Past Impulses

      — Ну и как зовут самого прекрасного парня в этой обители хаоса и разврата? — повторил свой вопрос Джин.       Тэхен тупо оглядывал пространство клуба, где он находился, ища тут хаос и разврат. Он не хотел отвечать на вопрос надоедливого мужчины, который начинал действовать ему на нервы. В каких бы не самых приятных отношениях с Хосоком он сейчас не находился, молодой человек не планировал заводить интрижку на стороне, друзья ему тоже не нужны, а это значит, что и это знакомство полностью необязательно. Поэтому еще раз осмотревшись по сторонам, Тэхен вернул свой полный скуки взгляд на Джина и ответил:       — Его зовут — не твоего ума дело.       Тэ тут же развернулся лицом к бару и перевел все свое внимание на треугольную рюмку на высокой ножке, в которой плескались остатки его коктейля. Безумно хочется еще, но наличка закончилась, а если воспользоваться картой, то Хосок сразу же узнает, где молодой человек от него скрывается, его поимка станет лишь вопросом времени. «Ну и пусть».       — Повторите, — говорит он бармену, после переводя взгляд на заполненный танцпол, где взмыленные подростки и люди постарше трутся друг о друга, изображая на лице гримасу истинного удовольствия.       В районе сердца неожиданно что-то сжимается из-за всех этих случайных и нет касаний людей, из-за всех этих парочек, что целуются и обнимаются в углах. Такое резкое и простое понимание того, что дома его ждет вот такая же его частичка, его человек, на которого в последнее время он выливает слишком много разного дерьма из-за своих детских эгоистичных обид. Он ведь даже от Юнги и Намджуна сбежал лишь потому, что услышал, как Мин говорит о том, что Хосок приедет вскоре его забрать. Поэтому он решил не ждать момента, пока раздастся звонок во входную дверь и тихонько улизнул в то время, как влюбленная парочка была занята друг другом. А теперь в голову лезут мысли лишь о том, что стоило вернуться на кухню за стол, сделать вид, что он ничего не слышал и изобразить великое удивление и негодование, когда его принц приедет за ним на своем Ламборгини. Перед парнем появляется новый коктейль, он протягивает карту, чтобы его сразу рассчитали и вновь переводит свое внимание на танцпол. Из-за алкоголя сознание мутнеет и все становится чуть-чуть отдаленным, голова начинает кружиться, такой реакции у него никогда не было. Хочется повернуться к бармену и высказать ему в лицо, что этот идиот намешал какую-то хрень, а не приличный коктейль, но сил даже пальцем пошевелить у него нет.       — Ваша карта, — с улыбкой говорит бармен, кладя пластиковый прямоугольник черного цвета на стойку рядом с Тэ. Хочется сказать что-то едкое, выкрикнуть или даже ударить, но все части тела совершенно не хотят подчиняться.       В голове начинает вертеться лишь одна мысль, скорее бы Хосок получил смс о том, что картой воспользовались, скорее бы приехал и нашел его, забрал отсюда.       — Эй, тебе нехорошо? — задает вопрос Сокджин, который все это время продолжал сидеть на своем месте.       — Мне плохо… от… твоего здесь присутствия, — еле выдавливает из себя парень, ощущая, как чужие руки ложатся на его плечи тяжелым грузом.       — Кажется ты сам не понимаешь, что говоришь, милый, — говорит Джин, но на его губах красуется совершенно не сочувственная улыбка, а обеспокоенного взгляда нет, его забавляет эта ситуация, он наслаждается тем, что парень с каждым мгновением теряет власть над собой все больше. — Пойдем-ка выйдем на воздух, тебе станет легче.       Хочется сопротивляться, что Тэхен отчаянно и пытается сделать, едва шевеля запястьями, что оказались в плену чужих теплых рук, хочется крикнуть, чтобы обратили внимание, но из горла вылетает лишь что-то отдаленно напоминающее хрип. Сопротивление бесполезно, он полностью во власти Сокджина, который подхватывает его на руки и выносит из клуба. Никто не обращает на них внимания: ничего необычного, просто парень выносит другого парня на руках, может они в отношениях или еще что.       На улице темно, сыро, противно, свет фонаря больно бьет по глазам Тэхена, которые с каждой секундой грозятся закрыться на неопределенное количество часов. Сокджин подходит к черному внедорожнику, дверь которого распахивает водитель, и кидает тушку Тэ на заднее сиденье, совершенно не так учтиво, как хотелось бы.       — Ненавижу, когда приходится делать все самому! — говорит Джин, забираясь на сиденье следом и похлопывая молодого человека, что бесформенной грудой лежал на черной коже, по спине. — Ничего, милый, мы сработаемся хочешь ты этого или нет. По сути, мне-то только твоя тушка и нужна. Отличная тушка, кстати, Хосок всегда знал толк в красивых вещах, еще со школы. Я отвезу тебя к твоему хорошему другу — Чимину.       Тэхен слушает весь этот поток речи, который не очень четко доходит до его сознания, заставляя мозг лишний раз пыхтеть, пытаясь обработать полученную информацию. Его повезут к Паку, значит они заодно, а исходя из того, что этот Сокджин сказал, что ему пришлось делать все самому, то значит он точно выше по положению чем крыска Чимин. И это единственный вывод, к которому он смог вообще каким-то чудом прийти где-то к середине поездки, перед тем, как его глаза не накрыла черная пелена, унося в непонятные дали.       — Нужно быть осмотрительнее с незнакомцами, милый! — смеется Сокджин. — Меньше по сторонам смотреть в незнакомых клубах. Неужели Хосок тебе никогда не говорил, что в коктейль может подмешать что-то и сам бармен, если ему предварительно заплатить?       Джин вещал все это в пустоту, прекрасно зная, что его заложник уже вырубился, только поэтому, собственно, он и решил разговориться, упиваясь своими гениальностью и превосходством — одни из качеств, которые он старался специально выставить перед всеми, не ленясь еще и самому себе порой комплименты отвешивать.       — Я не буду этим идиотом Чонгуком, у которого ты, находясь в плену, смог связаться со своим Ромео. О, нет. Чимин проследит за тем, чтобы ты был хорошим мальчиком.              ***       В районе часа ночи Хосоку на телефон приходит смс-сообщение из банка о том, что его картой воспользовались в одном из клубов района Каннам. Сомнений быть не могло, ей воспользовался Тэ, эта карта была именно у него. Чон уже смирился с тем, что этой ночью может не увидеть парня, Юнги позвонил и сознался в том, что Тэхен, будучи не совсем трезвым, смотал от них с Джуном в неизвестном для них направлении, хотя они даже вышли на улицу и прошлись туда-обратно в его поисках. После такого сообщения Хосок уже и смирился с тем, что Тэхена он не увидит до тех пор, пока тот сам этого не захочет и не придет к нему, а тут такая удача. Вероятность того, что парень все еще сидит в клубе — очень маленькая, так как он знает о том, что Хосоку приходят смс-сообщения, отражающие передвижения денежных потоков на его счетах и банковских картах, но может таким образом Тэтэ дал ему понять, что готов к встрече.       — Или он просто напился уже до такого состояния, что не смог сообразить, что тебе придет сообщение, — высказал догадку Чонгук, когда они вместе ехали к клубу. — Самое странное, что он не поперся в твой клуб. Будучи пьяным, да еще и твоим парнем, я бы пошел именно туда, — задумчиво тянет Чонгук.       — Даже не знаю, радоваться мне или нет, что ты не мой парень, — пытается пошутить Хосок, но выходит чертовски хреново.       Оставшуюся дорогу до клуба, со слишком громким названием «Innocence», братья провели молча, лишь дебильная радиостанция, которую всегда включал Тэ в машине Хосока разряжала эту искрящую тишину.       В самом клубе уже было не так многолюдно, большая часть уже пьяная побрела домой или лежала на барной стойке, только самые стойкие солдатики еще пытались что-то из себя выдавить на танцполе. Хосок, просканировав взглядом толпу, понял, что его мальчика тут нет, но все же решил подойти к бармену, чтобы обмолвиться парой слов.       — Чего желаете? — прозвучала дежурная фраза.       — Ты случайно не видел парня с пепельными волосами? Он точно заказал здесь хотя бы один коктейль.       — Друг, тут за вечер проходит сотня парней с разными цветами волос, — как-то неуверенно пробурчал парень. — Моя работа лишь напитки делать, а не запоминать, кто тут был.       