Богатенький Билли / Billi Rich

Еще одна типа проходная глава. Следующая, обещаю, будет больше:* [Включаем: Ryan Cabrera – It’s you] - Я помешал? – буднично произносит Билл, проходя в комнату к своей кровати и бросая на нее свою сумку. В его голосе сквозит боль, которую он изо всех сил пытается подавить, скрыть за равнодушной маской. - Помешал, - быстро ответила Майли, пока я ловил ворон, придумывая, что сказать. Да что вообще со мной происходит?.. Я уставился на нее, в удивлении раскрыв рот. А Билл, явно не ожидавший подобного ответа, уже развернулся и сверлил ее пристальным злющим взглядом. Я видел, как старательно он пытался выглядеть равнодушным, но на самом деле был уже на грани срыва. Майли этого не замечала, а вот я видел его насквозь. Даже за такой короткий срок я успел узнать его достаточно хорошо, чтобы безошибочно определить, в каком состоянии и настроении он пребывает. Сейчас больше всего на свете мне хотелось врезать этой мымре (и наплевать, что женщин и девушек бить нельзя!) и кинуться к Биллу, схватить в охапку, крепко прижимая к груди, и все-все объяснить. Кинуться в ноги и на коленях клясться, что ничего не было… Еще одно подтверждение тому, что рядом с ним я стал размазней… но почему меня это совсем не волнует? И как только я сразу не понял, чего на самом деле этой девице нужно от меня? Неужели я настолько ослеплен любовью к Биллу, что перестал замечать направленных в мою сторону игривых взглядов и хитрых уловок? Одним словом, идиот. Я не решался поднять глаза, кожей чувствуя на себе пристальный взгляд своего парня. Я ничего, в принципе, не сделал, но было невыносимо стыдно. Все внутренности словно стянуло в тугой узел, который с каждой секундой все сильнее сжимался. Я прерывисто вздохнул, запуская пальцы в волосы. Каулитц выждал несколько минут, которые показались мне вечностью. Я понял – он ждал, что я подойду к нему, прижму к себе и скажу, что люблю его. Он ждал… Но я впал в какое-то оцепенение, которое сковало мое тело невидимыми сетями и не давало даже шелохнуться. Даже нормально вдохнуть, черт возьми! Да что же это? Все происходящее очень напоминает какой-то сюрреалистический кошмар. Может, я просто задремал на лекции, а сейчас проснусь от громкого звонка и пойду домой к Биллу, как ни в чем не бывало? Голос Билла резко выдернул меня из размышлений, возвращая в реальность. - Я, пожалуй, пойду. Не буду вам мешать, - севшим голосом сказал брюнет и медленно, словно кто-то включил эффект замедленного действия, вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Дурацкое оцепенение тут же спало, когда вдруг нахлынуло ужасное осознание и понимание всего. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что сейчас я могу потерять самое дорогое, что у меня есть – Билла. Ведь он, как я и думал, истолковал эту ситуацию по-своему. Вскочив на ноги, я бросился за ним, не заботясь ни о чем. И наплевать, что подумает эта девица. Сейчас важно только то, что думает Билл. - Стой! – услышал я свой нечеловеческий крик. Выбежав в коридор, я сразу увидел Билла. Он сидел на полу в коридоре, среди разбросанной обуви, подтянув колени к животу и уткнувшись в них лицом. Медленно подойдя к нему, я не решался заговорить. Его тело била мелкая дрожь, отчего внутри все еще сильнее сжималось. Хотелось подойти к нему ближе, обнять, но я не мог… Я боялся. Сейчас он показался для меня каким-то далеким, недосягаемым, невозможным… А что, если сегодняшним глупым поступком я испортил то хрупкое чувство, что возникло между нами? Что, если Билл больше никогда не подпустит меня к себе? От одной только мысли об этом мне казалось, что меня вот-вот вывернет наизнанку… В коридоре повисла наэлектризованная напряженная тишина. Не выдержав, брюнет заговорил первый. - Я знал, что так будет, - тихо сказал Билл, продолжая обнимать коленки. – А