, в особенности, лгать о чём-то, что может испугать его и вынудит заговорить. Провалишься — скажу Джеффри, что с допросами людей ты не справляешься. — Лейтенант, это неправильно, — нахмурился девиант. — Если я единственный, кто ещё пытается сохранить тебе работу, то сделаю хоть что-то из того, что мне по силам! И плевать мне, честно это или нет! Заметь, я ему даже говорить не запретил. Мог бы заставить провести допрос пантомимой. Спорить дальше было бессмысленно. Пока лейтенант заканчивал с посудой в раковине, Коннор задумчиво подошёл к своей машине. Сумо успел переместить тяжёлую морду на колени RK900, вытянувшись на весь диван. Коннор дотронулся до тёплого бока пса, надеясь его подвинуть и сесть рядом. — Сумо?.. — Коннор, оставь пса в покое. — Но ведь на полу для него больше места. — Ты возмущался, почему я не даю Сумо спать на диване? Видишь, теперь я абсолютно не против! Коннор бросил на сенбернара ревнивый взгляд, но от дивана отошёл. Девиант встал рядом с напарником, сканируя, чем может помочь. Андроид начал возвращать на свои места все кухонные принадлежности. — Ещё нужно будет заглянуть к Филу с Беном, — продолжил Хэнк. — Они лежат в этой же больнице. Точнее, мы с тобой заглянем. Его они мечтают увидеть в последнюю очередь. — А детектив Рассел? — К нему впускают только родственников. Да и не хотелось бы ставить его в неловкое положение. Вряд ли он хочет, чтобы его видели в таком состоянии коллеги. Девиант поднял с пола миску Сумо, насыпая корм. Сенбернар за секунды оживился, срываясь с дивана. RK800 оставил приманку на полу и занял место рядом с RK900. Коннор понял, что не продумал всего, когда взгляд напарника прожёг висок. — Лейтенант… Я хочу провести с Коннором один эксперимент. Пока он ещё здесь. Гостиная для этого отлично подходит. — А одного было недостаточно? Девиант принял благоразумное решение не отвечать на поставленный вопрос. — Коннор. Какое сейчас твоё состояние? — Ты можешь выполнить сканирование и узнать сам. — Я узнаю только о состоянии носителя, но не о твоём личном. Мне показалось, что поездки в Иерихон и «Киберлайф» тебя очень вымотали, — Коннор подвинулся, и теперь они касались ногами. Это не должно быть заметно лейтенанту. — Для этого эксперимента ты должен находиться в привычном тебе состоянии и не думать ни о чём, кроме задачи, которую я тебе поручу, — диод RK900 замерцал, и машина с готовностью посмотрела на RK800. Модель RK900 создана постоянно самообучаться и не сможет отказаться от участия в тестировании. — Мне нужно кое-что принести. Девиант зашёл в спальню. Лейтенант планировал идти в ванную, но теперь просто обязан был посмотреть, что будет происходить. Коннор вернулся с настольной лампой в руках, устанавливая её перед RK900 и включая кнопку. Лампочка зажглась тёплым жёлтым светом. RK900 нахмурился, и девиант поторопился объяснить. — Понимаю. Я не профессор Бран, чтобы требовать у тебя проходить этот тест, но он не мог придумать его просто так. То, как вы приходили к решению загадки, что-то значило. Я хочу понять, что именно. Как ты отреагируешь на заведомо невозможную по условиям задачу. Посмотреть твою логику. — Тебе это не понравится. — Я готов ко всему, что ты решишь сделать. Ведь это решение примешь ты. Не твоя программа, — Коннор бросил взгляд на напарника, и Хэнк догадался, что действительно лучше приготовиться. — Я знаю, как с этим заданием справился Конрад. Ты можешь воспользоваться любым из способов, какой посчитаешь правильным. Тебе нужно заставить лампочку погаснуть, не прикасаясь к ней руками. Условия для тестирования вероятно не соответствовали тем, как всё организовывал профессор. Там было другое оборудование, лампочка явно была встроена в беспроводной передатчик энергии, но Коннор решил представить тест по-своему. Это даже лучше, если у RK900 будет больше вариантов для выполнения задачи. Хэнк и Сумо вздрогнули, когда машина ударила ногой журнальный стол. Силы было достаточно, чтобы светильник опрокинулся и приземлился на пол. Лампочка разбилась, и коротко сверкнула искра электричества. Свет погас. Диод Коннора покраснел. — У тебя не было других способов это сделать? — Ты приказал не трогать руками. — Ты мог попросить меня её выключить. Взять любой из предметов в этой комнате и нажать на переключатель. У тебя были сотни вариантов, но ты выбрал «уничтожить»? — Я предупреждал, что тебе это не понравится. В следующий раз ты не будешь ставить условия в том, о чём не имеешь представления. Брови Хэнка взлетели вверх, но он не успел вмешаться. Девиант поднялся на ноги. — Не умеешь пользоваться менее агрессивными методами — тогда учись исправлять последствия своих решений. Убери стекло, которое разбил. — В мои функции не входит выполнять приказы подобного рода. — Это произошло по твоей вине. — Это был твой приказ. — Я попросил погасить лампочку, а не разбивать! — Я выполнил задание так, как посчитала верным моя программа. Не является важным, каким образом идти к результату, если задание будет выполнено. — В этом и есть проблема, Коннор! Ты думаешь о результате, а не о том, что случится на пути к нему. Почему нельзя было, в таком случае, разбить эту лампу моей головой? Или это было следующим вариантом твоей программы? — RK900 встал на ноги, не позволяя девианту нависать над собой. Хэнку стало не по себе от того, как близко стоит к машине Коннор. — Здесь теперь полно мелких осколков. Хочешь, чтобы на них наступил Сумо? И сколько тогда мы будем его лечить? — Какое это имеет отношение ко мне? — Ты будешь просто стоять и ждать, когда это случится? Так ты относишься к тому, что мне дорого? Программа отношений столкнулась с непредусмотренной ошибкой. Взглядом RK900 можно было бы плавить металл, но Коннор не собирался сдаваться первым. Удивительным образом программа отношений не падала вниз. Коннор был уверен, что система уведомит его об этом со стороны RK900. — Я буду останавливать животное, если оно окажется рядом со стеклом. — И это решит проблему? — Животное не пострадает. — Но осколки из-за этого не исчезли. Или ты будешь следить за Сумо целый день? — диод RK900 начал мерцать. — Может, и на расследование поедем вместе с Сумо? — Если разрешит лейтенант Андерсон, в доме есть комнаты, где животное будет заперто. — Так, давайте меня сюда не приплетать! — открестился Хэнк. — Я вообще стоял и молчал. Коннор уже больше забавлялся с ситуации, чем злился, но RK900 не умел различать эти эмоции в поведении девианта. — Ты готов следить и запирать Сумо, но не убрать осколки лампочки, которую разбил? — Я предупреждал, что результат тебе не понравится. Это был твой приказ это сделать. Я не андроид-уборщик. — Да. Ты андроид-защитник сенбернаров. — Коннор, — позвал Хэнк. — А давай ты не будешь его бесить, когда дело касается нашего пса? Коннор боялся, что Хэнк разозлится, но всё-таки дотронулся до руки машины. — Так и быть. Я сам уберу осколки. Боюсь, лейтенант Андерсон наступит на них через пять минут, забыв, что они тут были. Коннор направился в ванную, и RK900 изучил его вслед. RK800 недавно провоцировал, а теперь оказывал знаки внимания, анализируемые как симпатия. Коннор улыбнулся, оглянувшись в коридоре назад и убеждаясь, что машина смотрит.

