Глава 5. Карлос и Сесиль
23 июня 2018 г., 23:56
Открываю глаза, не замечая широкой идиотской улыбки на роже. А с чего она у меня такая довольная? Ах, да… Малфой, то есть, Драко. Долго я буду привыкать к этому, ну да ладно. Я всегда был рад новым друзьям. А раз хорек так жаждал моей дружбы на протяжении столь долгого периода времени, готов поспорить, он меня не предаст.
От этих мыслей улыбка становится еще шире и глупее. А мне пофиг. Мне хочется кричать о том, что я подружился с Малфоем–младшим! Это может мне помочь познакомить поближе Герми и Люциуса. Открываю полог кровати. Яркое летнее солнце заполняет комнату своим теплом. Подхожу к окну и понимаю, что теперь моя жизнь в корне изменится. Да что там в корне… на все сто двадцать процентов плюс придется пересмотреть, как будущее, так и прошлое.
Небольшая доза огневиски, большая часть которого ушла на выход из ступора после заявления подруги, очень помогла вчера расслабиться и сделать первый шаг. Когда я уловил звуки музыки, то понял, что ничего более великолепного в жизни не слышал. Пошел наверх, ведомый мелодией. Войдя в зал, не удивился, увидев Малфоя за роялем. И тут я позавидовал. Бешено и дико. Почему он умеет так играть, а я — нет? Но музыка проникала в сознание и заставляла расслабиться, успокоиться. Почему-то я понял, что это мой шанс с ним подружиться. Как ни странно, он тоже не стал на меня нападать из-за того, что я посмел нарушить его уединение. Просто поговорили, открылись друг перед другом… наверное, и правда, музыка иногда действует почище магии. Я снова чувствовал себя забитым жизнью мальчишкой, которого Хагрид вытащил из чулана, и поверил Драко. В его глазах виднелось то счастье, которое от подобного поворота событий испытывал и я. Ночью мне впервые за несколько месяцев не снились кошмары: бледное, холодное лицо Фреда в коридоре школы, лежащие рядом в Большом зале Тонкс и Ремус. Нет. Я не видел красный луч, летящий из палочки Беллы и убивающий Сириуса. Я даже не помню, что мне снилось, но это точно не было кошмаром. Мне было спокойно и хорошо. Почему-то мне кажется, что все идет именно так, как и должно.
Быстро одевшись, я кое-как умылся и побежал на кухню. Драко нигде не было. Кикимер что-то готовил. Немного расстроившись, я плюхнулся на стул, положил руки на стол, а голову, соответственно, на них.
— Кричер, ты не видел Малфоя? Он уже спускался?
— Нет, хозяин, — эльф поставил передо мной тарелку с омлетом и стакан апельсинового сока. До сих пор не могу решить, какой сок мне все-таки нравится больше — тыквенный или апельсиновый.
— Ясно… — протянул я, надув губы.
Да что со мной такое? Веду себя как избалованный маленький ребенок, у которого игрушку отняли, ей Мерлину. Думая о грустном и вечном, я начал разбираться с завтраком. Но мысли о слизеринском принце не давали покоя. Что-то еще было в его взгляде вчера. Я не знаю что, но мне это определенно нравится. Да, мне нравится тот Драко Малфой, с которым я познакомился вчера. Вот теперь только мучает вопрос, а как бы ЭТО случилось, если бы я смог подружится с ним, Роном и Гермионой одновременно. Ведь ничего страшного не произошло бы, если бы мы были не Золотым Трио, а Красно-зеленым Квартетом. Забавно, какие мысли могут прийти в голову за завтраком, может, домовик кладет в омлет не те грибочки?
Нет, так просто сидеть невозможно! Встаю со стула, попутно выпивая остатки сока и бросая в эльфа пустой посудой, бегом поднимаюсь на третий этаж к этому зас… слизеринцу. Проклятье, свалившееся на мою несчастную голову. Хотя, если бы не Дамбик, мы с ним никогда бы и не смогли подружиться.
