Дикая любовь

Ави: В итоге все сложилось немного не так лучезарно, как мне мечталось. Хотя к выходным я уже почти уверилась в том, что с уроками я все же справлюсь. Даже в пятницу мне удалось кое-что сдать. Биологию мы сделали накануне вместе с Филом и Уайаттом. И я про себя подумала, что без Уайатта мы справились бы даже быстрее. Фил бы точно справился, а рядом с Уайаттом он мог меня только консультировать, а выполнять упражнения пришлось мне самой. Точно так же сам Уайатт консультировал меня по испанскому. Но тут уж я решила пойти на небольшую хитрость. Еще днем я побывала в кабинете испанского и порылась на полках. Как я и предполагала, там нашлось несколько старых учебников, в том числе и таких, где все правильные ответы и пропущенные буквы в упражнениях были вписаны карандашом на каждой странице. В конце концов, убедила я себя, это только на один раз, пока у меня форс-мажор. Те упражнения, которые мы выполняли с Уайаттом, и в которых я была уверена, я переписала в самом начале тетради и одно в конце аккуратным почерком, а все сомнительные ответы, переписанные с учебника, набросала так, что с виду казалось аккуратным, но совершенно нельзя было прочитать. Насколько я знаю психологию учителей, если задана куча упражнений для отстающих или нагоняющих, они все равно все проверять не будут, максимум одно-два в начале и в конце. Остальное просто сосчитают, чтобы все было. Так что у меня, скорее всего, все будет в порядке. Подобным же образом я решила проблему с черновиком доклада. Отсчитала в новой тетради двадцать страниц и вписала туда кое-где несколько умных фраз и цитат из произведений. Все остальное место исписала размашистым неразборчивым почерком, заполнив страницы случайным набором слов. Кое-где сделала отметки на полях. С виду эта писанина казалась довольно внушительной, как будто доклад уже полностью готов, только не переписан вчистую. Мисс Кларенс на это вполне купилась. Я немного волновалась, как там будет с родными Уайатта, а вдруг они не захотят оставлять его одного? Но все сложилось как нельзя лучше. Даже бабуля в конце концов, согласилась на нашу просьбу. Во-первых, ей и в самом деле польстило то, что меня настолько ценят как музыкантшу и даже зовут ассистировать, да и вид кучи учебников, которую я взяла с собой, внушал доверие. Во-вторых, Изабелл и правда трудно было в чем-то отказать, особенно взрослым. К тому же Олеффов бабушка уже немного знала и считала вполне приличной семьей. Конечно, синие волосы миссис Олефф ее немного смущали поначалу, но она вынуждена была признать, что художница имеет право на некоторую экстравагантность. Те более для Лос-Анджелеса это было почти нормой. У нашей соседки Патрисии было выбрито полголовы, а в ушах она носила серьги из волчьих и оленьих костей. Но она была между тем весьма приятной женщиной и хорошей хозяйкой… В общем, бабуля согласилась. И я отправилась к Олеффам «репетировать». *** - В общем-то, это не такое уж вранье, - рассуждала Изабелл, которую моральная сторона вопроса все же волновала. - Мы же действительно собираемся заниматься музыкой… Хоть и не все время! Вот в этом и была главная проблема! Мне не пришлось остаться с Уайаттом наедине. Изабелл осталась с нами. Сказала, что не так уж и рвется в эту поездку. Тем более раз уж Уайатт не едет, то она лучше останется дома с любимым братом. Не знаю, насколько любимый брат был в восторге от этой идеи, но я поначалу точно нет. Но возражать не приходилось, в конце концов, именно Изабелл мы были обязаны моим пребыванием здесь. И мне на самом деле очень даже нужно было позаниматься музыкой. А Изабелл могла меня реально подтянуть. В конце концов, не могли же мы двое суток просидеть за книгами. - Я составлю нам расписание, - заявила Изабелл. – Когда я буду с тобой заниматься, когда Джесс. Когда мы будем отдыхать, когда спать, когда обедать. И я берусь проследить, чтобы все было вовремя. - Вообще-то это мне мама велела за тобой присматривать, если ты помнишь, - сказал Уайатт строго. - Это он так пошутил, - буркнула Изабелл. – В чем именно за мной может понадобиться присмотр? - Чтобы ты не смотрела «Саут-Парк», например. Изабелл картинно завела глаза к потолку. - Поумнее ничего не мог придумать? Ты меня заставляешь непедагогично врать взрослым, так что не тебе мораль читать… И если уж я из-за вас впуталась в какую-то темную историю, то должна хотя бы проследить и убедится, что вы это время зря не потратите. Ну и вообще… Чтобы не было никаких неприятностей, понял? Между вами. - Какие неприятности