Сlevermind

Baby suns for eyes, diamonds on your wrist

      Вышло так, что в конечном счете ни Хэнк, ни Несса не забрали бы свои пять долларов, потому как ни один из них не оказался прав насчет Кэлвина Поузи — так, оказалось впоследствии, звали мужчину, беспрестанно поглядывающего в сторону Нессы. Несмотря на всю его внешнюю решительность, знакомиться он явно не спешил. Возможно, его останавливали недостаточное количество алкоголя «для расслабления», а возможно, кольцо на безымянном пальце. Морриган закусила губу, стараясь скрыть улыбку, и открыла первые наброски статьи о приеме Гленна Хартманна. — Насколько мне известно, Гленн принял решение от навязчивых журналистов сегодня отказаться. Но, видимо, он и дня не может прожить без вас, — Несса, поняв, что обращаются именно к ней, даже не подняла головы. Ей показалось бестактным такое резкое вторжение в ее мысли и работу, а на грубость она привыкла отвечать тем же. — Я с вами разговариваю, мисс. — Без меня некоторые и секунды прожить не могут, о чем вы, — все так же не поднимая глаз, отозвалась Морриган и услышала в ответ на свое бесстрастное замечание усмешку. Несса махнула рукой бармену и задумчиво прикусила нижнюю губу, глядя на список коктейлей. — Что-нибудь не очень крепкое. На твое усмотрение. — Я заплачу за нее, — Морриган, услышав реплику стоявшего чуть поодаль мужчины, едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Она наконец повернула голову в его сторону, оглядела с ног до головы гостя Хартманна и, тяжело вздохнув, улыбнулась бармену, согласно кивнув. — Он заплатит.       На деле, лицо незваного собеседника, который Нессу за последнюю пару минут каким-то образом сумел и заинтересовать, и практически вывести из себя, выражало если не азарт, то явное увлечение: разговорить мисс Морриган для него теперь, видимо, стало приоритетной задачей. Хотя, казалось бы, какому безумцу пришло бы в голову беседовать с журналистом именно на этом мероприятии — загадка. И все же Несса отказываться не сбиралась: в силу профессии делать это не привыкла. — Позволите узнать Ваше имя? — Не проще ли мне остаться для Вас навязчивым журналистом? — парировала девушка, без особенного интереса наблюдая за ловкими махинациями миловидного бармена-брюнета с длинной косой челкой. Движения его были плавными и точными, такими, что у неискушенного зрителя давно бы уже рот в изумлении приоткрылся. Но Несса, в общем, на то и завсегдатая американских баров, чтобы уже не удивляться отточенному мастерству некоторых работников. К тому же, он еще несколько минут назад легко заметила светло-голубое мерцание на виске, так что удивляться смысла не было. Вздохнув, девушка крупно записала на сенсорном дисплее «персонал ничем не отличается от стандартного», махнула ладошкой, жестом заблокировав небольшой легкий планшет, и отложила стилус. — Так вы все же здесь в качестве представителя средств массовой информации, — заметил мужчина, садясь на высокий барный стул рядом с Нессой. Та неопределенно пожала плечами, ничуть не изменившись в лице. — Вы всегда такая разговорчивая? — Только когда всеми возможными способами стараюсь намекнуть, насколько бесполезен разговор, — Морриган аккуратным движением тонких пальцев подвинула ближе бокал с коктейлем и придирчиво оглядела высокий сосуд так, словно он интересовал Нессу больше, нежели ее собеседник. Судя по всему, наигранная холодность забавляла мужчину, потому что девушка услышала, как он хмыкнул. — Если Вам нечего больше сказать, то я настоятельно советую не действовать мне на нервы. В конце концов, раздражать любят, как правило, многодетные мамаши, а никак не отцы. — Забавное сравнение, — без особого интереса ответил мужчина, и Несса заметила в его руке стакан с виски. Она прищурилась, подумав вдруг, что статья о навязчивом собеседнике и впрямь была бы интересна читателям, но… Морриган улыбнулась — все гениальные планы, как правило, очень просты и приходят на ум первыми, она эту теорию уже проверила временем. Поэтому поиграть стоило. Определенно, ничто просто так не происходит. — Вы ответите на мой вопрос? — По-моему то, что я по-прежнему не только терплю Ваше общество, но и разговариваю с Вами, уже во многом отвечает на поставленный вопрос. Хотя, прошу заметить, от работы Вы меня все же отвлекаете. — В таком случае, смею надеяться, что Вы работаете не двадцать четыре часа в сутки и не все семь дней в неделю, — мужчина глянул на нее исподлобья и, выудив из кармана пиджака визитку, протянул ее Нессе. Девушка долго и не думала: контакты ей явно не будут лишними здесь, в Детройте. Тем более, такие значимые. — Только я Вас прошу, если Вы все же решитесь отложить важные дела для встречи, не играйте, пожалуйста, в циничного журналиста. На интервью я точно не соглашусь. — Разумеется, — растянула губы в улыбке Несса и демонстративно отвернулась. Продолжать разговор смысла не было. Точно не сейчас.       Морриган, отпив немного приторно-сладкого коктейля, невзначай подумала, что уже на первой встрече с новым знакомым — а она всенепременно состоится — Несса получит любые ответы и сделает это так, что собеседник даже и не заметит, как свидание превратится в интервью. Девушка открыла ежедневник на маленьком планшете и внесла планируемую встречу в график воскресного вечера, подумав при этом, что стоило бы почаще выбираться куда-то с дядюшкой Хэнком.