Чонгук в этот момент присоединился к брату, улегся на барную стойку и заглянул за нее. В другой раз Хосоку было бы очень стыдно за поведение младшего, да и в этот-то было не особо комфортно, но все это чувство стыда тут же улетучилось, стоило Чонгуку протянуть руку и выхватить откуда-то небольшой пластиковый прямоугольник черного цвета.       — Ух ты, братец, смотри, а на ней твое имя написано! — разыгрывает сценку удивления младший, протягивая карту Хоби.       Тот быстро пробегается взглядам по шестнадцати цифрам, что образуют номер его карты, своему имени в левом нижнем углу, после чего резко хватает бармена за ворот рубашки.       — Что карта делает у тебя?       — Ее оставил тот парень.       — Какой тот, ты же их не запоминаешь?!       — Братец, а ты, кстати, знаешь, чем славится это место? — спрашивает Чонгук, копаясь в телефоне. — Уверен, что никогда бы не догадался или бы даже не додумался сам это использовать!       — Чонгук, не беси!       — Ну, ладно-ладно, уговорил, так уж и быть, я тебе скажу. Если бармену предложить очень неплохую сумму денег, то он может, во время приготовления напитка, подмешать в него транквилизатор*. — телефон Чонгука пиликает легкой мелодией о том, что на него пришло сообщение. — О! А это еще интереснее! Одним из спонсирующих лиц является «Кимс электроник» — компания Ким Сокджина.       Хосоку не потребовалось много времени, чтобы сложить один плюс один, а осознание того, что ситуация принимает какой-то уже совсем не безобидный для Тэ оборот, вывела итак нервного Чона из себя еще больше. Тут уже даже и страх того, что его отправят досиживать срок** не так пугает. Мужчина перетаскивает бармена через стойку, после чего кидает его на пол.       — Я очень надеюсь, что ты мне сейчас, поклявшись всем для тебя важным, расскажешь о том, что ничего в коктейль того парня, что оставил карту здесь, не подмешивал!       — Я ничего не мог сделать! Он заплатил мне!       — Кто он? Живо говори!       — Братец, все же очевидно, Чимин пропал, Тэхен тоже не совсем понятно где и с кем, а наш старый знакомый Сокджин спонсирует это место… Знаешь, я никогда бы не вспомнил о словах семнадцатилетнего мальчишки о том, что он отомстит нам, если бы не все эти чудесные стечения обстоятельств.       — Ты думаешь, — Хосок пристально посмотрел на брата, — это все дело рук Джина? И Тэхен, и Чимин?       — А ты-то как не допер, а, выдающийся ум семьи Чон? В нашей жизни стало слишком много Джина, я считаю. Не хочешь ли связаться со своим знакомым из органов?              ***       Ким Сокджин родился в очень богатой семье, владеющей компанией электроники, которая занимала лидирующие позиции на рынке. Этому парню с пеленок ни в чем никогда не отказывали, поэтому любое его дальнейшее притеснение вызывало в Джине огромную массу негативных чувств и желание отомстить, что он всегда и делал. Допустим, когда няня отняла у него игрушку, он помог ей упасть с лестницы, бедная женщина провела год в больнице с серьезным переломом позвоночника, или, когда учитель не согласился ставить ему оценку на балл выше, он помог руководству школы найти фото и видеозаписи того, как этот самый учитель встречается с ученицей школы. Хоть внешне парень с широкими плечами и напоминал ангела, старался всем помогать, слащаво улыбался, при более детальном с ним знакомстве все понимали, что за ангельским личиком прячется самый настоящий Люцифер, который вывернет всю твою душу наизнанку, заключит с тобой контракт и отберет у тебя абсолютно все, кроме уже изничтоженной твоей души. Нет, души людей Сокджина интересовали меньше всего, больше его интересовала власть над этими душами: он упивался властью, которую получал над слугами, одноклассниками и прочими людьми, что входили в его жизнь. Исключением были лишь родители, для которых он всегда старался оставаться именно милым ангельским мальчиком, очаровывающим всех с первого взгляда.       