могут возникнуть между одноклассниками, - поинтересовался Уайатт невинно, тогда как я предпочла бы избежать подобной скользкой темы. - Ты что, не знаешь, что иногда случается между мальчиком и девочкой, которые остаются наедине? – Изабелл широко распахнула глаза. - Никогда не поверю, что у меня брат такой недоразвитый. - Слушай, иди-ка ты лучше посмотри «Саут-Парк», - посоветовал Уайатт. - Да нет, зачем? Не будь таким беспринципным. Это тоже не педагогично, – Изабелл поудобнее уселась на диване и скрестила руки на груди. - И потом все равно это повтор. Я лучше на вас посмотрю. - Только ничего такого, на что ты так рассчитываешь, ты все равно не увидишь. Так что зря дожидаешься. - Если я захочу увидеть что-нибудь такое, я взломаю твой аккаунт на порно-сайте, - парировала Изабелл. – Такое лучше смотреть в профессиональном исполнении, а не в твоей бездарной интерпретации. - Какой еще аккаунт?.. И в каком смысле – бездарной?! - Что, ты хочешь сказать, что у тебя нет даже аккаунта на порно-сайте? – Изабелл снова закатила глаза. – Да уж, ты точно недоразвитый! Хочешь, дам пароль Илая? Просветишься. - Знаешь, если понадобиться, я и сам справлюсь, без посторонней помощи. - Точно уверен? А, кстати, что конкретно ты имел в виду? Как взломать сайт или… - Престаньте, - взмолилась я, наконец. – А то я умру от смеха. - Да точно! – согласилась Изабелл. – Тебе же нужно заниматься, а этот балбес только твое время зря тратит. Вот видишь, что бы было, если бы я вас не контролировала? Я буду следить, чтобы вы не выбивались из графика. И чтобы ели нормальную еду хоть иногда, а не только чипсы и мороженое… В общем-то за этим мама меня и оставила, а вовсе не за тем... Тебе, Ави, я доверяю. *** Все это были, конечно, шутки, но я не могла с некоторой долей зависти не признать, что Изабелл и в самом деле была гораздо самостоятельнее меня и вполне могла за нами присмотреть. И главное – родители на нее в этом полностью полагались. У нас же в семье о том, чтобы оставить меня дома даже на один вечер, не то что на три, не могло быть и речи. Независимость мне светила не раньше восемнадцати. Хотя это жуткая глупость, как я вдруг смогу стать самостоятельной, если меня к этому не приучать? Положа руку на сердце, я на самом деле еще не была готова, чтобы остаться вот так на ночь дома одной, без взрослых. Даже в обществе Уайатта и Изабелл мне было чуть-чуть не по себе, слишком уж непривычно. Но я бы скорее умерла, чем призналась в этом. - Повезло же вам все-таки. Что родители вас так уважают… У меня совсем не так, - поделилась я все же с Уайаттом своими размышлениями. - Все довольно просто. Мои родители мне доверяют. Но для этого сначала пришлось это доверие заслужить. - Интересно, чем… - И это тоже просто. Возьми на себя какое-нибудь обязательство... только не временно, не на один раз, а постоянное. И выполняй его все время так, чтобы не нужно было тебя контролировать, к тебе придираться, тебе напоминать… Покажи, что ты действительно умеешь отвечать за свои слова и поступки. Ведь взрослые потому и считаются взрослыми, что они умеют быть ответственными. Они работают, заботятся о детях, занимаются разными не очень интересными, но очень важными делами сами, их никто не подгоняет. Они знают, что должны, и делают, что должны. Докажи, что ты можешь так же. Сначала в чем-то одном, и сама увидишь, как много ты выиграешь. Во многом другом тебе так же начнут доверять. Не во всем, конечно, но по большей части… - Да, только проблема в том, что мои родители мне вообще ничего никогда не доверят. - Начни, например, самостоятельно делать уроки и приводить в порядок свою комнату. Наверно, у меня слишком вытянулось лицо, потому что Уайатт засмеялся. - Понимаю, звучит не особо романтично. Это страшно скучно. И трудно. На самом деле гораздо труднее, чем сделать что-то экстремальное один раз. - Мне кажется, это вообще невозможно. Уж как я старюсь, все равно не получается, чтобы каждый день все было в порядке… - Невозможно, это точно. Разные бывают обстоятельства... - Видео-игры, например… - не удержалась я. - Да, например, видео-игры, - согласился Уайатт серьезно. – Или пляж. Или просто лень. Я все-таки подросток, это тоже надо учитывать. Ну, и прослушивания у меня тоже бывают… Так что у меня с родителями договор… Немного странный, наверно. В общем, у меня все уроки за неделю должны быть сделаны к началу следующей, неважно, когда я ими буду заниматься, каждый вечер или только в выходные. Такое у меня обязательство. - И каждое воскресенье тебя