Влюбился в сумасшедшую

Она лежала на кровати в усмирительной рубашке и привязанная к постели ремнями. Её глаза были завязаны черной повязкой. По камере раздавался сумасшедший смех, создающий страшную атмосферу. В комнату вбежали трое врачей. — Быстрее! Дайте мне шприц! – говорил один из врачей. Медсестра наполнила шприц какой-то жидкостью и отдала главному врачу. Помощник врача, держал девушку, которая продолжала пугающе смеяться и громко кричать. Её схватили за голову и повернули в противоположную сторону от врачей. Ей оголили шею и быстро вставили иглу. Она улыбалась сумасшедшей улыбкой и даже не почувствовала боли. — Ахахахаха, ваше успокоительное не поможет! – говорила девушка, крича на всю камеру. — Ещё! – сказал глав врач, протягивая руку медсестре. Девушка быстро наполнила второй шприц той же жидкостью и отдала врачу. Мужчина быстро вставили иглу в шею и улыбка пропала с лица больной. Напряжение в теле упало и мышцы расслабились. Помощник врача отпустил голову девушки и она свободно упала на бок. Главный врач положил два шприца на поднос к медсестре и вынул у себя из кармана халата записную книгу и ручку. — Маринетт Дюпэн-Чен, двойная доза успокоительного, – мужчина убрал книгу и ручку обратно в карман и посмотрел в глаза медсестре и своему помощнику. — Нужно что-то более действующее. — Но, это самое сильное, что у нас есть в больнице. – сказала медсестра. — Нужно найти что-то сильнее! Смешать лекарства! Я не знаю, но нам нужно что-то более эффективное. – мужчина повернулся к пациентке и посмотрел на неё. Вся шея была в маленький точках от шприцов. Кожа была бледная, как фарфор. — Ты не можешь больше колоть столько успокоительного, она может умереть от такой добавки, а нам этого совершенно не надо! — Но...что мы можем ещё сделать? – спросил помощник врача. — Пока что, нужно найти более сильное лекарство для неё. Её организм не сможет переработать столь большое количество успокоительного, которое мы ей даём. Медсестра лишь вздохнула и посмотрела на больную. — Она ведь сошла с ума, лишь из-за смерти родителей, как нам известно? – спросила девушка. — Да, совершенно верно. – ответил главный врач. — А что если, попробовать взять их фотографию, и поставить рядом с ней? — И что? Вы хотите сказать, что она излечиться из-за какой фотографии?! – спросил мужчина. — Нет...нет конечно, но...возможно, это хоть немного успокоит её. — Она разведёт здесь истерику ещё хуже, чем сейчас! Неужели этого не понять? – крича спросил врач. — Простите... Главный врач протёр рукой лоб и направилась на выход. Помощник врача последовал за мужчиной, но лишь медсестра осталась на месте. — Вы идете? — Да, простите. – девушка выбежала из палаты, оставляя больную одну