Захожу в его комнату. Странно, никого нет. Чисто для проверки открываю дверь в ванную комнату, зовя гостя по имени, и застываю в ужасе. Мать моя женщина, наверное, я сейчас выгляжу так же, как и он, когда тигра в зале увидел. Передо мной стоит блондин во всей красе, то есть в чем мать родила, с полотенцем в руках. Моя детская психика этого просто не выдержит… нет-нет-нет!!! Мама, роди меня обратно! Я никогда не видел ничего более завораживающего, чем ЭТО! Нет, не буду смотреть. Не слышу, что он мне говорит. Быстро прикрываю рукой глаза и лепечу что-то несуразное похожее на:
— Драко, прости-прости-прости-прости… — и пулей выскальзываю в коридор. Нет, это же надо было такому случиться. Обычно я нормально воспринимал подобное. Сколько раз, живя в Норе, я сталкивался в ванной нос к носу с доброй половиной семейства Уизли, но вот Малфой… Нет, здесь точно что-то не так. Надо будет пересмотреть свои приоритеты на жизнь, как духовную, так и постельную.
Спускаюсь обратно в кухню и в позе самого несчастного человека на свете жду того, кто, зуб даю, будет мне сниться в мокрых снах. Через несколько минут входит и он. Усмешка, правда, добрая, типа любящая, аха, как же. Черный халат и зеленые пушистые тапочки… Хм-м-м. А я-то думал, что их семейство холодное, как семейство лягушачьих. А тут такие нежные тапочки, детские…
— Гар-р-р-ри… — еще и мурлычет, гад. — Мы же одного пола, чего ты там не видел? Или я такой страшный, что обязательно вот так в панике убегать?
— Ха-ха-ха… — пробурчал я, опустив голову на руки, чтобы эта зараза не видела, что я снова похож на китайский флаг. Еще пошутит, что я «мейд ин чайна».
— Да ладно тебе, Поттер. Все свои, нечего стесняться. — печенкой чую — он сел напротив меня и приступил к завтраку. А может, это печёнка мне о похмелье решила напомнить?
— Драко, твои шуточки бывают не к месту. Просто меня не так воспитывали. Я не люблю мешать людям мыться, — «Вру и не краснею», — снова стал оживать противный голос в голове. Интересно, чей же он?
— Ладно тебе, Гарри, — он отпивает из стакана и загадочно смотрит на меня, доброжелательно улыбнувшись, от чего я снова прячу голову в руки. — Я не хотел тебя задеть. Думал, шуточку поймешь.
— Я все отлично понимаю, — подхожу к двери, стараясь на него не смотреть. — Переодевайся, посидим в зале, расскажем, кто чем занимался вчера.
— Десять минут, Тигр! — он выскакивает вперед меня и бежит к себе. Все-таки иногда он может быть человеком и показывать свои эмоции. Такой Драко Малфой мне нравится.
***
Нет, сложно представить мое удивление, когда в моей ванной появилось это лохматое чудо! Я думал о том, что, возможно, вчера у него был пьяный приступ нежности или щедрости, называйте как хотите. Думал, что мои самые сокровенные мечты о дружбе с Золотым-Убийственным-Мальчиком снова разбились, а тут врывается ОН! А как на меня смотрел! Если бы не знал, что гриффиндорец — стопроцентный натурал, который отымел женскую половину населения этого района Лондона, мог бы подумать, что я его заинтересовал. Хотя, похоже, это был просто шок… Когда он выбежал, так и не ответив на мое: «Поттер, твою Машу, что ты тут делаешь?», — я просто скатился по стенке от смеха. Боже, так вот, как я выглядел, когда увидел его в анимагической форме! Я оделся и пошел на кухню, там меня ждали убитый Поттер и замечательный завтрак. Гриф и вправду какой-то подавленный. Может, у него разгорелась дилемма на тему: «А не бисексуал ли я?» Почему меня волнует, что творится в голове у бедного гриффиндорца? К Волдику его, волосатого, может, шевелюрой с дедушкой поделится. Мы с ним просидели где-то полчаса, препираясь, на