Destined to do This Forever

      Что за х —       Эти слова и искренне пораженное лицо Джокера не вылезают из его головы. Он хочет чувствовать вину из-за поцелуя, но не может не удивляться реакции.       Джокер этого не ожидал. Брюс не может вспомнить, когда в последний раз заставал врасплох Клоуна Принца Преступности. Всегда казалось, что тот на шаг впереди. Но ведь Джокер все начал. Может быть, несмотря на все тайные улыбки, понимающие взгляды и разговоры… Джокер запутался во всем, как и он? Может, он этого и хотел? Может, Брюс ошибся?       Что ж, это идиотский вопрос. Конечно, он ошибся. В поцелуе с Джокером нет ничего правильного.       Как бы то ни было, он не паниковал, пока не прошел в гостиную и не увидел Альфреда, сидящего на диване с журналом, на обложке которого красовалась фотография какого-то безвкусного и тропического места.       Он пристально смотрит на него пару минут, пока Альфред наконец не отрывается от чтения.       — Что-то не так, сэр?       Брюс глубоко вздыхает и собирается с силами. Он думал, что все под контролем, но ошибался. Так неправильно. Пришло время признаться.       — Альфред. Я думаю… я думаю, что я… одержим Джокером.       Альфред возвращается к журналу.       — Понимаю.       Брюс проводит руками по волосам.       — Перестань. Я серьезно. Будь серьезен, Альфред.       Альфред переворачивает страницу.       — Словно чума, сэр.       — Альфред. — Брюс не может справиться с этим прямо сейчас. Ему нужен кто-то, кто скажет ему, насколько все плохо. Ему нужен кто-то, кто оттащит его от уступа. Но для этого было уже слишком поздно, не так ли? Он уже прыгнул.       Альфред наконец отрывается от журнала с невозмутимым выражением лица.       — Не думаю, что это открытие для вас, Брюс.       Брюс вздыхает и понимает, что пора быть честным. Он все делал неправильно. Ему нужен совет Альфреда. Он готов. Он готов на все.       — … Я поцеловал его.       Это привлекает внимание Альфреда.       Журнал выпадает из его рук, которые, как подмечает Брюс, без перчаток, потому что он старается смотреть куда угодно, только не в лицо дворецкому.       Брюс сглатывает.       — Я не знаю, что делать, — торопливо говорит он. — Я не… он не… это было… — он не может найти оправданий.       Альфред поднимается на ноги.       — Вам нужно вернуть его в Аркхэм, где ему и место.       Брюс закрывает глаза.       — Он просто снова сбежит. — и они бы встретились снова, только Джокер был бы еще злее, и… ну, он бы тоже был зол. Потому что, какое бы сильное чувство справедливости им ни овладевает, когда ему удается запереть сумасшедшего, оно не сравнится с пониманием, что клоун снова на свободе. Где-то там, с ярко-красной улыбкой, ждет его.       Альфред пристально смотрит на него.       Брюс поеживается от дискомфорта.       — …Зачем? — медленно осуждающе спрашивает Альфред. И это правильно. Брюс осуждает сам себя. Он не ожидал, что кто-нибудь при словах «поцеловал Джокера» проявит понимание и сочувствие.       Брюс сглатывает. Зачем? Он хотел бы знать.       — Я не…       Ты дополняешь меня.       — Мы по разные стороны линии, — начинает он, — Хаос и справедливость. Эта линия такая тонкая, но она есть, но чем дальше мы идем, тем… тем труднее ее видеть. — в его словах нет никакого смысла. Брюс закусывает губу и снова запускает руки в волосы. Он пробует еще раз. — Я знаю его. Иногда, нет бомб или ловушек. Мы играем в игру… и… и это…       — И вас это устраивает? Потому что иногда он лжет.       Глаза Брюса широко распахиваются.       — Нет! Нет. Он подвергает людей опасности, конечно, это не нормально. Я знаю это. Я знаю. Я не… Я не говорю, что когда-нибудь перестану… останавливать его. — Брюс смотрит на пол. В его словах все еще нет смысла. У него нет слов, которые могут выразить то, что ему нужно. Альфред не сможет понять. Конечно, не сможет. Он подносит руку к лицу, закрыв глаза.       