***

Утром в больнице усилили работу кондиционеров, повысив их ещё на пару градусов. За окном начинался буран, и Конрад изучил дорожку, оставшуюся после пробежавшей по запотевшему стеклу капельки влаги. Андроид дотронулся до неё пальцем, проводя идеально прямую линию. Затем ещё несколько. Получилось то, что люди называли схематичного вида «снежинкой». RK900 смог повторить чертёж рядом с первым, не ошибившись ни на миллиметр. Свет диода нежным оттенком отразился от стекла. — Вот и получилось, Коннер. Система защиты тревожно напомнила о себе. Машина не должна говорить сама с собой. В этом банально не было смысла. Коннера больше нет. Использовать его имя — лишь ещё одно проявление нестабильности. Под одной из веток снежинки собралось слишком много влаги, и капля потекла вниз, испортив идентичность двух фигур. — Всё в порядке? Конрад обернулся, встречая любопытный взгляд молодой медсестры. Девушка засматривалась на него с тех пор, как он приехал в больницу, так что точно знала, что говорит с андроидом, но всё равно подошла. — Я жду, когда мне разрешат войти в палату мисс Уильямс. — Утренние процедуры уже закончились. Завтрак я принесу через полчаса. — Благодарю вас. Медсестра опустила взгляд, быстро отдаляясь по коридору. Конрад уверенно отворил дверь палаты. RK900 замер, увидев пустую койку. Поднявшийся было уровень стресса сразу же вернулся в норму. Зеркало висело только в туалете, и детектив воспользовалась тем, что осталась одна. Вдоль рёбер человека растянулись зеленовато-жёлтые синяки. Бинты сняли, и были отлично видны шрамы на груди. Лорейн быстро опустила рубашку, не зная, что машина уже всё зафиксировала. — Простите. Мне сказали, что можно войти. — Да. Прости. Просто захотелось посмотреть, из-за чего меня нужно тут так долго держать, — Лорейн взялась за края раковины, чтобы было легче стоять. — Выглядит хреново. Наставница вела себя холодно со вчерашнего разговора. RK900 подошёл со спины, чтобы быть готовым помочь. Лорейн подняла уставший взгляд, несмотря на то, что недавно проснулась. — Когда, говоришь, там выписка? — Вы обязаны пройти полный курс лечения. А теперь, скорее всего, пробудете здесь ещё дольше из-за того, что встали на ноги без разрешения врача. — Я прекрасно себя чувствую. Где Нил? Он говорил, что приедет. Он вообще в курсе, что Филиппсу нужен отчёт о ночных нарушениях? Мне тоже нужно знать, что у них там происходит. Я буду ответственна, если… Боль прошлась волной по телу, и Лорейн едва не упала, но RK900 вовремя её удержал. — Чёрт! — Я помогу вам лечь. — Я устала лежать! Каждый день одно и то же. Ты даже представить не можешь, каково это: просто пялиться на эти стены, — машина аккуратно подняла человека. — Ты вообще на моей стороне или на их? — На вашей. Прямо сейчас защищаю вас от вашей упрямости, — Конрад уложил детектива поверх нового покрывала. — Детектив Ньюман, напротив говорит, что очень вам завидует. — Потому что это Нил. Он бы нашёл, чем заняться, заставь его не ходить на работу, лежать и есть по расписанию. Для него это всё равно что курорт, — на губах Лорейн появилась слабая улыбка. Она уже мягче взглянула на RK900. — Так он тебе не звонил? Уже утро. — Нил сообщил, что едет сюда, но в участок поступил срочный вызов. Он прибудет сразу же, как со всем разберётся. — Срочный вызов? Что у них случилось? — Он обязательно расскажет, как приедет. Вам нужно перестать волноваться, мисс Уильямс. Будет полезней просто лежать и отдыхать, — ладони андроида коснулись босых стоп, сначала мягко поглаживая, а после надавливая, чтобы сделать массаж. Лорейн выглядела слегка смущённой этими действиями. Она вздрогнула от одного из прикосновений. Конрад удивлённо поднял глаза. — Щекотно, — пояснила наставница. — Простите. — Нет, это не неприятно. Просто… очень чувствительная кожа. Андроид сосредоточился на одной стопе, улавливая изменения в пульсе человека. Лорейн подумала, что, наверное, должна отдёрнуть ногу, но это будет слишком грубо. RK900 всё-таки машина, и её интерес к человеческому телу легкообъясним. Лорейн сама не раз ловила себя на мысли, что хотела бы узнать о внутреннем строении RK900 побольше. К тому же, делал он это приятно. — Появление синяков на теле очень сложный процесс, — заговорил RK900. — Нити капилляров проходят под всей вашей кожей, и при сильном давлении на неё они лопаются. Кровь выходит наружу, и ваш организм начинает бороться с утечкой. Он разрушает клетки крови, в результате чего образовываются новые микроэлементы. Именно они ответственны за то, какого цвета становится ваш синяк. Поэтому рекомендуется прикладывать лёд сразу после удара. Кровотечение замедляется, и ваши клетки восстанавливаются раньше, чем успеет появиться отёк. — Надо же. Я об этом не задумывалась. В детстве обычно упадёшь, расшибёшь коленку, а потом сидишь и смотришь, как идёт кровь. И никогда не волновало, как и почему это происходит. — А ещё у вас есть сеть нервных окончаний. Она необходима вашему виду для выживания и для того, что вы называете интуицией. Или чувством опасности, — Конрад черкнул искусственным ногтем по белой стопе, и Лорейн, не сдержавшись, дёрнулась от щекотки. — Сейчас ты сделал это специально! — Это? — андроид повторил движение, и наставница засмеялась, когда RK900 схватил её ногу. — Хватит! Всё! Я поняла! Нервные окончания! Хватит! RK900 подчинился приказу, и Лорейн быстро укрыла ноги, чтобы защититься от вездесущего андроида. Детективу понадобилось подышать, чтобы перестало болеть в груди. Конрад отметил порозовевший цвет её лица. Лорейн тоже его разглядывала. — Откуда у тебя новая одежда? — Мне позволили забрать её из комнаты забытых вещей. Там много всего, что не забрали родственники тех, кто не вылечился в больнице, — машина закатала рукава свитера, оказавшиеся ей коротковатыми. — Выйдем отсюда, куплю тебе что-нибудь своё. То, что ты сам выберешь. Хотя иногда мне кажется, что на тебе даже моя больничная рубашка смотрелась бы безупречно. — Вы в ней тоже ничего. Лорейн снова улыбнулась. — Это тебе тоже нужно перестать делать. — Делать что? — Я твой наставник. И напарник. А то, что ты делаешь — уже выходит за рамки этих отношений. RK900 подсел выше, чтобы в итоге расположиться рядом с подушкой наставницы. Машина подложила руку под голову и закинула на койку ноги. — И зачем ты сейчас это сделал? — Вы что-то тихо говорили про наши отношения. Я решил сесть поближе, чтобы лучше вас расслышать. Андроид отметил, как наставница сжимает в ладонях плед. — Лучше слышать? Вчера ты поймал меня на том, что я выбросила таблетку, стоя в другом конце коридора, и это у тебя проблемы со слухом? RK900 отвёл взгляд. — Всегда работаю хуже, когда вы так близко. Лорейн, не удержавшись, снова рассмеялась. Машина подалась вперёд, вдруг обняв её аккуратно рукой. Медленно, чтобы не причинить боли. Лорейн отвернулась, но сердце очень громко забилось в груди. — О боже, — наставница с нервным смешком закрыла ладонями лицо. RK900 дотронулся кончиком носа до её влажных волос. — Боже… Почему я чувствую себя так, словно снова учусь в школе, и меня впервые позвал гулять мальчик? А будет ли ругаться папа. А сделаю ли я опять какую-то глупость, и захочет ли он гулять со мной