***

      Когда фуршет, организованный Гленном Хартманном, еще даже не подходил к своему завершению, Хэнк успел три раза проклясть весь белый свет, пересчитать разбросанные по углам высокие горшки с синтетическими растениями, осушить четыре бокала с шампанским — Несса, к слову, нисколько не наврала о качестве выбранного напитка — и в целях безопасности проследить за прислугой, в роли которой выступали андроиды, в последнее время все чаще сходящие с ума. Одним словом, вечер он проводил настолько скучно, насколько это вообще было возможно. Лейтенант устало посмотрел на часы и, не сдержавшись, закатил глаза: времени он здесь провел куда больше, чем ожидал, причем потратил его он впустую. С Гленном по-человечески поговорить так и не вышло — как только Хэнку удалось поддержать заведенную беседу, Хартманна тут же перехватили неизвестные Андерсону люди, судя по всему, являвшиеся коллегами Гленна. О супруге претендента на пост мэра и заикаться не стоило: миссис Хартманн вела себя холодно и неприветливо не только по отношению к Хэнку, но и к остальным гостям, присутствующим на приеме.       Хотя, стоило признать, что подобная отчужденность вызывала определенный интерес и, как следствие, цепочку вопросов о поведении — Хэнк нахмурился, пытаясь припомнить имя — Скарлетт, но не на один из них он не смог найти вразумительный ответ. Например, почему она сторонилась друзей Гленна и отчего постоянно молчала. Решив, однако, не ломать голову по поводу проблем, его не касающихся, в то время, как своих хватало с лихвой, Андерсон решил, взяв пример с жены Хартманна, уйти в какое-нибудь более-менее тихое место. Такие, насколько он знал, как раз были на втором этаже ресторана, куда подниматься у многих не было желания. За исключением, видимо, нескольких уставших от гомона представителей городской элиты.       Еще на лестнице Андерсон заметил племянницу, сидящую у барной стойки и что-то быстро-быстро записывающую в открытый документ с набросками для статьи. Она сосредоточенно глядела в экран и напряженно хмурилась, изредка отвлекаясь на какие-то нелепые замечания стоявшего рядом с ней мужчины — того самого, по поводу которого должен был состояться спор. Хэнк ухмыльнулся, глядя на Нессу, которая умудрялась незаметно для собеседника закатывать глаза с неприкрытым раздражением. Андерсон знал, что Морриган, как правило, быстро наскучивало общество людей, знакомство с которыми не несло выгоды. Чаще, конечно, информационной. — Ваша дочь? — незнакомый женский голос, в относительной тишине звучавший несколько пугающе и отрешенно, прозвучал за спиной Хэнка Андерсона. Даже не оборачиваясь, он без особого труда понял, кому тот принадлежит. Он повел плечом и усмехнулся. — А похожа? — Вопросом на вопрос отвечать, насколько я знаю, невежливо, — сказала Скарлетт и присела на мягкий диван возле окна, взглянув на косые линии бесконечного ливня.       Дождь стирал привычные очертания города, мягкими штрихами перерисовывая простиравшиеся на многие километры вперед пейзажи. Роддсен-плаза не был самым высоким зданием в Детройте, но с семьдесят второго этажа излюбленного мужем ресторана «Elias» обычно легко можно было разглядеть плотно забитые машинами и людьми улицы, похожие на тесный муравейник, за которым крайне забавно было наблюдать. Как кровь быстро пробегала по венам, так и нескончаемые потоки вечного движения проносились по проспектам-артериям, что смотрелось невероятно красиво и даже символично. Она, словно забыв о своем вопросе, отпила вино из бокала и вновь отвела руку, внимательно вглядываясь в размытую линию горизонта. — Я вас раньше не видела, — задумчиво протянула Скарлетт, подняв глаза. Хэнк, хмыкнув, пожал плечами. Разумеется, не видела. Насколько Андерсону удалось понять, Гленн женился не так давно — от силы четыре с половиной года назад, а потому миссис Хартманн едва ли могла знать лейтенанта. Только, разве что, по рассказам мужа, но таковых, видимо, не было, что вполне объяснимо — Гленн с головой ушел в работу и так утонул в политике, что, казалось, перестал обращать внимание на весь остальной мир. Даже узнав о смерти Коула Андерсона, он смог только