кухне, после чего он выгнал меня одеваться. Ну вот, в общем, сейчас я стою перед сундуком и думаю, надеть синюю рубашку или голубую… впрочем, к чему вопрос? Он же не красна девица, и соблазнять его я не собираюсь, вроде как. Так и быть, будет салатовая, правда, в чем логика, я не знаю. Наверное, она больше подойдет к моим черным брюкам и зеленым носкам… Поттер уже сидел на постаменте в зале, когда я вошел. Я сажусь рядом и смотрю ему в глаза. Как ни странно, он занимается тем же. Долго ли мы так просидели, не знаю, но он начал первый: — Так чем ты вчера занимался весь день? — ядреная зелень его глаз горит неподдельным огнем интереса. — Знаешь… ничем особенным. Сначала обошел все знакомые кафешки вокруг, а потом около пяти часов просидел в седле. Гонял по парку, — не буду же я ему говорить, что при этом еще и проорал все песни, которые помню наизусть, в том числе и попсу поганую. — Кстати, ты сам-то верхом ездить умеешь? За пару часов, что мы просидели в зале, я узнал о нем больше, чем за все семь лет знакомства. Оказывается, его маггловские родственники были просто магоненавистниками, держали его в чулане, морили голодом… Узнал, что на самом деле это не у Поттера нет вкуса, а у его кузена, который, по ходу, на бочку больше похож, чем на человека. Это также объясняет, почему он догнал ровесников по росту только этим летом. Мерлин, я, конечно, знал, что детство у него так себе, с моим не сравнишь, но чтоб так. Мне невольно захотелось разгромить к Волдемортовой матери весь этот Литтл-Как-Его-Там. — Не переживай ты так, Малфой… — пытается он меня успокоить. — Уже все позади. Да и вообще. Я туда больше не вернусь. В конце концов, мне показалось, что тогда, год назад, мы расстались по-человечески. Они избавились от меня, а мне не нужно больше проводить с ними время. Так что все пучком, Дракончик. Это так мило, чувствовать, как он по-дружески похлопывает меня по плечу, легко его сжимая. Забавно. Еще два дня назад я об этом и думать боялся. Но теперь все пойдет по-другому! — Да, Поттер, теперь, если они напомнят о себе, я им лично в дом огненного краба подкину, чтобы жизнь медом не казалась! — я самодовольно откидываюсь на пушистый ковер и улыбаюсь. — Драко, прекрати! — Видно же, что он еле сдерживает смех, но гриффиндорская доблесть покоя мальчику не дает — все еще продолжает строить из себя героя. — Ладно, Тигр, рассказывай, как прошло сборище львятника? — не то, чтобы мне и правда было интересно, но все же следует проявить элементарную вежливость. — Ой, знаешь, мне было абсолютно не до них, я больше думал, где ты и все ли с тобой в порядке? Но ближе к концу пришли Рон с Гермионой, и тут мне стало хоть немного повеселее. Да, однозначно веселее! — он прыснул в кулак и продолжил. — Ты бы видел выражения их лиц, когда я рассказал о тебе. О-о-о, это было нечто, Рон чуть не поскакал тебя искать и «морду чистить» за то, что ты посмел мне испортить остаток лета. Сейчас я даже не против такой компании. — Да ты что, шалун?! — актерски удивляюсь и привожу его волосы в еще больший беспорядок, чем обычно. — А что гр… Грейнджер? — Как-то непривычно… но ничего. Не оскорблять их при нём я смогу. — Она удивилась, конечно, но никаких истерик... И вообще, у нее свои причины... — произнеся эту фразу, он как-то странно задумался. — Ты не умеешь врать и пытаться что-то скрыть. Но если ты не хочешь, можешь не говорить, я даже не обижусь, что ты что-то скрываешь от нового друга. Только я должен тебя предупредить, что такая политика вести разговор с новым… — Драко, Драко, успокойся. Я бы рассказал тебе, но это не мой секрет. Он очень личный. Не подумай на свой счет