Богатенький Билли / Billi Rich

- Что? – не поверив услышанному, я приподнялся на локтях, чтобы видеть лицо брюнета. - Возьми меня, - шепчет он, содрогаясь и краснея от того, что сам же сказал. – Я понимаю, что тебе трудно сдерживаться… И я готов уже, наверное… - Билл, я не хочу принуждать тебя к тому, чего ты сам не хочешь. - Я хочу! Ну, наверное. Я не знаю. О боже, Том, сделай уже это! Какая разница, сейчас или потом… До сих пор не веря своему счастью, хватаю Билла на руки и несу до нашей комнаты, чувствуя мощную волну возбуждения, прошедшуюся по всему телу от одной только мысли о том, что сейчас возможно произойдет… Аккуратно опускаю его на кровать, нависая над ним. Он тут же обхватил меня за шею, притягивая вплотную к себе и начал сосредоточенно и рьяно целовать. - То-ом, только я… это… - Что «это»? – улыбаясь, спрашиваю я, смотря прямо в глаза своему мальчику. Его лицо сейчас на удивление серьезное. - Ну, короче, у меня не было еще «этого», - тихо сказал брюнет, делая акцент на последнем слове и краснея до корней волос. - Будет немного больно, - в тон ему говорю я, наблюдая, как брюнет поменялся в лице. Боится, я чувствую. Черт, значит, Катрин правду сказала! Неужели у Билла и правда никого не было до меня? - Я потерплю, - сказал Каулитц, прикрывая глаза. - Я включу музыку, чтобы она хоть немного отвлекала и успокаивала тебя, - шепчу на ухо брюнету, вставая. - Ты так рассуждаешь, будто я умру от этого. Неужели так больно будет? Учти, что я могу передумать… - Нет-нет, не переживай. Тебе понравится. Я поставил небольшой магнитофон на соседнюю кровать и включил на повтор спокойную расслабляющую мелодию со сборника «Magic Relax Music». Затем запер дверь на защелку, чтобы вдруг не зашел кто-нибудь, и вернулся к Биллу, который все это время старался не двигаться. Чудной он. [Включаем: Enigma – Beyond The Invisible; Вот ссылка для тех, кому лень искать - http://www.youtube.com/watch?v=cdTHCnMPI2k] - Ну и песня! – приоткрыв один глаз, произнес Каулитц. - Тебе не нравится? – наигранно обиженным тоном спрашиваю. - Нравится… - протянул он. Под внимательным взглядом Билла, я скинул с себя футболку и откинул в сторону. Почему-то с брюнетом я чувствовал себя как-то неуютно и неловко. С девушками я особо никогда и не заморачивался, а находясь сейчас с Биллом, неподдельно нервничаю. - А у тебя уже был опыт… ну, с парнем… в «этом»? – брюнет задал именно тот вопрос, которого я больше всего боялся. Точнее, не хотел думать об этом. Ведь раньше у меня никогда не было парней. Билл – мой первый и единственный. Соответственно, секса с парнями у меня не было. И что ему сказать? Правду? Или соврать? - То-ом?! - Билл, честно говоря, ты – мой первый парень, - светлая сторона во мне победила, и я решил сказать, как есть, и спешно добавил: – Но я справлюсь. Все будет нормально. Обещаю. Моего опыта с девушками вполне хватит. Я говорил, а Билл меня уже и не слушал. Он с интересом разглядывал кубики пресса на моем животе, облизывая пересохшие губы. - Ты такой красивый… - восхищено пробормотал он. Я почувствовал, как вспыхнул румянец на щеках. Сердце после этих слов бьется так, что просто оглушает изнутри. Не сводя с него глаз, я начал медленно снимать с себя штаны. От волнения руки отказывались слушаться, но спустя минуту мне все же удалось стащить их с себя. Кроме боксеров на мне ничего не осталось, и я решил заняться Биллом. Снова навис над ним и, целуя в шею, запустил руку под рубашку и повел вверх. Дойдя до сосков, обхватил их пальцами, слегка сжимая. Билл прерывисто вздохнул. Рубашка явно мешала. Второй рукой я потянулся к пуговицам и, путаясь в пальцах, принялся неторопливо расстегивать их. Мелкие кусочки перламутра выскальзывали из непослушных пальцев, оставаясь в петлях, что доводило до белого каления. Каулитц любезно решил помочь, умело и быстро расстегивая одну за другой, пока моему взору не открылся впалый живот с татуировкой в виде звездочки в нижней части живота, половину