ещё раз. Такое глупое чувство, — RK900 поцеловал в висок, и пульс человека участился, начиная плясать. Чьи-то громкие голоса раздались очень близко к палате. RK900 узнал в одном из них ту молодую медсестру, поэтому быстро слез с кровати, пока их не застали. Лорейн удивилась, что не так, пока дверь в палату резко не открылась. — Мисс Уильямс! Я пыталась его задержать, но этот человек… — Со мной всё в порядке! Мне не нужны лекарства, чёрт бы вас побрал! — Форрест вырвался из рук санитаров, вломившись внутрь. Весь помятый и бледный. На куртке детектива остались следы грязи. — Детектив Уильямс! Прошу прощения, что пришёл без разрешения, но у меня совершенно нет времени! Я Маршалл Форрест. Я детектив из города Денвер, округ Колорадо. На меня напали сегодня ночью, и я очнулся здесь… — детектив наконец заметил второго человека, в этой одежде не сразу узнав в нём андроида. Взгляд Маршалла остекленел. Лорейн взволнованно посмотрела сначала на него, потом на андроида. Уровень стресса RK900 увеличился. — Детектив Форрест? — осторожно позвала Лорейн. — П… Простите. У меня просто точно такой же андроид. Мне сказали, что в больнице лечится представитель полиции, но я не думал, что встречу наставника. — Вам лучше присесть. Вы выглядите нехорошо. — Да. Меня пытались уложить в палату, но я в порядке. Только немного кружится голова, и дико холодно. Лорейн коротко посмотрела на RK900, и Конрад открыл шкаф, доставая тёплый плед. Маршалл всё ещё приглядывался к нему, но вещь принял, садясь на стул и укутываясь с головой. Убедившись, что всё в порядке, санитары вышли из палаты. Лорейн сидела в такой позе, что не было сомнений — она полностью готова к работе. — Вы можете рассказать, что с вами произошло, детектив? — Я приехал в Форт-Уэрт сегодня ночью. Мы с RK900 получили дело об очень опасном девианте модели RK800. Он сбежал из Денвера и приехал сюда. RK800 напал на меня сзади и оглушил. Я очнулся уже здесь. Говорят, какие-то люди нашли меня и приняли за пьяного. Их смутило то, что полицейская форма на мне не похожа на вашу. В общем, здесь под капельницей я и отошёл. Мой пистолет утерян. Полицейская машина осталась где-то на улице. И я не знаю, где RK900. Мне необходимо его найти. Я думаю, что он погнался за RK800. — Во сколько предположительно часов всё произошло? Вы не запомнили? — Вроде бы часов в двенадцать. Я помню, что в город мы въехали в это время. Ещё немного плутали до машины, на которой сбежал девиант. Теперь я понимаю, что она была приманкой. RK900 пошёл проверять салон, а в это время RK800 поджидал меня в темноте. У меня в голове всё как в тумане. Я не слышал, как он ко мне подкрался, и не помню, чем он меня ударил… — Говорите, были уже вечером? Коннор, ты не получал никакого сигнала SOS от другого RK900? Вы ведь умеете связываться друг с другом. — Если бы это произошло, я спросил бы вашего разрешения, чтобы ответить, — пожал плечами RK900. — Я впервые слышу о том, что один из RK800 нарушил закон. Они ведь все считаются собственностью «Киберлайф». Нил вбежал в палату с каплями тающего инея в волосах. — Детектив Форрест! Рад с вами познакомиться. Я детектив Нил Ньюман. — Вы знаете моё имя? — поднялся для рукопожатия Форрест. — Милая леди только что сообщила, что вы нарушаете постельный режим. А если серьёзно, то у меня для вас хорошие новости, сэр. Мы обнаружили ваш полицейский пикап разбитым и провалившимся в сугробы за городом. Думали уже, что вы погибли или пропали в лесу. Какое счастье узнать, что вы в больнице! — RK900 в машине? — RK900? — Ньюман невольно взглянул на Конрада. — Я наставник RK900-79 из Денвера. Вы вряд ли обо мне слышали. Я только вчера заступил на эту должность. — Удивительно, потому что я сам вчера как заступил. У Лорейн в этом больше опыта, но мы не в курсе, кто остальные наставники. Для меня честь с вами познакомиться. — Для меня тоже. — Кто был за рулём? — привлекла их внимание Лорейн. — Вы какие-нибудь следы нашли? — Следы? Лорейн, ты в окно смотрела? Мы по колено провалились в сугробы, пока лезли туда. Если следы были, то они под толщей снега. Весь салон тоже замело. У пикапа выбиты стекла и передняя дверь. Без эвакуатора машину не вытащить. Наши ребята ещё там. Всё осматривают и сообщат, если что-то найдут. Мы искали труп, но собаки пока ничего не учуяли. — Они и не учуют, если искать нужно не человека, — Лорейн напряжённо думала о чём-то, а после обернулась к машине. — Попробуй вызвать этого семьдесят девятого RK900. Спроси у него, где он. Диод RK900 замерцал, выполняя приказ. Нил задумался. — Ты думаешь, за рулём был андроид? — У меня пока нет других вариантов. Если детектив Форрест прибыл сюда с RK900, чтобы поймать девианта, то логично предположить, что после нападения на человека RK800 должен был как-то расправиться со вторым своим преследователем. — У RK900 нет никакого GPS? — Я пытался связаться с RK900 сам, но сигнал не проходит. Он не отвечает, — Форрест покачал головой. — Я подумал, что делаю что-то не так. — Тоже чувствую себя идиотом, когда звоню на Коннора. Я как-то раз от него даже телефон заряжал. — RK900 недоступен, — закончил поиск Конрад. Уровень стресса снизился, когда ему правда не удалось обнаружить RK900-79. Лорейн нахмурилась. — И что у вас, андроидов, значит «не доступен»? — Есть несколько причин, почему RK900 не принимает сигнал: или он отключился, или находится там, где не работает связь. — Он может быть в лесу, — с надеждой произнёс Форрест. — Если он преследовал RK800, то они оба могут быть сейчас там. Насколько глубокий у вас лес? Нил усмехнулся. — В нём каждую осень пропадают сотни человек. И лишь процентов пятнадцать находят живыми. Но это в тёплое время года. Когда попадаешь внутрь, идти тяжело: деревья растут очень плотно — и заблудиться можно на раз-два. Зимой света практически нет, а про температуру я вообще молчу. Нет никаких шансов пережить там ночь без укрытия. С тех пор, как охоту запретили, в лесу пропали все ориентиры и тропы. — Но ведь это RK900, а не человек. Разве андроид погибнет от холода? — Отключится. Что, видимо, и произошло. У него просто батарея разрядится. Мой телефон в плохую погоду дохнет, стоит его ненадолго из кармана вытащить. — Я обязан попытаться, — Форрест снял плед. — Мне необходимо вернуть RK900 в Денвер. Что бы с ним не случилось. Если это правда, и он выключился, то нужно найти тело до того, как его занесет снегом. — Детектив Форрест прав. Мы не можем просто оставить его, — Лорейн посмотрела на друга. — Нил, представь, если бы это был наш Коннор. Ты бы просто сказал, что шансов нет? — Ты правда спрашиваешь у меня об этом? — Значит, решили. Езжайте к месту аварии. Маршалл, детектив Ньюман вас отвезёт, а я передам всю информацию в участок. Начнём искать их обоих. — Я благодарен вам. — Пока ещё не за что. Торопитесь, чтобы найти хоть что-нибудь. Коннор вам поможет. — Отлично, едем, — развернулся Нил, и Маршалл направился за ним. Конрад задержался. — Вы уверены, что мне не стоит остаться с вами? — Тебе ведь для этого и требовался второй наставник. Поздравляю с вашим первым делом, — по глазам Лорейн было заметно, как она приободрилась появившейся работой. — Не переживай. Здесь я под