что-то. Нет! — поспешил он меня заверить. — Знаешь, а ты очень милый, когда пытаешься оправдаться и краснеешь при этом! — заливаюсь смехом. — Э-э-э… Ну, может быть. Не знаю, не задумывался... — он почесал затылок. Смешно, у него даже шея покраснела. — Слушай, может, ты мне все-таки расскажешь, почему решил не идти на мой день рождения? — Для начала ответь мне на вопрос, — произношу уже серьезно, глядя ему прямо в глаза, — там же были не только гриффиндорцы, я прав? — Ну да, прав… Были ребята из Пуффендуя, Когтеврана... Джинни даже притащила с собой парня-слизеринца... Как же его, сейчас вспомню… Забини, по-моему… — А вот теперь включай логику, лохматый. Строим логическую цепочку: я — отказ от взглядов отца, то есть, отказ от преследования тебя и желания твоей смерти — натравленные на меня из-за этого Пожиратели Смерти — Забини — Пожиратель... И-и-и… — О, Бог ты мой… — он хватается за щеки и начинает бешено крутить глазами, понимая, какой опасности он мог меня подвергнуть. — Может и Бог, но, увы, не твой, успокойся, Гарри, — улыбаясь, обнимаю его за плечи. — Я же жив-здоров, и вообще — все прекрасно. — Но неужели это единственная причина, по которой ты ушел? Давай, колись! — тыкает он меня пальцем под ребра, от чего я невольно ойкаю. — Не тыкайся, ты костлявый. Вообще-то, на самом деле, мне не хотелось, чтобы надо мной смеялась кучка ненавистных мне однокурсников. А вернее, взбешенный прайд, перелетные вороны и перевозбудившиеся барсуки. Так лучше? — потираю бок и с укором смотрю на его довольную рожу. — Ну, я больше в их число, надеюсь, не вхожу. — Нет, конечно. Больше — нет. Но, скажем так… три-четыре дня назад еще был там, — мне так нравится его доводить, хоть убейте. — Ха-ха, как смешно. И вообще, сегодня тебе придется какое-то время побыть одному. Меня не будет дома несколько часов, — он встает и направляется к двери. — Почему это? Эй, стой! — подбегаю к нему и хватаю за рукав. — Пока ты мне все не объяснишь, за эту дверь не выйдешь. — Ну ладно, — он пожал плечами, — мне надо будет сходить в Косой переулок — купить палочку и приобрести нам все для школы. И не отказывайся, это минимум, что я могу сделать, чтобы отблагодарить тебя за такой подарок. — Как только ему удается так краснеть и глупо улыбаться? — Нет, я пойду с тобой, и баста! Мне так надоело сидеть в четырех стенах этого прекраснейшего дома вместе с любимой, хрен знает какой, бабушкой и горами пыли! — повисаю на нем, делая щенячьи глазки. — Кажется, я догадываюсь, каким образом ты выпрашивал у родителей подарки в детстве, — нет, он не выглядит недовольным, просто, кажется, смущен таким моим поведением. Ну что я могу сделать? Я привык получать то, чего хочу. Он улыбается и заправляет выбившуюся прядь мне за ухо. Как это ми-и-ило. — Драко, если мне не изменяет память, то вчера весь день ты где-то шлялся. Какие претензии, я не пойму? — Не где-то, а на лошадке катался и вкусности всякие кушал. А еще просто по улице гулял. Ну, позя-зя-зя, тебе жалко, что ли? — не знаю почему, вернее догадываюсь, думать боюсь, но тут произошло то, что перевернуло и разбило об стенку все мысли о моей гетеросексуальности. Я надул губки бантиком, ну с мамой так раньше получалось. А он… ням, он облизнулся в ответ на такой простой и детский жест. Его губы заблестели так заманчиво, так игриво… Не знаю. Просто не знаю. Раньше у меня никогда не было сомнений, но теперь… Р-р-р-р… Он деликатно отталкивает меня и рассматривает паркет. Ну да, новый, свежий, красивый, но я же лучше! — Малфой, я чувствую, как сквозь защиту дома прошли две совы с письмами из школы. Так что, если хочешь пойти со мной, то