Богатенький Билли / Billi Rich

Pov Tom На следующий день я пошел на учебу в невероятно хорошем настроении. Все-таки Билл положительно на меня влияет. После ночи с ним я чувствую себя бодро и прекрасно, даже несмотря на то, что секса между нами не было. Я понял, что Билл во всем был прав. Не обязательно трахаться, чтобы понять, насколько мы близки. Когда мы вчера сидели с повязками на глазах и совершенно ничего не видели, ощупывая друг друга, это было очень необычно. Но я чувствую, что после вчерашнего вечера мы и правда стали ближе. Душевно. А что может быть дороже этого? Последний месяц моей жизни прошел как в тумане. Меня немного пугают такие неожиданные перемены во мне. Из-за Билла я стал совершенно другим. Более мягким, что ли. И все потому, что я не хочу тревожить его, сделать или сказать что-то не так. Он словно очень дорогой и эксклюзивный экспонат в самом известном музее города. Его доверие очень хрупкое и может треснуть из-за любого неверного движения. Я боюсь обидеть его даже словом. Иногда мне кажется, что Каулитц задумал все это специально, чтобы отомстить мне за тот вечер, когда я ударил его и чуть не изнасиловал, доведя до слез… Я не раз размышлял об этом, но пришел к выводу, что вряд ли брюнет поступил бы так. Он хоть и та еще заноза в заднице, но не поступить так для него - это слишком. Он не потерпит плохого к себе отношения, оскорблений и даже небрежного обращения с чьей-либо стороны. Он эмоционально сильный человек, взглянув на которого в первый раз, без сомнения, можно сказать, что он равнодушный и непоколебимый. Он может унизить человека одним лишь взглядом или гадкой усмешкой. И, наверное, одному мне он открыл настоящего себя. Только я знаю каким мягким, ласковым и нежным он может быть на самом деле. И только я знаю, что за язвительной ухмылкой может скрываться детская наивная улыбка. Интересно, много ли людей видели, как светятся искренним счастьем и нежностью его красивые карие глаза?.. Увидеть это, все равно что увидеть седьмое чудо света. Не каждому дано. А я его Избранный, как любит шутить сам Билл, и только мне позволено видеть его таким… Конечно, иногда Каулитц бывает высокомерным и заносчивым засранцем, особенно на людях, но я уже привык, что это всего лишь его защитная маска. Он ко всему относится с подозрением и даже мне раскрылся не сразу, показав истинного «себя» без надменной фальши. Первый раз я понял, что он совершенно не такой, какого из себя строит, именно в тот вечер, когда я увидел его слезы, градинками катящиеся по его щекам. И теперь я готов отдать все, лишь бы он никогда не плакал и всегда улыбался, озаряя мир своей прекрасной улыбкой. Я не сразу понял, что влюбился в него. Это было очень сложно принять и смириться с мыслью, что предметом моих воздыханий стал парень. К тому же, не просто парень, а сам Билл Каулитц, наш новый высокомерный сосед по общежитию, первое впечатление о котором было, мягко говоря, неприятным. Я долго боролся со своими же чувствами, я боялся их и думал, что это временное помешательство рано или поздно пройдет. А потом понял, что это не так. С каждым днем меня тянуло к нему все сильнее и сильнее, словно притягивало магнитом. Мысли о брюнете резко и без разрешения вытеснили все прочие, и я понял, что не могу сопротивляться этому. Признаться самому себе было трудно. Но лучше сделать это вовремя. Главное, признаться самому себе, тогда тому, в кого ты влюбился, признаться будет немного легче. Все же это лучше, чем ходить и мучиться в догадках и сомнениях, терзаясь придуманными неутешительными выводами. Самое главное, перебороть себя и своих страхи в комплекте с неуверенностью. И тогда все получится. Кто знает, может, если бы в тот день, во время празднования моего дня рождения, если бы я не признался-таки Биллу в своих чувствах, я бы до сих пор ходил и мучился, убиваясь невозможностью быть