2131. End of an Empire.

      Корпорация «Скардония», пожалуй, самая прибыльная и масштабная из всех, что есть в городе. Она словно голодный монстр — пожирает и пожирает, но ему всё мало. В её власти находятся мелкие частные компании и даже жизни обитателей города. Чёрная дыра под названием «Скардония» контролировала рынок андроидов и бионики, и, не щадя никого, поглощала всё больше и больше. Она полностью контролировала третий уровень, отправляя туда неугодных ей типов. Следила, как они медленно сходили с ума, а затем возвращала в качестве своих преданных рабочих. Такие работники не задают лишних вопросов, поэтому всю грязную работу выполняют «зомби». Молчаливые и покорные, они грузили детали андроидов, тела некоторых киборгов и даже трупы стариков. Это был бесконечный процесс, бесконечная пытка разума, пытка рассудка, пытка души. Киборги, андроиды, люди пропадали почти каждый день. Кто-то не вернулся с прогулки или работы, бывали случаи, что пропадали прямо из своих домов. Жить было страшно, но всё это компенсировалось хорошими развлечениями и добрыми новостями о новом прорыве в науке. Хотеть бояться и попросту не мочь этого делать. Мысли нарочно путали тем, кто хоть что-то подозревал; а тех, кто начинал действовать, — ждала участь рабов.       Три башни возвышались над городом. Всевидящие башни «Скардонии». Они видели всё. Сквозь кибернетические тела, сквозь стены домов, сквозь душу смотрели многочисленные глаза зданий в виде окон. Многоглазые монстры наблюдали за твоей жизнью постоянно. Единственное место, оставшееся без их надзора — четвёртый уровень.       Этот уровень, наверное, можно назвать безопасным, несмотря на то, что там жили настоящие отморозки и по-настоящему опасные личности. Проникнуть к четвёртым особых трудов не требовало, главное — найти вход. А вот пробраться на промышленный холм без особого разрешения даже пытаться не стоит. Говорят, что те, кому это удавалось, больше оттуда не выходили.       Мне же посчастливилось работать там. Я была на хорошем счету у начальства моего отдела. Андроиды моей сборки не ломались и были выполнены весьма качественно. Не скрою, что я старалась изо всех сил. В качестве премии мне позволили собрать андроида для себя самой. Так появился Адам.       Ушла масса времени, чтобы модернизировать его, улучшить память, мышление, внешний вид. Всё пришло со временем. Он стал не просто ещё одним андроидом. Он превратился в семью. Адам мой старший брат: он постоянно заботится обо мне, хоть и в своей андроидской манере.       С того случая — с той девушкой и взломом моего мозга, — прошло две недели. Ничего странного больше не происходило. До определённого момента.       Всего пару часов назад я возвращалась домой с рабочей смены. Было темно. Здесь у нас темнеет рано, так что на сумерки не особо обращаешь внимание. Смена выдалась тяжёлой в эмоциональном плане. Пара андроидов адамовой серии подверглись уничтожению. Мне было невыносимо на это смотреть, и осадок от этого зрелища ещё долго будет напоминать о себе. Погружённая в свои мысли, я не сразу заметила страшную картину. Два боевых андроида тащили вырывающуюся девушку. Она металась, кричала, но стальная хватка андроидов не давала ей вырваться. Каково же было моё удивление, когда я узнала в ней свою соседку. Она была получеловеком и придерживалась весьма странных взглядов. Она меня заметила. Столько мольбы было в её глазах, но что я могу сделать? Что?       Город можно было назвать нормальным, если бы не события, происходившие на улице. Замертво падавшие киборги и андроиды, взрывающиеся головы, взломы полулюдей и прочее. Это были обычные события и никого они не удивляли. Прохожие дальше спешили по своим делам или программам. Однако встречались иногда события, которые заставляли думать, а думать запрещалось. Случайные прохожие могли стать свидетелями того, как человека, киборга или андроида тащили куда-то два боевых андроида. Если проследить за ними, то окажется, что вели его к башням «Скардонии». Но кому надо так рисковать? Никто не решался следить за ними, а говорить о помощи и вовсе не следовало. Невольный свидетель стоял и смотрел, как беззащитную девушку тащат два боевых андроида. Она вырывается, но куда ей до боевых машин. Её взгляд мечется от одного жителя к другому в поисках защиты и помощи, но тщетно. Зачем кому-то нужны чужие проблемы?       