Дикая любовь

Финн: - Олефф удалил меня из друзей, знаешь? - сообщил мне Джек. - Этого еще не хватало, - вздохнул я. - На самом деле это я сам напросился, - признался Джек. – Я просто решил… Пояснить ему, как по-свински он себя ведет в последнее время. Надеялся, что до него хоть немного дойдет. Написал ему такое письмо... Честно, я вообще еще никому таких длинных писем не писал. Все ему высказал. Особо насчет того, что он себя прям считает прям таким принципиальным и правильным, вечно всем мозги трахает насчет порядочности, самоуважения и всего такого, воображает себя всеобщим папочкой, а сам ведет себя, как последний ублюдок. Разыгрывает из себя в жизни, не пойми кого, просто потому, что ему в кино играть не дают, а на самом деле он пустое место. И я ему, конечно, очень благодарен за все хорошее, что он мне когда-то сделал, но ради этого я не намерен терпеть его сволочизм… - Ты прямо этими словами написал? - спросил я тревожно. - Ну да. Да и не только этими. Я всего уже и не помню. - Воображаю, что он тебе ответил... - Да знаешь, ничего особенного, - Джек слега смутился. - Всю ту же лабуду в своем стиле. Что он меня очень любит и всегда будет, но не желает поддерживать со мной общение в подобном тоне… - Джек помолчал, надув губы, потом добавил раздраженно. - И еще, что не стал читать мое письмо полностью, ему хватило пары первых предложений, чтобы вникнуть в суть, и он решил решить эту проблему за меня и избавить меня от его особы и необходимости с ним общаться. Скажи, что не придурок? И после этого добавил меня в черный список. В общем, зря я так старался писал… Он казался страшно расстроенным. Как будто именно то, что Уайатт не прочитал его письма, было самое плохое. И мне, конечно, была приятна его поддержка… Но что-то все же с этим было не так. - Тебе не обязательно с ним ссориться из-за меня, - добавил я для очистки совести. - Обязательно, - бросил он угрюмо. - Один он, что ли, тебя бросать может? Я его тоже могу. - Остальные дружат с нами обоими. - Это их дело. Я не умею так, и вашим, и нашим. - Спасибо, что так переживаешь за меня, правда, - сказал я растроганно. – Я этого, наверное, не стою. Я даже не пришел на твой день рожденья… - Я знаю, ты не смог. Но я знаю, что ты хотел. - Хотел, правда, - подтвердил я. - Мне иногда так трудно... То и дело, приходится в чем-то себе отказывать. Помнишь тот день рожденья Джея, когда… Ну, тот, который… Я не смог продолжать, и Джек понимающе кивнул. Тот свой день рожденья Джейден отмечал в один день с Дженнифер, мамой Уайатта, и с утра их чествовали в доме Олеффов. Там был Энди, его сестра Барбара, многие наши друзья. А после торжественной части вечеринка должна была разбиться надвое, Джейден со своими братишками и сестренками, с Лилией, Уайаттом, Джеком, прочими друзьями отправлялись праздновать в кафе отдельно от взрослых. Я бы, конечно, тоже не отказался пойти вместе с ними… Но тот вечер у меня уже был занят. Так что мы просто немного потусовались вчетвером на заднем дворе у Олеффов. Мне было и хорошо, оттого что мы все-таки друзья, и все-таки вместе, и горько оттого, что прямо сейчас мне придется уйти, а они останутся... По-прежнему вместе. Я вдруг подумал, что, наверно, скоро уеду, обратно в Канаду. А они останутся. Но уже не вместе, как раньше. И Уайатт больше не придет на день рожденья к Джеку. И Джек к нему не придет. А к Джейдену? Как между ними будет? Неужели это все из-за меня?.. Сам Джек по-другому истолковал мое подавленное состояние. - Ах, да брось ты так переживать из-за него! – воскликнул он. - Ты ведь понимаешь, что он тебе и в самом деле просто завидует? И что на самом деле все именно из-за этого? Из-за его зависти. Потому что ты столько всего добился, а он нет? Он сам по себе ничтожество, а по сравнению с тобой, он просто никто! А ты звезда, даже больше, ты - личность. Мы все по-хорошему должны тебе завидовать, и это нормально. Только он-то не может по-нормальному. Он может только так! Он ведь, наверняка, заранее так решил, еще, когда ты ему рассказывал про все. Решил, что стоит сразу этим воспользоваться. Слушай, да у него это вообще единственный шанс представился тебя хоть в чем-то превзойти! Ни в чем другом он тебя обойти не