у тебя двадцать минут, чтобы забрать письма у сов и собраться. Время пошло. — он открыл дверь, но застыл на пороге. — Про Чары не забудь и это… Ничему не удивляйся. Я мигом проскакиваю мимо него, бормоча что-то похожее на «спасибо-спасибо-спасибо спа… ОЙ!» (под ноги надо смотреть, когда по ступенькам летишь - п/а). Открыв дверь в свою комнату, я сразу увидел двух птиц на подоконнике, что, впрочем, несильно меня удивило. Открываю окно, совы садятся, отвязываю письма и швыряю их на кровать. Бросив птицам совиного печения, начинаю собираться. В принципе, это было несложно — просто одеваю то, в чем гулял вчера. Ну нет у меня другой маггловской одежды, нет. Хотя можно будет сходить купить. Надеюсь, это не последний наш с Поттером вылаз в мир до школы. Ну вот, натянув шмотки, встаю перед зеркалом и провожу палочкой по лицу. Легкое покалывание, дискомфорт, и на меня снова смотрит Вася Пупкин с квадратной головой. Сжав письма в руке, гордо спускаюсь в холл и вижу нечто. Перед большим зеркалом в массивной резной раме вертится девушка, поправляя свои шикарные волосы. Да, какая девушка… В памяти сразу всплыло: «Она прошла, как каравелла по зеленым волнам». Вот именно про таких девушек и пишут подобные песни… Моргана прародительница, мне приходится откинуться на стену, чтобы не растечься лужицей. И как я мог думать о проблемах с ориентацией… Блондинка среднего роста, волосы до середины лопаток, фигурка, как на заказ, — золотая середина — не толстая, не скелет. Маленький курносый носик, пухлые нежно-розовые губки и огромные ярко-зеленые глази… — Поттер?! — Что? — удивительное мгновение было утеряно бесповоротно и безвозвратно: этот ангел разговаривала мягким баритоном Тигра. — Я… — что же сказать, мать моя? — Я думал, что без палочки нельзя наложить такие… — Поттер, зачем тебе грудь третьего размера, о Боги… — Маскировочные Чары. Он щелкнул себя правым средним пальцем по шее, там, где по идее должны находиться голосовые связки, и снова заговорил: — Малфой, я открою тебе секрет: такие чары с палочкой-то не каждый сможет создать, но ты забыл одну вещь — после Последней Битвы во мне раскрылся такой потенциал, что еще на парочку Лордов хватит. Только вот нашему любимому директору знать об этом не стоит… — ее, нет, его низкий голос лился музыкой, заставляя забыть о смысле слов и просто слушать… — А почему ты… Ну это… — как стыдно, мямлю перед ним, как какая-то Хаффлпаффка. — Глаза? — тихий смех, как струйка ручейка… Нет-нет, надо стараться помнить, что передо мной не настоящая девушка, а всего лишь больная фантазия Героя Всея Магического Мира. Мой новый друг. — Поттер, да, почему ты не изменил глаза? Ни форму, ни цвет… Я именно по ним тебя и узнал. — Понимаешь, — оОн, да, именно ОН, снова проводит рукой по волосам, заставляя их скатиться блестящей струей по плечам, невинно хлопает глазками. — Единственное, что мне по-настоящему в себе самом нравится — глаза. Согласись, не так уж и много. Почему бы их не оставить? Да к тому же, разве они не гармонируют с обликом Сесиль? — Сесиль?! — хлопаю ртом, как рыба на берегу. — Ты своей маскировке дал имя? — Ну да, - пожал он элегантными плечиками. — Как видишь, на мне платье. Следовательно, я не первый раз использую именно эти Чары, как и ты. Разница только в том, что я люблю свой образ, а твой тебя бесит. — Ладно, хватит мне устраивать незапланированный психоанализ. Пойдем уже. — открываю дверь и выхожу на улицу. Свежий воздух. Мне, наверное, долго еще придется отходить от двух недель заключения в этой «тюрьме». Набираю полные легкие воздуха, спускаясь по ступенькам. Передо мной снова открывается вид на