серотонин

Лунный свет мягко освещал гостиную, создавая причудливые блики на полу, проходя через дешевые, слегка потрепанные шторы. Хэнку никак не удавалось вставить ключ в замочную скважину. Дыхание было рваным, руки дрожали. Но он так и не мог понять причину их тремора: нетерпение и надежда или скорбь, неминуемо подступающая к горлу. Но одно он знал точно. Свет в доме был выключен, а замок совершенно не желал поддаваться. Внутри было холодно. И почти пусто, если б не лёгкое, едва заметное движение на диване, которое уловило не требующее после тёмной улицы адаптации зрение. Мальчик. — Коул, — шумно выдохнул мужчина, в два шага преодолел расстояние между дверью и диваном, сел на колени перед мирно сопящим мальчиком и слегка потрепал его по щеке. — Сынок… Мальчик приоткрыл глаза и чуть нахмурился, словно сначала не понял, где находится. — Пап, — прошептал он и бросился мужчине на шею. — Папа! Хэнк крепко прижал сына к себе, слезы стекали по лицу и шее. — Ты как? С тобой все хорошо? — начал он, быстро вытирая влагу с глаз. — Ты не ранен? — Нет, пап, всё хорошо. Мистер Коннор спас меня. Он сказал: «Коул, твой отец, лейтенант Андерсон, попросил вытащить тебя.» И он вытащил! Только сейчас Хэнк заметил, как прислонившись к другой стороне дивана, сидит андроид. Большая трещина под порванной одеждой зияла на его боку. Глаза его были закрыты и… — Пап, — начал Коул тихо. — В него стреляли. Мне кажется, мистер Коннор больше не дышит. — Какого черта… — мужчина подошёл, склонился над отключившимся RK800 и похлопывал его по щекам. — Коннор… Эй, Коннор… — Ничего, пап, мистер Маркус его вылечит, — спустя секунду, предвещая вопросы отца, он произнёс: — Он забрал нас и отвёз домой. Он сказал, что Коннор сейчас в спящем режиме. Странно, правда? — Да уж, — ответил полицейский, нахмурившись сильнее и вновь обняв мальчика. Утром с огромным пакетом приходит Маркус. Ставит его на пол. Первое, что сделал после этого — снял сырую от дождя куртку, оглядывая помещение и чертыхаясь про себя: — И где же этот чёртов Коннор? — он глубоко вздохнул. А потом громко произнёс: — Ладно. Вообще дома кто-то есть, кроме того полутрупа? В ответ тишина. Первым выходит большой пёс породы сенбернар. Обнюхивает андроида, даёт погладить себя, а после уходит, виляя хвостом. Хорошая охрана, ничего не скажешь. Впрочем, животные всегда любили RK200. — Здравствуйте, мистер Маркус, — из соседней комнаты выходит Коул, чуть улыбнувшись. — Мы ждали, когда вы вернётесь. Папа так переживал, что уснул рядом с мистером Коннором! — он чуть смеется, но через мгновение становится серьезным. — Всё ведь будет хорошо? — Конечно, — андроид улыбается, треплет мальчика по волосам и проходит дальше, прихватив пакет. Хэнк, услышав шум в коридоре, открывает глаза, потянувшись. Он несколько секунд смотрит на Коннора, который всё так же не дышит и не подаёт вообще никаких признаков жизни. Становится немного жутко и страшно. По спине пробегают мурашки. — Пап! — в комнату забегает Коул, таща за руку андроида. — Мистер Маркус сейчас починит мистера Коннора! RK200 оценивающим взглядом смотрит на лейтенанта. — Значит, вы тот самый Хэнк Андерсон? — Маркус чуть приподнимает бровь. — Не понимаю, что Коннор в вас нашел, — он фыркает, опускаясь на колени рядом с другом. — Стой, что ты имеешь в виду? — мужчина поднимается на ноги, чуть тряхнув головой. — В смысле «нашел»? — Сколько я знаю Коннора, он никогда не помогал людям. А вы ему, похоже, приглянулись, — Маркус фыркает. — Иначе он бы не полез в ту дыру за Коулом. — он достает из пакета новый тириумный насос. — Повезло, что у стрелявшего дернулась рука. — Стрелявшей! Это была девушка! — кричит мальчик. — Она и забрала меня! Я пытался остановить ее, но она была сильнее! Хэнк и RK200 переглядываются, промолчав. Второй неспеша меняет биокомпоненты, приводя Коннора в рабочее состояние. — Ну вот и все, — он отряхивает руки, на которых виднеются следы голубой крови. — Мне пора идти. Он очнется в течение часа, — андроид накидывает куртку, — И да. Можете передать ему, — пауза, — что мы с Саймоном волнуемся за него? Пусть свяжется как придёт в себя. С этими словами Маркус ушел, не прощаясь, не ожидая благодарностей.