присмотром. Попробую покопать под этого RK800. Что это за фрукт, и чего нам вообще ждать. — Я не думаю, что кто-то из андроидов способен выбраться из ночного леса, если ушёл куда-то глубоко. RK800 не создан для такой погоды. Скорее всего, он уже погиб, — андроид сделал акцент на этих словах. Лорейн пожала плечами. — Возможно. Но я привыкла верить, что ублюдки обычно самые живучие. Будьте готовы к чему угодно, — андроид, повинуясь, отправился догонять второго наставника. Конрад не стал тратить время на то, чтобы надеть верхнюю одежду, как того всегда требовала Лорейн. — Коннор! RK900 обернулся. Наставница будто сомневалась, стоит ли спрашивать. — Это не тот RK900, чей наставник погиб несколько дней назад? — Да. А какое это имеет отношение? — Никакого, — Лорейн покачала головой. — Иди. Сообщишь, что обнаружишь. Детективы заняли передние сиденья, так что андроид сел сзади. Диод постоянно менял цвет. Что-то произошло ночью после того, как он ушёл. Система пыталась найти ответ, но не было даже предположительных схем. Эрик должен был избавиться от тела, вернуться за наставником и покинуть Денвер ночью или после посещения больницы. Вместо этого пикап полицейского оказался за чертой города, разбит, а детектив Форрест остался в баке. Вряд ли Эрик бы потерял управление из-за плохой погоды. Оставлять наставника у него тоже не было в планах. Может, он пытался спрятать Коннера в лесу? Все предположения людей, будто семьдесят девятый гнался за RK800, конечно, глупость. Им неоткуда знать, что Коннера к тому моменту уже не было. — Вы передали в Денвер обо всём, что случилось? — поинтересовался Нил. — Позвонил жене, солгал, что всё нормально, — Маршалл сжал губы. — Боюсь, что меня уволят. — RK800 напал на вас. Вы не могли знать, что это случится. Это вы здесь жертва. — Мне доверили самого дорогого андроида современности, а я просрал его в первый же день. Мне оторвут голову, но даже это лучше, чем если меня заставят оплачивать стоимость RK900. У меня двое детей. — Ещё есть надежда. RK900 — крепкая машина. Коннора вот размололо в пыль, но взгляните, какой сидит красавчик. Пока что солгите, будто RK900 с вами. Выиграем время. Возможно, мы его найдём и в вашем участке никто ни о чём не узнает. Максимум солжёте, что он сломался сам на морозе. Вряд ли они это как-то проверят. Маршалл помолчал некоторое время. — Роб, мой начальник, носит андроидов на руках. Нас он не ценит так, как их. Причём берёт на работу только не девиантов. Он мечтает о том, чтобы времена кибер-рабства вернулись, и всячески поддерживает «Киберлайф». Ждёт, когда люди снова начнут доверять андроидам. Конечно, кто же ещё будет ублажать его и выполнять все прихоти, как не хорошенькая рободевочка? Он запрещает нам повышать на андроидов голос. Сразу схлопочешь штраф. Никаких ущемлений и отдачи приказов не по делу. Всё что угодно, лишь бы никто из них больше не стал девиантом. На RK900 был приказ вообще не дышать лишний раз. Если девиантнутся они — это будет конец «Киберлайф». — Но ведь RK900 не становятся девиантами. Все говорят, что это невозможно. — Слышал что-нибудь о тюрьме Алькатрас? Можешь о ней что-то рассказать? — Конечно! Это была самая защищённая тюрьма в мире. Это ведь целый остров, окружённый километрами воды… — Оттуда три человека сбежало, несмотря на то, что это должно было быть невозможным. В каждом грёбаном правиле найдётся хотя бы одно исключение. На всякий случай общайся со своим RK900 повежливей. Нил покосился на андроида, а затем вернул осторожный взгляд на Маршалла. — Это у вас погиб детектив? — Сержант Джек Беннет. Почти лейтенант. Он был моим лучшим другом. — Приношу свои соболезнования. — Я пропустил его похороны, потому что приехал сюда. Мы вместе встречали RK900 из «Киберлайф». Джек очень нервничал, места себе не находил. И был так счастлив, когда он приехал. Я такой улыбки сто лет у него не видел, — Форрест устало посмотрел на лес. — Я обязан вернуть этого андроида назад. Хотя бы ради памяти о нём и о том, что RK900 сделал для его семьи. Место аварии было ограждено лентой, чтобы посторонние не приближались к обрыву. В такую погоду и не было заметно наблюдателей. Полицейские Форт-Уэрта грелись как могли. Форрест в своей чёрной денверской форме с большим серебристым значком очень выделялся среди остальных. — Это произошло здесь, — озвучил и так понятный факт Нил. Там, где съехал с дороги пикап, было меньше снега и застыла земля. Автомобиль лежал на боку, примёрзнув к стволу крепкой ели. — Эй, парни! Следы нашли чего-нибудь? — Это бесполезно. Ищем только отпечатки. — Вы их не найдёте. — Почему же? В салоне полно пальчиков. Выясним, кто был за рулём. — За рулём был я, — нахмурился Форрест. — Большую часть времени. Просто предупреждаю, прежде чем вы меня повяжете. — Вы уверены, что на вас напал RK800? — неожиданно обернулся Ньюман. — Может, это всё-таки был человек? — Нет. Не могу представить себе человека, способного поднять меня над землёй и при этом двигаться так бесшумно. Нил повернулся к криминалистам. — Продолжайте искать отпечатки. Коннор, ты мне поможешь? Залезем в салон. Глянем, что там. Конрад подставил руки, чтобы детектив смог взобраться на пикап. Андроид ждал подобного приказа, поэтому подтянулся и тоже заглянул в отверстие вместо двери. Конрад легко залез внутрь, удерживаясь за кузов. Первый же анализ выявил следы подсвечивающейся синей крови на обивке водительского и пассажирского сидений. Справа сидел RK800. Это уже было странно, но, скорее всего, кровь стекла с его носителя. Эрик зачем-то посадил тело спереди. В лобовом стекле осталась часть крепкой ветви, и, судя по обломанному краю, раньше она была длиннее. След на сидушке говорил о том, что семьдесят девятого проткнуло ветвью насквозь. Все документы и мелкие предметы свалились вниз. Что-то выпало наружу. Конрад заметил, как разлетелись на снегу осколки бокового стекла. Это не очень похоже на то, что должно было стать следствием удара об дерево. Выглядит так, словно кто-то разбил его изнутри, но почему тогда выломана дверь с другой стороны? Справа было тело Коннера. Эрик сидел слева. Конрад присмотрелся к краям разбитого стекла изучая мельчайшие частички ворса. Чёрные. Точно такие же в составе куртки Форреста, Эрика и Коннера, укравшего костюм PC200. Это форма Денвера. — Нашёл что-нибудь? — Мне нужно больше времени. — Хорошо. Ты не против, я возьму термос? Жуткая холодина. Нил отошёл, и Конрад вылез из машины, пытаясь найти какие-нибудь следы. Они точно должны быть. Под ветвями деревьев снег скапливался медленней. Конрад пошёл за мерцающими частицами застывшего тириума RK900. Они закончились перед склоном вниз, уводящим в глубину леса. У Эрика не было причин идти туда. Если только… Если только он действительно не гнался за кем-то таким же быстрым. Диод окрасился алым. Ньюман заметил, что что-то не так, дуя на свою «дымящуюся» паром кружку и вставая рядом. Детектив проследил за его сосредоточенным взглядом. — Что увидел? — RK900 погнался за RK800 в лес. — Как это возможно? — приблизился Форрест. — Как они вообще оказались здесь? RK900 помедлил с ответом. Стоит ли его озвучивать. — RK900 поймал девианта и сидел за рулём. Они попали в аварию и