Звезда на багровом рассвете

Она лежала у меня на коленях, укутанная моим плащом. Я же, передумав надевать еще что-то, кроме штанов, сидел, оперевшись спиной на холодную стену. Но это было без разницы. Не до холода и сквозняков в Замке-под-землей мне сейчас. Не буду кривить душой, я знавал многих женщин и девушек, однополых и двуполых (и Гончих в том числе - несмотря на то, что они в прямом смысле мои дети); причудливых с виду (да я сам и не человекоподобен, в принципе) и таких красивых, что любой бы представитель мужского племени целовал землю, по которой они ступали; скромных да стыдливых и грубых да необузданных, как мифические амазонки в битве. Одних я брал силой, другие отдавались мне добровольно. Некоторые умоляли. Это было частью моего бытия. Частью моей жизни. Частью меня самого. Знавал я и парней… Но с женщинами зачастую проще. Сейчас я, пытаясь по привычке сравнить это с предыдущими разами, откровенно теряюсь, как на неизведанной дороге. Что ж, любовь в любых ее проявлениях я познал давно и познавал до сих пор, но вот в данном случае... Впервые в долгой и такой бесконечной жизни мне наконец спокойно. Не хочется абсолютно ничего. Слышится призывный вой Джиная за многие сотни километров отсюда - он говорит о том, что кто-то оплошал настолько, что потерял сразу всех (или большинство) тех, кого за собой вел. Утром придется чинить расправу над неудачником. А это скверно - в свете того, что молодежи мало, зрелые рвутся из шкуры, чтобы угодить, а на ветеранах (львиную долю которых составляли первородные) зиждется весь опыт и стратегический подход к битвам всей стаи. И не хотелось бы мне, чтобы этим неудачником оказался сильный воин или бывалый матерый. Много чего носится нескончаемым роем гаргулий у меня в голове. И большинство из этого - предстоящие набеги, расправы, битвы и резня. Такова моя природа - иначе зачем мне вся объединенная стая, зачем стремление к титулу самого сильного в Аду и, следственно, Владыки? Такому, как я, нужна цель - и для меня она такова. Была, во всяком случае. До сегодняшней ночи. И об этом я тоже думаю... Но вот Масаки, проснувшись, смотрит на меня снизу внимательно, и я обо всем вмиг забываю: - Что такое? - Скажи, ты когда-нибудь спишь? - Сплю, конечно. Но вполне могу не спать месяц или, если поднапрячься - то и два. - А я и двух дней не могу... - проворчала она абсолютно беззлобно, косясь куда-то в сторону. Ощутив какой-то странный прилив снова, я поднял ее и прижал к себе (при этом едва не позабыв об ее хрупкости... опять). Мне едва ли не каждую секунду приходилось сдерживать себя. И результат налицо - спинку кровати придется заменять. А дерево-то уже такое не растет - придется вставки делать из другого. Но не это меня волновало. Гораздо важнее было для меня (и я сам поневоле этому удивляюсь) узнать о том, не покалечил ли я ее по недосмотру за самим собой. Она, нахмурив брови (довольно специфический стиль - ни у кого такого не видел: правая бровь была значительно выше левой, при этом они сходились в одной точке без какого-то перерыва, превращаясь в «чайку»), подперла подбородок ладонью на моем колене: - Могло быть и хуже. - Значит, покалечил... - проворчал под нос, начиная злиться на себя. Она, едва успев заметить, как засветились мои глаза, поспешила успокоить: - Ничего, синяки на запястьях пропадут уже через пару дней. А больше ничего, клянусь тебе, ты мне не сделал! Меня это успокоило - пока. Пока я не удостоверюсь в этом сам. Но не сейчас. Утром. - Правда, оказалось почти не больно. Или это потому, что я об этом не думала?.. - А, может, это потому, что один из нас имеет обширный опыт... - и вздохнул. - Вот уж не ожидал от тебя. - Чего? - глянула она недоуменно. - Такой прыти при... - не договорил, вовремя спохватившись. - Не обольщайся, - усмехнулась хитро. - Просто у меня на это не было времени - и все... - «И все»... - передразнил терпеливо (и опять же, сам себе удивляясь) я. - Но я вот нахожу спокойно... - Так ты живешь 100000 лет! - бросила обидчиво. Я ее ошарашил, ответив по привычке: - Больше. Первому моему порождению больше трехсот тысяч лет... - и, угадав ее намерение, поспешил осадить. - Я уже пытался определить точный свой возраст - и от этого голова трещала не только у меня, но и у всех тех, кто мне в этом помогал. Со звуковым сопровождением... Ее губы не удержались от улыбки: - Ну и вредина ты. - А ты хитрюга. - Давай забудем эту тему? - предложила она сразу. - Давай, - согласился без колебаний я. Мне не хотелось ее отпускать. Страшно не хотелось (и ни единожды приходила мысль наплевать на нашу договоренность)... Мозг работал, выдвигая идеи. Выход всегда есть - и я его найду. Во что бы то ни стало!..