Мой любимый друг

Пару дней назад Дане в голову пришла идея снять новую часть «Рэпа аккапельно», в котором присутствовала женская партия. Недолго думая, рыжий понял, что голос и манера читки Лизы идеально для неё подходит. Он написал девушке один раз, на следующий день ещё, а потом просто стал звонить, ведь планов на съёмки было ещё много, а новую часть этого проекта нужно было выпустить в первую очередь. Однако отвечать подруга не спешила, игнорируя и сообщения, и звонки, и Данила уже подумывал попросить кого-нибудь другого исполнить партию, но голос Неред всё же подходил лучше всего, поэтому Кашин решил во что бы то ни стало достучаться до русой.

***

— Расскажи, как всё было, — спокойно произнёс мужчина лет пятидесяти, сидящий перед Лизой за небольшим деревянным столом, усыпанным горами папок с личными делами преступников и прочими документами, — время, место, внешность нападавшего, обстоятельства, его действия — всё. Важна каждая мелочь. Неред подняла глаза на Юрия Корнеева, следователя районного отделения полиции, и стала рассказывать о всех событиях этой ночи. По её коже волнами пробегали мурашки, голос начинал предательски дрожать, как и бледные руки, покрытые множественными порезами и ранами. — У него были какие-то приметы? Шрамы, татуировки, пирсинг? — Юрий быстро записывал показания пострадавшей и с сожалением смотрел то на неё, то на темноволосую подругу, которая стояла за спиной Лизы и держала руки на её плечах. — Нет, но я хорошо помню его лицо, — заверила Неред, а по спине опять прошёлся холодок, перебирающий своими костлявыми пальцами поцарапанные о стену позвонки. — Тогда тебе нужно будет пройти в кабинет номер 54 и составить фоторобот, хорошо? — ласково произнёс мужчина. — Отдашь это криминалисту, который будет там. — Он протянул Лизе папку с её показаниями. Девушка кивнула, обернулась на Дашу, и они прошли в указанный кабинет. Там сидела полная женщина средних лет, немного нервная, куда-то вечно торопящаяся. Она быстро взяла дело в руки и пробежала по нему глазами, то и дело поднимая взгляд на Неред и мотая головой. Потом она села за стол и принялась составлять фоторобот, основываясь на словах потерпевшей. Зарыковская всё это время сидела рядом, смотря на подругу и замечая, как начал дрожать её голос, когда она начала говорить про глаза, как стали заламываться её пальцы, когда речь зашла о морщинках на лбу. — Вот так? Похож? — женщина-криминалист повернула экран монитора к Лизе, и та медленно кивнула, но по её взгляду Даша поняла, что перед подругой опять, словно вживую, возникло это лицо мужчины с серыми глазами и что русая держится изо всех сил, чтобы не разреветься прямо здесь и сейчас. — Хорошо, тогда давайте Ваш номер телефона, Вам позвонят, когда что-то найдут. До свидания. Лиза и Даша встали, поблагодарили женщину и вышли из кабинета. Русоволосая шла быстро, на ходу заказывая такси до дома Зарыковской, стараясь как можно быстрее покинуть это здание, которое буквально давило на голову мыслями о произошедшем. — Я пока не могу поехать домой. Останусь у тебя ненадолго, ладно? — с надеждой спросила у подруги Неред. — Сколько будет нужно, я всё понимаю, Лиз. Хочешь, закажем пиццу и посмотрим что-нибудь? Русая медленно кивнула и направилась к только что подъехавшему Uber’у. Через двадцать минут она уже ступила на порог Дашиной квартиры, разулась, скинула с себя ветровку подруги и обессиленно рухнула на диван, зарываясь головой в подушки и стараясь не выдать то, что на её глазах уже навернулись слёзы. Никогда ещё Лиза не чувствовала себя настолько жалкой и слабой, и она пообещала себе, что это последний раз, когда она даёт слабину, а завтра она уже поедет домой и будет жить привычной жизнью, записывать ролики, участвовать в новых проектах и ждать вестей от Корнеева. — Лиза, — Зарыковская появилась в гостиной и присела на корточки около дивана, — я схожу в магазин, куплю нам что-нибудь вкусненького и попить. Потом пиццу закажем или суши, сама выберешь, что хочешь. Вернусь через десять минут, посидишь тут одна? Услышав в ответ слабое «угу», брюнетка вышла из квартиры, закрыв за собой дверь.