скрылись в лесу почти одновременно. — Но ведь RK900 не мог уехать без меня! Куда он вообще вёз девианта? — А какие приказы были даны RK900? — опомнился Ньюман. — Найти и задержать RK800. — Что ж. Выходит, он его выполнил. — И что? И собирался везти девианта в Денвер без меня? — Они иногда странно выполняют приказы. Нужно каждый шаг контролировать, чтобы убедиться, что RK900 понял тебя правильно. У нас Коннор тоже воспринимает всё буквально, так что мы подстраиваемся под него. — Но меня об этом никто не предупреждал! — Спокойно! Главное, что мы нашли след. RK900 в лесу. Девиант тоже. Этого мы и хотели. Конрад покачал головой. — Ночью было минус двадцать четыре градуса. Эта температура слишком низкая для андроидов. За целую ночь они должны были отключиться. Голос андроида звучал странно, и также мерцал диод. Конрад не мог зацепиться, о чём думать. Коннер притворился, что отключен? Они с Эриком проглядели? Что делать с информацией о том, что Коннер ещё какое-то время был «жив», для того, чтобы снова погибнуть от холода в лесу? Почему Эрик оставил Форреста? Ньюман обеспокоенно снял куртку и надел на плечи задумавшегося RK900. — Детектив, сейчас не такая низкая температура. — А тебе откуда знать, когда тебе холодно, если ты ничего не чувствуешь? — Нил застегнул замок куртки дрожащими пальцами. — Я не отключусь, как ваш телефон. — Да, ты модель чуть новее и болтливее. Так что, заткнись и береги тепло, — Ньюман обхватил себя руками и обернулся к Форресту. — Как будем искать то, что не имеет запаха и не зовёт на помощь? Вертолёт бесполезен с такими ветвями. — Я готов отправиться в лес прямо сейчас. Прочешу окрестности. Хотя бы то, что успею до захода солнца. — Согласен, но я никуда вас не отпущу. Если выдвинемся немедленно, увеличим риск того, что скоро нам придётся искать вас. Нужно набрать людей. У всех будут рации, фонарики, горячий чай, химические обогреватели и тёплая одежда. Я поищу добровольцев, кто отправится в лес с нами. — Такие найдутся? — Соврём, что ищем преступника. По сути так и есть. Не будем уточнять какого. Вряд ли кто-то отличит замерзшего человека от замерзшего андроида. Ещё стоит взять оружие. — Оружие? — В лесу водится полно всякой живности. Кто-то испугается нас. А кто-то будет очень не рад, если мы неосторожно его разбудим. Мы пойдём в лес группами. Я попытаюсь всё организовать. Ваша задача сохранять спокойствие и предупредить семью, что скоро с вами будет потеряна связь. Уверены, что вам не нужно в больницу? — Нет. Я в порядке. Просто клонит в сон. Я будто проспал несколько суток и при этом ни капли не отдохнул. — Постарайтесь вспомнить что-нибудь о вчерашнем вечере. Пока что у нас больше вопросов, чем ответов. — Я тогда отойду позвонить. — Не рассчитывайте, что мы успеем всё за день, — Форрест кивнул, отходя подальше. Ньюман посмотрел на напряжённого RK900. — Что думаешь насчёт всего этого? — Нам обязательно выдвигаться в путь сегодня? Разве Лорейн не попросила тебя присматривать за участком? Будет неправильно оставлять его, чтобы выдвигаться на поиск уже отключившихся андроидов. Чем дольше тело Коннера пробудет в лесу, тем выше вероятность, что его память уничтожится. Никто ни в коем случае не должен узнать о том, что было вчера. В идеале лучше вообще не находить тела, ведь в таком случае их отправят в «Киберлайф». Нил ослепительно улыбнулся. — Не беспокойся, — детектив закинул руку на плечо машины. — Лорейн даже счастлива будет от того, что мы оба на один день оставим её в покое. К тому же, с нами ведь ты! С тобой мы быстро справимся с этим делом, — детектив сильно замерз, и цвет его лица заметно посинел. — Пойдём греться в машину. Представляю, в какую морозильную камеру превращается этот лес ночью, если так холодно сейчас. Конрад бросил ещё один взгляд на деревья, будто кто-то мог выбежать из леса прямо сейчас. Андроид сел на своё привычное место спереди, пока Форрест говорил по телефону. Ньюман включил обогреватель, грея руки под горячим воздухом. — Нил, — осторожно начал RK900, — я не могу поехать с вами. — Что? — удивился напарник. — В каком смысле? — От меня не будет никакой пользы. У меня не развиты функции поиска, и к тому же я не могу защищаться и оберегать вас от опасности. Детектив Уильямс наложила на меня запрет, велев никому не причинять вреда. Если в лесу что-то произойдёт, я не смогу никого из вас защитить. Мне лучше будет остаться в больнице. — А почему Лорейн наложила такой запрет? — Я поступил неправильно и нерационально во время первого своего расследования. Сейчас я многому научился и знаю, что не повторю подобного, но тогда это было необходимо. — А я могу отменить его? RK900 замолчал, обрабатывая предложение. Об этом машина не задумывалась. — Детектив Уильямс может разозлиться, если узнает об этом. Нил прыснул. — А мы собираемся ей рассказывать? Очень похоже на Лорейн: не доверять никому и никогда. Даже если она однажды и узнает, ей просто придётся смириться. Ты андроид-детектив, а не личный помощник. Какой смысл иметь такую сильную машину и держать её руки, связанными за спиной? — Ньюман шуточно сжал его плечо. — Я позволяю тебе делать всё, что хочешь. Чувствуй себя свободным, брат мой. Диод замерцал, принимая приказ, но RK900 умело изобразил смущение. — Нил, наши отношения недостаточно высоки, чтобы этот приказ отменил решение другого наставника. — Что? Опять? Мне снова распинаться о том, какой ты замечательный и как мы все без тебя тут жить не можем? — Это не обязательно. Я ведь сейчас здесь. Достаточно проявить тактильный контакт. Нил не сразу сообразил, что это значит. RK900 потянулся сам, и детектив позволил завершить объятия. Ньюман невольно бросил взгляд в сторону криминалистов. Не хватало ещё, чтобы они что-то увидели и растрепали потом всему отделу. — Об этом тоже говорить никому не смей. RK900 не ответил. Повышать отношения с детективом не требовалось. Их уже подбросило, когда Нил разделся, чтобы укрыть андроида, поставив его безопасность выше собственного здоровья. В салоне становилось тепло, делая температуру комфортной для человека, так что это должно связаться в памяти детектива с присутствием RK900. — Уже всё? — Да. Спасибо. Но ты можешь продолжать обнимать, если тебе понравилось. Ньюман засмеялся. RK900 задержал взгляд на глазах человека. От снега те были намного ярче. Нил хлопнул его по плечу. — А тебе идёт эта куртка. Вот ты и стал настоящим офицером Форт-Уэрта, — детектив Форрест открыл заднюю дверь и сел в автомобиль, так что Нил снова развернулся к рулю. — Уже поговорили? — Да. Спасибо, что подождали. — Никаких проблем. Чем раньше соберёмся, тем больше шансов на положительный исход. — Есть хоть одна надежда на то, что RK900 мог бы пережить эту ночь? — Надежда должна быть всегда. В конце концов, они ведь такие умные андроиды. Ну неужели RK900 не знал, что его ждёт, когда шёл в лес? И не придумал, как выйти обратно? — Ньюман не обратил внимание на то, как быстро посмотрел на него RK900. — Едем в участок. Нужно успеть всё организовать, пока не начало темнеть. Маршалл взглянул на серое небо за окном. Не так уж много у них на самом деле осталось времени. Вторую ночь в зимнем лесу вряд ли протянет хоть один андроид.