рядом с человеком, который так сильно запал в душу? Если бы я не признался ему в своих чувствах, то, возможно, до сих пор не узнал бы, что он испытывает тоже самое. Ведь он просто мастер скрывать свои истинные эмоции и чувства. Весь этот месяц, что мы вместе, был похож на самый чудесный сон. На сказку. Ведь раньше я никогда не верил, что такое может быть на самом деле. Я не верил, что возможно так сильно любить, когда ты не можешь думать ни о чем другом, кроме как о любимом человеке; когда ты отсчитываешь секунду до вашей встречи, чтобы вновь увидеть его и покрепче прижать к себе, покрывая каждый миллиметр кожи беглыми торопливыми поцелуями, чтобы отыграться за все те часы, когда ты не имел возможности делать это… Кто бы мог подумать, что так бывает? Такая сильная, всепоглощающая любовь, которая завладела каждой клеточкой тела, разума, сердца… Завладела всем, чем только можно. Рядом с Биллом я ощущаю себя абсолютно другим человеком. Я восхищаюсь и любуюсь им, его идеальными чертами лица, хрупким телом. Когда я смотрю на него, то не могу отвести глаз, надеясь запечатлеть его образ в памяти навсегда. Мне достаточно одной его искренней улыбки, чтобы тоже улыбнуться. А его озорной взгляд заставляет мое сердце биться быстрее обычного ритма. Мне достаточно знать, что с ним все в порядке, и я уже счастлив. Когда вижу его, то забываю обо всем на свете, теряясь в неземных ощущениях. Я даже не могу выразить этого сладостного чувства, овладевавшего мною в это мгновение. Радуюсь, как ребенок, даже просто любуясь им. Когда он рядом в моей голове остается лишь одна мысль, а остальные просто испаряются: я хочу быть с ним. И это кажется истинным, нерушимым чувством. Иногда я просто боюсь проснуться, осознав, что этот месяц был всего лишь сном. Я так боюсь потерять его, даже на один день. Боюсь проснуться утром и не увидеть его сонной мордашки, взлохмаченных волос и следов от подушки на лице. Мне кажется, что я готов, не раздумывая, отдать за него жизнь, заслонить своей грудью, если это будет нужно. Не это ли называется любовью? Конечно, я не ученый и не хороший психолог, чтобы рассуждать о любви. Но я просто не могу дать другого объяснения тому, что чувствую. Ведь не каждому человеку дано понять, каково это, когда твою грудь словно раздирает от счастья и нежности, которую жизненно необходимо подарить возлюбленному. Ни с одной девушкой прежде мне не довелось узнать, что это такое – любовь. Такая любовь, о которой пишут в книгах и снимают о ней фильмы. До недавнего времени я не верил в весь этот сопливый бред. А Билл, сам того не подозревая, показал мне, что такое бывает на самом деле. Теперь я знаю, что это за чувство, когда ты готов умереть за человека, которого любишь. Лишь совсем недавно я понял истинный смысл выражения, которое услышал когда-то в фильме: «Умереть за любовь не сложно. Сложно найти такую любовь, за которую стоит умереть». Это действительно так. Я столько раз думал, что любил по-настоящему, но все это было обыкновенной фальшью. И только тогда, когда я уже отчаялся и оставил все попытки влюбиться именно так, сильно и до безумия, в общежитии появился Билл. Он изменил меня, мои привычки, мою жизнь. Он – моя судьба. И теперь я, без зазрения совести, могу признаться, что люблю его. По-настоящему. Он так бессовестно ворвался в мою жизнь, не спросив моего согласия. Ворвался и подчинил ее собственным законам, подстроив под себя. Какое-то время я пытался сопротивляться, но раз за разом проигрывал, пока вдруг не осознал, что чем больше я сопротивляюсь, тем сильнее и глубже меня засасывает в эту трясину сумасшествия. С каждой моей попыткой воспротивиться этому, любовная болезнь впитывалась все глубже под кожу, перемешиваясь с кровью. И я понял, что нет пути назад. Легче поддаться этому, чем пытаться противостоять. Вместе с Биллом в мою жизнь ворвались непредвиденные