я тебе поверил. Я… я и, правда, думал, что нужен тебе. Думал, ты хоть что-то испытываешь ко мне. Но самое обидное, что мне даже некуда уйти… - Билл, послушай… - начал было я, но брюнет прервал меня и продолжил. Он говорил очень тихо; чтобы расслышать каждое слово мне приходилось напрягать слух. - Скажи, Трюмпер, если бы я не зашел и не застал тебя сегодня, как долго ты бы водил меня за нос, развлекаясь на стороне? – он поднял на меня глаза и горько усмехнулся. Я вглядывался в эти родные карие глаза, до краев наполненные болью. – Это забавно, наверное, издеваться над таким, как я, да? Ну что ж, где-то на глубине своего подсознания я знал, что так и будет. Знал, что рано или поздно ты наиграешься. Но… - брюнет громко всхлипнул, и я понял, что он плачет, – я не думал, что будет так…больно. - Заткнись уже и дай мне сказать! – не выдержав, воскликнул я. - Том, а мы будем сегодня готовиться к практической или нет? – к нам подошла Майли и, уперев руки в бока, сердито посмотрела на меня. Эта девица меня уже порядком достала. Она опять все испортила, а я уже был готов излить душу Биллу! - Я что, и здесь мешаю? – как-то истерично хохотнул Билл, нервно сжимая руки в кулаки. - Знаешь, я думаю тебе надо уйти. Сейчас! – повышая голос, сказал я, обращаясь к Майли. Меня уже не заботило то, что своей грубостью я, возможно, обидел девушку. Сейчас мне наплевать на всех, кроме Каулитца… Я должен все ему объяснить! Мне просто жизненно необходимо все ему высказать, и чтобы он понял и простил. Я не представляю, как буду жить, если потеряю его… - Уйти? – изумилась Майли, явно не ожидавшая такого тона в свою сторону. - А ты что, блядь, с первого раза не понимаешь? – сквозь зубы процедил Билл. Майли даже растерялась, в безысходности открывая и закрывая рот, словно задыхавшаяся рыба, выброшенная на берег умирать. - Уйди, пожалуйста, - уже спокойнее попросил я. Демонстративно хмыкнув, она резко развернулась и, наигранно топая, пошла в нашу комнату, забрать свои вещи. Через минуту за разгневанной девушкой громко хлопнула входная дверь, и в коридоре стало тихо. Тишина была давящей, невыносимой. Напряжение повисло в воздухе и еще чуть-чуть, и оно начнет искриться. - Так что ты хотел мне сказать? То, что мы расстаемся – я уже понял. Или тебе есть, что добавить? – губы брюнета как-то болезненно изогнулись. Он смотрел прямо в глаза. На его щеках были следы от уже подсохших слезинок. Он развернулся на полу и сел ко мне спиной, чтобы я не видел его лица. Не видел его слез… «Но зачем ты пытаешься скрыть это от меня, если я, даже не видя твоего лица, чувствую твою боль и обиду, ледяными волнами исходящие от тебя?» Этого невозможно увидеть, но я это чувствую, отчего сердце в груди трепыхается, как пойманная в кулак бабочка. В груди невыносимо щемило. Я ощущал странное чувство, то самое, от которого кажется, что все внутренности - разъедает, расплавляет, раздавливает. И оно наваливалось, накрывая с головой, сбивая мысли в сумбурный поток, почти не давая дышать. Оно тянуло, выкручивая тело в дугу, вынуждало, заставляло перевернуть весь мир, лишь бы Билл поверил мне. Простил меня. Если этого не произойдет, это ощущение поглотит меня окончательно. Хотя и без этого щемящего чувства я знаю, что готов на все, лишь бы удержать его… - Может, ты прекратишь истерить и выслушаешь меня, наконец? – не выдержав, охрипшим голосом произношу я. - Говори, - как-то отрешенно сказал Каулитц. Ну, наконец-то, Его Величество решил позволить мне сказать! Ладони моментально вспотели, а дыхание участилось. - Там в комнате было совсем не то, что ты подумал. Точнее вообще ничего такого не было! - За идиота меня держишь? - Замолчи уже! Дай сказать! – мое железное терпение на исходе. – Майли помогла мне сегодня на практической, а потом как бы ненавязчиво предложила помочь с