которой скрывали его боксеры. Я смотрел и наслаждался этим зрелищем. Он и правда невероятно красив. Просто идеален, восхитителен, невероятен! - Приподнимись, - хрипло попросил я. Брюнет тут же послушался, и я снял с него рубашку, отправляя ее вслед за своей футболкой. Какой же он худой! Кожа буквально обтягивала его, так, что я мог бы пересчитать все его выпирающие косточки. Надо бы его откормить. Главное, потом вспомнить об этом… Я уже собирался заняться его джинсами, но Билл поймал мою руку сразу же, как только я потянулся к его ширинке. - Что случилось? – поинтересовался я, пытаясь понять по выражению его лица, что сделал не так. - Мне все-таки кажется, что я не готов, - тихо проговорил Билл, избегая смотреть мне в глаза. Я еле сдержался от того, чтобы в голос разочарованно не завыть. Потому что все происходящее меня неслабо возбудило (впрочем, кто бы сомневался?). - Что тебя пугает? - Не знаю… Я просто боюсь. И…я хотел этого минуту назад, а теперь испугался и перехотел, - он закрыл ладонями свое лицо, шумно выдохнув. – Может, со мной что-то ненормально? - Давай попробуем вернуть твое желание… Что скажешь? Ты в любой момент можешь меня остановить, - сказал я, невесомо касаясь губами щеки брюнета. Он нервно вдохнул, и я услышал тихое: - Ну, давай… Я хоть и пообещал остановиться, если Билл попросит, но в глубине души был не уверен, что смогу сдержать это обещание. Он такой сексуальный и притягательный, что мне сносит крышу. Его шелковая, гладкая кожа так и манит, чтобы я прикоснулся к ней языком… Однако, я решил, что не буду слишком спешить, чтобы лишний раз не напугать Билла. Надо действовать постепенно. Довести его до безумия, чтобы он захотел этого так же сильно, как хочу я… - Где там наша шейка? – прошептал я, внутренне содрогаясь в ожидании реакции. - Здесь, - выдохнул Билл. Наклонившись ближе к нему, я провел языком от его ушка до шеи и стал выводить незамысловатые узоры. Каулитц тихо охнул, откинув голову назад и предоставляя мне больше места для ласк. Не отрываясь от нежной шеи, руками я жадно шарил, трогая везде, где хотел. Слишком долго я ждал этого, чтобы теперь в чем-то себе отказывать… Вкус и запах его кожи, жар тела и стук сердца были повсюду, я тонул в них, теряя последнее самообладание и связь с миром. Все это было настолько желанным, что я боялся поверить, что это происходит на самом деле… Закончив с шеей, я опустился ниже, к соскам. Лизнул один бледно-розовый напрягшийся сосок. Медленно проводя по нему языком, можно было почувствовать, как пульсирует кровь брюнета. С губ Билла сорвался еле слышный стон, который был для меня похлеще, чем красная тряпка для быка. «К черту самообладание», - промелькнуло в голове. - Я тебе говорил, что ты очень вкусный? – прошептал я, чуть прикусывая левый сосок брюнета. - Н-нет, - сказал Билл на выдохе, выгибаясь мне навстречу. - Так вот слушай, - я чуть приподнялся и посмотрел прямо в его карие глаза, которые сейчас казались черными. - Ты – самый-самый вкусный. Я хочу целовать каждый миллиметр на твоем теле, хочу ловить каждый твой вдох, хочу слиться с тобой воедино… - То-ом, - простонал брюнет, прикрывая глаза. – Ты сводишь меня с ума… - Это все потому, что я сам сумасшедший. Из-за тебя, между прочим, - я повел мокрую дорожку языком от соска до пупка, с жадностью вылизывая эту ямку. Каулитц учащенно дышал, комкая в руках простынь. Закончив с пупком, медленным, плавным движением я расстегнул ширинку на джинсах брюнета. Он замер и, казалось бы, перестал дышать. Я чмокнул его в татуировку-звездочку и попытался снять узкие джинсы. Это было проблематично, но я все же справился. Надо бы приучать Билла к широким штанам. Это намного облегчит мне жизнь, особенно вот в такие моменты. Когда треклятые джинсы все-таки были удачно сняты и отброшены подальше в сторону, я стал целовать открывшиеся участки кожи, а это – длиннющие, как у модели, ноги моего мальчика. Я покрывал его ноги быстрыми поцелуями от колен до