изменения, практически во всем. Да и вообще, сколько проблем появилось вместе с ним! Но одно я знаю точно, без него моя жизнь была бы тусклой и бессмысленной... Из глубокой задумчивости меня вырвал звук пришедшей на мой телефон смс-ки. От неожиданности я дернулся, выронив из руки шариковую ручку, которую, сам того не замечая, задумчиво грыз. - Трюмпер, вас не учили отключать сотовый телефон во время лекций? – сердито окликнул меня преподаватель, заметив, что я копошусь в карманах. - Простите, - пробурчал я, пряча телефон под тетрадку. Перед этим я успел краем глаза заметить, что на экране высветилось неожиданное: «Новое сообщение: Билл Каулитц». Мне не терпелось посмотреть, что же там написал Билл (ведь он написал мне впервые!), но препод, как назло, продолжив читать лекцию, поглядывал на меня, буравя проницательным взглядом черных глаз из-под своих строгих очков. Я нетерпеливо ерзал на своем стуле, переводя взгляд то на светящийся экран телефон, то на преподавателя. Дождавшись, когда он все же перестал следить за мной и начал записывать что-то на доске, объясняя новую тему, я схватил телефон. В сообщении от Билла было всего два слова, но даже этого оказалось достаточно, чтобы на моем лице возникла полубезумная улыбка. «Я соскучился». Я уже собирался ответить Биллу, когда сердитый оклик препода снова отвлек меня. - Трюмпер, я рассказываю что-то смешное? – крикнул он, недовольно поглядывая на меня. – И уберите телефон! Это последнее предупреждение! Еще раз замечу, пойдете за дверь. Я снова извинился, но на этот раз не выпустил телефон из рук, спрятав под партой. Скосив взгляд под парту, я быстро набрал ответ моему мальчику: «Вот приеду и наглядно продемонстрирую тебе, как сильно соскучился я. Если захочешь, конечно». Пытаясь сдержать улыбку, я отправил брюнету сообщение и спрятал телефон в карман джинсов. Преподаватель снова посмотрел на меня, неодобрительно качая головой. И что мне оставалось, кроме как сделать невинное выражение лица и, взяв ручку, притвориться, что записываю лекцию? И совсем не важно, что суть новой темы я совершенно не понял. Я же не виноват, что думать об учебе последнее время совсем не получается? Как вообще можно думать о чем-то другом, когда в общаге тебя дожидается сексуальное брюнетистое чудо? Я вновь заулыбался, вспоминая моего мальчика. Телефон в кармане завибрировал, оповещая о приходе нового смс-сообщения. Хорошо, что я догадался отключить звук, а то бы меня точно выгнали с пары. «Жду не дождусь» - был ответ от Билла, и я почувствовал, как волна необъяснимого жара разлилась по телу. Даже такая мелочь сводила меня с ума. А хотя не удивительно. Мало ли, каким образом мне заблагорассудится продемонстрировать ему, как сильно я соскучился… Мне уже не терпелось пойти домой. Монотонная скучная речь преподавателя меня усыпляла, и поэтому время, как мне казалось, почти не двигалось, и стрелки часов стояли на месте. Такой долгожданный звонок прозвенел очень внезапно, мгновенно разбудив меня и наполнив новой порцией бодрости. Я спешно закинул тетрадь с ручкой в сумку и спустя минуту уже покинул аудиторию. Я вышел из университета, твердой походкой шагая в сторону остановки, уверенный в том, что теперь никто и ничто не помешает мне уехать домой к Биллу. И в эту же самую секунду, когда в голове, разыгравшаяся фантазия уже рисовала разнообразные возбуждающие картинки с участием брюнета, я услышал, как робкий женский голос позвал меня. Это словно какое-то дежа вю. Поворачивать головы не хотелось. Я чуть прибавил шаг, надеясь, что кто бы не шел за мной, поймет намек и отстанет. Но не все так просто… На плечо ложится хрупкая рука, заставляя приостановиться. Запыхавшись, видимо от бега, передо мной стояла Катрин, улыбаясь как-то по-странному, не свойственной для этой девушки улыбкой. Я изумленно посмотрел на нее. Я ожидал, что ко мне