В это время свидетель узнаёт в ней свою соседку. Они живут в одном доме, ходят в один бар, встречаются в одном транспорте по пути на работу. Вернее сказать, всё это — но уже в прошлом времени. Те, кого уводили к башням, больше не возвращались оттуда. И в глубине своего сознания свидетель понимал, что никогда её не увидит. Хотелось ли ей помочь? Разумеется. Но станет ли от этого легче?       Стало бы легче мне? Или ей? Возможно. Но всегда есть и другая сторона медали. Прятаться, как крысы, жить в постоянном страхе, что тебя найдут и, поверьте, искать будут. Поиск продлится до тех пор, пока тебя не поймают или не убьют.       Мне было ужасно жаль свою соседку, и, когда я проходила мимо её двери — моё киберсердце сжалось. Я больше никогда её не увижу. Мне было до безумия страшно. А что, если меня? А что если, Адама? А что если… Как же много скрывает в себе этот проклятый город. Он умудряется быть нормальным и в то же время до безумия страшным и непредсказуемым.       Всё это не давало мне покоя с момента возвращения в дом. Адам был на подзарядке, внутри стен царствовала тишина. За окном виднелся город. По улицам шли немногочисленные прохожие. Знали ли они, что прямо под носом творится такое, что в любую секунду любого из них могут схватить? Женщина, которая что-то искала в сумочке, мужчина, гулявший со своей девушкой за руку - все они могут в любой момент исчезнуть, и никто не будет искать их из-за страха.       Моё настроение совсем скатилось. Ни музыка, ни сигареты не могли его поднять. Нельзя думать о городе плохо. Он словно всё слышит и видит. Теперь дом не самое безопасное место на планете. На работе теперь мне будет казаться, что за мной следят, наблюдают, как за лабораторной крысой. Я сидела у окна, я смотрела на беспечных прохожих, на рекламные голограммы и плакаты, на проезжавший напротив поезд по рельсам. Часть его вагонов скрывалась за многоэтажками и небоскрёбами; складывалось ощущение, что он, подобно игле, пронзает их тела, а те безмолвно терпят. Совсем как мы: тихие и смиренные в своём бездействии. В какой-то момент я подумала о той девушке. Стопроцентный человек. Вмиг всплыла картина того, как вместо соседки тащат её. Интересно, будь это она, я бы спасла её? Хороший вопрос. Тогда бы мы вместе скрывались от властей, прячась в самых забытых местах города. Делали бы всё, лишь бы не кануть в небытие в башнях «Скардонии».       Она была красивой для человека. Наверняка и меня можно было принять за человека, если бы не моё устройство на затылке, проходящие провода и каналы которого заменили мне шею. Собственно, это была вся модернизация снаружи. Кроме этого я заменяла себе только внутренние органы. Мозг был роботизирован лишь наполовину, о чём я ничуть не жалею: с чистой механикой в черепе я бы не оклемалась так быстро после взлома. Что касалось той девушки… У неё, как сказал Адам, не было ни одной замены. Чистый человек. Это была невероятная редкость. Идеальный биоматериал для экспериментов, или ещё чего похуже.       Я вздрогнула. То ли от холода, то ли от того, что проснулась. Поёжившись, я посмотрела на часы. Циферблат тускло светил синим, и в кромешной тьме напоминал светлячка. Час ночи. Четыре часа назад я пришла домой и всё это время просидела у окна. Я отчётливо видела в темноте: не стану напоминать, почему. Каждый шаг прохожего, каждое движение; я была способна даже различить черты и выражения их лиц. Вроде бы ничего необычного, однако страх в глазах был. Не сильный. Скорее, даже не страх, а настороженность. Такой взгляд был и у неё. Она смотрела на меня настороженно, с опаской, но страха не было. Взгляд синих глаз, тёмные волосы, стройная фигура. Да. Она была красива. Моя память воспроизводила нашу встречу много раз, но только сейчас я вспоминаю её внешность так детально. Чуть припухлые щёки, розовые губы, и немного бледное лицо. Ей можно было дать лет двадцать, максимум — двадцать шесть. Я точно старше неё на три десятка, хоть по мне и не скажешь. Сейчас, сидя у окна, я думала о ней и хотела найти повод для встречи. Из любопытства или желания помочь, неважно: я просто хотела найти её. — Почему вы не спите?       