***

Статус работы систем — стабильная. Яркие вспышки не давали открыть глаза. В голове мелькали сотни образов, диалогов, действий. Память в красках обрисовывала каждый эпизод существования андроида. Начиная от начала, когда он предназначался для расследования преступлений, до тех пор, пока сам не начал их совершать. Джерард Муррей, его хозяин. Тодд. Его команда. Норт, чуть не убившая его. Маркус. Коул. Андроид чувствует тепло, исходящее справа и слышит сонное сопение. Хэнк Андерсон. RK800 нужно щуриться, чтобы после долгой отключки смотреть на включённые в комнате лампы. Это одна из тех вещей, которые приближают его ко всему человеческому. Коннор был рад, что остался в живых. Кулак с диодом все ещё был сжат. Хэнк Андерсон спал рядом. Однако был напряжен: плечи нервно сжаты, лоб нахмурен. Ведомый странным порывом, Коннор заправил прядь его растрепанных волос за ухо. И поднялся. Необходимо было узнать, как себя чувствует Коул. Андроиду казалось это важным. Он натянул свитер и отправился на поиски. Ребёнок читал книги, лёжа на полу в своей комнате. Услышав стук в дверь, он подорвался и тут же побежал открывать. — Мистер Коннор! — восторженно воскликнул он. — Я так рад, что вы живы! Коннор ничего не ответил, только улыбнулся и сел на пол рядом с мальчиком. — Когда вы лежали в комнате, без свитера… — начал он. — мистер Маркус разбирал вас и собрал снова. Он сказал, что вы будете в порядке. Вы один из тех роботов, да? — мальчик склонил голову. — Да, — признался андроид. — Прости, что не сказал раньше. Мальчик быстро замотал головой. — Я вам обязан, мистер Коннор! Вы рисковали ради меня своей жизнью. Это с вами впервые? — Нет, — произнёс Коннор тихо, вдруг потускнев. — Не впервые. Коул надолго задумался, переводя взгляд с глаз андроида на окно и обратно. — Насколько я знаю, — начал он, — роботы ничего не чувствуют. Я прав? — Теоретически, — андроид вдруг напрягся, отчётливо понимая, к чему клонится диалог. — А что? — Но вы же чувствуете что-то, не правда ли? — взгляд мальчика сделался подозрительным. — Вы любите его. Моего отца. Коннор принуждённо рассмеялся. — Я мало что знаю о любви, малыш. — Зато я — много, — улыбнулся мальчик. — И я точно знаю, что любовь — это когда рискуешь всем ради кого-то безвозмездно, просто потому что тебе необходимо видеть его счастливым. Коннор молчал, опустив голову. На секунду он испугался, что диод выдаст его эмоции, но на виске его больше не было. На шатающихся ногах он поднялся, на выходе из комнаты его догнал тихий голос ребенка. — Обещаю, я не скажу. Но вы обещайте, что скажете сами! Андроид не ответил. Выйдя в коридор, он буквально наткнулся на Хэнка. — Вот ты где, — произнёс он. — Я искал тебя. Поговорим? Коннор лишь кивнул, молча последовав за мужчиной в гостиную и усевшись в кресло. — Ты как? Порядок? — поинтересовался Хэнк. Коннор в ответ лишь вновь кивнул, и тогда полицейский продолжил. — Ты спас жизнь моему сыну. А значит и мне. Рискуя своей, — он произносил это медленно, словно загружая эти слова в сознание андроида. — Я не знаю, как благодарить тебя. — Не стоит, лейтенант, правда, — ответил Коннор. — Но, вы знаете, я всегда хотел жить. — Ну, теперь, когда Маркус починил тебя, ты вроде как живёшь. Типа того. Обещаю, что больше не заставлю и не позволю рисковать со… — Нет, вы не поняли. — прервал его Коннор. — Хочу жить так, будто знаю, что умираю. Как люди. — Люди обычно не думают о смерти, Коннор. — Как это? — он выглядел озадаченным. — Фактически люди начинают стареть, а значит, и умирать сразу после рождения. Как вы можете не думать о смерти? Хэнк задумался. — Я не знаю. Это просто кажется слишком далёким. К тому же, если думать о том, что будет потом, вся жизнь пройдет мимо. — Мне кажется, что без неё жизнь была бы лишена смысла. — признался андроид, вытащив диод из кармана и играясь с ним пальцами. — Смерть бывает отличным мотиватором. Правда, интересно, она вообще стоит того, чтобы жить? — он оставил маленький предмет на столе, прямо в его середине. Внутри все сжалось, ритм сердца участился, дыхание сбилось. Хэнк ещё долго не мог прийти в себя, осознавая что теперь смотрит на Коннора совершенно другими глазами. Что «злодей», которым он его всегда считал, — просто жертва, историю которой не рассказали. Хэнк не знал, что сказать, а андроид и не ждал ответа. Он встал, и, сняв свою куртку с крючка в коридоре, ушёл, не попрощавшись. По-английски.