***

Ни Света, ни Миша, ни Андрей не знали, где сейчас Лиза, и почему она не выходит ни с кем на связь. Историй в её Инстаграме давно не было, как и новых записей в Твиттере, что было для подруги слишком уж нетипично, и Даня начал по-настоящему переживать за Неред. Он написал пару раз Даше, но и та не отвечала, поэтому Кашин незамедлительно позвонил ей. — Алло? — ответила, наконец, Зарыковская, и рыжий облегчённо выдохнул. — Даша, привет, ты не знаешь, где Лиза? — спросил парень, но в ответ получил молчание. — Даш? — Да, Лиза… Она у меня, — запинаясь, ответила подруга, и Даня сразу подметил лёгкую дрожь в её голосе. — Что-то случилось? — сменив тон, спросил юноша, понимая, что что-то явно идёт не так. — Да, вообще-то, — призналась Зарыковская, понимая, что скрывать правду от лучшего друга Лизы не получится, — случилось. — Что-то серьёзное? — Кашин встал с кресла, обеспокоенно наворачивая круги по комнате и прокручивая в голове сотню самых страшных исходов событий, которые могли бы произойти с Неред. — На неё напали вчера ночью, — начала Дарья, и голос её дрогнул, — какой-то мужик прямо на пороге дома. Он… — Не говори, что… — быстро протараторил Кашин, получив в ответ молчание и боясь высказать своё предположение. — Блять, Даша, её изнасиловали, да? Девушка на том конце провода молчала, а через несколько секунд из динамика стали доноситься лёгкие всхлипы. — Она пришла ко мне посреди ночи вся в грязи и крови. Извинилась, что не была на моём Дне рождении. Я чуть в обморок не упала. Забитая, зажатая — никогда её такой не видела, даже предположить не могла, что наша Лиза может быть такой. — Где ты сейчас? — выслушав Дашу, которая рассказывала всё сквозь слёзы, спросил Даня. — Вышла в магазин, а Лиза дома. Она вроде чувствует себя получше, мы ходили в полицию, только вернулись. — Хорошо, я приеду, — твёрдо сказал Данила, не слушая возражений Даши. Он бросил трубку, откидывая телефон на диван, и подошёл к стене, закрывая лицо руками. Колени задрожали, и юноша обессиленно сполз вниз, прижимая к себе ноги. Он достал из кармана пачку сигарет и выкурил три или четыре прежде, чем смысл сказанных Зарыковской слов дошёл до него. Кто-то тронул его подругу. Не просто подругу — самую лучшую подругу. А ведь он уже успел обматерить её про себя, ругаясь на то, что сроки съёмки «Рэпа аккапельно» поджимают, а девушка не отвечает ни на сообщения, ни на звонки. Ещё и замену ей искать начал. Кашин стукнул кулаком в стену несколько раз, чувствуя, как в теле накапливается небывалая злость, даже ярость, которую нужно было куда-то выплеснуть. Он всегда хотел защищать Лизу. Даня вспомнил, как сжались кулаки до белых костяшек, когда он услышал текст песни Фэйса, как зубы заскрипели друг о друга на «я бы ёбнул лиззку». А до этого? Как он хотел навалять Атеве за то, что он говорил что-то про Лизу? Его Лизу. Его лучшую подругу, на которую он даже не злился за то, что она праздновала Новый год с другой компанией, не пришла на День рождения Даши, ни на что не злился — просто не мог. Не понимал, как на неё можно держать обиду. И сейчас с ней случилось то, за что он мог бы как минимум избить любого, кто хоть какое-то имеет к этому отношение. Даня быстро поднялся, стряхнул с себя сигаретный пепел и сменил домашнюю одежду на джинсы и толстовку. Захватив телефон, сигареты, кошелёк и ключи, он выбежал из квартиры, вызывая такси, и снова закурил, не чувствуя никотинового насыщения даже от пятой подряд сигары. Такси приехало быстро, поэтому через пятнадцать минут Кашин уже стоял на пороге Дашиного дома, не зная, что он будет делать и говорить, как сможет поддержать