The Truth Untold

После того прикосновения Чонгуку будто стёрли память, и он плохо помнил, что было после. Только обрывками: что после обмена именами они шли по саду, направляясь к выходу, но не разговаривали. А о чём им говорить? И помнил, что когда они подошли к выходу, Тэхён скрылся, пообещав не исчезать, а как можно чаще быть здесь. Чонгук снова не знал, как это назвать. Кто они теперь? Знакомые? Товарищи? Вспоминались уроки обществознания в младших классах: тема – группы людей. Тому, что было между Тэхеном и Чонгуком, сложно дать название. Всё это казалось чем-то непонятным, и, в какой-то степени, невозможным, но спустя время всё стало почти обыденным. Каждые два-три дня они встречались в саду, потихоньку раскрывая друга друга. О маске Чонгук не говорил, считая, что это неправильно, и рано или поздно Тэхён откроется. Во встречах в саду всегда была таинственность и необычное ощущение волшебства. Тэхён оказался таким, каким Чонгук его представлял. Спокойный, поднимающий. Он походил на нежно-голубой цветок гибискуса. Но его самооценка, казалось, ещё давно спрыгнула с большой высоты, и, похоже, разбилась, и Чонгук был уверен, что это является причиной ношения маски. У Тэхёна красивый смех, а его всегда теплые руки пахнут лавандой. Он старше Чонгука на два года. Так прошло две недели. Чонгук всё ещё был очарован, а Тэхён всё ещё и не думал снимать маску. Каждая встреча была похожа на предыдущую, но Тэхён обладал таким природным очарованием, что Чонгук не задавал никаких вопросов, связанных с маской. Некоторое время. Это была суббота. Прохладная, ветреная суббота, когда все хотят отдохнуть, лёжа на кровати с книгами и чаем. Деревья по всей Корее медленно, но верно окрашивались в красивые цвета: от ярко-желтого, как солнце, до красного, бордового и коричневого. Хосок часами пропадал в танцевальном зале, отрабатывая какой-то сложный танец до мелочей. Юнги просто хотел отдохнуть и, желательно, так, чтобы Чимин был рядом. И он был. Только сегодня у того были какие-то дела. Поэтому он ушел ещё днём, попрощавшись и пообещав, что будет к вечеру. Чонгук надел джинсовую куртку, шарф и осенние ботинки, окинул взглядом пустую квартиру и вышел, закрыв дверь на ключ. Сильный прохладный ветер трепал каштановые волосы и обдавал неприятным холодом лицо, побуждая закрыть лицо шарфом. «Не замёрз ли Тэхён?» – вдруг подумал Чонгук, вспоминая его лёгкую одежду: рубашка, джинсы и обычная обувь. Сегодня этого было бы недостаточно, чтобы согреться. Прийдя в парк, Чонгук понял, что тот пустеет. Больше нет той огромной кучи людей, как обычно. Не было многодетных семей с детьми, шумящими на весь парк и выпрашивающими еще мороженого или леденцов. Стало меньше спортсменов, что бегали по парку в наушниках. Остались лишь печальные старушки, неизменно сидящие на скамейках и рассуждающие (иногда вслух, на радость немногочисленным маленьким детям) о жизни и прошлом. Дети теперь сидят дома, и одиноким старушкам некому теперь рассказать обо всём. А на скамейке у входа сидела молодая пара. У них была одна сладкая вата на двоих. Огромных размеров вата напоминала те белые облака-барашки, что бывают в особенно тёплые, солнечные дни. А еще Клауда. Сегодня же небо было тусклым, а сероватые облака будто кто-то ненароком рассыпал по небу, как сухие листья. Деревья в саду почти полностью окрасились в осенние цвета. Пахло сыростью и немного – яблочной выпечкой с корицей. Скоро солнце будет клониться к закату. Чонгук прошёл в сад. Некоторые цветы уже отцвели и теперь потускневшие, душистые лепестки медленно опадают при дуновении ветра. Чонгук идёт дальше в сад, ближе к его центру. Он почти уверен, что не заблудился бы теперь даже с завязанными глазами. Тэхёна не пришлось долго ждать: только Чонгук успел перевести дыхание и посильнее укутаться в шарф, ёжась от холода, Тэхён появился, как всегда, из ниоткуда. Он всё тот же, только теперь на нём куртка потеплее и ботинки. У Чонгука тысяча вопросов в голове, но каждый из них хотя-бы мельком касается маски, а это, думает Чонгук, неправильно. Они приветствуют друга друга как обычно: делают замок из пальцев, наслаждаясь теплом. Чонгук смотрит прямо на маску, стараясь разглядеть хотя-бы цвет глаз, но Тэхён отводит взгляд, да и маска хорошо справляется со своим предназначением: скрывать. Они расцепляют руки и говорят о погоде. Так обыденно, но Чонгук очень хочет задать вопрос и сам поражается собственной бестактности. Солнце вот-вот коснётся горизонта. Теперь облака напоминают сладкую вату нежно-розового цвета. * Чимин, наконец, освободился и спешит домой. Он устал, хочет имбирного печенья с чаем и к Юнги. Чимин идёт по почти безлюдной улице в сторону перекрестка. * Слишком невыносимо так. «Ещё рано», – твердил про себя Чонгук, а Тэхён говорил и говорил о чем-то, явно увлёкшись интересной темой, и Чонгук рад этому. Но маска. Маска все портит. * Чимин, задумавшись о чем-то, поворачивает направо, хорошо помня дорогу. * Чонгук решает, что время пришло. Он не знает, что будет, но решается задать вопрос. Ждёт, пока Тэхён сделает паузу, чтобы перевести тему и... – Тэхён? Эмоций на маске, конечно, нет. Но Тэхён даёт понять, что слушает, чуть приподняв голову и отвечая: «да?». Голос Чонгука дрожит, но ведь он уже решился. Нельзя отступать. Нельзя упустить. – Тэхён... Почему на тебе маска? – Тихо спрашивает Чонгук, про себя проклиная своё любопытство и боясь, что все сломается, разрушится, словно карточный домик. * Чимин улыбается, вспомнив приятный момент из жизни, неизменно быстро шагая по улице. * Чонгук готов был поклясться, что услышал, как чуть сбилось дыхание Тэхена. Тот вздрогнул, и в его голосе Чонгук снова мог услышать грустную улыбку. – Ничего особенного, – проговорил он. Но ведь эта фраза всегда только разжигает любопытство, не так ли? – Расскажи мне, – тихо попросил Чонгук и протянул было руку к тэхёновой, но на полпути вдруг остановился. – Пожалуйста. Тот смотрел на Чонгука в упор, а тот не знал, как именно. С упрёком? С грустью? Злостью? Ничего не понятно. Но Тэхён придумал, как всё объяснить. Слова только мешают понимать друг друга. © Маленький принц