может, вот и увел у тебя девушку. Назло тебе, скорее всего, чтобы доказать, что он хоть в чем-то круче тебя! Странно, вот если бы кто-то другой сказал такое об Уайатте, я бы только посмеялся. Я даже сейчас прекрасно понимал, что это не про него, и это все неправда. Он бы так не поступил, и даже не из-за каких-то там высоких принципов, он просто НЕ ТАКОЙ. И мы оба это знали. И просто глупостью было думать о нем так… И все-таки слова Джека мне были, как бальзам на душу. Я с легкостью дал ему себя убедить в том, что все так и есть, как бы бредово ни звучала та самая сплетня, которую я сам и пустил. - Я ведь не притворялся, когда говорил, что охотно поменялся бы с ним, - заметил я. – Отдал бы все, что ему кажется важным. - Ты на самом деле так сильно ее любишь? - спросил Джек тоскливо. Наверно, он думал, что дело именно в этом, все еще в моем безответном чувстве. И если бы я не был так сильно влюблен в Ави, то рано или поздно забыл бы ее и смирился с тем, что она выбрала не меня. Наверно, я и в самом деле смирился бы. Если бы дело было именно в этом. *** И сейчас, прежде чем ответить, я задумался. Может, чему меня эта ситуация и научила, так это думать о том, к чему могут привести мои поступки и даже слова, какие у них могут быть последствия. И размышляя об этом, я пытался представить, как бы все было, если бы Ави выбрала меня, если бы мы стали встречаться, как надолго меня хватило бы. Да, я был бы счастлив… Наверно. Очень. Некоторое время. А что потом? Я бы смог проводить с ней все время, день за днем… Всю свою жизнь? Нет, вряд ли. Иногда мне казалось, что дело именно в моей неутоленной страсти к ней, и если бы она ответила мне взаимностью, эта страсть могла быстро угаснуть. А вот с Уайаттом, я смог бы дружить всегда, и мне это не надоело бы. Умом я это понимал, но вот, что касается эмоций… Странно, теперь, когда я не видел Ави, я про нее почти не вспоминал. Но стоило мне увидеть ее рядом с Уайаттом, и я ревновал. Ревновал безумно. Теперь я все время про это думал, даже спать нормально не мог. Можно сказать, это стало у меня своего рода навязчивой идеей. Они встречаются? Он ведь не только таскает ее на наши встречи, ну, а сами по себе они встречаются? Кроме школы, естественно? Наедине? И что происходит? Они вот так же ходят под руку… Сидят в обнимку… Целуются? И все остальное тоже? Про что мне рассказывал Дилан? Они, что же, на самом деле этим занимаются? Они… спят вместе? Вот прямо лежат вместе в постели, как настоящая взрослая пара? Он прикасается к ней? Везде? Он ее видел без одежды? Видел ее грудь? И так далее, и так далее… Мысли или даже фантазии на эту тему вконец меня измучили, но и перестать об этом думать я не мог. Мне почти хотелось расспросить Уайатта обо всем. Просто чтобы точно знать. Черт знает, почему, но мне казалось, если я буду знать про все наверняка, меня это успокоит. Если бы я любил Ави на самом деле, я бы, наверно, думал, прежде всего, о том, чтобы она была счастлива. Хотел бы, чтобы ей было хорошо. А то, что с Уайаттом ей будет лучше, чем со мной, в этом сомневаться не приходилось. Даже если бы она не была в него влюблена... Он умнее, добрее, ответственнее, с ним ей просто будет лучше… Вернее, я раньше думал, что он такой. А какой он на самом деле?.. Вот то-то и оно - дело было не в Ави. Совсем не в ней. *** - Дело не в ней, - сказал я. - Дело нем, понимаешь? Я не знаю, как объяснить. Я просто… Если бы он просто… Я на самом деле думал, он лучше нас всех. Думал, ему можно все рассказать, во всем довериться. И что бы ни случилось, он поймет и поддержит. Понимаешь, я так… Я был так счастлив, когда рассказывал ему об этом. Потому что для меня тогда это было самое важное на свете. Кто угодно мог бы посмеяться, посчитать это глупостью, я думал, даже ты. Но только не он! Я думал, он понимает, как мне это важно, верит мне, думал он искренен со мной… Когда обещал помочь, поддержать, когда утешал меня, подбадривал. А это все было ложью. Они либо посмеялся надо мной, либо использовал. Я не знаю, что хуже. Я не знаю, что хуже сейчас, назло он меня доводит или ему вообще наплевать? Неважно… Но ПОЧЕМУ ОН ТАК? Я так его любил на самом деле. Так им восхищался… А для него это ничего, совсем