подготовкой к следующей работе. А все потому, что у меня даже – банально! – лекций нет! Я вообще в учебе скатился, а она просто хотела помочь! Как думаешь, почему я скатился? Из-за тебя! Я целыми днями только и делаю, что думаю о тебе… Ты - единственное, что теперь волнует меня в этой жизни. Все остальное отошло на задний план... - Не ври! Я видел, как ты перепугался, когда я зашел! - Ладно, я буду честен с тобой. Она полезла ко мне, поцеловала. Но я ее оттолкнул. Билл, прошу, поверь мне. Мне никто не нужен кроме тебя. А испугался я только потому, что так и знал, что ты не правильно все истолкуешь. Я рассказал тебе все как есть. Верить или нет – решать тебе. Я резко выдохнул, прожигая внимательным взглядом затылок Билла. - Том… Голос Билла дрогнул. - Что? - Точно не было ничего? И снова замедленная съемка – я медленно опускаюсь на пол, глубоко вдыхая, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Я устроился сзади и притянул его к себе. Прижавшись грудью к его спине, я впитывал жар его тела до тех пор, пока не понял, что полон им – до краев. Билл шевельнулся и прижался теснее. - Точно... Да ты посмотри на нее и на себя. Ты самый красивый, самый удивительный, самый лучший. И променять тебя на какую-то дурочку было бы очень глупо. Билл откинул голову мне на плечо и прикрыл глаза. Я уткнулся носом в ароматные волосы, цвета воронова крыла, наслаждаясь неповторимым запахом, ставшим мне таким родным. В левую лопатку брюнета тревожным набатом стучало мое сердце… - Красиво говоришь, - хмыкнул Билл. Однако тон его заметно смягчился. – Вот скажи, почему я, как наивный дурак, всегда тебе верю? Почему, стоит только услышать твой ласковый голос, и я моментально забываюсь, теряясь в ощущениях, и готов простить тебе все, что угодно? Я, наверное, ненормальный... Я решил не отвечать на этот вопрос, посчитав его риторическим. Просто развернул его лицом к себе, притянул это ревнивое чудо ближе и впился в его губы. Неуверенно, трепетно, медленно… Верхняя губа показалась мне заслуживающей особого внимания, я нежно втянул ее в рот. Билл с остервенением ответил на поцелуй, обхватив меня за шею и теребя одной рукой косички. Я плавился от этих невероятных ощущений, словно масло на сковородке – со скоростью света. И когда я уже почти растворился в этой нежности, Каулитц вероломно укусил меня за нижнюю губу так, что поцелуй приобрел немного другой привкус, став солоноватым из-за моей крови. Отстранив его от себя, я коснулся рукой укушенного места. Больновато было. Зубки-то у брюнета остренькие, как я понял. «Мой вампиреныш», - с нежностью подумал я, снова притягивая его к себе. - Это тебе урок. Чтобы всяких баб домой не водил, - робко улыбаясь, оповестил меня Билл. - Я все понял… Но кому-то придется ответить за это, - как бы невзначай говорю я. Я повалил Билла на пол и, нависнув над ним, стал покрывать его лицо беспорядочными мелкими поцелуями. Брюнету это определенно нравилось, он крепче обхватил меня за шею, заставляя буквально лечь на него, и громко хихикал. Как ребенок, ей богу. Остановив мой поток поцелуев, он впился в мои губы требовательным поцелуем, лаская язык и задевая по зубам штангой. Это сводило с ума, и я почувствовал, что опять начинаю возбуждаться. О, нет! Только не сейчас… Собрав всю волю в кулак, отстраняю от себя Билла и скатываюсь с него. Представляю, если бы сейчас зашел кто-нибудь. Роберт или Дэн, к примеру. Им бы довелось увидеть довольно-таки странную картину: два парня лежат на грязном полу в коридоре и при этом счастливо улыбаются. Да еще и не просто два парня, а сам Том Трюмпер, который, по мнению моих друзей, жутко ненавидит Билла Каулитца, лежавшего рядом... - Ты чего? – два почерневших от возбуждения глаза уставились на меня. - Закончим на этом, ладно? Иначе я не сдержусь, - тихо говорю я. - Ну, так не сдержись…