В саду одиночества расцвёл Цветок, который напоминает тебя Я хотел отдать его тебе После того, как снял эту глупую маску...

Чонгук поднял на Тэхёна глаза в непонимании. * Чимин уже почти дома. Ноги устали от ходьбы на протяжении всего дня. Ещё один перекрёсток, пару сотен метров, и он будет дома. * А Тэхён продолжает, запутывая Чонгука всё больше.

Но я знаю, Что никогда не смогу этого сделать. Я должен скрываться, Потому что я некрасив.

Чонгук не сразу воспринял то, что услышал. Наверное, потому что и не хотел воспринимать. Так, стоп. Некрасив? * Только самый краешек солнца высовывается из-за горизонта, но на улице много источников света. Фонари, вывески и фары машин ярко светят в синеющей темноте улиц Сеула. Чимин стоит у дороги, собираясь перейти её. До дома ещё минут пять. Шаг. * – Что ты такое говоришь? – Громко спрашивает Чонгук и понимает, что всё испортил. Тэхён не отвечает, но вдруг срывается и бежит. – Нет, погоди, стой! * Откуда-то слева резко вылетает машина. Чимин еле успевает отметить про себя, что по правилам её здесь быть не должно. * Тэхён, похоже, изучил весь сад вдоль и поперек, потому что вот так исчезать кажется нереальным. Солнце полностью скрылось, и сад погрузился в темноту, освещаемую лишь дальними фонарями. «Ты всё испортил.» * Глухой удар, чей-то тихий вскрик, кровь на асфальте.