Маленький лев

Лионель прибывает в аэропорт ранним утром следующего дня. На нем строгий пиджак, галстук, новые брюки и отполированные до блеска туфли. Все его вещи отправились в Мадрид еще раньше. Лео не нервничает. Он бегал по бесчисленному количеству полей, пожимал руки всевозможным футбольным легендам и выигрывал самые престижные награды. Но когда он оказывается на выходе В12, откуда ему нужно пройти к самолету, он не может сделать и шага. Ноги будто привариваются к серому ковролину под ногами. Мимо идут безмятежные люди с билетами в руках, а Лео замер, словно статуя. Вот и все. Он должен покинуть свой дом. Как только его нога ступит на трап самолета, он последний раз назовет Барселону безопасным местом, потому что вернется сюда он уже не героем, а злодеем, предателем — в глазах некоторых. Это не моя вина; это даже не мой выбор. Если б я мог остаться, то не уехал бы. Но не могу. Придется лететь. Усилием воли Лео направляется к стойке, отдает билет и идет по коридору. В голове пусто, ни одной мысли. Лишь бы не думать о том, как опоздать на рейс и хоть немного задержать наступление новой жизни.

***

№10 — это все, что написано на табличке в руках Икера Касильяса. Единственная хорошая новость за всю неделю — что Хамес Родригес, нынешняя мадридская десятка, готов отдать Лео номер и взять себе двадцать первый. Лео стоит среди толпы людей, невидимый для Икера и остального мира, спасибо росту. Он думает, что именно сейчас он может улизнуть из аэропорта, оставить Икера Касильяса в поисках десятки, которая уйдет незамеченной, будет жить, прячась, и проведет остаток своих дней, скрываясь от мадридистов. Но Лео — кремень и ни за что не поддастся играм подсознания. Он уверенно пробирается через толпу, уворачиваясь от зевак. Касильяс, завидев его, улыбается и опускает табличку, чтобы крепким дружеским объятием поприветствовать Месси. — Лео! Рад тебя видеть! — Икер буквально светится, но Лионель все равно сильно сомневается в правдивости его заявления. Всего пять дней назад они были непримиримыми соперниками. Вряд ли люди умеют так быстро корректировать список тех, кого ненавидят. — Привет, Икер, — дружелюбно говорит Лео, скромно улыбнувшись. Они бок о бок выходят из здания аэропорта и идут к машине Икера, вишнево-красному Фиату. Лионель удивлен — он даже не мог представить, что у собранного и серьезного вратаря реала такая машина… Фиат. Касильяс непривычно разговорчив, тараторит, как из пулемета, явно волнуясь больше, чем Лео. Месси из-за быстрой речи и испанского акцента вратаря Реала пропускает бо́льшую часть рассказа мимо ушей. —…И твои вещи отправили на базу сегодня утром, поэтому мы их быстро заберем и перевезем в дом Криша, — говорит Икер, выезжая на дорогу так быстро, что растерявшийся Лео не успевает пристегнуться. — Погоди, что? — медленно переспрашивает он, дергая ремень. — Твои вещи отправили на базу. Я думаю, их уже привезли… — снова начинает Касильяс, но Лионель обрывает его. — Нет, я не об этом! — Лионелю не по себе оттого, что он помешал Икеру закончить объяснения, но, кажется, свою совесть и манеры он оставил в Барселоне вместе с тем, что его волнует. — Про дом Криша? — уточняет Касильяс, одной только фразой забивая гвоздь в голову Лео, у которого резко начинает звенеть в ушах. — Зачем везти туда вещи? — недовольно спрашивает Лео. Вопрос режет воздух подобно падающему камню, уродующему водную гладь. — О, я разве не сказал? — Икер хмурится. Наверняка он уже говорил об этом, просто Лео пропустил все мимо ушей за своими раздумьями. — Ты поживешь с Кришем, пока мы не найдем тебе хорошее жилье. Среди нас нет таких профессионалов, как он, и мы подумали, что будет неплохо, если вы начнете привыкать друг к другу и подстраиваться как можно скорее… — и после этой фразы Лионель отключается от разговора. Кто в здравом уме будет селить вместе Лионеля Месси и Криштиану Роналду, даже на короткое время? Машина быстро съезжает с холма, Икер приоткрывает окна и включает музыку. Сальсу, громкую, бодрую и экзотичную, и это точно не те три эмоции, которые Лионель чувствует в данный момент. Он отворачивается и смотрит на мелькающие за окном улицы Мадрида. Город оживленный, солнце заливает крыши домов, приятный теплый ветер дует в лицо. Но Лео почему-то съеживается, словно замерз, не может собрать энергию и мотивацию, чтобы что-то с этим сделать. Он в молчаливом отвращении терпит остаток пути, пока маленький красный Фиат не останавливается перед тренировочной базой Реал Мадрида. Вокруг пусто, сегодня воскресенье, день отдыха. Только на парковке виднеется пара машин. — Там, скорее всего, народу почти нет, но мы можем посмотреть, где твой шкафчик, а потом заберем вещи, — предлагает Икер, и у Лео вдруг появляется невыносимое желание ударить Касильяса кулаком прямо в лицо. Но он этого, конечно, не делает.