подругу. Сзади послышались шаги. — Даня? — произнёс знакомый женский голос, и парень обернулся, сталкиваясь взглядом с брюнеткой в очках. — Пришёл всё-таки? — А я мог иначе? — ответил рыжеволосый, придерживая перед Зарыковской дверь. Они молча поднялись в квартиру, не смея поднять друг на друга взгляда, и на душе у обоих было отвратительно, словно это они виноваты в том, что случилось с их подругой. Даша первая шагнула в квартиру, сразу подмечая, что в коридоре слишком холодно. Она бросила пакет с продуктами на пол и быстро прошла в гостиную. — Лиза, — громко позвала девушка, со страхом озираясь и замечая, что в комнате нараспашку открыто окно, а девушки на диване нет. Вслед за брюнеткой в гостиную зашёл Даня, понимая, о чём думает Зарыковская, которая встала перед окном, боясь выглянуть в него и посмотреть вниз. Сердце юноши забилось, кажется, в тысячу раз сильнее, и он приложил к лицу холодные руки, боясь, что Даша взглянет всё-таки на асфальт под окном, закричит и отпрянет с ужасом в глазах. Сейчас он боялся этого больше всего на свете, понимая, что никогда ещё не чувствовал такого страха, такого молниеносного сердцебиения, такой дрожи в ногах. Он готов был отдать всё, что угодно, лишь бы это был плохой сон, но только не правда. Он не в силах был потерять её сейчас, не в силах был потерять её никогда. — Мне было душно, — тихо раздалось за спиной, и Даша резко обернулась, кладя руку на сердце и съезжая вниз по стене, закрыв лицо ладонями. Даня моргнул несколько раз, сгоняя подступившую пелену, застилавшую взгляд, и тоже обернулся на до боли знакомый голос, который так идеально подходил для той чёртовой партии. Перед ним стояла Лиза, такая уставшая, с запёкшейся кровью на лице, со спрятанными за спину руками, огромными синяками под глазами, какая-то слишком запуганная и будто истощавшая за один день. Она перевела обеспокоенный взгляд с Зарыковской, которая уже успела похоронить лучшую подругу, на Даню, глаза которого покраснели, а руки дрожали, выдавая его страх. Он слишком резко и неожиданно подлетел к русоволосой, обнимая её крепко-крепко и чуть приподнимая над полом, а она обвила его шею, прижимаясь ещё сильнее и впервые за день чувствуя себя в безопасности. Она думала, что не сможет видеть друзей противоположного пола в ближайшее время, не сможет даже близко к ним подходить, тем более чувствовать их объятия, случайные прикосновения, но сейчас ей было так легко и тепло, что все мысли о случившимся ушли на второй план. — Как ты? Всё хорошо? Даша мне всё рассказала. Что сказали в полиции? — засыпал Лизу вопросами Даня, чуть отстранившись, но ещё не отпуская подругу. — Что позвонят, — хрипло отрезала Неред, и только тогда Кашин отпустил её, давая Зарыковской прижаться к русой. — С ума сошла так пугать?! — стала кричать та, целуя Лизу в щёки, срывая голос, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Ты так скоро меня в гроб загонишь. — Прости, просто нечем дышать было, — успокоила подругу девушка, подходя к окну и плотно его закрывая, — я завтра домой поеду. — Ты уверена? Я же не гоню тебя, можешь пробыть тут ещё сколько угодно, — возразила брюнетка, а Лиза в ответ завертела головой. — Нужно же мне вставать на ноги, приходить в себя. Да и видео я давно никакие не выкладывала, а у меня там сценарии лежат. Я в норме, правда, — заверила она, переводя взгляд на Кашина, — а у тебя есть какие-то проекты? — Новая часть «Рэпа аккапельно», — откашлявшись, произнёс парень, — там как раз твоя партия стоит. — Вот и отлично, — слабо улыбнулась Неред, понимая, что засыпать себя работой — лучший выход из сложившейся ситуации.