Через 5 часов

Маринетт просыпается, но сразу же резко закрывает глаза. Той черной повязки, которая закрывала свет для больной, больше нет. Девушка медленно открыла глаза и постепенно стала разглядывать комнату. Когда её привели сюда, на ней уже была повязка и она никогда не видела эту комнату. Маринетт повернула голову и пристально смотрела на фотографию. Фотография, где была счастливая семья, состоящая из матери, отца и дочери. Семья стояла и улыбалась нежными улыбками. В глазах играло счастье, и все члены семьи крепко держались за руки... Девушка молча смотрела на фото и улыбалась... Вот оно, лекарство. В комнате послышались щелчки открывающейся двери. В комнату вошли главный врач с медсестрой. Они оба остались в шоке, увидев Маринетт не с сумасшедшей улыбкой, а какой-то, доброй... Мужчина посмотрел на медсестру, а та лишь опустила голову. — Это ваше рук дело? – врач повысил голос и указал на больную. — Да. Но вы видите, что она совершенно спокойна! – девушка взглянула на Маринетт. — Согласен, – мужчина понизил тон и посмотрел на Дюпэн-Чен. — Что же, как бы не так, но нам нужно вывести её. Медсестра одобрительно кивнула и вышла из комнаты. Через минуту, девушка вновь зашла в камеру, везя перед собой коляску (инвалидную кто не понял). Мужчина подошёл к Маринетт и закрыл ей глаза. Девушка сразу же задергалась и та добрая улыбка, сменилась на сумасшедшую. Смех вновь раздался по камере... Врач не обратил на это внимание, а лишь отцепил ремни и взяв больную на руки, усадил её в коляску и прикрепил её ноги, талию и грудь ремнем. Маринетт истерически кричала и быстро дёргалась, пытаясь вырваться. Мужчина не выдержал и направив медсестру за шприцами, схватился за ручки коляски и крепко их держал, не позволяя больной опрокинуться... В комнату вбегает медсестра с двумя шприцами. Один был наполнен полностью, но второй, был лишь на половину. Главный врач сказал девушке вколоть шприцы в шею Маринетт. Медсестра выполнила приказ врача и больная постепенно успокоилась. Мужчина снял повязку с глаз Маринетт и повез её на выделенный участок для прогулок. Дюпэн-Чен всё внимательно рассматривала по пути на прогулку. Каждый сантиметр коридора она пыталась запомнить. Наконец выехав на улицу, Маринетт ахнула от увиденного. Хоть это и был участок для больных, но он невероятно красиво оформлен. Маринетт следила за каждым листиком, падающий с дерева на землю. Девушка хотела всё потрогать, но она не могла. Эта усмирительная рубашка, не давала ей возможности. Больная посмотрела на врача. — Хочу потрогать! – Маринетт посмотрела на зелёную траву, которая блестела на солнце Мужчина будто проигнорировал слова Маринетт и продолжил наблюдать за природой. — Я сказала, что хочу потрогать! – девушка громко выкрикнула, чем напугала главного врача. — Даже не думай! Я даже не позволю наступить на траву! – мужчина говорил это с жёсткостью в голосе. Маринетт нахмурилась и сумасшедшая улыбка вновь появилась на лице девушки. Как только больная хотела раскачаться, она услышала, как главного врача куда-то зовут. Мужчина взял коляску за ручки, но тут же услышал от Маринетт слова, которые вряд-ли ожидал услышать. — Неужели, вы думаете, что я убегу в таком состоянии? – девушка посмотрела на врача. — Я ведь связана! Не хочу вновь в камеру, хочу дышать воздухом... Мужчина ничего не сказал Маринетт. Он убрал руки и позвал какую-то девушку. Имя девушки было Элис. Маринетт решила взглянуть на эту особу. Ничем не удивительная девушка. Темные волосы, карие глаза, слегка темная кожа, невысокого роста... — Элис, следи за ней внимательно! Мне нужно отойти. – мужчина ушёл, оставив Маринетт и Элис наедине. Дюпэн-Чен медленно стала раскачиваться, чем привлекла внимание Элис. — Я хочу потрогать. – Маринетт вновь повторила свои слова, которые говорила врачу. — Я не имею право развязывать тебя! — Но лишь чуть, чуть! Вы меня потом вновь кинете в камеру на долгое время. Хочу дышать! Элис посмотрела на это с другой стороны. Ведь она говорит правду. Маринетт вряд-ли выведут ещё раз на улицу, а сейчас... Девушка медленно приблизилась к больной и сняла ремни с ног больной. Девушка хитро улыбнулась и сделала вид, что все ещё не может потрогать траву. Элис не выдержала и развязала ремень на талии. Но Маринетт не хотела оставаться в ещё одном ремне. Она дотянулась до травы и ловким движением, оттолкнулась и упала назад. Элис подбежала к Дюпэн-Чен и попыталась поднять коляску. — Будет проще, если я встану. – спокойно сказала Маринетт. Элис согласилась с больной, но ведь, если она снимет последний ремень, Маринетт сможет сбежать. Но это был единственный способ поднять коляску. Элис глубоко вздохнула и потянулась к последнему ремню.