ничего не значило!.. Я больше не мог сдерживаться. Меньше всего на свете я хотел распускаться перед Джеком, волновать его, но выдержка мне полностью изменила. Вся эта невыносимая тяжесть последних дней, обида, разочарование, боль рванулись наружу, и я разразился безудержными слезами. - Ох, что ты, Финн, - проговорил Джек испуганно. – Не надо, не плачь, он этого не стоит… Тварь такая... Я вдруг подумал, что если бы на его месте был Уайатт, мне было бы проще. О нем я никогда не думал, что расстрою его или сильно разнервничаю, я как-то привык считать его сильным или просто человеком, который всегда остается спокойным и может при необходимости успокоить других. Вот почему с самым важным я шел именно к нему. При воспоминании об этом я еще сильнее разрыдался. - Понимаешь теперь? – произнес я с трудом сквозь всхлипы. - Я так ему верил, я… Открыл ему самое личное, самое дорогое… Всю душу… Я всю душу ему наизнанку вывернул... А он… а он в нее плюнул… И как теперь жить после такого, кому вообще верить?.. - Мне ты можешь верить, мне! – воскликнул Джек и неловко обнял меня за шею. – Забудь ты об этом кретине! Я не понимаю, что ты вообще в нем нашел! Он никогда не был нам по-настоящему другом. Заносчивый, самолюбивый… А сам при этом просто ничтожество. Забудь о нем. Не плачь больше. - Я не могу, - сознался я. – Не могу о нем не думать. Все время вспоминаю, как у нас все было, как мы дружили, и мне по-настоящему больно… Из-за Ави мне не было так больно. Это просто ничто, по сравнению с тем, что я чувствую сейчас. Ну почему он оказался не таким, как я думал? - Не таким, как мы думали, - поправил меня Джек. – Мы все в нем ошибались. - Остальные-то по-прежнему считают его другом. - Это ненадолго. Они тоже скоро поймут. Если бы они видели тебя сейчас… - Они об этом не узнают, - сказал я поспешно. – Ты никому не расскажешь! Не хватало еще так унижаться… - Нет, что ты! Но все равно, они тоже разберутся и его раскусят. - Тебе совсем не жаль? – спросил я. - Того, что вы теперь больше не друзья? Джек помолчал немного. - Жаль. Очень. Но мне жаль старого Уайатта, а не такого, как сейчас. Это все равно не такой Уайатт, как мы думали. Может, такого, как мы думали, вообще никогда не было? Мы просто считали его таким. А на самом деле он вот такой, как сейчас? Или это я его таким сделал, подумал я. - Вообще мне не важно, - продолжал Джек. – Это все равно, как если бы он умер. Мне правда жаль, и мне трудно, но… что я могу поделать? Когда человек умирает, его уже не вернешь. А этот другой человек мне вообще не нужен. Ты сам говорил, что это не только из-за того, что он отбил у тебя эту девочку. А из-за того, что он оказался таким подлым. Я тоже поэтому. Из-за того, каким он стал, как ведет себя с тобой. Что бы ты ему ни сделал, его это не оправдывает. Эти слова эхом отозвались в моем сознании, где-то я такое уже слышал. Кажется, так Джереми говорил обо мне. Не важно, что было, важно, как я веду себя сейчас… - У него тоже могут быть свои причины, - заметил я справедливости ради. - Мне все равно, какие там у него причины, я на твоей стороне. Я кивнул и постарался успокоиться, провел по лицу ладонями, стирая остатки слез... Вернее, попытался это сделать, но они снова побежали. Джек при виде этого подскочил, как ужаленный, и нервно заходил по комнате из угла в угол. - Я его просто убью, - проговорил он мрачно. - Никто не смеет так доводить тебя. И он тоже. Что бы он о себе ни возомнил! Он покойник! Я, как ни хреново мне было, все же улыбнулся сквозь слезы. - Это все слова, Джек. Никто никого на самом деле не убьет. - Нет, но я бы хотел, - ответил Джек зло. - Я бы его сейчас придушил собственными руками. За эти твои слезы. Это ничем нельзя оправдать, вообще ничем! Каким бы он ни притворялся, но если он заставляет тебя страдать, он заслуживает самого плохого! И я его достану! - Брось, Джек, что мы можем? – горько усмехнулся я. – Это же не кино. А в реальности все наши планы мести - это просто фантазии. Никакого реального вреда мы ему не причиним. Я уже пытался. - Это не считается, - отмахнулся Джек. – Это не реальный вред, а так, фигня, все уже об этом давно забыли… Он вдруг перестал вышагивать по комнате, остановился и пристально