***

Когда они проходят мимо туннеля, Лионель бросает взгляд на поле. — Можешь выйти, если хочешь, — тихо говорит Икер. Лео кивает, и Касильяс уходит дальше по коридору, оставляя его одного. Тяжело переступая, Лионель поднимается по лестнице на поле. Трава свежепострижена, а краска на бровке свежая и еще слегка пахнет. Присев, он пропускает травинки между пальцами, тонкие стебельки щекотно касаются ладони. Поле огромное и совершенно пустое, кроме Лионеля и забытого мяча на бровке. Лионель ежится от соблазна побежать за ним, обвести несуществующих защитников и забить, очистить голову от забот хотя бы на несколько минут, но он этого делать не должен. Он сейчас облачен в костюм, а времени для практики у него будет навалом. Но мяч, идеально круглый мяч, выглядит таким одиноким, буквально умоляя Лео ударить по нему. Прежде чем совесть успевает подать голос, Лионель бросается вперед, страсть и огонь в груди, который он гасил несколько дней, вырывается со всем великолепием и силой. Мяч летит по воздуху будто на крыльях, перелетает через сетку и приземляется где-то между третьим и вторым рядами сидений. Ботинки Лионеля мокрые, и это доказательство преступления, которое он только совершил. Подошвы противно скрипят, пока Лео идет по коридору туда, где скрылся Икер. Он слышит голоса и смех, отдающиеся эхом от стен пустой базы, и следует в раздевалку. Касильяс, Марсело, Бэйл, Родригес и Бензема. Они обрывают разговор, как только в дверях появляется Лео. Он чувствует, как алеют его уши. Почему они так на него пялятся? — Привет, Лео, — спокойно говорит Бензема, улыбаясь сдержанно, но приветливо. Он выглядит довольным и расслабленным и выходит вперед первым, чтобы пожать Лео руку (и ничего не говорит насчет того, что у Месси позорно мокрые ладони). Бэйл смотрит молча, исподлобья, почти недовольно не то что присутствием Лео, но и его существованием как таковым. Марсело обменивается парой тихих реплик с капитаном и после кивка Икера уходит из раздевалки. Родригес неловко переминается с ноги на ногу и поводит плечами. — Спасибо за номер, — неловко говорит Лео Хамесу. Родригес улыбается немного нервно и кивает, бросая на Месси быстрый взгляд. В раздевалке снова становится тихо. Можно услышать даже падение какой-нибудь булавки, и Лео очень бы хотелось, чтобы что-то грохнулось на пол, хоть та же булавка. Он сканирует глазами комнату и замечает пустой шкафчик. — Это что, мой? — Лео указывает на дверцу. — Да, да, твой, — сразу же говорит Икер. Он делает несколько шагов и оказывается прямо перед вереницей одинаковых дверей. На карточке, прикрепленной внутри, написано его имя. Лео оглядывает внутреннее содержание шкафчика, улыбаясь про себя, и чувствует, что на него смотрят. — Очень вместительный, — замечает он, проводя пальцем по полированным полкам. Снаружи доносятся чьи-то голоса, и в дверях появляется Марсело, но он не один. Все, как по команде, поворачиваются, чтобы посмотреть, кто пришел с ним. — У нас разве не было тренировки? Я думал, что все тут. Марсело, ты куда? — и тут обладатель голоса возникает в проеме следом за бразильцем. Он ухмыляется, идеальные зубы мелькают за идеальной улыбкой. Останавливается он после нескольких шагов вперед. Никто не говорит ни слова, пока он разглядывает обеспокоенные лица своих одноклубников. У Бэйла на лице написано «я же говорил», а руки скрещены на груди. — Что случилось? Почему все такие тихие? — Криштиану весело, должно быть, он пока не видит Лео. Месси очень бы хотелось исчезнуть, чтобы его свернули в узел, сунули в шкафчик и больше никогда не вытаскивали. Бэйл без единого слова кивает в сторону Лео, стоящего