по телефону — оставил видео-сообщение — выразить свои соболезнования, и за это где-то в глубине души Хэнк все-таки немного его ненавидел. — Вы давно знакомы с Гленном? — Учились вместе, — кивнул Андерсон, и Скарлетт вздохнула. Ее лицо не выражало при этом никаких эмоций и было, пожалуй, даже в большей степени пластиковым, нежели у проходящих мимо андроидов-официантов с приветливыми улыбками на слащавых физиономиях. На мгновение Хэнк задумался, а не является ли так называемая супруга Хэнка машиной, однако тут же отбросил подобные абсурдные мысли. Андроиды, конечно, заменяли иногда спутников жизни, но выступали только как партнер в половых отношениях — еще ни разу брак робота и человека не регистрировался. Но Скарлетт была словно неживая, кукольная, без возраста, особенностей внешности и с пустотой в глазах. Черт возьми, да в сравнении с фарфоровой Хартманн даже в Конноре словно фонтан жизни бил. — А вы? Давно женаты? — Смотря что вы имеете в виду, говоря «давно», — склонила она голову, и забранные в высокий густой хвост пряди волос скользнули на ее оголенные плечи. Женщина поправила подол платья, отставив бокал и жестом пригласила Хэнка присесть рядом. Андерсон не спешил занимать место возле женщины, от которой веяло жеманством и отталкивающим холодом, а потому едва заметно качнул головой, отказываясь. Она пожала плечами и откинулась на спинку дивана, пальцем вырисовывая круги на серой бархатистой обивке. — Я замужем за Гленном почти четыре года — мы поженились сразу после рождения Моргана.       Значит, у Хартманна есть трехлетний сын, отметил Хэнк, и от осознания этого стало немного не по себе. Давно пора была отпустить Коула и не искать предательства в каждом счастливом браке знакомых, но Андерсон не мог сделать это. Физически, морально — нет; воспоминания о маленьком сыне накрепко связали его мысли, так что не проходило и дня, чтобы Хэнк не думал о нем. Опустошение, пришедшее на смену нестерпимой боли за счет литров выпитого алкоголя, — вот и весь прогресс, которого он сумел добиться. Он исподлобья взглянул на работающую Нессу и подавил тяжелый вздох, когда заметил, что девушка с мольбой во глазах смотрела на своего дядю. Видимо, компания подвыпившего политика порядком ей поднадоела, поэтому Хэнк, пытаясь скрыть улыбку и подавить рвущийся из груди смех, едва заметно склонил набок голову, подзывая ее. — Кэлвин бывает чересчур не сдержан, когда выпьет, — заметила Скарлетт. Андерсон вдруг заметил необычную манеру ее поведения: прерывать затянувшееся молчание внезапной сменой темы разговора так быстро, что создавалось впечатление, будто бы миссис Хартманн тишина угнетала. Хэнк хотел и вовсе оставить без внимания замечание женщины и как можно быстрее покинуть ее отчего-то неприятное ему общество, однако уже оказавшаяся рядом Несса незамедлительно приземлилась на диван возле жены Гленна. Скарлетт медленно оглядела племянницу Андерсона с ног до головы, посмотрела той в глаза и едва прищурилась, будто бы пытаясь понять, о чем в данную секунду думала девушка напротив. — Мисс Андерсон, полагаю? — Несса Морриган, вообще-то: волею судьбы этот интеллигентный мужчина, увы и ах, всего-то мой дядя. А вы… — Несса склонила голову и словно в отместку таким же оценивающим взглядом окинула фигуру женщины, дугой изогнув одну бровь. — Скарлетт Хартманн, приятно познакомиться, — протянула она руку Нессе, и на запястье женщины ослепляющими переливами сверкнула россыпь мелких бриллиантов браслета. Хэнк бы будь они в другой обстановке, многозначительно присвистнул, но сейчас, кажется, место и время никак к тому не располагали. — Вы журналист? — Пленница пера и сплетен, — пожала плечами Морриган. — Спешу заверить, что скандалов я не ищу: про прием напишу в паре строк, на деталях внимание акцентировать не стану, так что бояться меня не следует. — Кто сказал, что я вас боюсь? — Опыт работы, — девушка закинула ногу на ногу и огляделась. — Насколько я понимаю, здесь вся элита Детройта собралась, верно? — И друзья семьи, — добавила женщина, а у Хэнка из груди внезапно вырвался нервный смешок. Уж кем-кем, а друзьями их с Хартманном еще во времена работы