подойдет кто угодно, но только не Катрин. Ведь с тех пор, как мы расстались, мы даже не разговаривали ни разу. Изредка виделись, конечно, в универе, но мельком. - Привет, Том, - запыхавшимся голосом произносит она, до сих пор удерживая меня за плечо. - Привет, - отвечаю я, не сумев скрыть удивления в голосе. - Я понимаю, ты не ожидал, что я подойду к тебе первая и заговорю. Я и сама не ожидала и долго решалась… - Что ты хочешь? – напрямую спрашиваю я. Катрин по-прежнему улыбается, подхватывает меня под локоть и тянет вперед, в противоположную от остановки сторону. Я про себя разочарованно вздыхаю. Накрылись все мои фантазии медным тазом… Поначалу я хотел сослаться на то, что очень занят и нужно бежать, а потом вспомнил, что вчера ночью именно Катрин звонила Биллу. Это единственная причина, по которой я сейчас иду, сам не зная куда, со своей бывшей девушкой. Мы пришли в небольшое уютное кафе, находящееся неподалеку от университета. Небольшие круглые столики, нежно-голубого цвета скатерти и высокие деревянные стулья с мягкой обивкой. Негромкая спокойная музыка и молоденькие официантки, хищно поглядывающие в нашу сторону. Мы выбрали столик недалеко от выхода. Одна из молоденьких девушек уже спешила к нам, жеманно улыбаясь. Мы приняли из ее рук меню, не произнося ни слова. Мне совершенно не хотелось есть, я изнемогал от желания поскорее покончить с этим и поехать в общагу к Биллу. Наши соседи по блоку, Дэн и Роберт, задержатся сегодня на учебе, поэтому в нашем распоряжении было дополнительное время, которое я вынужден сейчас невозвратимо тратить на бывшую девушку. Злости по отношению к ней у меня давно не осталось. Я даже рад, что все так получилось. Я понял, что ничего в жизни не происходит просто так. И если бы мы тогда не расстались с Катрин, я бы никогда не понял, не разглядел в Каулитце человека, в которого в последствии влюбился. Влюбился и стал счастливым, как никогда прежде. Может быть, когда-нибудь, я даже скажу ей спасибо за это. Мы же не всегда будем скрывать наши отношения, я в этом уверен. Придет время, и я решусь рассказать обо всем друзьям и родителям. Наверное, решусь… Обслуживание здесь, к моей великой радости, вполне сносное. Уже спустя несколько минут нам принесли наш заказ: я заказал только латте, которое очень полюбил благодаря привычкам моего парня, постоянно заказывать его для меня; а Катрин заказала себе легкий салат из капусты и зеленый чай. Молчание затягивалось, а время шло с невероятной скоростью… Сделав несколько глотков латте, я решил заговорить первым. - О чем ты хотела поговорить? – спрашиваю я, поднимая глаза на девушку. Катрин от неожиданности дернулась, но тут же взяла себя в руки, натянув на лицо свою искусственную обворожительную улыбку. - Я хотела поговорить о нас, - спокойно произнесла она, а я аж поперхнулся горячим напитком. - О нас? – я откашлялся и, не скрывая своего изумления, уставился на Катрин. - Ну, не в том смысле, в котором ты подумал, - лукаво улыбнулась девушка, а я облегченно выдохнул. Катрин не из тех девушек, которые могут уступить своим желаниям. Она сильная и целенаправленная. И если уж этой девушке что-то стукнет в голову, она вложит в это всю себя, сделает все, но добьется желаемого. Именно своей напористостью и самоуверенностью она, в свое время, добилась моего расположения. - Договаривай, - говорю я, делая глоток латте. - Во-первых, я хотела извиниться за все, что между нами произошло, - робко сказала она, избегая моего взгляда. Я самодовольно улыбнулся. - Забудь об этом. Жизнь не стоит на месте. А что во-вторых? Катрин переводит на меня пораженный взгляд. Неужели она ожидала, что я до сих пор переживаю после расставания с ней? Сейчас, сидя напротив нее и смотря в когда-то близкое, родное лицо, я не чувствую совершенно ничего. Даже самой мимолетной симпатии или прежней привязанности. Я не помню