Одержимость

Глава 2 В лагере егерей было неспокойно, когда их застала ночь. Конечно, глупо полагать, что среди них были воспитаны спокойные личности, но на тот момент перепалки звучали громче обычного, а от такой брани у любого нормального человека завяли бы уши. - Держи свой язык за зубами, если не хочешь, чтобы я тебе вырвал его! – рычал Сивый, с явной угрозой приближаясь к Лайерсу. - Да кто ты такой, чтобы указывать, собака вшивая?! – прокричал тот в ответ. Скабиор отстраненно стоял себе поодаль и с безразличием наблюдал, как на ровном месте разгорается скандал, грозя в скором времени перерасти в настоящую драку. Бедный Лайерс… А удивляться-то и нечему. Недоедание, недосыпание, изматывающие скитания по лесным ухабам и болотам в совокупии вылились в нешуточную раздражительность, если не в ярость. Придерживаясь роли руководителя, Скабиор, в принципе, должен был вмешаться, утихомирить разбушевавшихся егерей. А он… даже не вникал в суть происходящего. Плевать. Пускай хоть глотки друг другу перегрызут. Можно и в буквальном смысле. Поимка закононепослушных пешек уже не вдохновляла его. Из этого скучного занятия он извлек всё возможное удовлетворение для своих амбиций, и больше оно его не интересовало. Следственно жизни его спутников тоже. Его мыслям было удобней кружиться вокруг той девушки с ее изумительным запахом. Скабиор даже не пытался отвлечься от них. Наоборот, воскрешая в памяти аромат снова и снова, он испытывал неизведанное удовольствие. Что было гораздо предпочтительней, чем морочить голову насущными мелкими проблемами. Но чем больше он предавался воспоминаниям, тем быстрее росло его реальное увлечение, в некоторые моменты перекликаясь с одержимостью. Егерь медленно облизал свои губы, опрометчиво представляя себе эту сладость на вкус. И уже одно воображение обещало ему феерические ощущения. Пытаясь восстановит чуть сбившееся дыхание, Скабиор отвернулся от ссорящихся егерей и, слегка пошатываясь, невнимательно зашагал прочь. За границу освещаемой костром поляны. Никто и не заметил его исчезновения. Ноги сами несли его в нужном направлении, будто он ходил по этому пути сотни раз… И неважно, что там давно нет той девчонки. Плевать, что ушла. Что-нибудь всё равно должно было хоть чуть-чуть сохранить ее запах. И даже если самый слабый его намек зацепился за воздух, то ему будет достаточно и этого, чтобы частично удовлетворить свою потребность. Пока. Скабиор не задумывался над временем, пока шел к пункту назначения. Понимание того, что с каждым шагом он становится ближе к цели, приятно согревало душу. Если, конечно, она у него есть, или что там на самом деле сейчас млеет от удовольствия около его ледяного сердца… Внезапно тишину прорезал короткий хлопок. Рядом кто-то трансгрессировал, покидая лес. Скабиор рефлекторно выхватил палочку из рукава, готовый встретить еще возможных магов. Густая тьма не позволяла видеть дальше, чем на два метра – заметить еще кого-то не удавалось. А, может, здесь был всего лишь один человек? Наверняка, он поспешил сбежать, учуяв егеря. Еще один беженец? Однако, Скабиор не успел задуматься: воздух колыхнул другой звук. Девичий плачь. Полон настоящего, неподдельного отчаяния… Какие-то неведомые чары не позволили ему даже пошевелиться, лишь вынуждая слушать утихающие жалобные всхлипывания. По коже тут же побежали мурашки – столько боли переливалось в тех слезах… А еще тоска. Новорожденная, но уже способная раздирать на куски… Скабиор отшатнулся как от пощечины, и его рука вместе с волшебной палочкой безвольно опустилась вниз, а глаза намертво прикипели к тоненькой фигурке, во мраке слоняющейся от дерева к дереву. Девушка не видела его, слепо приближаясь к тому месту, где ошеломленный стоял егерь. Или же… воспринимала его за другого. За того, кто все-таки трансгресировал несколькими мгновениями ранее. Времени на раздумья совсем не оставалось, а он так и не решил, как поступить. Поймать незнакомку и получить за нее деньги? Или оставить наедине с горем, исчезнув отсюда? Решение пришло само собой, когда силуэт внезапно остановился, и тоненькая ручонка шмыгнула в карман за волшебной палочкой. Скабиор молниеносно отклонился, позволяя красному лучу раскрошить кору дерева позади него, и, не давая девчонке опомниться, подлетел к ней. Через секунду ее руки были заложены за спину, а палочка беззвучно упала вниз на влажные листья. Для пущей уверенности егерь зажал ей рот ладонью и выше поднял заломленные руки. На целый миг ему показалось, что ситуация под контролем. До тех пор, пока он не сделал необходимый вдох… Мир взорвался тысячами осколков, отбрасывая его далеко за пределы этой реальности… Еще два судорожных вдоха, сопровождаемые безумной дрожью в позвоночнике. Полностью дезориентированный, он обессилено опускает руки… Девушка рывком падает на землю за волшебной палочкой, а в