самых лодыжек, а Билл дергался и часто дышал. От прикосновения моего языка к его ступне, он забился, словно в припадке, и застонал. Кажется, я нашел одну из эрогенных зон Каулитца… какая удача! Хотя, он весь, кажется, состоял из одной сплошной эрогенной зоны, потому что отзывался сладкими стонами на каждое мое прикосновение... Когда я пощекотал пальцем его пятку, Билл издал какой-то непонятный звук, который мой член счел довольно-таки соблазнительным. Это я понял по тому, как он дернулся, норовя порвать трусы под своим натиском. - Я чувствую твое… кхм… желание, - игриво прошептал Билл, стараясь прикрыть руками свой член, который тоже давно встал по стойке «смирно», в ожидании внимания к своей «персоне». - А я твое – вижу, - рассмеялся я, рывком снимая с Билла последнюю частичку одежды – боксеры. Моему взору предстало что-то удивительное. Никогда бы не подумал, что когда-нибудь буду так любоваться членом другого парня… Когда Каулитц заметил, что именно я с таким нездоровым интересом разглядываю, тут же покраснел до кончиков ушей, его лицо приобрело такой ярко-алый оттенок, какого я у него никогда еще не видел. - Не стесняйся, малыш. Доверься мне, - прошептал я, обхватывая рукой его напряженный орган. Я гладил круговым движением чувствительную головку и не мог насмотреться на его член. Он был аккуратный, тонкий, с розоватой блестящей головкой, и в размерах почти не уступал моему. В данный момент он призывно стоял, а на конце выступила белесая капелька, которую я, наклонившись, не раздумывая, слизнул. Билл рвано выдохнул, вцепившись пальчиками в мои брейды. - То-ом! – всхлипнул Билл, прикусывая нижнюю губу. – Поцелуй меня! От его почти требовательного тона по коже пробежалась стайка приятных мурашек, закончившая свой путь чуть ниже живота, и разлилась теплом по всему телу. Сняв с себя боксеры, я поднялся к лицу Билла и впился в его губы. Поцелуй вышел нежным, почти чувственным, неторопливым. Мне даже показалось, что таким образом брюнет тянул время, пытаясь отвлечь меня от той части его тела, которой я минуту назад так неприлично любовался. - Раздвинь ноги, - оторвавшись от губ брюнета, хрипло сказал я. Не сказав ни слова, брюнет послушался. Достав из-под кровати баночку с лубрикантом, специально приготовленную для этого случая, я отвинтил крышку и тщательно обмазал пальцы гелем. Билл, приподнявшись на локтях, настороженно наблюдал за моими действиями, после чего громко сглотнул. - Это чтобы было не больно, - пояснил я, отвечая на его немой вопрос. – Ляг на спину, не смотри на меня и постарайся расслабиться. Пару секунд Билл не двигался, явно взвешивая про себя все «за» и «против», но затем все-таки лег на спину, напрягшись при этом. Неуверенность и страх Билла отчего-то передались и мне: руки чуть дрожали, на лбу выступила испарина. Ни с одной девушкой я не чувствовал себя так… нерешительно. Главное: не показывать свое беспокойство Каулитцу. А то мало ли… Я чуть раздвинул ягодицы брюнета и коснулся правой рукой сжатого колечка сфинктера. Билл от этого прикосновения вздрогнул и закрыл глаза. Мне даже показалось, что он перестал дышать. - Билл, - тихо позвал я. – Не бойся. Я не буду спешить… - Давай уже, - сказал брюнет. В интонации его голоса появились свойственные ему высокомерные нотки. – Ты больше нервоз разводишь, чем действуешь… Словно придя в себя после подобного заявления, я протолкнул смазанный гелем палец сквозь тонкие стенки. Билл вскрикнул, видимо не ожидавший такого натиска, и сжался, пытаясь вытолкнуть мой палец. - Больно? – взволнованно поинтересовался я, успокаивающе целуя брюнета в живот. - Холодно. У тебя руки холодные… - произнес Билл. – И неприятно. Немного… - Потерпи, пожалуйста, хороший мой… - шепчу я, начиная двигать пальцем внутри Билла. В нем было очень узко и горячо. Стенки ануса плотно обхватывали мой палец, и я очень сомневался, что мне удастся протиснуть в это маленькое отверстие свой член. Когда палец более-менее нормально двигался