столбом и исподлобья разглядывающего Криштиану. Улыбка Роналду становится из довольной заметно натянутой. — Это какая-то шутка? Чего ему надо? Автограф? — Роналду грубо смеется, но серьезные лица его товарищей по команде говорят о том, что ситуация совсем не смешная, а реальная. — Я уехал в отпуск всего на неделю, возвращаюсь, а у вас тут в раздевалке сидит Блауграна. Боже правый. — Криштиану идет к своему шкафчику, чтобы сунуть на верхнюю полку личные вещи. Все молчат. — Я думаю, что ты не получил мои сообщения? — немного сердито спрашивает Касильяс. — Сообщения? Какие сообщения? Икер, я был в другой стране и без телефона. — Криштиану берет из шкафчика пару пустых бутылок, оставшихся с последней тренировки, и бросает их в корзину через всю раздевалку, естественно, промазав. Марсело любезно подбирает упавшие на пол бутылки и выбрасывает, чтобы Криштиану не пришлось тратить свою драгоценную энергию. — Лео… — слабым голосом начинает Хамес, но под чужими взглядами смущается и замолкает. — Он… — пробует продолжить Марсело, но тоже недоговаривает. — Лео теперь один из нас, Криш, — наконец говорит Икер. Криш все еще улыбается, он убежден, что все это какая-то идиотская шутка. — Ты же несерьезно, да? — спрашивает он после паузы. Всеобщее молчание красноречивее любых кивков. И тогда выражение лица Криштиану меняется. Его темные глаза останавливаются на открытой дверце шкафчика Лео, где виднеется его фамилия, и сразу же сужаются от гнева и неприкрытой ненависти. — Ад, что ли, замерз, Лионель Месси играет за Мадрид! — рычит Криштиану, приближаясь к Лео с таким видом, будто хочет изучить новый вид блох, обнаруженный в своем ковре. — Отличное замечание, на улице сегодня дубак. — Лионель умудряется одной фразой оскорбить всех, кто находится в раздевалке. Бэйл ворчит себе под нос и уходит из раздевалки. Икер, Хамес и Бензема отходят к стене, чтобы дать двум извечным соперникам больше пространства. — Ты никогда не будешь одним из нас. Никогда, — сквозь зубы шипит Криштиану. — О, слава богу, а то я уже не знал, насчет чего переживать. — Лео понятия не имеет, откуда в нем взялась эта дерзость, и она ему слишком не нравится. Роналду поворачивается к капитану Реал Мадрида. — Где он живет? С кем собирается жить? — Мы все проголосовали и решили, что будет здорово, если Лео остановится у тебя, — спокойно говорит Икер. Кажется, что Роналду сейчас разорвет от злости. Для этой королевы драмы слишком много информации, чтобы вот так вот враз ее переварить. — Ты это серьезно? — Криштиану усмехается, снова возвращаясь к первоначальному состоянию отрицания. — Да, — говорит Лео, сжимая зубы. Роналду сжимает кулаки. Похоже, он готов треснуть Лионеля. У него столько накопившегося гнева, что он может избить Майка Тайсона до кровавых соплей. Криш быстро уходит в другую часть раздевалки и скрывается из виду. Оттуда доносится жуткий грохот, а затем отборные ругательства, которые мать Роналду точно не была бы рада услышать. — Наведи там порядок! — кричит Касильяс. — Только после того, как ты уберешь срач в раздевалке! — орет в ответ Криштиану. — Этот срач зовут Месси! — не сдерживается Лео. Из глубины раздевалки доносится еще одна порция шума и брани. — Он скоро успокоится, — уверяет Бензема, положив руку Лео на плечо. В раздевалке становится тихо, кажется, приступ ярости Криша подошел к концу, но он все еще не возвращается. Все это довольно тревожно. — Почему бы нам не забрать твои вещи? — мягко предлагает Икер. Его голос очень ласковый, будто Лео ребенок, который случайно разбил вазу. Именно так Лионель себя и чувствует, глядя на свой шкафчик, возле которого он год будет