парк, в котором я вчера гулял утром. Улыбаюсь своим воспоминаниям и тут же вздрагиваю. Нежная, элегантная, наманикюренная лапка ложится мне на локоть. — Мать твою, что ты делаешь? — испуганно смотрю на него. Может, он переборщил с Чарами, и они задели мозг? — Не волнуйся, дорогой, - бархатное сопрано успокаивающе действует на нервы, — ты - парень, я — девушка. Будет казаться более убедительным, если мы появимся в Косом переулке как пара. — Не могу с тобой не согласиться, дорогая, — мило улыбнувшись, прижимаю локоть с его, или ее, рукой ближе к телу. Была бы это настоящая девушка, я был бы самым счастливым натуралом в мире… Но это — Поттер. — Сволочь… — процедила милая девушка сквозь звериный оскал. — Какой есть, обратно мама уже не пустит, — пожимаю плечами и веду своего девушку в тот самый переулок, где можно спокойно аппарировать. — О, я вижу, ты нашел мое любимое место, — засмеялся Гарри, озорно заглядывая мне в глаза. И правда… У него совершенные глаза. — Ну да, я нашел его, когда думал, откуда можно отправиться, чтобы купить тебе подарок, — конечно, говорю правду. А смысл врать? — М-м-м. Вот даже как. — Я ощущаю отнюдь не женскую силу, когда эти ручки прижимают меня к себе. — Э-э-э, Гарри… Мне очень нравится твой образ, но… — Драко… — его губы остановились в опасной близости от моего уха. — Солнышко мое незаходящее… — я невольно фыркаю от такого обращения, — держись крепче. Сам не знаю почему, наверное сказывается прошлый опыт, я крепче обхватываю тонкую талию и тут же чувствую рывок аппарации. Я чуть не валюсь на хрупкое создание, а когда-то-брюнет-ныне-блондинка только насмешливо улыбается. — Знаешь, ты перенес это намного лучше, чем Рон. Он краснел всякий раз, стоило мне посмотреть на него. — Ну ты сравнил-л-ла меня и своего Уизела, — беру это прекрасное создание под руку и смотрю поверх его плеча на оживленную улицу. — Да, вы такие разные… — что-то мне не нравится, как эти зеленые глаза полыхнули дьявольским огнем. Я ничего не могу с собой поделать. Просто стою столбом, а в этот же момент Поттер-он-же-Сесиль встал на цыпочки и коснулся губами моей щеки в том месте, где она переходит в уголок губ. — Ты совсем рехнулась, или Чары повредили твой и без того болезненный мозг, любимая? — Мне просто была интересная твоя реакция. Рон рухнул в обморок, когда я его поцеловал в щеку… — оно мило улыбнулось и утащило меня в сторону ближайших магазинов.~~~где-то через 3 часа~~~
— Все-таки хорошо, что у нас с тобой практически один размер одежды. Мне не надо было снимать чары в магазине… — мы с Гарри идем в сторону магазина господина Олливандера; он устало потягивается на ходу, а я несу в руках два небольших пакета, полных новой одеждой, вещей и книг. — Да, тебе повезло. А еще не ты покупки несешь, — буркнул я. Видите ли, в Поттере проснулся актерский талант, и он целых пятнадцать минут убеждал меня, что для пущей убедительности пакеты должен нести я. Все бы ничего, если бы не… — Как ты меня достал своим бурчанием, как старый дед, ей Мерлин! — он резко поворачивается и проводит рукой над пакетами. Они тут же утратили четыре пятых в весе, и я смог наконец-то выпрямиться. — Ты спустился ко мне на грешную землю и решил облегчить жизнь. Я уж думал, что ты не додумаешься до этого. — Просто надоело слышать нытье Вашего Королевского Высочества, — «она» надувает губки и входит в лавку. После войны здесь сделали ремонт: новые полочки, новые помещения, окна, лаборатория. Но все-таки есть вещи, которые остаются неизменными: покрытые вековой пылью узкие коробочки с палочками и добрый старый мистер Олливандер, который выходит из-за стеллажа и пристально