Монотонный голос вывел меня из глубин моих мыслей. Я вздрогнула и обернулась. В проёме стоял Адам. Его красные глаза чуть светились в темноте, а силуэт андроида тускло подсвечивался циферблатом часов. Мне не хотелось отвечать. Настроения не было совсем, и я бы не хотела вымещать своё бессилие на нём. — Я задумалась. — О чём же? Может, я смогу ответить на ваш вопрос.       Я отвернулась обратно к окну. Сзади послышались негромкие шаги. Краем глаза замечаю, как андроид садится рядом и также начинает разглядывать происходящее за окном. Интересно, что он сможет описать? — Что скажешь? Что ты видишь за окном?       Андроид дёрнулся, и на мгновение мне показалось, что он нахмурился. Я смотрела на него, не отрываясь. Он думает. Это было очевидно. Он собирался с мыслями! Наконец тишину пронзил его тихий голос. — Я вижу людей, киборгов, полулюдей. Каждый идёт по своим делам. Они все… Напряжены. Не чувствуют себя в безопасности. Как ты.       Адам повернулся ко мне и в упор посмотрел на меня. Красные глаза смотрели прямо в душу. Я, как зачарованная, смотрела на андроида не в силах отвернуться. Сейчас я ощущала себя открытой книгой, которую читают и не закроют, пока не узнают финал. — Этот город. Он словно живой. Питается нами всеми. Ты прав, я действительно боюсь. Боюсь, что однажды мы превратимся в пищу, ты или я, неважно; но так будет. — Откуда такие мысли? — Просто… я сегодня наблюдала страшную картину. Нашу соседку поймали боевые андроиды и силой потащили её в сторону башен. Она кричала, вырывалась. В моей голове до сих пор стоит её крик. А потом она посмотрела на меня. И во этом взгляде была мольба. Мольба о помощи. Но разве я могла что-то сделать?       Я закончила говорить и наконец смогла отвернуться. Такой слабой я себя никогда ещё не чувствовала. Чувствовать себя иначе поводов не представлялось. Мне было страшно. Я обычный житель нанотехнологического мегаполиса. Я работала, отдыхала, выпивала и гуляла, никогда не задумываясь о таких страшных вещах. Конечно, я знала, что наш город не без греха. Но подобного попросту не могла ожидать. — Возможно, я могу вас понять. Вы вспомнили ту девушку, человека?       Я повернулась к андроиду. Тот всё также смотрел на меня. Мне кажется, он не отрывал своего взгляда на протяжении всей моей исповеди. — Да. Что, если ей тоже нужна помощь? — И вы хотите ей помочь в том, чего не понимаете, лишь бы загладить вину перед соседкой?       С каких это пор андроиды такие проницательные? Я промолчала. Мой ответ казался и мне, и Адаму таким очевидным. Это был и не вопрос вовсе, а утверждение. И, чёрт возьми, он был прав. Незнакомой соседке, так хотя бы незнакомке. Хоть одной из них я должна помочь. — В таком случае момент вам представится совсем скоро.        Сказав это, он повернулся к окну. Я нахмурилась. Что он имеет в виду? Однако ответ пришёл быстро, стоило повернуться в сторону окна. Угадайте, кого я там увидела?       Это была она. Её ни с кем не спутаешь: эти глаза, фигура, плавная, но в то же время уверенная походка. Меня словно заклинило. Я смотрела, как она идёт по улице, в своём неизменном плаще, озираясь по сторонам. Адам положил руку мне на плечо. — Я считаю, что у вас хватит сил помочь хотя бы ей. Только аккуратнее…        Я не дослушала андроида и пулей вылетела из комнаты. Это был мой шанс исправить ошибку. И я его не упущу.       Озираться по сторонам, постоянно ждать врагов из-за каждого угла. Сначала бы свою жизнь спасти, а потом о чужой думать. В этом городе возможно выжить, если не обращать внимания ни на что, а жить по расписанию. Иллюзия свободной жизни. Возможно, её вживляют вместе с ботами детям. Они и не замечают, как слепо следуют предписанной системе. Возможно, даже думают по этой системе, по некой программе. И что же будет, если программа вдруг нарушится и система рухнет? Уведомление об ошибке, об опасном вирусе в городе. Всё это дойдёт до «Скардонии» и, она отправит своих боевых киберпсов на охоту.