вкус ее губ и звуки ее стонов. Не помню, какова на ощупь ее кожа, волосы… - Во-вторых, я хотела бы предложить тебе быть друзьями, - сказала она. – После того дня, когда мы расстались, я не находила себе места. Потерять такого удивительного человека как ты – большая глупость. Я знаю, что ничего больше, чем дружба, между нами уже не получится, поэтому и хочу, чтобы мы стали друзьями. Хорошими друзьями. Я, не сдержавшись, усмехнулся. Такая пылкая речь от такой легкомысленной девушки – неожиданность. Я потрясенно молчал, пытаясь подобрать правильные слова для ответа. Девушка не вызывала во мне абсолютно никаких чувств. - Знаешь, это, как минимум, странно, - усмехнулся я. – Но в принципе, я не против стать друзьями. Катрин съела несколько ложек салата, испачкав губы майонезом. Поймав на себе мой взгляд, она намеренно медленно и обольстительно облизнула губы, игриво посматривая в мою сторону. Я ухмыльнулся про себя над ее неудачной попыткой обольщения. Я вспомнил Билла, его карие глаза и маленькую родинку под нижней губой. Он просто сходит с ума, когда я прикасаюсь к ней языком… - Я рада, - улыбнулась Катрин, протянув через весь стол руку, она накрыла ладонью мою. Я равнодушно проследил за ее действиями. «Что же ты задумала?» – промелькнуло в голове. - Скажи, Том, это же нормально – просить помощи у своих друзей? – игриво поинтересовалась она, поглаживая мою руку. - Разумеется, - я отдернул руку, демонстративно потягиваясь. - Так вот, мне нужна твоя помощь, - странный блеск в серо-зеленых глазах. Что это? Надежда?.. - Что-то случилось? – взволнованно спрашиваю я, но услышав краткий ответ впадаю в некий ступор. - Билл, - вздыхает Катрин, обхватив голову руками. – Помоги мне с ним. - Что? – до сих пор пребывая в шоке, выдавливаю из себя смешок. – Что ты имеешь в виду? - Пожалуйста, Том. Я понимаю, что после всего, что было, моя просьба очень странна и абсурдна, но… Пожалуйста, - просит девушка, в ее глазах плещется отчаяние. – Я знаю, что вы подружились… - Подружились? – хрипло переспросил я, чувствуя, как внутри все сжимается. - Я много раз видела вас вместе в парке, - объяснила Катрин, вздыхая. – И можешь не отнекиваться. Вы вовсе не похожи на людей, которые ненавидят друг друга. - Н-ну, допустим, - промямлил я, начиная нервничать. Ведь в парке мы частенько не просто гуляли, но и целовались, держались за руки, выбирая для этого, разумеется, безлюдные места. – Но я все равно не понимаю, чего ты от меня хочешь? - Для начала скажи, у него ведь кто-то есть, да? – напрямую спросила Катрин, испытующе заглядывая мне в глаза. - Кто-то есть? – я громко сглотнул. Неужели она все-таки видела что-нибудь, что видеть не следовало? - Ну да. Девушка, - раздраженно сказал Катрин, сцепляя руки на столе в замок. – Ты знаешь, кто она? Сердце бешено стучало в груди. Слава богу, она ничего не знает о нас… - С чего ты вообще взяла, что у него кто-то есть? Ты же сама говорила, что он ни с кем не встречался и не хочет… Катрин некоторое время молчала, словно что-то обдумывая. А я пытался переварить все, что произошло. Моя бывшая девушка просит меня свести ее с моим парнем? Ничего необычного, черт возьми… Я был на грани панического срыва, когда Катрин вновь заговорила. - Я вчера ему звонила и теперь уверена, что у него кто-то появился, - сказала, наконец, она. – Ты понимаешь, что это значит? То, что он решился на отношения, а это хорошо. - Почему ты так уверена в том, что у него кто-то появился? – затаив дыхание, поинтересовался я. За последние минут пять я успел уже тысячу раз пожалеть о том, что вообще согласился поговорить с Катрин. С самого начала, когда я еще ее только-только увидел, у меня было нехорошее предчувствие. Но почему-то я не мог отказать ей и просто так сейчас встать и уйти. Не знаю, отчего так, но меня как будто приковало к стулу. - Потому что… вчера, когда я ему