на нас смотрит… Я, к сожалению, не вижу выражения лица Гарри, но готов поспорить, что взгляды продавца и моего новоиспеченного друга сейчас совпадают по напряженности и внимательности. Через пару минут игр в гляделки продавец подходит к двери и переворачивает табличку на «закрыто», после чего зашторивает окна и поворачивается к нам: — Мистер Поттер, мистер Малфой, вы можете снять свои Чары, — произносит он, улыбаясь и садясь на стол. Мне-то что? Моя маскировка много времени не занимает. Просто провожу по лицу палочкой и становлюсь самим собой. Смотрю на Гарри. Сперва он проводит рукой по волосам, принимая свой истинный облик, и только после этого щелкает пальцами по гортани. — Мистер Олливандер, как вы помните, свою палочку я сломал, а палочку Драко вернул. Естественно, Бузиновая палочка также находится у своего законного хозяина… — начал Поттер. — Да-да-да, я все отлично помню, мистер Поттер. Это большая редкость, когда маги приходят ко мне за новыми палочками. Но вы вообще у нас одно большое исключение из правил, я прав? — искуснейший пожилой маг подмигивает не менее искусному молодому, а затем обращается ко мне: — Как вижу, слухи тоже иногда бывают правдивы, и мистер Малфой действительно живет у вас. Мистер Малфой, с вашей палочкой всё в порядке? — Знаете, сэр, мне иногда кажется, что она как бы капризничает, — я повертел древко. Она в самом деле начала вести себя странно с тех пор, как Поттер вернул мне ее. — Мистер Малфой, это можно исправить: просто перенастроить палочку на вас, вернуть ей любовь к вам, напомнить, кто ей был дорог с самого начала. Поверьте, у меня это получится. — Хорошо, сэр. Как понимаю, палочку надо будет оставить вам. Когда её можно будет забрать? — Мерлиновы яйца, неужели моя палочка больше не будет биться током и капризничать? — Ну, вообще подобная процедура занимает много времени, но, зная вашу нелюбовь ко всему маггловскому и принципиальную любовь к магии, я отложу все дела. Возможно, в течение недели я уже пошлю ее вам. Если, конечно, вы оставите ее здесь прямо сейчас. — Да-да, конечно. Только наложу Маскировочные Чары… — а то как же я пойду домой. — Да, конечно… — А я помогу тебе их снять дома, — лучезарно улыбнулся Поттер. — Ну, вот и прекрасно, — мастер волшебных палочек потирает руки и направляется к стеллажам, оттуда уже доносится его приглушенный голос. — А теперь я займусь поиском палочки для мистера Поттера… Мы с Гарри переглянулись, он тихо прыснул в кулак, пробормотав нечто похожее на: «Надеюсь, у этой палочки не будет близнеца, которым пользуется какой-нибудь Темный Герцог». — Не, Поттер. У близнеца этой палочки будет хозяином Гендальф Белый. — Драко, ты перечитал Толкиена в детстве! — он хлопает меня по плечу, но ответить я не успеваю. — Вот, держите, попробуйте, мистер Поттер, — седовласый маг подает Гарри палочку. Но тот даже не взмахивает ею, а просто отдает обратно. — Нет, сэр. Не то. Я чувствую. — Сейчас еще посмотрим, — и мастер волшебных палочек снова уходит за стеллажи. — Что ж ты так? — ехидненько так ему улыбаюсь. — Драко, я никогда не забуду то чувство, которое испытал, когда нашел свою палочку. Это невозможно ни с чем спутать. А эта палочка равнодушна ко мне, как твоя. Мистер Олливандер подходит к нам сразу с несколькими палочками и предлагает их Поттеру. Гриффиндорец берет каждую по очереди, смотрит на неё, закрывает глаза, прислушивается к ощущениям. Взяв очередную Спаситель просто откидывает ее, хватая себя за руку, которой к ней прикоснулся. — Что случилось? - Спрашиваем мы хором. — Она… она ненавидит меня… — с шоком в глазах говорит Тигр. — Странно… десять с половиной