посмотрел на меня. - Можно принести реальный вред. Можно на самом деле очень многое. Финн, если ты действительно захочешь ему отомстить, можно найти способ. - Я не хочу ему мстить! – перебил я его поспешно. - Я же прекрасно знаю, что месть бессмысленна, что она ничего не решает, ничего не исправляет. И легче мне не будет из-за того, что ему будет плохо… Но я хочу, чтобы он понял. Просто почувствовал то же, что и я... - А что ты чувствуешь? – спросил меня Джек напряженно. – На самом деле, ЧТО? Я не знал, как это выразить оной фразой, одним словом. Сказал первое, что пришло в голову: - Как будто у меня отняли самое дорогое… Хотя я и сам не знаю, что… - Зато мы знаем, что дороже всего для него, - заметил Джек удовлетворенно. - То самое, из-за чего все и началось. Из-за чего он так завидует. И что для него будет самое страшное. Гроб для его актерской карьеры. - Да какая у него сейчас карьера, - ответил я, чувствуя себя ужасно неуютно. Наш разговор принимал все более странный оборот. – Его и так никуда не зовут, он нигде не снимается… - Но он все время на людях, он по-прежнему популярен, и у него всегда есть надежда где-то сняться, - возразил Джек. - В любой момент его могут куда-то пригласить. Что, разве нет? - Да, пожалуй… Да, почему бы и нет, Уайатт по-прежнему оставался талантливым и красивым любимцем публики, этого никто не отменял. И, конечно, в любой момент его карьера могла вновь пойти в гору… - Так вот, нужно лишить его этого всего, - заявил Джек, таким тоном, что я даже вздрогнул. - Ты с ума-то не сходи, - посоветовал я. - То есть я, конечно, хочу, чтобы он понял и прочувствовал, но ведь не настолько... В смысле ничего противозаконного я не хочу делать. Не хочу причинять ему вред физически, это, во-первых… А во-вторых, не хочу, чтобы у меня или, тем более, у тебя из-за этого потом были неприятности! - Никаких неприятностей, - Джек недобро усмехнулся. - И ничего противозаконного. Я имею в виду, для нас ничего такого не будет. Никто даже не узнает, что мы к этому имеем отношение. А вот у него будут неприятности. Еще какие. На его будущем уж точно можно будет крест поставить. Я по-прежнему не верил, что все это может быть всерьез. Джек явно зарвался и напридумывал себе несуществующий план мести. Я решил его не разубеждать, а просто дать выговориться. - Понимаешь, я ведь тоже… - сказал он доверительно. - Когда он меня заблокировал, я был так зол... Ну, просто очень зол, хотя и не так, как сейчас. Всю ночь думал, думал, прикидывал, как бы я мог ему отмстить за такое…. А потом я еще переписывался с Элли как раз по этому поводу и рассказал ей все… Я дернулся. Меньше всего мне хотелось посвящать в мои личные проблемы девушку Джека. - Ты и Элли сюда втянул? Чувак, ну это ты зря! - Я ей не все рассказал, - успокоил меня Джек, - Что я, маленький, не понимаю? Рассказал только то, что касается меня и его. Показал ей нашу переписку, его дурацкие лицемерные ответы… Ну и мы обсуждали, как ему можно отплатить за это. В общем, она предложила один такой план… Но только я тогда не всерьез об этом подумал, подумал, что мы так просто болтаем, потому что… - он помолчал, словно размышляя. - Потому что, если бы дело касалось только меня, того, что мы поругались, и он меня забанил, это слишком. Мне он по-настоящему ничего плохого не сделал. Забанил, ну, и наплевать, без него проживу. Это не стоит того, чтобы… Тратить на него столько усилий. Но теперь я уже так не думаю. Теперь я думаю, все-таки стоит. Он этого заслуживает. Если ты уверен… Я что-то уже совсем не был уверен. Даже в том, что хочу знать, в чем заключается этот великий план. - Есть разные способы поломать карьеру актеру, особенно начинающему, - пояснил Джек. - Но есть один… Самый действенный. И ты знаешь, о чем я. Чего здесь почти никогда не прощают. Даже знаменитостям, если узнают, что они были замешаны в таком, сложно отмыться. - Джек, ты спятил? – до меня, наконец, дошло, что он имеет в виду. – К нему это все вообще какое имеет отношение? - К нему никакого, но это не важно. Мы можем устроить так, чтобы все так про него подумали. Все тем же способом, через интернет. Там все дела делаются. Элли говорила, у нее есть знакомые компьютерщики, которые… Ну, ты