следующее мгновение исчезает. ======***====== Трансгрессия удалась ей не совсем удачно. Не удержавшись на ногах, Гермиона упала на землю, после чего кубарем покатилась вниз по крутому склону. Мелкие коряги, торчавшие из-под листвы, быстро исцарапали ей лицо, пока она в несметном количестве встречала их по пути. Перекатившись через себя еще пару раз, девушка, наконец-то, остановилась и затравленно уставилась на черное зловещее небо, лежа на спине. Неподалеку мирно журчал лесной ручей, и Гермиона поняла, что переместилась туда, куда рассчитывала. Вернее туда, куда она подумала, находясь в таком взвинченном состоянии. Это было достаточно далеко от их с Гарри палатки… От того места, где прежде стоял скрытый мраком егерь. Она не сомневалась, что это был тот самый мужчина. Просто знала, хоть и совершенно не разглядела его лица в этот раз. Именно этот странный человек каким-то дивным образом, считай, нашел ее около палатки, несмотря на все мыслимые и немыслимые защитные заклятья. И, по всей вероятности, он снова пришел туда… Сдерживая слезы, Гермиона поднялась с земли и невнимательно отряхнула себя от налипшей грязи. Тупая боль от многочисленных ушибов ломила тело, вынуждая лицо девушки мучительно кривиться. Что ей теперь делать? Как она теперь вернется назад? Ведь защита вокруг лагеря поставлена так, чтобы никто не мог его отыскать… В том числе и она. Теперь. И такой горечью обдало ее душу, когда она осознала это... Слезы едва не брызнули из ее глаз, пока грудь безжалостно сжимали плотные тиски, требуя дать волю безудержной истерике. Чертов егерь! Девушка рванула вперед, яростно отталкивая упругие ветки на своем пути. Она найдет палатку, и они сейчас же покинут этот лес вместе с Гарри, чего бы это ни стоило! Здесь больше нельзя оставаться, как бы упрямо не цеплялась за ее душу надежда, что Рон вернется. Он оставил их, оставил ее. А она, глупая, чуть не поплатилась жизнью в попытках его вернуть… Гермиона взбиралась назад по склону, то и дело съезжая вниз на скользких листьях. Ее мысли наполняла лишь ненависть. И девушка не знала, кого ненавидела больше: Рона – который предал ее, оставил одну-одинешеньку в темном лесу; или опасного егеря, преследующего девушку. Именно из-за него она теперь здесь, на окраине леса, и совершенно не знает, как добраться назад. Сейчас, когда источник опасности находился сравнительно далеко, идея трансгрессировать на целую милю уже не казалась такой блестящей. Но тогда ведь Гермиона думала не только о своей безопасности. Боясь повторного инцидента, как с Яксли, девушка побоялась переместиться прямо в область, оберегаемую заклинаниями. Она на самом деле до последней секунды не знала, удастся ли ей беспрепятственно сбежать. «Успокойся» - методично повторяла она про себя, пока шла через лесную чащу, освещая себе путь волшебной палочкой, - «если идти прямо и не сворачивать, можно прийти на место». Но больше всего Гермиона боялась, что Гарри, взволнованный ее отсутствием, опрометчиво бросится на поиски. И если его схватит из-за Грейнджер, она никогда не простит себе этого. Ее глупость и легкомыслие разрушит последнюю надежду тысячей людских душ... Девушка по пути совершала короткие трансгрессии, чтобы ускорить свое передвижение, но и так, чтобы случайно не пропустить нужное место. Однако больше всего она опасалась, что егерь все еще находится поблизости. Сможет ли девушка проскочить мимо него? И вот Гермиона уже начала узнавать местность: что-то угадывалась знакомое в хмурых высоких деревьях, на первый взгляд совсем не отличающихся от всёй остальной лесной массы. А, может быть, дело было в невольно нарастающем напряжении, сигнализирующем, что осталось совсем чуть-чуть… Последний раз набрав полную грудь воздуха, она тихонечко прошептала: «Нокс», и тьма поглотила каждый более менее четкий силуэт в лесу. Она бесполезно оглядывалась по сторонам, пытаясь увидеть хоть что-то через плотный слой мрака, и лишь молилась, чтобы какая-нибудь злосчастная ветка не хрустнула у нее под ногами, тем самым выдав ее. Но, казалось, все живое умерло здесь: ни звука, ни движения во тьме. Только ее маленькие шажки… И тут воздух перед ней внезапно задрожал. Девушка вздрогнула, но в следующее мгновение поняла, что это барьер ее собственных заклинаний. Оставалось только надеяться, что они справедливо пропустят того, кто их в свое время наложил. Гермиона сделала еще шаг и с облегчением снова вдохнула сырой воздух: перед ее глазами материализовалась знакомая палатка, источающая изнутри мягкий желтый свет. Ей удалось… Однако, осознание этого оказалось совершенно несущественным, когда она вспомнила про опасность, настигшую ее здесь же, чуть поодаль. Девушка дернулась, спеша оглядеть близстоящие деревья. Свет от палатки боролся с тьмой как мог, и там, куда он дотягивался, она могла поклясться, никого не было. Егерь исчез...