в заднем проходе брюнета, я попытался протиснуть еще один, отчего Билл еще сильнее сжался. Я чувствовал нарастающую панику Билла, который отчаянно пытался вытолкнуть мои пальцы из себя, нервно закусывал губы и зажмуривал глаза. И при этом, он не просил меня остановиться, не просил прекратить этого. Он вообще не произносил ни слова. Когда к двум пальцам я подключил третий, брюнет с силой выдохнул и попытался отодвинуться от моих рук, но я успел его удержать. - Билл, - снова позвал я, намереваясь привлечь внимание брюнета к себе. – Очень больно? - Неприятно… Черт, давай уже дальше… - прошипел он, стараясь не смотреть на меня. Я двигал пальцами внутри него, пытаясь найти «заветную» точку у Билла, но по его скривившемуся от боли лицу, я понимал, что пока мне этого не удавалось. «Черт… С парнями-девственниками даже сложнее, чем с девушками», - мрачно подумал я. Мое собственное возбуждение было уже достаточно болезненным, и это очень мешало. Мешало нормально мыслить. Я неторопливо и аккуратно растягивал его, а потом вытащил пальцы и приставил к входу член, и хриплым от перевозбуждения голосом спросил: - Готов? - Д-да… Наверное… Черт, я не знаю… - бессвязно пробормотал Билл. От страха и предвкушения он замер, смотря немигающим взором куда-то в потолок. Я навис над ним, всматриваясь в эти наивные глаза, и поцеловал моего мальчика, который, моментально среагировав, ответил на поцелуй, так требовательно и страстно, словно только и ждал этой самой минуты, когда я его поцелую. Не разрывая поцелуй, я стал медленно входить, протискиваясь миллиметр за миллиметром в эту сумасшедшую тесноту, от которой буквально захватывало дух. Мне удалось войти в брюнета наполовину, и только после этого он разорвал поцелуй и вновь попытался отодвинуться от меня подальше, упираясь кулачками мне в грудь. Я толкнулся с еще большим напором и вошел полностью, после чего замер. Билл сжимал стенки ануса, стараясь вытолкнуть инородное тело. От этого становилось очень узко, и я со свистом втянул воздух, серьезно опасаясь того, что могу кончить раньше времени. Каулитц сильнее толкнул меня в грудь, надеясь тем самым столкнуть с себя. Но, когда ему это не удалось, крепко зажмурил глаза и простонал: - Том, мне больно! Очень больно… - Потерпи, милый мой, сейчас должно быть лучше… Потерпи немножко… - убаюкивающим тоном сказал я, покрывая поцелуями длинные модельные ноги. Я чувствовал, как напряглось подо мной дрожащее, хрупкое тело моего парня, и не знал, что сделать, чтобы он, наконец, успокоился и расслабился. - Постарайся расслабиться, - нежно попросил я, поглаживая внутреннюю сторону бедер. Я начал совершать мелкие толчки, стараясь найти правильный угол. Но он ни в какую не хотел находиться, и Билл вздрагивал после каждого моего движения, из-за чего я уже несколько раз пожалел, что вообще затеял все это. Я видел, что ему больно, но он старался себя сдерживать и не кричать. Но его лицо говорило за него, отражая каждую эмоцию. Каулитц с силой сжимал руки в кулаки, изредка всхлипывая. Я старался двигаться не быстро, осторожно, но моему мальчику по-прежнему было больно. Я не знал, как это исправить, и уже начал серьезно переживать, что делаю что-то не так… Тогда я решил хоть как-то доставить ему удовольствие, отвлечь от боли, нащупывая член брюнета. Когда желаемое было найдено, я остановился, удивленно вглядываясь в лицо Каулитца. - Почему ты не сказал, что не возбужден? – спросил я, и мне не удалось скрыть обиду, прозвучавшую в голосе. - Я… Том, прости… Я был возбужден, правда… А потом… возбуждение пропало. От боли, скорее всего… Прости, - начал оправдываться брюнет, виновато поглядывая на меня. Хотя, я и не винил его… - Прекрати извиняться. Ты же не виноват, - буркнул я, начиная ласкать его член и покрывать нежными поцелуями шею. Я ласкал языком соски, которые тут же напрягались. Через пару минут член в моих руках снова ожил, твердея и увеличиваясь. - Так-то лучше, - усмехнулся я, коротко целуя