звонила, он с кем-то трахался! – поморщилась она. – И кем бы она не была, я это узнаю! - Трахался? К-каулитц? – я натянуто улыбнулся. – Да не может этого быть: он же никого к себе не подпускал. - Именно! Раньше не подпускал, - воскликнула девушка. – Видимо, что-то заставило его изменить своим привычкам… - Не делай поспешных выводов, - сказал я, пытаясь выглядеть равнодушным. – Ты же не знаешь наверняка, что он вчера… - Том! – резко перебила меня Катрин. – Я не маленькая девочка и все понимаю! Если бы ты только слышал, как он вздыхал и постанывал вчера в трубку – ты бы так не говорил! Я на сто процентов уверена, что тут замешена девушка… - Ладно, - пожал плечами я. – И что дальше? Катрин помолчала, подбирая слова. - Я узнаю кто она. А дальше все просто – он станет моим, - хитро прищурившись, улыбнулась девушка. Отчего-то ее улыбка показалась мне сатанинской. В ее глазах горел огонек решимости, и это меня очень пугало. Отдавать Билла ни ей, ни кому-либо еще я не собираюсь. Думаю, надо согласиться помочь Катрин, узнать поподробнее о ее планах. Тогда мне будет легче уберечь моего темноволосого чертенка от этой напористой девчонки. - И каким образом, интересно, он станет твоим? – усмехнувшись, спросил я. Катрин кротко взглянула на меня, задумчиво прикусив нижнюю губу. - Соблазнить парня для меня не проблема, - после небольшой паузы, ответила она. – Если уж Билл решился с ней, то совратить его не составит труда. Вы ведь, парни, все через штаны думаете. Катрин усмехнулась, игриво поглядывая на меня. От такого хитрого взгляда я невольно поежился. А что если она и правда попытается соблазнить Каулитца, когда меня не будет рядом? От одной только мысли об этом живот неприятно скрутило. «Нет. Я этого не допущу», - твердо решил я. - Не обижайся, но скажу начистоту. Ты не думаешь, что то, что Билл решился на отношения так резко – это не просто так? - Что ты имеешь в виду? - Ты не думала, что, может, он по-настоящему влюбился в эту девушку? Глаза Катрин сверкнули недовольством. Она смотрела на меня из-под насупленных бровей и молчала. - Это вряд ли, - все же сказала она. – Но даже если это и так – мне все равно. Я добьюсь его. Сейчас я уверена в этом, как никогда раньше. - Пугает твоя уверенность, - нервно усмехнулся я. Под столом, пока не видит Катрин, я обтер о штаны влажные от пота ладони. Мне не терпелось поскорее уйти домой. На протяжении всего разговора я сидел, как на иголках. И странные ощущения, не то тревоги, не то волнения, меня очень раздражали, потому что от них внутри все как будто выворачивалось наизнанку. Катрин самодовольно улыбнулась. - Так ты мне поможешь узнать, что это за «чудо-женщина»? – жеманным голоском проговорила она. - Я попробую, - соврал я, улыбнувшись. Никогда бы не подумал, что могу попасть в такую нелепую ситуацию. - Спасибо, Том, - благодарная улыбка на лице Катрин. – Я на тебя очень рассчитываю. «Зря рассчитываешь. Я тебе его не отдам, несмотря ни на что», - усмехнулся я про себе, улыбаясь в ответ. Мы посидели еще какое-то время в кафешке, болтая уже на более нейтральные темы, не касающиеся Билла. Я вспомнил, что мать Катрин – владелица одного неплохого ресторана, и в мою голову тут же пришла идея: я уже несколько дней подумываю о том, что неплохо было бы найти работу, и вот он шанс! Я решил воспользоваться ситуацией. Катрин, конечно, была немного шокирована, но обещала поговорить с матерью насчет меня. Спустя примерно час мы разошлись и договорились встретиться, когда мне удастся что-нибудь выяснить о «таинственной незнакомке», сумевшей завоевать расположение Билла. Медленно шагая в сторону остановки, я задумчиво кусал губы, размышляя о том, что же теперь делать? И как выпутываться из сложившейся ситуации? И самое главное, стоит ли рассказывать Каулитцу о сегодняшнем разговоре? М-да, по пути домой мне, определенно, будет о чем подумать…