дюймов, клен, перо феникса. До этого я давал вам только волосы единорога, сердца драконов и даже – чешую василиска. Хотя… Перо Фоукса, одиннадцать дюймов, остролист… Попробуйте эту, пожалуйста, — он протягивает очередную палочку моему другу… и происходит то же самое — Гарри просто откинул ее. — Это больно… — шепчет он. — Странно. Видимо, перья теперь не для вас. А что если… Да-да, можно поэкспериментировать. Вы такой интересный клиент, мистер Поттер… — он убегает в сторону стеллажей и, похоже, вернется не скоро. — Когда я пришел сюда в первый раз, он так же бегал вокруг меня. Тоже назвал меня интересным клиентом. Забавно. Неужели мне так сложно подобрать палочку?! — Поттер задумчиво поворачивается ко мне. — Драко, а ты долго выбирал свою? — Нет, — честно признаюсь я. — Моя палочка оказалась третьей из предложенных. — Как интересно… — Гарри уходит в себя, но ему не дают погрузиться в раздумья. — Мистер Поттер, вот эту, пожалуйста! — Продавец протягивает светлую палочку с замысловатыми узорами на рукоятке… и тут появляются долгожданные искры. Правда, они серебристо-зеленые, как и у меня когда-то… — В тот раз были золотые и красные... Мистер Олливандер, это что-то значит, да? — спрашивает озабоченно Гарри. — Успокойтесь, мистер Поттер. Как бы вам объяснить… — Маг задумался. — Скажем так, если бы у вас появилась возможность надеть Распределительную Шляпу сейчас, она послала бы Вас в Слизерин. — Смешно, вы оба не знаете, но скажу… — Гарри улыбнулся и стал рассматривать свою новую палочку. — Когда я надел Шляпу, она хотела отправить меня в Слизерин, но я отказался. — И правда забавно. — я накладываю Маскировочные чары и отдаю свою палочку мистеру Олливандеру. — Да, я вам ее перешлю совой через неделю. Мистер Поттер, интересный выбор. Тринадцать с тремя четвертями дюймов, береза, очень гибкая и пружинистая. Практичная, можно сказать … — А внутри чешуя василиска? — пытается шутить Гарри, но видно, как он напряжен. — Нет, мистер Поттер, перо вейлы. — Интересный выбор… - мой друг снова посмотрел на палочку и улыбнулся. - Можно, кстати, у вас купить кобуру для палочки? — Конечно! — Олливандер наклоняется к прилавку и достает оттуда коробку, в которой лежат вышеназванные предметы. Поттер выбирает самый симпатичный, на мой взгляд, из черной кожи дракона. — Отлично, с вас двадцать галеонов, - улыбается нам Мастер. Поттер отдает ему деньги быстрее, чем я успеваю залезть в карман. Ладно, потом верну. Он спрашивает, где можно найти в лавке зеркало, и они вдвоем уходят. Я остаюсь стоять перед столом, где лежит новая палочка Гарри. Не могу устоять и беру ее в руку. Ничего не ощущаю. Лишь приятное покалывание. Рассматриваю ее. Красивая. Светлое дерево, с интересными узорами. Закорючки какие-то, похожие то ли на руны, то ли на каких-то чудовищ… Через четверть часа мы выходим под ручку из лавки старого мастера и направляемся к выходу из Косого переулка. Мы договорились пройтись до дома пешком. — Знаешь, надо будет тебе какое-нибудь имя придумать… - задумчиво произносит мой девушка, водя пальчиком по губе. — Зачем придумывать, если мне и так нравится мое имя — Драко. — Ты не так понял! — останавливается она и берет меня за плечи. — Драко, мы же будем гулять с тобой по городу остаток лета. Надо придумать имя. — Вот сам и придумывай… — я беру его за руку, и мы продолжаем путь. Через какое-то время «она» крепче берет меня за руку и прижимается к плечу. — Аххх… Карлос… — мечтательно вздыхает она. — А что, - пожимаю я плечами, — мне нравится. Пошли, моя Сесиль. Твой Карлос проводит тебя до дома. Мы дружно засмеялись и направились в сторону «Дырявого Котла».