В голову ему приходит мысль, настолько абсурдная, что ему приходится произнести ее вслух.       — … Как ты думаешь, он остановится? Если я… если я попрошу? — если все, чего хотел Джокер, это игра… Он ведь сам говорил. Два игрока. Они могут играть одни. Без… без жертв. Брюс сглатывает. Он может принести эту жертву ради жителей Готэма. Это будет подходящим наказанием — развлекать Джокера, чтобы никого не порезали, не застрелили, не взорвали, не выбросили из здания или не скормили акулам.       Глаза Альфреда внимательно изучают его.       — Вопрос лучше: «вы хотите, чтобы он остановился»?       Это похоже на удар в живот. Брюс сразу же открывает рот, чтобы сказать: «Конечно, да», но слова не выходят, и все, что он может делать, это стоять и трястись. Альфред даже не дает ему времени ответить и, бросив журнал на столик, уходит, не озвучивая своего презрения чисто из вежливости.       Справедливо.       О чем он думал, рассказывая Альфреду? Одно дело признать, что он одержим больше, чем следовало бы, а другое — что он… что он охотно поцеловал Джокера… Говорить об этом было неправильно. Все неправильно. Он ошибся.       Но он не может перестать думать о губах Джокера, тонких и потрескавшихся, о его жилистом теле, прижатым к кровати. Он никогда не забудет, как Джокер перестал дышать от шока, то, каким его тело стало неподвижным и податливым.       Ему нужно отвлечься.       Он собирается идти в бэт-пещеру, но вспоминает о Джокере, корчащемся на тонком матрасе, и вместо этого садится на диван. Он включает телевизор, запрокидывает голову и старается не дышать. Легче сказать, чем сделать.

*******

      — … кстати, она остановила двух грабителей, которые работали на известного преступника Харви Дента, также известного как Двуликий. Никто не знает, кто этот новый таинственный линчеватель, но, возможно, мы видим начало нового Бэтмена.       Брюс смотрит на экран телевизора, его палец завис над красной кнопкой на пульте, которая способна заставить замолчать чересчур мрачного диктора.       Это последнее, что ему нужно. Новый мститель на улицах. О, существует много подражателей Бэтмена, которые носят хоккейные штаны и лыжные маски. Но они не привлекали такого внимания СМИ. Это уже третий раз, когда они рассказывали об этом за несколько дней. Очевидно, она активна уже несколько недель, и он умудрился это пропустить.       Кем бы ни была эта женщина, она была хороша. И они называли её Бэтгерл.       Он вздыхает, нажимая на кнопку с большей силой, чем это было необходимо. Он не видел Альфреда весь день, и ему отчаянно нужно было чем-то заняться.       Как по команде, его телефон звонит. Он смотрит на номер и после секундного колебания поднимает трубку.       — Добрый вечер, комиссар.       — Ох! Э… ну. Я не думала, что вы возьмете трубку, я просто собиралась оставить еще одно голосовое сообщение.       — Я сказал, что начну отвечать на ваши звонки.       — Ну, это… хорошо. Хорошо.       Немного забавно застать Барбару врасплох. Брюс устраивается на диване поудобнее, запустив руку в волосы.       — Так что я могу сделать для вас?       — Точно. Что ж, мистер Уэйн…       — Брюс, пожалуйста.       — Брюс… верно. Я давно хотела поговорить с вами о ваших пожертвованиях в GCPD.       — Что насчет них?       — Ну… Брюс, деньги, конечно, ценятся, но никто не отвечает за то, куда на самом деле они поступают.       — Хм.       — Я уверена, что вы хотите, чтобы GCPD работал на полную мощность, как и весь Готэм. С разрушением нашего здания наступили трудные времена для…       — Комиссар, избавьте меня от речей. Я понимаю, вы хотите, чтобы мои деньги шли в нужные места. У меня нет возражений.       — Э… верно. Что ж, если я буду называть вас Брюс, тогда, думаю, вам следует называть меня Барбарой.       — Барбара, — соглашается он. — Пришлите мне список фондов, которые, по вашему мнению, больше всего выиграют после моей помощи, и я посмотрю, что смогу сделать.       — Я… спасибо, Брюс, это… это бы здорово помогло.       — Это меньшее, что я могу сделать после того, как заставил вас побегать за мной.       — Ха, ну… — наступает короткая пауза, прежде чем тон Барбары внезапно меняется на что-то гораздо более серьезное. — Простите, Брюс, что-то случилось. Надеюсь, мы скоро сможем поговорить снова.       — Хорошо, я… — разговор обрывается. Брюс смотрит на телефон в некотором замешательстве. Он не может вспомнить последний раз, когда кто-то бросал трубку. Он качает головой, вздыхая.       Брюс оглядывается, но Альфреда по-прежнему нигде не видно. Он сглатывает, опуская взгляд в пол.       Барбара очаровательная, красивая, сильная. В его вкусе. Однако заводить отношения было бы плохой идеей. Не только с ней, но и со всеми остальными. Если бы он хотел чего-то серьезного, ему бы пришлось рассказать о Бэтмене.       Вот и отвлечение.       Когда он включает полицейское радио, то сразу же чувствует облегчение, услышав болтовню о потенциальном грабеже в Старом Готэме. Более чем вероятно, что банда Дента занимается этим.       Уже на улице, он думал о людях Дента, пытаясь вспомнить, чем они занимались в последнее время. Из-за клоуна, в его знаниях есть пробелы.       Что ж, Дент сейчас не самая большая проблема, тот же, Крейн активизировался. Правда это больше походит на обиду. Месть за неудачу, которую снова и снова транслировали в утренних и вечерних новостях.       Когда он прибыл к банку, то увидел, как по дороге мчатся гладкие черные машины, выставляя напоказ очевидное ограбление, которое они собираются устроить. Он почти закатывает глаза. Только вечереет, поэтому Бэтмен решает уладить это быстро, прежде чем кто-нибудь может пострадать. Он спрыгивает с крыши здания, а люди Дента выскакивают из машин и проникают в здание через разбитое окно. Если повезет, это будет единственный материальный ущерб, которые они нанесут сегодня.       Когда он добирается до первого этажа, рявкнув на испуганных кассиров и одного очень измученного охранника, чтобы те «оставались на месте», люди Дента уже стреляют в потолок. Знакомое самообладание, которое овладевает им перед неизбежной битвой, появляется словно по сигналу, и Брюс медленно выдыхает через нос.       Это хорошо. Это то, что ему нужно. Снова быть вне дома, помогая людям.       Он выстреливает бэт-когтем, попадая одному из головорезов в грудь и привлекая внимание остальных. Человек, которого сбило, скользит по полу с почти комичным «ууф», а затем с глухим стуком ударяется об один из подиумов.       — Где Дент?       — Хватайте его, ребята!       Он не особо рассчитывал на ответ, отскакивая в сторону, когда бандиты направляют на него пистолеты. Несколько удачных бросков бэтарангом заставляют некоторых выронить оружие, а следующий за этим удар электрическим током мешает бандитам поднять пистолеты обратно.       Он прячется за одну из колонн, поддерживающих крышу, когда остальные начинают стрелять, жестом показывая нескольким гражданским воспользоваться возможностью и найти укрытие.       К сожалению, бандитов слишком много, чтобы все закончилось так легко. Как только он убирает одного, на его месте появляются двое.       — Ты не можешь вечно уворачиваться от пуль, Бэтмен!       Брюс собирается вскочить на одну из балок для лучшего обзора, когда слышит еще несколько выстрелов, но стреляют не в него.       Когда он выглядывает наружу, то видит стройную женщину, сбивающую приспешников Дента с ног, словно кегли для боулинга. Она одета во все черное, рыжие волосы заплетены в косу, а лицо закрыто тонкой маской.       В течение секунды Брюс может только смотреть, прежде чем резко кивает головой.       Головорезы не знают, на ком сосредоточить своё внимание. Некоторые из них не отрываются от него, а другие слишком взволнованы мыслью о двух линчевателях, чтобы драться, и их быстро ноукатирует пара ударов от «Бэтгерл».       