шнуровать бутсы и готовиться к домашним играм. Марсело, Бензема и Родригес уходят проверить Криша, чтобы убедиться, что он не переломал мебель, а Икер уводит Лео за собой. Они молча идут по коридору, будто уже в сотый раз. Прошло всего десять минут, а Лео уже знает каждый угол. Он смотрит, как туфли чеканят по плитке. «Просто подумай, — шепчет голос Лионеля в голове. — Тысячи Бланкос шли точно так же, как и ты», — и Лео пытается выкинуть эти мысли из головы, потому что теперь он — один из этой тысячи. Возле комнаты, где хранится оборудование для тренировок, Икер недоуменно останавливается. — Вещи должны были принести сюда… — он двигает какие-то мешки, но четырех чемоданов, в которых вся жизнь Лео в Барселоне, нигде не видно. — Сейчас вернусь. Сделаю пару звонков, — коротко говорит Икер, прежде чем во второй раз оставить Лео наедине с самим собой. Комната большая и вся заставлена вещами. На стене — ряд запасных бутс, рядом — коробки с формой для следующей тренировки. Вратарские щитки лежат в нераспечатанных прозрачных ящиках под стойкой с бутылками воды. В углу виднеются три большие стиральные машины и сушилки, стиралки вращаются на полной скорости, громко и пугающе дребезжа. Лео видит внутри комплекты формы Реала и прикидывает, нет ли среди футболок его формы с десяткой на спине, новой, еще не ношенной. Еще не появлявшейся на поле. Разбросанные по полу футбольные мячи чистые, будто ими никто не играл, рядом с ними кучей валяются разноцветные манишки, будто игроки после тренировки швыряют их на пол и уходят, оставив весь этот бардак в полной темноте. Икер возвращается с таким лицом, будто его что-то смертельно напугало, а вид стоящего в комнате Лео и вовсе поверг в шок. — Эм… твои чемоданы потерялись в аэропорту, — виновато говорит Касильяс, опуская глаза и тяжело вздыхая. Лео молчит. Звуки стиральных машин заполняют помещение. Икер нетерпеливо смотрит на него. Чего он хочет? Что тут сказать? Надо разозлиться? Начать швыряться бутсами, чтобы показать хоть какой-то знак, что Лео человек? Честно говоря, Лионелю даже на потерянные вещи плевать. Он никогда не чувствовал себя более униженным, чем последние пару дней, и заблудившиеся чемоданы не могут расстроить его еще больше. — Ладно, — пожимает плечами Лео. И Икер начинает тараторить, извиняться, говорить всякую чушь, что они найдут вещи, куда бы их ни отправили, но Лео поднимает руку, обрывая обеспокоенного капитана. Если бы Хави был капитаном Лео, то сказал бы, что Месси и сам разберется с ситуацией без всякого лишнего мельтешения. Они выходят из корпуса и идут к парковке. Криштиану сидит в своем черном Бентли с опущенными стеклами и слушает музыку. Даже прячась за солнечными очками, Лео видит, насколько тот красивый, карие глаза пристально следят за каждым его движением, словно Криш — лев, выслеживающий добычу. Лионель молча садится на пассажирское сидение под колючим взглядом Роналду. Икер обменивается с Криштиану парой слов о том, что до вторника тренировок не будет, Карло дал парням еще один выходной, чтобы успокоиться и собрать мысли в кучу, переварить драму, которую развели таблоиды, но Криштиану на это явно наплевать. Он просто кивает и давит на газ, как только Икер заканчивает говорить, Лионель даже не успевает помахать ему на прощание. Португалец сначала вообще не смотрит на Лео, будто не хочет признавать его присутствие, типа «если я на него не смотрю, то его нет». Но хрен там: Лео живет и дышит, смотрит в окно на Мадрид, не обращая внимания на парня за рулем. Только когда Лео смело протягивает руку, чтобы убавить громкость ужасной музыки, Криш наконец снисходит до него — отпихивает