проверяют? - Да вообще меня не проверяют, просто, раз уж мы договорились, то договорились. Как ты себя представляешь, что я буду говорить, что все выполняю, а на самом деле нет? Я себе вполне отчетливо это представляла. Уайатт это понял и только головой покачал. - Вот это и называется быть взрослым и ответственным. Выполнять то, на что подписался. Не важно, контролируют тебя или нет. - Погоди… - я немного смутилась, но что-то в этой схеме не вязалось. - А если, скажем, во вторник тебе задали урок по математике на четверг, и ты его не сделал и получил двойку… Это считается, что ты нарушил договор ли нет? - Нет, не считается, - ответил Уайатт, как мне показалось, с легким торжеством. – Потому что насчет не получать двоек договора не было. Но то, что мне задают в течение недели, я должен сделать к понедельнику, и это ничем не отменяется. Ни при каких обстоятельствах. Тут отговорок быть не может. Я должен рассчитать свое время так, чтобы все успеть. Сам рассчитать. И с уборкой то же самое, я могу прибираться каждый день или раз в неделю, только с условием, чтобы в воскресенье у меня было чисто. - Как-то я тут логики все равно не вижу. Для твоих родителей, я хочу сказать. Если у тебя бардак шесть дней в неделю и двойки, какой смысл в том, что в воскресенье порядок и в понедельник выучены все уроки. - Не знаю, может, их радует уже то, что я все же могу с этим справиться, если нужно, значит, не умственно отсталый, а просто лентяй? - засмеялся Уайатт. - Хотя не в этом дело. Просто после несколько особо эпичных уборок длиной на всю субботу и ночных бдений над учебниками постепенно и самостоятельно приходишь к выводу, что лучше уже поддерживать хоть какой-то порядок регулярно и заниматься каждый день, зато потом провести нормальные выходные в свое удовольствие… Большинство взрослых так и поступают, между прочим. Может, это и называется ответственность. Когда ты понимаешь, что то, что от тебя требуют, действительно нужно тебе самому. Да, это звучало разумно, даже слишком. Я вдруг почувствовала, что на самом деле гораздо младше его. Но это ведь нормально, правда? Девочкам свойственно влюбляться как раз в тех, кто постарше. Иногда даже во взрослых мужчин. А Уайатт уж точно мужчина. Мы довольно мило беседовали об этом во время одного из вечерних перерывов между занятиями, в то время как Изабелл готовила на кухне ужин. Я уже вполне освоилась у них дома, и мне больше не казалось странным, что мы здесь одни так надолго. - А с родителями мне на самом деле повезло, тут ты права, - добавил Уайатт. - Я знаю, что иногда говорят… Что они меня чересчур опекают, и что мама, а часто и Дуг появляется со мной на всех мероприятиях, вечерниках, премьерах, автограф-сессиях? - Да, я обратила внимание… Ну, то есть… Я смутилась, потому что получалось, что я слежу за его успехами, раз знаю об этом. Но Уайатт моего замешательства не заметил. - Ты, наверно, подумала, это потому, что родители слишком меня контролируют и никуда не пускают без присмотра? - Ну, что-то в этом роде, не знаю… - А ты не подумала, что мне просто нравится быть вместе с ними? Нравится, когда они рядом? Я покачала головой. Как это может нравиться? То есть, я своих родителей, конечно, люблю и все такое, и бабулю тоже, но проводить с ними СТОЛЬКО времени… Я бы удавилась. - Во всяком случае, я твоим страшно благодарна за то, что они дали нам возможность вместе позаниматься, - решила я сменить тему. - Так что, катастрофа вселенских масштабов отменяется? – усмехнулся Уайатт. - Похоже на то… Единственное, что плохо, это то, что я на этой неделе пропустила тренировку по регби. Артемис меня убьет. - Вряд ли она так глупо потеряет такого игрока как ты. Она считает тебя очень классной. Непременно приду за вас поболеть. - Прекрати, ты не можешь любить регби. Никто не любит регби. - Я люблю. Смотреть, как другие играют. Особенно девочки. - Врет, - вставила Изабелл из-за двери кухни. – Я играю в регби, и он до сих пор ни разу не пришел на меня посмотреть. - Да потому что в вашу пижонскую школу никого не пускают! И вообще, ты там готовь и не подслушивай! *** На самом-то деле мы действительно питались в основном чипсами и мороженым, но Изабелл все же иногда готовила. По крайней мере, завтрак. И у нее на самом деле отлично получалось. Она умела жарить семгу, готовить воздушный омлет с сыром и маленькие круглые гренки, даже печь оладьи. Уайатт умел готовить только салаты, да и то Изабелл к его кулинарным изыскам относилась скептически. - Выковырять из половинок авокадо косточки и