***

Прайс выглядел не лучшим образом со следами синяков на своём лице. Сломанная рука Джереми в пластиковом гипсе покоилась на груди, а здоровую приковали наручниками к койке. Хэнк догадывался, что Прайс согласился на встречу с ними только исходя из личной выгоды. Видимо, он рассчитывает, что содействие полиции поможет ему сократить наказание или полностью заменить его на штраф. Особенно, если доказательства его вины не будут представлены в суде в полной мере. Коннор заранее предупредил напарника, что останется в коридоре. Девиант подключился к оптическим модулям RK900, чтобы быть в курсе всего, что происходит в палате. Хэнк не спускал с машины глаз, а значит обойти его приказ не получится. Программе адаптации RK900 придётся использовать минимум возможностей допроса. — Ваши следы обнаружены на месте организованного нападения на девианта модели PJ500. Своей попыткой сбежать вы подтвердили, что у вас был страх, что за вами прибудет полиция. — Не знаю, о каком девианте речь, — произнёс Прайс, будто не задумываясь над ответом. — И о нападении. Я ни в чём не участвовал. — Вы открыли огонь против сотрудника полиции. — Да. Был под кайфом. Мне что-то примерещилось… И я даже не понял, что вы из полиции. Я очень раскаиваюсь и готов понести за это соответствующее наказание, отправиться на лечение или что за это будет. Но не надо обвинять меня в том, чего я не делал. — Вы сознаётесь в данный момент в покупке и употреблении запрещённых психоактивных веществ? — Да. В тот раз попробовал впервые в жизни. Хэнк отчётливо видел по лицу Прайса, что тот пытается делать, но не собирался участвовать в допросе RK900. Машина опустила взгляд на ногу Прайса, выглядывающую из-под одеяла. Протез производства «Киберлайф». По крайней мере, Джереми Прайс абсолютно подходит под описание преступника, которое изначально дал RK900. Машина получила отчёт, при каких обстоятельствах Прайс его приобрёл. — Это единственный ваш протез? — Хватает одного, — Прайс непроизвольно подтянул сломанную RK800 руку повыше. — Вы пытались самостоятельно отремонтировать протез? В данный момент его рекомендуется заменить на более универсальный и подходящий вашим нынешним физическим данным. — У меня нет таких денег. Когда «Киберлайф» стал разваливаться, то стал задирать цены на всё подряд. С нас, простых людей, это делать проще всего. Я приноровился ходить так, как могу, раз выбора нет. — В квартире проживает кто-то помимо вас? Джереми, похоже, расслабился. — Нет. Квартира досталась мне по наследству. Отец переехал. Матери не было. Я с четырнадцати живу один. — Деньги на протез были предоставлены по запросу приюта? Прайс собирался ответить, но быстро закрыл рот. — Не понял вопрос. — Имена ваших родителей не фигурируют в материалах старшей школы. Вы могли временно находиться под наблюдением одного из детских домов, прежде чем начали жить самостоятельно. В таком случае: «Выделены ли средства на протез детским домом?» — это простой вопрос. — Какое отношение к стрельбе через дверь имеет мой протез? — Вам требуется ответить на вопрос. Но вас может останавливать то, что девиант работал в детском доме, но, если вы не причастны к нападению, вам неоткуда знать об этом, потому что я этого не говорил. — Мне показался странным вопрос. Я не в курсе, где работал какой-то мёртвый девиант, про которого я ничего не слышал. И ни в одном детском доме я не был! — Если ваше фото будет показано бывшим воспитанникам вашего возраста или работникам приюта, никто из них вас не узнает? Программа имитации уловила сбившийся пульс. Но ничего не изменилось на лице. — Я знаю, чего вы хотите добиться. Меня куча следователей допрашивала ещё со школы. У вас висит какое-то нераскрытое дело, и вы думаете закрыть его за счёт меня и поехать домой, получить косточку от шефа, но я там не был. Я никогда не нападал на девиантов. Можете допрашивать хоть целый день. Я виноват только в том, что начал стрелять, и уже раскаялся в этом. Я принял вас за других, вы тоже пришли не по адресу. Произошла ошибка. Но больше вам нечего спрашивать с меня. Машина собиралась потянуть за слова, за кого Прайс их принял, когда Хэнк повернулся к двери. — Всё. Твоё время вышло. Дальше разбираться будет Коннор. — Но я не закончил допрос. — И даже не начинал его, — Хэнк дождался, когда андроид выйдет из палаты, чтобы закрыть дверь и Прайс не услышал их разговор. — У нас нет времени торчать здесь целый день, а признаваться в чём-либо он пока не собирается. — Если бы вы отключили запрет… — А ты разве не должен уметь справляться с тем, что имеется? Если я говорю допросить подозреваемого за пять минут, ты должен сделать это за пять минут. Говорю за одну — делаешь за одну. И плевать мне, каким образом, ты этого добьёшься. Выходит, что ты облажался. Отношения с лейтенантом и так были слишком низкими, чтобы понижать их статус. Коннору не понравился взгляд своей машины. — Лейтенант, мы ведь хотели раскрыть дело, а не стоять на месте. — Да. И как раз ты это сделаешь! Поможешь Хэмилу и покажешь этой тупой машине, что лучше неё сможешь провести допрос. Хэнк открыл дверь, но сам войти не мог, чтобы не оставлять без наблюдения RK900. Коннор подключился через сеть к партнёру, когда остановился рядом с ним. «Я думаю, ты хорошо справился. Прайс заметно…». Машина запретила передачу данных. Девиант потерял подключение к системе RK900, и восемьдесят седьмой ушёл с дороги, занимая место у стены. Коннор вынужден был войти в палату. Прайс, видимо, дожидался возвращения RK900, потому что его взгляд запнулся об другую одежду при тех же чертах лица. Диод девианта поменялся на красный. Этот же блеск был у RK800 в той квартире, где был задержан Прайс, так что теперь он точно вспомнит его. — На твоём месте следовало отвечать машине. Тогда нас уже бы не было здесь. Коннор провернул замок в двери, и Хэнк только удивлённо оглянулся на звук. RK800 удерживал руки вдоль тела, когда остановился возле койки. Неоднозначные изменения в человеке улавливала уже не программа адаптации, а девиантная часть. — Ты можешь молчать. Потому что я не стану проводить допрос. Он состоит всего лишь из одного вопроса, — Коннор дал человеку время обдумать. — «Кто был вторым нападавшим?» — Я не знаю ничего про девианта. Джереми собирался сказать что-то ещё, но тут же сжал губы. Коннор кивнул, решая не указывать на то, что ничего не спрашивал о девианте. Ладонь андроида взялась на гипс, и пальцы по-машинному сомкнулись, не оставляя попыток её содрать. Рот сразу же пришлось зажать второй рукой. Прайс упёрся в койку ногами, но ни наручники, ни превратившаяся в зажим кисть девианта, не давали убежать от ослепляющей боли внутри руки. — Видимо, рука не нужна тебе так же, как и нога? Коннор ослабил обе ладони, чтобы Прайс не задохнулся. — Кэнтон! Билл Кэнтон! — Адрес! — Я не знаю! Я не знаю!.. — Коннор ухватился за подбородок, заставляя голову Прайса застыть на месте. Чтобы контролировать его панику. — Кирби. По улице Кирби. Там живет кто-то из его семьи. Он там ночевал… Я честно больше ничего не знаю! Рука андроида исчезла вся, и Прайс подался от боли вперёд, не в силах говорить ещё хоть что-то. — Если ты солгал, мне придётся вернуться назад. Но у тебя есть возможность вспомнить подробности и передать их дежурному полицейскому, если ты не хочешь этого. Прайс никаким образом не показал того, слышал ли вообще последние слова андроида. Коннор открыл дверь, выходя назад в коридор. — Лейтенант Андерсон. Нам нужно съездить по этому адресу и проверить. Хэнк игнорировал, с силой потирая глаза. Диод RK800 оповещал, что система всё ещё не