The Truth Untold

Чонгук лишь раз спросил Юнги о том, поедет ли он домой, на что тот ответил лишь строгим, грустным взглядом, что отвечало на вопрос лучше слов. Чонгук приехал домой в разгаре ночи, а до формального утра оставалось около часа. Включив лишь маленький ночник, Чонгук разбирал постель в почти полной темноте. Тишина заставляла лечь в кровать и грустить, утонув в своих мыслях. Послышался скрип кровати и шумный выдох Чонгука, накрывшегося одеялом и легшего на бок, прислушиваясь к тишине. Может быть, прошло пятнадцать минут. А может, час и больше. Чонгук не знал и не собирался узнавать. Лишь окрасившийся в красно-оранжевый цвет горизонт говорил о том, что скоро рассвет, а значит, Чонгук пролежал без сна долго. Скоро солнце слепяще-ярким пятном показалось из-за горизонта, заливая комнату желто-белыми пятнами света. Чонгук встал с кровати и подошёл к окну. Дома, окна которых ярко переливались в свете лучей, будто огни, выглядели теперь уютно и очень красиво. Где-то вдалеке пролетел самолёт, оставляя на оранжевом небе светлый след. Парень потянулся к ручке окна и открыл его, пустив в комнату солнечный свет, свежий воздух и звуки редко проезжающих машин. Некоторое время было невозможно оторваться от этого зрелища, но скоро глаза стали слипаться, и Чонгук, наконец успокоившись, уснул. Утром Чимин очнулся. Телефон с именем Юнги, отображающимся на дисплее, зазвонил, громкой мелодией разбудив сладко спящего Чонгука. И, хотя он, Юнги очень долго не спал и не ел, Чонгук никогда не слышал, чтобы тот был таким счастливым. Он чуть ли не кричал в трубку, описывая в мельчайших подробностях пробуждение Чимина и рассказывая, что скоро подъедет Хосок, который узнал об этом всём последним. Это, безусловно, было лучшее начало дня в придачу к прекрасной погоде. Приняв душ и позавтракав, Чонгук, не долго думая, отправился в парк. По дороге в парк Чонгук пребывал в хорошем настроении и предчувствии чего-то хорошего. Деревья шелестят, создавая пестрый рисунок из солнечных лучей на сухом асфальте, перистые облака (такие, будто кто-то провел по ним граблями) и запах свежести: день продолжал быть хорошим. Чонгук вошёл в парк. Сегодня здесь достаточно много людей, но Чонгук этому только рад. Не спеша идти в сад, Чонгук идёт подальше от него, нервно стараясь вообще туда не смотреть и направляясь к ларьку с мороженым. Купив свое любимое, банановое мороженое, Чонгук сел на скамейку перед фонтаном, над которым то и дело появлялись маленькие радуги. Вокруг фонтана бегали и резвились дети, иногда дотрагиваясь до бурлящей воды. На других скамейках сидели взрослые: вот мужчина лет тридцати, в очках и почти деловом костюме. Он читает книгу в черной обложке с серьезным выражением лица. На другой скамейке сидели три бабушки, что-то обсуждали, и, умиляясь, смотрели на веселящихся детей. «Все-таки люди хорошие,» – думал Чонгук, когда от мороженого осталась только половина. Скоро осталась четверть мороженого. Оно уже подтаяло и начинало вытекать из стаканчика светло-желтыми капельками, что заставляло покончить с растягиванием удовольствия и поскорее доесть его, пока не упало. Мороженого больше нет. Чонгук поджал губы. Во рту сладость и привкус банана, а в голове один Тэхён. Чонгук, будто заставляя сам себя, медленно встаёт с лавки и идёт обратно по гравированной дороге, в сторону парка. Дорога идёт через большое поле коротко постриженного зелёного газона. Здесь много людей, устроивших пикники. Вот на большом, в красно-белую полоску пледе сидят два человека. Это, похоже, мама и папа. А рядом стоит мальчик лет семи. В руках у него большой разноцветный воздушный змей. Он о чем-то говорит с папой, а затем тот встаёт и берет в руки змея. Они с папой переглядываются и идут к центру поля. До сада совсем недалеко. Сердце быстро колотится, но Чонгук старается убедить себя в том, что все будет хорошо. Переводит дыхание, оказавшись у цветастой арки, к которой так привык, и делает неуверенные шаги. Здесь шелест ветра другой. Из-за почти полного отсутствия высоких деревьев, кронам которых можно было бы шелестеть, слышны только тихие шорохи лепестков цветов. Чонгук чувствует дежавю*, идя все дальше вглубь. Вдруг он замечает, как резко взлетел над зелёной оградой воздушный змей. Ветер сегодня есть, но достаточно ли? Змей взлетел не очень высоко над землёй, и, побыв на высоте с минуту, медленно упал. Чонгук наблюдал за змеем, когда вновь услышал то, что всегда говорило об одном и том же. Сперва шорох, отличающийся от шороха ветра, а затем осторожный вдох человека, находящегося совсем рядом. Чонгук обернулся. Тэхён стоял в паре-тройке метров от него. Чувство вины прострелило мелкой дробью, ведь сейчас Тэхён ничего не говорил, а из-за маски не было видно, каким взглядом он молча смотрит на Чонгука. В мыслях тот уже давно извинился перед ним тысячу раз, обещая больше никогда не задавать лишних вопросов, если он так хочет. В мыслях взял его за руку, попросив улыбнуться, даже не смотря на то, что не увидит этой улыбки. Из-за ограды показался воздушный змей, медленно набирающий высоту. А Тэхён вдруг сделал шаг вперёд, заставляя Чонгука поднять глаза, а сердце начать биться ещё в два раза быстрее. Остановившись, он замер. Воздушный змей всё выше. Голос Тэхёна тихий, будто после простуды, но такой же бархатистый и чарующий.

Я боюсь Я сбежал Я так боюсь, Что ты оставишь меня снова в конце концов... Я снова надеваю маску и направляюсь к тебе.

Чонгук боится пошевелиться. Стоит, мысленно коря себя за эту слабость перед его голосом. А Тэхён продолжает немного увереннее.

Что я могу сделать В саду В этом мире... Я распускаюсь красивым цветком, похожим на тебя. И дышу, как тот, которого ты знал...

Ветер треплет тряпичные края змея, и он, дрожа, поднимается выше и выше.

But I still want you

I still want you...

Змей на максимальной высоте: вся веревка размотана. Он летит так высоко над землёй, что уже невозможно увидеть его цвет. Он будто песчинка на голубом фоне. Чонгук не понимает своих чувств. Наверное, он бы назвал это «так хорошо, что плохо». Снова загадки. Снова вопросы без ответов. Снова Ким-чертов-загадочный-слишком-Тэхен поет, не давая нормально мыслить. Почему он такой? А тот, если включить фантазию, хитро ухмыляется. Там, за маской. А может, он просто улыбается. А может, плачет. Именно это так хочется узнать, что просто сносит крышу. Но ведь вопросы задавать опасно? Чонгук опьянён его красотой. Его эстетикой, его растрёпанными на ветру волосами, голосом, от которого мурашки по коже и тем, что сегодня, помимо цветов, он пахнет мелиссой. Поэтому он не до конца понимает, что творит, когда быстро делает пять шагов вперёд, к нему, и прижимает к себе, пока он тоже не успел понять, что происходит. Тэхён понимает очень скоро, но его рекция не видна. Чонгук, что чуть выше Тэхёна, крепко, но бережно прижимает его к себе и шепчет: – Я не оставлю тебя.