его ладонь и оскаливается, будто рычит. Лионель не удостаивает его злость даже взглядом. — У тебя здесь нет власти, Блауграна, — провоцирует его Криштиану. Они сидят в абсолютной тишине, только музыка наполняет прохладный воздух, циркулирующий в машине. Криш поворачивается к Лео, только когда Бентли останавливается на светофоре. Темные глаза впиваются в него на мгновение, после чего Роналду кусает губу, ничего не говоря, и снова вдавливает педаль в пол, как только свет становится зеленым. Оставшуюся часть поездки он на Лео больше не смотрит, но тот только рад: он смотрит в приоткрытое окно и наслаждается тем, как ветер треплет его волосы.

***

Криштиану живет в большом доме недалеко от города. К зданию ведет длинная кирпичная дорога. Дом жемчужно-белый, ухоженный, а двор перед ним точно больше, чем кажется на первый взгляд. Припарковав Бентли среди других девяти или десяти роскошных машин, Криш не ждет Лионеля, а сразу же распахивает дверь, оставив ее чуть приоткрытой — жест говорит о том, что Месси может войти, но лишь потому, что так сказал Икер. Лео проходит по дорожке, держа руки в карманах и любуясь аккуратной зеленью, окружающей особняк. Похоже, у Криша нет соседей, по крайней мере, поблизости — дом практически один на небольшом холме, откуда открывается потрясающий вид на Мадрид. Потолок — это первое, на что обращает внимание Лео, входя в парадную дверь. Сводчатый и узорчатый потолок с огромной люстрой больше бы подошел какому-нибудь французскому бальному залу, чем холлу в доме Криштиану Роналду. Криш же не обращает никакого внимания на изумление Лео, а только ослабляет галстук и бросает пиджак на перила. — Я не знал, что у меня будут гости, — говорит Криштиану, снимая туфли и убирая их в незаметный шкаф. — Поэтому тебе придется подождать, пока Мария приготовит тебе комнату. — Мария? — Моя горничная, — со скучающим видом отвечает Роналду. Будто Лео откуда-то должен был знать, что у Криштиану есть горничная. — О, — только и говорит Лео, пытаясь заглянуть в гостиную, заставленную причудливой мебелью. В глубине виднеется камин, над которым стоят кубки и висят футболки с семеркой и фамилией Роналду — такие же, как та, что подарил Лионелю Неймар. Та футболка так и лежит нетронутой в одном из чемоданов. — Тебе нужно что-нибудь? — Криштиану нетерпеливо смотрит на Лео, который поглощен разглядыванием обстановки. — На самом деле… — начинает Лионель, но Криш демонстративно уходит. — Было бы неплохо принять душ, — заканчивает он, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Спальню Криштиану он находит с трудом, проверив несколько ванных и гостевых. Лео заходит в каждую, присаживается на диваны и кровати, проводя пальцам по пледам, игнорируя желание спрятаться за шторами, пока не находит ту комнату, которую ищет, за третьей дверью справа. Пол покрывает ковер цвета слоновой кости с длинным ворсом, у дальней стены стоит большая кровать с голубыми подушками и кипенно-белым одеялом. Сквозь окна от пола до потолка комнату освещает яркое солнце, и Лионель, впервые за несколько дней, чувствует себя спокойным и расслабленным. Он стоит в солнечных лучах, позволяя им согревать его щеки, пострадавшие от холодного ветра на улице. Лионель замечает шкаф слева от себя и идет к нему без малейших колебаний, открывает и выуживает нужные вещи. Не особо хочется ходить в одном и том же белье, пока не найдут чемоданы, поэтому он достает белые шорты, майку и нижнее белье из-под стопки дизайнерских джинсов и накрахмаленных рубашек. Такая одежда сейчас будет чрезмерно официальной, Лионель в этом доме никто и звать его никак, так что к чему наряжаться, тут