Союзники

К отъезду в Петербург в доме Долгоруких начали готовиться сразу после обеда накануне вечером. Натали паковалась тщательно и неспешно, чтобы ничего не забыть, её брату сборы заняли значительно меньше времени, но к восьми часам вечера оба Репнины были готовы. Андрей лишь довольно улыбнулся, потому как, собравшись сама и подсобив брату, Натали принялась руководить и его сборами. Лиза никогда так тщательно ничего не планировала, но выслушав дружескую лекцию Наташи о вреде подготовки к чему либо впопыхах - обязательно что-нибудь забудешь, а готовой нужно быть ко всему - скрепя сердце принялась сбрасывать вещи в сундук. Заметив её отсутствующее выражение лица и выбор платьев, висевших на краю крышки, фрейлина Её Величества лишь пожала плечами и сама принялась рассматривать гардероб будущей сестрицы. - Нам непременно нужно будет заказать Вам в Петербурге несколько туалетов, - констатировала княжна Репнина, перебрав все вещи Лизы и отобрав то, что сочла более-менее пригодным. - Я отвезу Вас к своей модистке, она непременно поможет. Мы ведь в столице будем выезжать на вечера и в салоны, да и дядюшка обещал прислать билеты в театр... А в дорогу наденьте вот это! - Натали протянула Лизе строгое, но изящное бордовое платье. Очень благодарная за помощь будущей родственницы, княжна Долгорукая кивнула. По приезде, Наташа уже успела дать ей несколько советов, например, как будет лучше к лицу Лизы укладывать волосы, и прекратив туго натягивать прически, княжна должна была признать: Натали была права. Сборы завершились около полуночи, и уставшие девушки разошлись по спальным комнатам, сговорившись встретиться рано утром за завтраком, но с утра у Лизы началась сильная мигрень. Андрей, уже успевший сделать некоторые планы по приезде в Питер, только раздраженно качнул головой, пробормотав что-то про Лизин характер. Корфам отослали записку, узнавая, может ли Лиза ехать с Владимиром и Анной, но Иван Иванович сообщил, что молодые люди уже уехали. Тогда, Натали тут же предложила выход: они с Андреем поедут вперёд, а Миша и Лиза догонят их, когда мигрень отступит. Никто не имел ничего против, и на правах будущего родственника и брата невесты Андрея, Миша должен был ехать с приболевшей княжной. Сундуки Лизы и Миши переложили в другую карету, и младший князь Долгорукий с невестой отбыли в Петербург. Через час после отъезда брата, Лиза спустилась к завтраку, объявив, что приняла маменькину настойку от мигрени и головная боль прошла. Похоже, лекарство не только избавляло от недуга: щеки Лизы румянились, а глаза сияли. Более того, дыхание Лизы попахивало дорогим бренди, и усмехнувшись, Мишель дождался, пока княжна закончит завтрак, и подал ей руку, предлагая идти к карете. - Вы сегодня выглядите обворожительно, - не удержался от комплимента Мишель, и это было правдой: в своём бордовом платье, с новой, легкой причёской и после «настойки от мигрени», Лиза была очень привлекательна. - Ваша сестра дала мне несколько советов, - честно призналась княжна, широко улыбнувшись. - Да уж, по части нарядов и причёсок моей сестрице нет равных, - усмехнулся Репнин. - Андре ещё оценит её запросы. Лиза избрала никак не отреагировать на фразу Репнина, и оба уселись в карету. Конечно, поначалу Мишель планировал скакать верхом вместе с Андреем, рассчитывая, что Наташа и Лиза прекрасно проведут время вместе, но Натали уже уехала, а княжна Долгорукая не преминула заметить, что не переносит скуку в пути, но очень надеется, что с Мишей они смогут скоротать путь за интересной беседой. Так оно и было: Лиза щебетала о чем-то забавном, в основном, вспоминая свои и Андрея детские проделки, и хотя Мише больше хотелось бы послушать истории о детстве Анны, про воспитанницу Корфов она не проронила ни слова, а князь посчитал такое проявление интереса по отношению к одной барышне в компании другой, по меньшей мере, невежливым. Впрочем, потом Лиза принялась расспрашивать Мишу о нем самом и Наташе, и к концу пути князь должен был признать, что в компании бойкой княжны очень неплохо провёл время.