Билла в губы и одновременно возобновляя движения. - То-ом, - простонал Билл, подаваясь навстречу моим движениям и вновь морщась от боли. - Билл, милый мой, все нормально? Очень больно? - Прекрати спрашивать! Все нормально, продолжай и не сдерживайся. Ты же так, наверное, никогда не кончишь, если будешь каждую минут интересоваться «как я»! - гневно прошептал Билл. Я опешил от такого тона, однако ускорил движения. Ритмично двигал бедрами, то полностью входил в тело брюнета, то выходил. От его сумасшедшей узости я просто сходил с ума, чувствуя непередаваемое удовольствие. Билл, в свою очередь, до боли вцепился ноготками мне в плечи, отчего я, не сдержавшись, застонал и стал входить в него еще быстрее, еще глубже с каждым толчком. Это было что-то невероятное… Волшебное и чудесное. Каждое движение было удивительным по ощущению. Дыхание стало рваным и частым. Стоны с трудом удавалось сдерживать и, в конце концов, послав к черту все, я протяжно застонал, вколачиваясь в уже не сопротивляющееся тело. Глаза брюнета до сих пор были крепко закрыты. Я обнял мокрое от пота тело брюнета и впился губами в приоткрытый рот. Поцелуй больше напоминал укус, приправленный страстью и болью одновременно. Спинка кровати ударялась об стену при каждом толчке, и мысленно я молил небеса о том, чтобы Роберт и Дэн не вернулись сейчас домой, иначе объяснений не избежать. Каулитц обхватил меня своими стройными ногами за талию, и я просто ошалел от восторга. Мне срывало крышу оттого, как Билл отдавался мне. Позволял делать с собой все, что мне хочется. Его раскрывшиеся пухлые губы так и манили. Я наклонился к его лицу, снова целуя их, яростно сталкиваясь своим языком с его, и входил в него глубже и резче. Я уже наплевал на все и с остервенением трахал Билла, чувствуя, что оргазм совсем скоро накроет с головой. И этот оргазм, о боже, я уверен, будет подобен волне цунами… Темп ускоряется, толчки становятся более быстрыми и настойчивыми. Каулитц стонет и мечется подо мной. Еще несколько резких толчков, и с громким стоном я излился прямо внутрь брюнета, получая дополнительное удовольствие еще и от этого. Такой мощный оргазм был у меня впервые. Наслаждение было резким и острым, как перчик чили, а перед глазами на секунду потемнело. Удовольствие волнами разливалось по телу, после чего на душе стало так спокойно и прекрасно, как не было еще ни разу раньше. Я почувствовал какое-то расслабляющее чувство, молниеносно распространяющееся по телу. Я тяжело дышал, пытаясь придти в себя и вернуть себе способность нормально мыслить. «Надеюсь, Билл меня простит за то, что сегодня я был немного эгоистом… Просто все это было слишком долгожданно, и я совсем потерял голову…» С громким хлюпом вытащив член, я лег рядом с Биллом и вдруг понял одну вещь, о которой чуть не забыл: Каулитц еще не кончил! Ну, точно, эгоист! Я нащупал член брюнета, провел большим пальцем по головке и стал резко двигать рукой по его органу по всей длине, а второй обхватил яички, нежно перекатывая их в руке. Билл выгнулся, двигая бедрами вперед, толкаясь в мою руку. Хитро улыбнувшись, я стал дрочить ему – резко, почти яростно, а Каулитц сдавленно стонал и кусал губы. Последнее движение… и он, вцепившись острыми ноготками мне в плечо, кончил, толчками выплескивая сперму мне в кулак. Он тяжело дышал, резко откидываясь на подушки. Я лег рядом, по-хозяйски обнимая свое чудо. И сейчас я абсолютно точно был, как никогда в жизни, счастлив. На лице застыла полублаженная, полусонная улыбка… Последней мыслью перед тем, как погрузиться в сон, было то, что я еще раз убедился, что с Биллом все иначе. Раньше, с какой бы я не был девушкой, сразу после секса хотелось поскорее сходить в душ. А с Биллом… я не чувствовал абсолютно никакого дискомфорта, несмотря на то, что лежал сейчас рядом с ним обнаженный и с его спермой на руках. Я просто был счастлив, а остальное не важно... p.s. картинка к главе: http://s019.radikal.ru/i621/1204/f8/b7d16069bc54.jpg