не на кого производить впечатление. Лионель раздевается, кладет свои вещи на кровать и снова оглядывает комнату. Тут уж слишком чисто, даже нигде не валяются носки или еще что-то из одежды. Горничная наверняка моментально наводит порядок. Ванная комната Криштиану намного больше, чем ожидал Лео. Конечно, его дом в Барселоне был довольно просторным, не говоря уже о доме в Аргентине, но ванная здесь… стены белые, текстурные, а в дальнем углу — большое квадратное окно. Полы из белого мрамора отполированы до блеска, черно-белая джакузи стоит с одной стороны, а стеклянный душ с кафельным полом — напротив. Лионель быстро избавляется от нижнего белья, швыряя его в корзину — удержаться от смешка в тот момент невозможно, — и практически бегом кидается в душ. На лейке — восемь рычажков для настройки давления воды, и Лео пробует все по очереди, пока не находит самый удобный. Теплая вода течет по коже, успокаивая мышцы, и Лео в очередной раз позволяет себе забыть, где находится. Он упирается лбом в прохладное стекло, волосы прилипают к щекам, дыхание сбивается, грудь вздымается. Лео жмурится, звуки капель воды, стучащих по полу, заполняют его уши. Внезапно он мысленно оказывается на поле, несется вперед как молния, и защитники не могут остановить его, сначала он обводит одного, потом второго и оказывается один на один с вратарем, и стадион заполняет рев беснующихся болельщиков. Лео переводит взгляд с ног на мяч, а потом вдруг видит, что перед ним Клаудио, вратарь Барселоны Клаудио Браво. Он смотрит на свою форму — белую форму — и слышит, как к нему на всей скорости несутся Блауграна, но не чтобы отпраздновать гол, а чтобы свалить его с ног. Люди в точно таких же, как у него белых футболках орут, чтобы он бил по мячу. Но Лео не может. Не хочет. Но ноги делают все за него — мяч летит в верхний правый угол, туда, куда где его хотят видеть Лос Бланкос и весь чертов город. Звук удара мяча о сетку — все, что слышит Лео. Одетые в белое напрыгивают на него, обнимают, треплют по голове, но их лица пустые, будто они его не знают. Лионель моргает, фокусируясь на стенке душа, выкидывая из головы эти мысли. От яркого калейдоскопа шампуней, гелей для душа, кондиционеров и мыла Лионеля тошнит, но он тут же вспоминает, кто он и где находится. Чтобы отвлечься, Лионель проводит уйму времени, экспериментируя с гелями для душа, зеркало успевает запотеть. Выбравшись из душа, Лео снова сталкивается с непростым решением, на этот раз с выбором полотенец. Все они выглядят причудливо, разноцветные и сшиты из разных тканей, наверное, привезены откуда-то издалека. Он выбирает темно-синее и повязывает его вокруг талии, а потом протирает зеркало, чтобы посмотреть на себя. Несколько дней у Лео не было никаких сил смотреть на свое лицо, ему откровенно было наплевать на то, как он выглядит. Из зеркала на Лео взирает бледный меланхоличный мужчина. Темные волосы растрепаны, а пустые глаза бесстрастно наблюдают за изменениями мимики. Он улыбается этому человеку, отражение отвечает тем же, но его глаза все еще грустные и не блестят, будто высохли. Чуть ниже пупка у мужчины цветастый синяк — Лео врезался в обеденный стол, когда у него еще был стол, прямо перед тем, как узнал, что больше не будет играть за Барселону. Он уже уходил, торопился, потому что опаздывал, но не мог найти ключи. Они валялись на столе, пока Лео искал везде, где можно. Но его голова весь день была занята совсем другими вещами, такими как встреча, о которой его предупредил Хави — срочный разговор с Энрике, назначенный на одиннадцать. Когда Лео наконец заметил ключи, то не смог не избежать столкновения со столом и