Когда Бэтмен дезориентирует двоих, взмахом плаща, она вырубает их быстрым сальто и метким ударом с разворота.       Вдвоем они почти до смешного легко разделываются с головорезами Дента, и отставшие выскакивают из банка, как раз в тот момент, когда на улице слышатся сирены.       Бэтмен расслабляется, переводя взгляд с удаляющихся мужчин на «Бэтгёрл», обдумывая, что сказать. Он не рассчитывал встретиться с ней лицом к лицу так рано.       — … Мне твоя помощь не нужна.       Она склоняет голову. Он не видит ее глаз, но почему-то они кажутся знакомыми.       — Пожалуйста.       Она уходит к тому времени, когда полиция подъезжает к банку. Как бы Бэтмен сильно ни хотел следовать за ней, предупредить ее, чтобы она больше не пыталась делать что-то столь опасное, но в данный момент ему не хочется читать кому-то лекцию об их жизненном выборе.       Вскоре после этого небо освещает бэт-сигнал.       Брюс встречается с Барбарой на крыше.       — Комиссар, — приветствует он. Это было похоже на все их встречи, но что-то не так.       — Бэтмен. — следует пауза, будто она обдумывает, что ещё сказать. — Откуда ты узнал о Двуликом?       — Откуда узнала ты? — возражает он.       — Несколько недель назад он послал своих приспешников ограбить тот же банк. Но их остановила…       Правильно.       — «Бэтгерл».       Барбара поджимает губы.       — Она с тобой?       — Ты знаешь, что я работаю один.       Барбара не выглядит удивленной его ответом.       — Я не знаю, почему они так ее называют. — это больше похоже на жалобу. — Во всяком случае, — говорит она, — это уже второй раз, когда ему помешали, так что будь начеку. Он собирается начать эскалацию.       Теперь понятно, что именно не так. В Барбаре. Он смотрит на неё, пока она не хмурится, скрещивая руки на груди.       — Что?       — Будь осторожнее, комиссар.       — И ты, — говорит она на автомате, с озадаченным выражением лица.       Бэтмен отворачивается и с разбега спрыгивает с крыши.       Бэтгерл он займется завтра.

********

      Видно не судьба. Новой его проблемой становится Эдвард Нигма.       Едва он допивает свою первую чашку кофе, как появляются новости о «блестящем» побеге Нигмы из Аркхэма.       Брюс падает на стул за столом в бэт-пещере, прикрыв глаза руками. Он чувствует себя таким усталым.       Он не думал о Джокере всю ночь, но только потому, что этот человек так глубоко поселился в его сознании, что в этом нет нужды. Дент, Нигма, Крейн… как он должен с ними справиться, если не может сосредоточиться ни на чем, кроме потрескавшихся губ, жилистого тела и «что за х —»       Нет. Ему нужно снова увидеть Джокера. Чтобы убедиться, что он не… Не испортил то, что уже было сломано? Это не имеет значения. Ему нужно достичь того равновесия, которое у них осталось. Если оно вообще осталось после того, как… боже.       Он не думал, что Джокера будет так легко найти. Он определенно не ожидал, что клоун снова будет в том убежище. Нет, Джокер был там, и вместо того, чтобы арестовать, он поцеловал его. Теперь ему придется вернуться к поискам.       К счастью, это занимает не так много времени, как раньше. Не проходит и недели, как лицо Джокера снова появляется в новостях.       — Последние новости! Джокер снова объявился после нескольких недель молчания, сорвав сбор средств, организованный женой Куинси Шарпа —       Брюс вскакивает, глядя на кадры с камер видеонаблюдения, которые транслируют по новостям, на Джокера, бегущего по коридору, с Харли Квинн на хвосте. На его голове красуется слишком высокая шляпа-цилиндр, в руке он держит трость.       Направляясь к бэт-пещере, Брюс сталкивается с Альфредом, входящем на кухню. Он вздрагивает от того, каким нетерпеливым, должно быть, выглядит, но они не общались с тех пор, как он рассказал дворецкому о поцелуе, и сейчас определенно не время для разговора.       Поэтому он облачается в костюм и садится в тумблер, мчась к Джокеру.