До берега один шаг

Прибежав к берегу, понимаешь, что чего-то не хватает. — Да ладно, — устало протягиваешь и обречённо закатываешь глаза, — сколько можно? — Чонгука не было на озере, он снова сидел в пещере. Несмотря на то, что вода жутко ледяная после прохладной ночи, опускаешь поочерёдно ноги в озеро и, подняв руки с рюкзаком над головой, ступаешь в пещеру. Юноша снова лежал на земле и дремал. «Ну конечно, чем ему ещё заниматься?» — думаешь в своей голове и продвигаешься дальше. Хочется поскорее вылезти из воды, ведь нижние конечности больно покалывает из-за долгого пребывания в холоде. — Бабушка по голове меня за такое точно не погладила бы, — произносишь вслух, отчего Чонгук сначала морщится, а после медленно открывает свои сонные глаза, устремляя их на источник шума, то есть на тебя, всю синюю и дрожащую. — Т/И? Что ты тут делаешь? Вода же ледяная, — ему-то всё равно, он не чувствует перемен в температуре под водой, но не трудно догадаться, что после ночного ливня озеро не превратится в курортный гейзер. — Я п-пришла, чтобы… — но русал не даёт закончить. Он ловко подхватывает тебя на руки и, стараясь поднять, насколько это возможно, выше уровня воды, плывёт прочь из своего единственного укрытия. Пока Чонгук держал тебя на руках, всё крепче прижимая к своей груди, ты начала думать, какое сильное тепло исходит от парня. А когда поняла, что твоя футболка промокла и ты чувствуешь его рельефный торс, трущийся при движении о твой плоский и втянутый от холода живот, пальцы на руках стало покалывать от нарастающего… возбуждения? — Брр, бред какой, — быстро мотаешь головой, прогоняя странное и непривычное ощущение касательно друга. — Ты о чём? — интересуется Чон, укладывая тебя на камень: сейчас это единственное сухое место, как кажется юноше. Вот же чёрт, как опрометчиво было не заметить, что подумала вслух. — А? А, да нет, не обращай внимания, — улыбаешься от собственной нелепости и, прижимая рюкзак ближе к груди, поднимаешься на ноги. — Чем ты вообще думала?! Вода ледяная, Т/И! Заболеть хочешь? Ты растерянно смотрела, как парень отчитывает тебя. «Да что он о себе возомнил? Я ему не дочь и не жена, чтобы так кричать на меня». — Эй, Чон Чонгук! Перестань уже. Я не просто так пришла, — даже губы как-то сами собой надуваются от обиды. Но обижаться нет смысла, он же переживает, всё-таки. — Я нашла то, что сделает из тебя человека. После твоей фразы глаза юноши словно загорелись. Ты увидела в них целое море надежды и, наверное, немного страха. Достаёшь из портфеля книгу, в которой лежит заветный мешочек, и трясёшь перед русалом. • • • Прошло некоторое время, и ты закончила объяснять Чонгуку все подробности и нюансы этого порошка. — Значит, это сделает из меня человека, но как только я захочу всем сердцем вернуться домой и зайду в воду, то снова стану русалом? — уточняет парень, а ты в ответ киваешь и высыпаешь немного порошка в свою ладонь. — Погоди-погоди, стой, — останавливает тебя тот. — Что-то не так? — смотришь чуть удивленно ответ. — Этот порошок такой старый, сколько он уже лежит там? А вдруг у меня аллергия начнётся? Или рога вырастут? — в ответ ты лишь закатываешь глаза и говоришь, что ничего с ним не случится. — Не веди себя, как ребёнок, Чон, — замечаешь растерянность и сомнение в его опущенных глазах и начинаешь понимать. — Ты же так долго этого ждал. Так почему не попробовать? — Вот именно, Т/И. Так долго ждал того, о нереальности чего вообще раньше думал. Мне… мне страшно. Я не знаю, что будет дальше, стоит ли? Ты берёшь его руку в свою и крепко сжимаешь. Поднимаешь за подбородок лицо парня на себя и заглядываешь в глаза: — Ты не можешь знать всё наверняка. Но обещаю, я буду с тобой и помогу справиться со всеми трудностями. Мы вместе это начали, вместе и продолжим, — в ответ Чонгук слегка кивает и вылезает из озера, чтобы полностью оказаться на суше. Ты в свою очередь берёшь в свои руки немного порошка и начинаешь медленно сыпать на хвост друга, после плавно проводя рукой по нежной чешуе, чтобы немного растереть крупицы. Тебе не впервой дотрагиваться до плавника русала, но впервые ты делаешь это так мягко, старательно, медленно, что это даже кажется чем-то интимным. Чонгук же в это время сжимает пальцами траву до побеления костяшек, глаза закрывает и голову откидывает назад. Ему так приятно, но он не понимает, потому что такое чувствует впервые — что-то будоражащее и тёплое разливается у него внизу живота. Ты так увлечена процессом, что совсем не слышишь тяжёлые и рваные выдохи парня. Резко его рука ложится на твою, тем самым останавливая тебя. — Достаточно, я думаю, дальше справлюсь сам, — голос Чогука настолько охрипший и низкий, что ты даже подумала: «А Чонгук ли это сказал?». Но слушаешься парня и поднимаешься на ноги, так ничего и не понимая. — Лучше иди домой. Прими горячий душ и высушись, чтобы не простыть. Ты киваешь и, бросая напоследок «до завтра, надеюсь, всё получится», скрываешься за листвой деревьев. Чон до сих пор приходит в себя. Пелена наслаждения наконец-то пропадает с глаз, и парень нервно сглатывает. «Что же произошло? Мне было так хорошо», — с этими мыслями русал опускается на землю и, закрывая глаза, поддаётся сонливости, что так неожиданно накрывает его с головой.