зашипел от боли. Закрыв глаза и уже в который раз настроив себя на другую волну, Лео отводит взгляд от зеркала и быстро одевается, после чего бросает полотенце рядом с раковиной и быстро покидает ванную. В спальне он видит Криштиану; тот стоит возле кровати и разбирает вещи. Португалец внешним видом Лео вообще не удивлен, только коротко косится на его мокрые волосы и знакомую одежду из недр его шкафа. Он продолжает разбирать вещи, бросая грязное белье в корзину, которая стоит около постели. Одежда Лео сложена и аккуратно лежит на краю кровати, а пиджак висит на вешалке. Сначала он думает, что это дело рук горничной, но потом вспоминает, что она еще не пришла. — Из всех мест именно Мадрид, — тихо говорит Криштиану себе под нос. — Думаешь, я так хочу играть здесь? — спокойно отвечает Лео, подходя к окну, но не решаясь выйти на балкон — с этого мадридиста станется запереть его там. — Они не могли отправить тебя в любой другой клуб, которому ты действительно нужен? — грубо спрашивает Криштиану. Лео бросает на него пустой взгляд, но Роналду продолжает приставать: — Я думаю, что ты просто хотел перейти в клуб, который выигрывает трофеи. Лео резко разворачивается и смотрит Роналду прямо в глаза, не скрывая злобы. Криш приподнимает бровь. Он нарывался на драку с первых секунд их встречи в раздевалке, и Лео стоит неимоверных усилий сдержаться и не врезать ему. — Что случилось, Лео? — с насмешкой и поддельной вежливостью говорит Криш, делая несколько шагов вперед. — Не можешь найти слов? Лео молчит и смотрит, как Роналду приближается к нему. Он на четыре или пять дюймов выше, шире в плечах, даже волосы более шелковистые. — Или ты знаешь, что я прав, — улыбается Криш, а его глаза горят от волнения. Лео кусает губу. Криштиану наблюдает за каждым его движением, каждым вдохом, каждой попыткой отвести взгляд туда, где нет Роналду. Они стоят так близко, что Лео чувствует запах его одеколона. И именно в этот момент появляется Мария. Дверь громко хлопает, Криш закатывает глаза и почему-то подмигивает Лео. — Мария, это черный дуб! — шипит он, забывая о своем внезапном госте и удаляясь встретить горничную. Лео пожимает плечами и выдыхает, не заметив, что все это время задерживал дыхание. Он решает отправиться на изучение множества закрытых дверей, усеивающих длинный коридор. Соседняя комната оформлена в светлых пастельных тонах и обставлена изысканной мебелью. Один Золотой Мяч стоит на полке над камином, блестя в свете солнца, пробивающегося из-за бледно-голубых штор, которые напоминают Лео об Аргентине, о доме, который у него никогда не отберут, как Барселону. Вид чужого трофея вкупе с цветом штор вызывает у Месси приступ дурноты, и он вываливается обратно в коридор, спасаясь от пастели, красивой мебели и жизни, в которую он уже никогда не сможет вернуться. Он проводит этот день, свой первый день в Мадриде, бесцельно шатаясь по комнатам в доме Криштиану Роналду, в которых меняется только дизайн. Иногда он натыкается на Марию или хозяина дома. Завидев Роналду, Лео сразу же уходит, выбирая другую дверь. Каждая комната лучше другой, великолепнее и экстравагантнее, но чем больше времени Лео проводит, шатаясь туда-сюда, тем чаще замечает всякие мелочи, которые напоминают ему о прошлой жизни Лео Блауграна, заставляя его умирать от тоски и желания вернуться и не быть больше Лео Бланкос. Солнце тонет за высокими зданиями, когда кто-то звонит в дверь. Лео лежит на кофейного цвета диване, на котором легко могли бы уместиться, по крайней мере, семь или восемь человек, когда слышит, как босые ноги Криштиану шлепают по деревянному полу. Играет легкая музыка, слышно