стабильна. — Это ведь было быстрее, чем RK900, лейтенант? Хэнк толкнул его плечом, когда вошёл в палату. Прайс испугался, судя по тихому вскрику, и лейтенант с шумом закрыл дверь. Люди в коридоре непонимающе оборачивались в их сторону, но RK800 не обратил на это внимание. — Похоже, мы оба провалились в допросе людей. — Ты добился признания. — Не факт, что Прайс не сказал первое, что пришло ему в голову. Коннор как можно незаметнее для людей коснулся ладони RK900. Девиант с удовольствием отметил, что андроид не стал отстраняться. — Нам лучше подождать лейтенанта на улице. Пойдём за мной. RK800 первым направился в сторону лестницы, кивнув дежурному полицейскому, что здесь они закончили. Оказавшись в вестибюле, девиант обратил внимание на камеру, прикреплённую над регистрационным окном. Если Хэнк спустится, то об этом можно будет узнать с помощью неё. Больничная парковка располагалась под открытым небом. Хэнк долго петлял по ней в поисках хоть одного свободного места. RK900 заинтересовался вмятиной на багажнике. След был очень похож на то, будто кто-то ударил по автомобилю голыми руками. Анализ идентифицировал силу и рост лейтенанта Андерсона. Коннор осмотрелся, убеждаясь, что вокруг нет людей и всё загорожено автомобилями. RK900 раздумывал, как вправить вмятину, когда девиант обнял его со спины. — Исследуешь то, что произошло из-за тебя? Я очень нервничал, потеряв тебя тем утром. Не знаю, почему запаниковал. Я подумал, что лейтенант Андерсон увёз тебя куда-то или сделал что-то ещё хуже. Это было ужасное чувство… неизвестность, — девиант прижался лицом к открытому участку шеи. — А что было между вами на самом деле? Что лейтенант Андерсон тебе сказал? — Велел уходить и не возвращаться, пока я не найду детектива Рида. — И каким образом ты нашёл его? — RK800 прижал ладонь рядом с раной. RK900 молчал, обдумывая, что отвечать. RK800 — не человек, и его нужно держать как можно дальше от истории похищения детектива Рида. — Я вошёл в архив, чтобы изучить улики, — RK900 обернулся, оказываясь с девиантом лицом к лицу. Это должно его отвлечь. — Одна из них вывела меня на след WR400. — Какая? — Одна запись, — солгала машина, на секунды опуская взгляд на рот девианта, как требовала программа отношений. — Я изучил все улики в архиве Рида, но не нашёл ни одной подсказки. Ты был там двадцать секунд. Как ты успел всё изучить? — Система RK800 не способна смириться с этим? Девиант посмотрел на губы машины дольше, чем требовалось для полного их изучения. Коннор не выдержал, оставляя короткий поцелуй. Он бы мог длиться дольше, если бы не риск попасться кому-то на глаза. Пусть они оба не в своих формах, но всё равно могут привлечь внимание. Коннор открыл дверцу «Форда» и первым полез внутрь. — Предлагаю дождаться в машине. Здесь можно будет не волноваться о том, что нас кто-нибудь увидит, — девиант лёг на заднем сиденье. — Пойдёшь ко мне? RK900 пригнулся, оценивая пространство в машине, и сможет ли вообще в нём поместиться. Коннор нетерпеливо схватил его за куртку. — Иди сюда. Сильная рука потянула за собой, заставляя улечься сверху. Девиант носком ботинка зацепил ручку «Форда», чтобы захлопнуть дверь. Машина попробовала сесть, как программой предписывалось для автомобилей, но RK800 удержал над собой, прервав подзадачу. — Коннор. Когда лейтенант Андерсон выйдет из здания — сообщи мне об этом. Если я опять увлекусь… — судя по диоду, RK900 записал приказ. Наконец, можно было спокойно его поцеловать. Исполнив первый нетерпеливый порыв, вызвавший поток мелких ошибок, Коннор уже более осторожно стал прижимать к себе и изучать ладонями. Было правильным доверить наблюдение за лейтенантом Андерсоном RK900, чей холодный интеллект не выдаст не из-за каких действий таких нарушений. Коннор завёл руку на спину RK900, чтобы не потерять ни на миг тесный контакт, если вдруг машина решит отвернуться, как делала несколько раз. RK900 будто не был против. Коннор хотел в это поверить, не почувствовав ни на секунду, что машина собирается отстраняться. На заднем сиденье мало места им двоим, но девиант и не пытался выпрямить ноги. Программа отношений RK900 требовала отвечать. Уровень шкалы RK800 увеличивался, а значит, машина должна использовать возможность для повторной попытки заполнить её полностью. Машина сделала движение, сместившее Коннора на обивке сиденья. Такого действия девиант не мог не заметить. — Коннор, — системе RK800 потребовалось время сконцентрироваться. — Что ты делаешь? — В твоей программе существует инструмент, отсутствующий в моей модели. Я называю это шкалой нагрева. Она реагирует на действия, выполняемые программой отношений. Я ищу ответ, что будет, если шкала достигнет значения ста. Девиант анализировал себя, пытаясь понять, о чём идёт речь. — Шкала нагрева? Ты про… возбуждение? — Коннор смутился. — Это не то же самое, что температура, Коннор. Это кое-что другое. Хоть мой сердечник и начинает работать быстрее, и я сам нагреваюсь, — девиант быстро расслабился. Он не мог просто смотреть, когда RK900 так близко. — Хотя откуда тебе знать, что это значит? Я и сам до конца не понимал, для чего мне это, пока мы не встретились… RK800 притянул для повторного подключения, но машина не получила уведомления об этом. Девиант оставлял поцелуи только поверхностно, перемещаясь без какого-то принципа по немного потеплевшим из-за собственного носителя губам. Коннору очень хотелось стянуть куртку с RK900, но это ловушка. Он должен контролировать себя. — Мне очень нравится, что ты меня исследуешь, но мы не можем заниматься этим сейчас. Не на улице и не в машине лейтенанта Андерсона. RK900 не ответил, позволяя себя целовать. Коннор зажмурился, задержавшись на его губах, и углубил поцелуй, сжимая чужой носитель ногами. Это действие не соответствовало его приказу. Машина не может не проявлять действий в отношении RK800, потому что тот требовал ему отвечать. Но любое взаимодействие приведёт к росту шкалы. Значит, противоречивые указания не могут быть приняты для выполнения. Возможно, добиться увеличения шкалы можно и другими способами, и пятьдесят первого даже не потребуется раздевать. Машина опустила ладонь на бедро RK800, чтобы создать более тесное положение. Коннор сбился, открываясь и давая больше места RK900. Подставив тем самым шею прямо под его губы. Машина прижалась к ней, действуя уже проверенными методами, что понравится RK800, и девиант впился пальцами в чужой носитель через одежду. Пятьдесят первый слишком быстро забывал о том, что является единственным, кто испытывает что-то от таких прикосновений. Коннор ощутил, как ладонь машины проследовала по его носителю, плавно опускаясь по спине. Долго RK800 молчать не сможет, и RK900 заставлял его забывать, что происходит. В доказательство этого Коннор уже не мог оставаться неподвижным, приподнимаясь на носках, чувствуя первые всполохи в программе. Неудобно, но слишком желанно, если это RK900. Губы были совсем рядом, касаясь то основания шеи, то подбородка. Лёгкие и нежные поцелуи, будто с их помощью машина просила о том, чтобы девиант отвечал, а он зачем-то сопротивлялся этому. RK900 даже закрыл глаза — значит, это точно выполнение какого-то действия. Коннор и вправду задумался, почему не дал RK900 сделать это сразу, когда андроид взялся за его пальто и потянул вниз ткань. Девиант позволил опустить её до локтей. Это была слишком тесная поза для RK800. Температура носителя быстро повышалась. Ладони RK900 управляли его положением, а губы впились в шею. Коннор зажмурился, ощущая так всё ещё ярче. Очень долго RK900 не было рядом, и слишком много