знаешь. Умеют многое такое всякое. - Хакеры, что ли? - Ну, типа того. Если хочешь, я ее попрошу… И она с ними свяжется. - Нет, Джек,- отрезал я. - Все, кончай. Это уже не шутки. - А мы и не собираемся с ним шутить! Мы собираемся его проучить, как следует, разве нет? Я покачал головой. Как-то слишком далеко все заходило. - Джек, это правда серьезно. Не знаю, как уж вы с Элли собирались что-то такое провернуть, но это ведь подсудное дело! - Но никто никогда не узнает и не докажет, что это мы… - Тогда какой смысл? Я хочу сказать, если никто знать не будет, то как он поймет… - О, он-то поймет, - хмыкнул Джек. - Я хочу сказать, поймет только он. Но доказать ничего не сможет, в этом весь и смысл. Если ты боишься… - Не в этом дело, - хотя мне и в самом деле было очень не по себе. - Это уже не просто розыгрыш. - Если хочешь, я сам все сделаю. Мы с Элли, я имею в виду. Ты вообще будешь ни при чем… - Нет уж, - возразил я решительно. – Все-таки это мое дело, а не твое… Так что мы вместе будем в этом участвовать. - То есть ты согласен? - Да… Нет… Нет, Джек! - Нам за это ничего не будет, - продолжал уверять меня Джек. - Особенно нам с Элли. Нам ведь еще нет шестнадцати. - Я и не того боюсь, что будет… А просто… Просто это было уже чересчур, подумал я. И дело даже не в том, что это слишком… криминально, даже я это понимаю, просто... Это как переступить черту, к которой раньше я даже не собирался приближаться. Точка невозврата. Это будет окончательно беспросветно, отрежет все пути назад, сведет на нет малейшую, даже самую призрачную надежду на примирение в каком угодно далеком будущем. - Нет, так нельзя, - возразил я. – Это ведь, ну… Его после этого правда больше никогда не пригласят сниматься… - Так мы ведь этого и хотим. - А если он, я не знаю… С собой покончит? - Ой, да ладно, - фыркнул Джек. – Из-за такого с собой не кончают. Особенно такие, как он. Он себя для этого слишком любит. - Нет, - ответил я твердо. – Не могу, нет. Дело не в нем, а в нас. Не могу же я так опускаться. И тебе не позволю… влипать в такие истории. - Ну, как знаешь, - Джек обиженно надул губы. – Я вообще-то для тебя все это придумал… Но раз ты не хочешь… Я хотел… Я уже и сам не знал, чего я хотел. *** Весь вечер я потом только об этом и думал. Даже есть не мог. Я все еще до конца не верил, что такое возможно провернуть… А если и возможно? Я в самом деле на это соглашусь? Джек просто не понимает до конца, во что мы лезем. Я же старше его почти на год, я должен быть разумнее. Надо просто об этом забыть. Но легко сказать забыть… Что-то в этом все же было, что-то болезненно-соблазнительное. Особенна та мысль, что он будет знать, что это мы, точно будет, но доказать не сможет. После того, как Джек изложил мне свой план во всех деталях, он мне показался очень убедительным. Это могло сработать. Действительно могло. Мне нравилось это осознание, что я будто держу судьбу Уайатта в своих руках, могу нанести удар, но не делаю этого. Может, мне стоило этим и ограничиться? Размышляя об этом, я просматривал разные сайты и странички в интернете, почти бездумно. Не удержался, опять, в который раз зашел в инстаграм Уайатта. В последнее время он так часто постил там фотки Ави… Я понимал, что это безумие, что только растравляю себя таким образом, но все равно не мог отказать себе в этом мутном удовольствии, хотя бы так любоваться на нее время от времени. Сегодня у него было очередное обновление. Только не фото, а видео. Он снял Ави, когда она качалась на качелях, на какой-то детской площадке, и ее чудесные волосы развивались, то отлетая назад, то снова падая на лицо и почти скрывая его. А она улыбалась, и ее синие глаза сияли, как звезды. Она смотрела прямо в камеру, будто прямо на меня. И я невольно улыбнулся ей в ответ. И только потом понял, что сморит она не на меня. На него. Всегда только на него! У меня в голове как будто что-то сдвинулось. Как будто лопнул какой-то сосуд, в котором была не кровь, а черная липкая грязь, которая затопила мой мозг, залила глаза тьмой, парализовала волю. Словно кто-то другой действовал за меня. Моя рука сама собой потянулась к телефону, пальцы сами нашли номер Джека… Губы сами произнесли: - Ладно, я согласен.