вложить туда клубнику - это еще не называется приготовить салат, - ворчала она. - А если полить это сливочным сыром – называется. Изабелл обреченно махала рукой и готовила к ужину настоящий салат, например из креветок, вареных яиц и всевозможных овощей, нарезанных звездочками. Уайатт по-прежнему предпочитал более простые рецепты, преимущественно из двух ингредиентов, например, смешивал зеленый горошек со сладкой кукурузой или маслины с апельсиновыми дольками. По поводу способа принятия пищи у них тоже мнения были диаметрально противоположные. Изабелл считала, что есть надо в столовой за правильно сервированным столом со всеми полагающимися бокалами, ножами, вилками и салфетками. Уайатт считал, что рациональнее всего есть, стоя прямо у открытого холодильника. В качестве компромисса мы эти дни завтракали и ужинали за кухонным столом, а в течение дня перекусывали в саду у бассейна. Там же, где большую часть времени занимались. Это было невероятно, но мы действительно занимались! У меня все шло более-менее гладко и по плану. Уайатт мне помогал, но не постоянно, успевал готовить и свои уроки, и сидеть за компьютером, и играть с собачкой, и ковыряться в айфоне… Но при этом он действительно уделял мне массу внимания и направлял мои действия в нужное русло. В субботу и воскресенье хочется поспать подольше, но Уайатт вставал по звонку будильника и поднимал меня. Иногда во время занятий мы делали небольшие перерывы, чтобы поесть, поболтать, поиграть в теннис с Изабелл или поплавать в бассейне – было все-таки очень жарко. Однако все перерывы были четко учтены и на основной процесс не влияли. Уже к середине субботы моя казавшаяся совершенно неподъемной груда домашки значительно уменьшилась. Изабелл контролировала меня в основном по музыке и оказалась вполне приличным педагогом. Правда, к моему огорчению, Уайатт при наших занятиях не присутствовал, Изабелл всегда решительно выставляла его из гостиной. - Ты, может, уйдешь, займешься чем-нибудь своим? – ехидно спрашивала она Уайатта. – Потому что бы будем сейчас «пиликать», как ты выражаешься, и мешать тебе. - Я могу надеть наушники, - великодушно предлагал Уайатт. - А ты не мог сказать, что наша божественная игра тебе нисколько не помешает, наоборот, принесет невероятное удовольствие? – начинала кипятиться Изабелл. - Ты же сама только что учила меня не врать. - Выйди, Джесс, сейчас же. Не беси меня. Иначе с тобой несчастный случай случится. Уайатт с демонстративно несчастным видом уходил. И я старалась убедить себя, что он не хочет уходить из-за меня, а не только из желания подразнить сестренку. Благодаря которой, в общем-то, я все задания по музыке приготовила в два раза быстрее, чем обычно. Изабелл здорово выручила меня в еще одном деле. Для дизайнерского клуба я подрядилась сделать несколько рисунков, чтобы украсить школьный кабинет для шиться. Не какие-нибудь там фасоны модных юбок, а вполне художественные изображения на тему истории костюма. На каждом рисунке крупного формата предполагалось изобразить две фигуры, мужскую и женскую, в костюмах определенной эпохи. Это задание поручили лучшим рисовальщикам, мне достались эпохи Древнего Египта, Деревней Греции и Византии. - Мне не то что бы необходимо это нарисовать, - пояснила я. - Но если я этого не сделаю, это будет удар по моей репутации в клубе… - Ясно, понятно… Но тогда я тебе все-таки помогу, - решила Изабелл. – Пока вы занимаетесь, я посмотрю, что у нас есть по этой теме. У нас куча разных справочников по живописи, в том числе и по истории костюма, с шикарными иллюстрациями. Я сделаю для тебя наброски, а начисто ты перерисуешь сама. Все же сэкономим время. Это действительно здорово сэкономило мне время. В сущности, все, что мне пришлось сделать самой, это скопировать уже полностью готовые рисунки на листы большого формата. Изабелл в это время читала мне вслух учебник по психологии, таким образом, и к зачету я более-менее подготовилась. Потом Изабелл обводила мои рисунки тушью и раскрашивала акварелью. - В общем-то, это не считается, - пояснила она, выполнив львиную долю работы. – Это совсем небольшая помощь. Рисовала-то все равно ты. Жаль только, что костюмы не средневековые, там гораздо интереснее. Больше деталей. Я-то на самом деле выбирала, что попроще, но Изабелл об этом решила не говорить. Она слишком уж меня идеализировала, не хотелось ее разочаровывать. Это, видимо, была их семейная черта - видеть в людях только хорошее. Ну, или придумывать в них что-то хорошее. Даже если его там совсем нет…