в полицейском участке назвать нельзя было. Скарлетт, к ее чести, никак не отреагировала на насмешку Хэнка — возможно, сказалось воспитание, а может, годы, проведенные в светском обществе. На самом деле, Хэнк Андерсон и правда довольно много думал о жене Хартманна, гадая, сколько же ей на самом деле лет, однако точно установить это мог один только Коннор, которого, к счастью или горю, здесь не было. И, возможно, подумал Андерсон, еще Несса со своим журналистским чутьем, но, кажется, Морриган не слишком-то горела желанием общаться с чопорной женщиной, сидящей рядом: Хэнк заметил едва различимый прищур племянницы и то, как нервно она перебирала пальцами многочисленные клепки своего клатча. — Скажем, небольшая вечеринка для близкого круга. — Вечеринка, — протянула Несса, — вышла довольно специфичной. — Вы так думаете? — улыбнулась Скарлетт. — Не знаю, счесть ваше замечание за оскорбление или за комплимент, потому как звучит оно ну очень уж неоднозначно.       Несса не ответила, всего лишь неопределенно пожав плечами, а потом, задумчиво прикусив нижнюю губу, густо накрашенную матовой красной помадой, глазами пробежалась по тем наброскам, что сплошным текстом чернели в электронном носителе. Хэнк подумал, что это мог быть список вопросов, которые вездесущей мисс Морриган нужно было задать хозяйке приема. Впрочем, Андерсон сомневался в том, что получится выудить из не падкой до разговоров миссис Хартманн хоть что-то нужное или полезное. Даже с талантами Нессы это представлялось лейтенанту практически нереальным, однако, судя по всему, племянница Андерсона была иного мнения. — Позволите с вами устроить небольшое интервью, миссис Хартманн? — поинтересовалась Несса, натянув дежурную улыбку на лицо. Вполне искреннюю, можно было подумать, не зная специфики работы журналистов и особенностей характера Морриган. — Прошу прощения, но мы с мужем не планировали сегодня давать какие-либо комментарии, интересные СМИ. Сами понимаете, — Что вы, миссис Хартманн, я вовсе не хотела мучить вас скучными разговорами. Представьте, что это, скажем, — девушка, как показалось молчащему Хэнку, наигранно призадумалась, отведя взгляд, а потом вздернула брови, вновь повернувшись к Скарлетт, — дружеская беседа. Я ведь могу рассчитывать на вашу дружбу, верно? Вот и замечательно.

***

      Стемнело довольно скоро, и Хэнк, не в силах больше задерживаться в компании пресных богачей, несколько повеселевших от принятого алкоголя, но все еще неимоверно занудных, с горем пополам сумел объяснить Гленну, что внезапные дела в полиции ждать не могут, а места преступления и подавно. Хартманн согласно закивал, хоть и пытался пару первых секунд изобразить на своем лице крайнюю степень отчаяния. Он даже порывался на врем одолжить машину с андроидом-водителем для «старого друга и его обворожительной племянницы», однако Андерсон спешно отговорил расточительного Гленна от подобной затеи. В первую очередь, потому что считал помощь от него чем-то постыдным. — Ну и зря ты отказался, Хэнк, — сказала Несса, стоя под крышей и высматривая сквозь плотную пелену ледяного ливня такси, которое должно уже было быть возле Роддсен-плаза. Хэнк недовольно глянул на племянницу, однако та даже и не повернула головы. — Доехали бы с комфортом, в тепле, а не мокли бы под дождем, пытаясь найти иголку в стоге сена. Посмотри, как льет. — Так кто тебе мешал остаться там? Уехала бы потом с… кем ты там пофлиртовать успела. Да и с миссис Хартманн вы, кажется, нашли общий язык. — О, разумеется, — кивнула Морриган, поморщившись. — Удивительно приятная и интересная особа. — Серьезно? — Нет, — отозвалась Несса и указала рукой вперед. — Вон, кажется, такси. Ты все там же живешь? Прекрасно, тогда сегодня я переночую у тебя: я уже вызвала доставку пиццы. Купим пиво, посидим, поговорим по-человечески, забудем вкус этого мерзкого шампанского. Как тебе план, дядюшка? — Не устаю удивляться, как тебе досталось от меня больше, чем от собственной матери?       Уже сидя в такси, Хэнк Андерсон подумал, что, возможно, то будет лучший вечер за весь прошедший октябрь и начало ноября. Никогда еще лейтенант так не ошибался.