копошение горничной в другой части дома, шум города отрезан от гостиной стеклянными раздвижными дверями, город усыпан огнями, которые гипнотизируют Лео своим мерцанием. Криш прочищает горло, привлекая его внимание. — Обычно я не заказываю еду навынос, — начинает он, неуверенно глядя на коробки, которые держит в руках. — Но я подумал, что стоит отпраздновать. Лео собирается бросить едкое: «Отпраздновать что? То, как неудача привела меня сюда?», но почему-то молчит и только застенчиво и благодарно улыбается. Его самый главный соперник Криштиану Роналду купил ему ужин. Мда. Он пытается. Криш раскладывает коробки на ковре, а Лео наблюдает за ним, сидя на диване и опершись на локти. Кажется, что Роналду неуверен в своих действиях, будто не знает, что делать с пластиковыми вилками и бумажными салфетками, то поднимает их, то опять опускает. — Ты когда-нибудь делал это раньше? — спрашивает Лео после паузы, во время которой Криштиану невидяще таращится на закрытые коробки с едой. — Конечно, — как-то злобно отвечает Роналду, глаза у него недовольные, а брови нахмурены. — Просто… давно, — голос Криша становится тише, а смущенный взгляд направлен в пол. — Я о том, что Мария обычно готовит. Лео с пониманием кивает, когда Криштиану снова поднимает голову. За едой они почти не разговаривают, Криш ковыряется в телефоне, а Лео разглядывает оживленный город. Друг на друга они не смотрят. Иногда Лео спрашивает, что это за блюдо, ткнув в него вилкой, но Криштиану только пожимает плечами. — Не знаю, заказал то, что звучало прилично. Когда ужин заканчивается, Криштиану собирает контейнеры в коричневый бумажный пакет. Снова становится тихо. Лео лежит на диване, глядя в потолок, а Криш сидит на полу. Потом вдруг Роналду улыбается, читая что-то в мобильном. — Что? — спрашивает Лео, чувствуя на себе жар взгляда Криштиану. — Икеру нужны доказательства того, что мы еще не убили друг друга, — Криш не юлит, а говорит серьезно, от его привычного высокомерия остались только намеки. Лео слабо улыбается. — Веди себя так, будто тебе весело, — почти требует Криштиану, подсаживаясь ближе к Лео и быстро щелкая камерой. Вспышка застает Лео врасплох, лицо у него дурацкое, но Криш все равно отправляет снимок Икеру. Он поднимается на ноги, наблюдая за Лео мягким, но пристальным взглядом. Он выглядит так, будто хочет сделать что-то, что-то важное. Криш закусывает нижнюю губу идеальными белыми зубами. — Итак, твоя комната дальше по коридору, — почти неловко говорит он, потирая заднюю часть шеи, чувствуя внимание Лео. Смелый и учтивый Криштиану Роналду растерял все слова перед скромным невысоким Лионелем Месси. Лео не может не ухмыльнуться, когда Криш разворачивается, чтобы уйти, но замирает на полпути в коридор. Лео снова изучает горизонт через окно, стараясь не смотреть на Криша. — И Лео… — зовет его Роналду, сцепляясь с ним взглядом. — Добро пожаловать в Мадрид. И это самая страшная часть. Выражение лица Криштиану кажется таким безмятежным, что бьет Лионеля как грузовик, как подкашивает людей болезнь, накрывая волна за волной. Криш уходит, но его слова повисают в воздухе, путаются в мыслях Лео, и ему хочется, чтобы Криш этого не говорил. Чтобы не был слишком дружелюбен по отношению к нему, и втайне, в глубине души, Лионель хочет, чтобы они все еще были непримиримыми соперниками, потому что тогда все это будет нереальным, и, может быть, будет еще возможность повернуть назад, и частичка его прежней жизни будет цела. Может, все дело в слишком удобной кровати или в дорогих турецких покрывалах или, возможно, даже в огромном количестве подушек, но в эту ночь Лионель засыпает с трудом.