накопилось того, что хотелось с ним сделать. Коннор сжал в ладони волосы уже переместившейся к его ключицам машины. RK900 вызывал проблемы в системе будто со всех сторон, вызывая давление в той части носителя RK800, которая требовала сейчас больше всего внимания. Он должен остановить всё прямо сейчас, но для этого нужно сначала оттолкнуть RK900. Восемьдесят седьмой даже одежду раздвигал незаметно для сознания Коннора. Холодная рука оказалась под расстёгнутой пуговицей и коснулась кожи. Случайно издав звук, девиант сразу же испугался, не услышит ли это кто-то снаружи. Он не может отпустить RK900 сейчас. Возбуждение это или нагрев — Коннор уже готов был дать машине полную свободу узнать, что случится, когда она сама так приятно исследует. Шкала достигла ровно половины пути, когда Коннор отодвинул чужие руки от себя. Девиант сдался, надавив машине на грудь, чтобы она дала ему возможность развернуться. Ноги не удалось бы вытянуть в любом случае. RK800 упёрся лицом в сиденье. Он потянулся рукой, чтобы расстегнуть ремень штанов, но вздрогнул, не успев. Ладонь RK900 накрыла собственную, дублируя движения девианта и помогая спустить ткань ниже. Слишком мало места, чтобы Коннор мог раздеться, только не под RK900. Пятьдесят первый прижался щекой к обивке. Машина занималась уже собственными курткой и ремнём. У Коннора появилось время пожалеть о том, что он не сможет видеть лицо RK900. Мысль ушла на задний план, когда RK900 без предупреждения подался вперед. После случившегося утром у Коннора не было желания проверять, что произошло с его носителем после совместной ночи, но, по-видимому, всё осталось работоспособным. Машина удерживала RK800 возле себя одной рукой. Вторая служила ей для опоры. Вовремя, потому что от неожиданности Коннор ощутил, как потерял уверенность, что сможет продолжать опираться на коленях. — Как же я скучал по тебе… — необдуманно произнёс девиант, слишком громко для находящейся так близко машины. RK900 не требовался приказ, чтобы действовать. Машина сместила мешающийся край верхней одежды RK800. Увеличить скорость сразу не получится — они слишком тяжёлые вдвоём, и автомобиль мог раскачаться. По меркам системы всё и так нормально. Лейтенант Андерсон в больнице, судя по всему, в палате у коллеги. Пятьдесят первый не останавливает, держась за обивку сиденья. Людей в округе не обнаружено. Вероятность очень высокая, что удастся достичь максимального показателя шкалы. Машина пригнулась к затылку RK800, чтобы следить за ним и слышать. Девиант даже не стонал, закрыв глаза и пытаясь получить всё, что давал RK900. Не совсем то, что требовалось для подзадачи. Андроид проверочно поцеловал в слуховой модуль, и девиант откликнулся, увеличив на несколько процентов результат. Шестьдесят три процента. Девианту, помимо движения, нужна близость, и RK900 сжал в кулак одежду на его груди. Пятьдесят первому понравилось и то, как его держали, и то, как ладонь касалась чувствительных точек. Рука RK900 задела сердечник, слишком быстро разносящий тириум. — Быстрее… — Это не соответствует условию: «нас никто не увидит», — напомнил спокойным тоном, будто издеваясь, RK900. Коннор задрожал только от звука его голоса так близко. — Ты можешь… — Коннор не решился произнести просьбу до конца. — Я прошу тебя… В таком случае ему нужен был полностью неподвижный RK800. Диод мигнул, и на этот раз его обхватили уже обе руки. Лицо девианта изменилось, стоило ему ощутить разницу в напоре RK900. Коннор попытался встать надёжней на локтях, чтобы случайно не впечататься головой, но хватка машины не позволила сдвинуться. Он уже ни на что не влиял. Машина отметила, что просьбы больше не поступают, потому что для этого RK800 нужно было попытаться заговорить. То, как быстро поднималась шкала, давало понять, что долго девиант не продержится. По носителю Коннора пошла дрожь, и RK900 решил, что лёгкая качка автомобиля не привлечёт внимания, если всё закончится очень быстро. Тяжесть внутри него начала прогибать и раскачивать автомобиль. — О чёрт, — Коннор осознал, как «Форд» должен выглядеть со стороны. — Чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт… — ругательства вылетали с каждым толчком. Шумный и неспособный мыслить — это определённо означало конец. Коннор испытал всего на несколько секунд вспышку удовольствия, прежде чем лишиться всех сил и обездвижено упасть в обивку лицом. Диод сменился на золотой, оповещая о переходе в перезагрузку. Слишком быстро. Девяносто два процента шкалы нагрева. Подзадача снова не была выполнена. Это даже меньше, чем в прошлый раз. RK900 перепроверил. Этого не должно быть, но девиант точно отключился, оказываясь полностью недееспособным под RK900. Возможно, пятьдесят первый сломан. Или что-то изменилось по сравнению с прошлым разом, чего на этот раз оказалось недостаточно. Придя к выводу, что, скорее всего, повлияла неудобная обстановка, RK900 отпустил девианта, садясь и возвращая на место одежду. Одним из факторов должно быть тихое и безопасное место, чтобы девиант смог думать только о процессе, а не о том, кто может их услышать. Лейтенант Андерсон как раз был на первом этаже и шёл к выходу. RK900 усадил девианта рядом с собой, приводя его одежду в надлежащий вид. Немного мятый, но понять, что с ним что-то произошло, у человека вряд ли получится. RK800 выглядел совершенно спокойным. Его голова так и осталась неестественно наклонена, как в момент, когда он отключился. До перезагрузки ещё две минуты. Лейтенант Андерсон уже вышел на парковку. RK900 дёрнул RK800 за плечо, чтобы тот включился, но пятьдесят первый не отреагировал, будучи где-то очень далеко. Система не могла перезапуститься, пока не станет безопасно работать после перегрева. Если Хэнк сейчас позовёт девианта, а тот не откликнется… RK900 хлопнул девианта по лицу. Его голова запрокинулась, делая ситуацию хуже. Хэнк уже был в зоне видимости, и RK900 схватил андроида за руку, деактивируя ладонь и отдавая системе приказ немедленно включиться. Коннор вздрогнул, но открыл глаза. Хэнк отворил дверь, садясь за руль и ёжась от холода. — На твоё счастье, Коннор, новости у парней неплохие. Фил выпишется завтра и посидит дома на больничном. А Коллинза подержат под наблюдением ещё недельку. Они оба полны сил и рады были меня видеть. Если бы полбольницы не стояло на ушах, я бы даже посидел с ними подольше, — Хэнк с укором посмотрел на напарника, отражающегося в зеркале заднего вида. — Ты можешь объяснить мне, что за херню ты устроил у Прайса? Хочешь, чтобы он рассказал обо всём журналистам? — девиант слишком странно смотрел в ответ. — Коннор? RK900 тоже посмотрел на RK800. Так и не дождавшись ответа, Хэнк развернулся. — Коннор! — Да? — Какого чёрта с тобой происходит? Ты уже начинаешь меня беспокоить, — Хэнк нахмурился. — Дыкгившляь атк кка одутб тбяе аашним сиалб. Коннор молчал. Программа не определяла язык, сбрасывая слова до набора символов. Из-за принудительного включения и перегрева система не справлялась с исправлением ошибок. Хэнк готов был поклясться, что видит что-то светлое, поднимающееся от волос RK800. Пар от проникшего в салон холодного воздуха. По взгляду лейтенанта было сложно понять, о чём он спрашивал и начал ли что-то подозревать, так что девиант повторил: — Да. — Что значит «да»? — Мне нужно в программу диагностики. Не волнуйтесь, это, наверное, из-за холода, — диод замерцал, и программа опять сбилась. — В Калифорнии двадцать градусов тепла. Доброе утро, лейтенант! Девиант наконец отключился. Хэнку потребовалось время, чтобы переварить услышанное, прежде чем испепеляюще посмотреть на RK900.