И, так вышло, что сильные, мира сего, пытаются быть рядом с такими же сильными, поэтому нет ничего удивительного, что семьи Ким и Чон были связаны не дружественными узами, но достаточно прочными деловыми, что не мешало семьям проводить некоторую часть свободного времени вместе, старясь еще и подружить своих сыновей друг с другом. В то время Гук и Хоби уже были в достаточно натянутых отношениях, но сходились в одном — с Ким Сокджином они водиться не хотят. Этот парень, вроде такой добрый и нежный, все-таки отталкивал их от себя, они чувствовали, что в нем есть некая угроза, да и вообще в итоге сходились во мнении, что Джин вызывает достаточно сильное чувство отторжения у обоих. Джин же, по поводу того, что братья не особо его жалуют, не унывал, в принципе, ему было плевать, они сами достаточно сильно бесили его. Лучшие в школе, в своих классах, притягивают всеобщее внимание — все это бесило Джина, который был полной противоположностью братьям Чон. Он предпочитал брать силой, а не терпением, предпочитал мстить, а не забыть. Поэтому семейные ужины Чон и Ким часто заканчивались криками, спорами, а иногда даже драками мальчиков. То Джин подерется с Чонгуком, пока Хосок куда-то улизнет, то наоборот с Хосоком, в тех случая, когда Гук решит скрыться в своей комнате.       Но всем этих оснований было бы слишком мало для того, чтобы Сокджин сейчас решил мстить. Нет. Буквально за два года до выпуска случилось что-то, что разожгло в Сокджине настоящую бурю ненависти. Родители парней тогда ввязались в одну достаточно выгодную авантюру, которая сулила невероятно астрономические суммы каждой стороне. В принципе, даже из такого скудного описания можно сделать вывод, что данное дело, скорее всего, было незаконным. Сначала все шло очень успешно, обе стороны действительно обзавелись очень большими деньгами, удачно вложили их, и все пошло дальше по второму кругу, который и стал последним в этом деле, а также последним для семьи Сокджина. Он отлично помнит тот день, вернее ночь.       Была зима, очень темно и холодно. В такие ночи юному господину доставали специальное очень теплое одеяло, чтобы он не дай бог себе ничего не отморозил в загородном особняке, который не плохо протапливался, но рисковать все-таки здоровьем не хотелось. Сокджин неожиданно проснулся ночью, вслушался в гнетущую тишину, которую буквально через секунду прорезали звуки полицейских сирен. Послышался стук во входную дверь, Джин выбежал из комнаты и смотрел как недовольный отец спускается вниз и распахивает входную дверь, готовый обрушить гневную тираду на блюстителей закона. Но сказать он ничего не успел: как только дверь открылась ему были зачитаны права, а руки скованы в стальные браслеты. Единственное, что парень помнит еще за ту ночь, как отца к машине уводили, все остальное словно в тумане.       Через пару часов стало известно, что все это как раз-таки из-за того дела, которым занимались родители Джина вместе с родителями Хосока и Чонгука, только вторые успели соскочить и отлично замести свои следы, и в итоге обвинение было представлено только семье Сокджина, в результате чего они лишились большей части своего состояния, контрольного пакета акций компании и так далее. Можно было считать, что семья осталась вообще без всего, если бы дедушка матери Сокджина не взял то, что осталось от былого величия под крыло. Именно он вселил в ум семнадцатилетнего парня мысли о мести, он взращивал их, одобрял и поощрял, помог встать на ноги и отвоевать компанию обратно себе. Отец Сокджина до сих пор сидит за решеткой, да и сейчас молодой человек презирает его — он не смог защитить семью, компанию, а значит бесполезен. Рядом с собой ему нужны только те, кто сможет выстоять, отомстить, бороться. Как же тогда он подцепил Пак Чимина?       Этот парнишка таскался за ним со школы, сразу было понятно, что он испытывает достаточно сильные чувства к Сокджину. Тогда парень этого просто не замечал, вернее не так, предпочитал оставлять незамеченным до нужного момента, который наступил как раз тогда, когда Ким твердо решил для себя, что будет мстить этим придуркам. Да, Сокджин, Чимин, Хосок и Гук учились в одной школе, просто в разных классах. При других обстоятельствах, в другой жизни они все, возможно, могли бы стать даже друзьями, но, увы, карты легли так, что все они родились сейчас, в тех семья и с теми характерами, с которыми родились, и это их дружбе не способствовало.       Сокджин очень аккуратно и медленно приближал Чимина к себе, сначала просто с ним обедал и болтал на переменах, потом помогал с домашними заданиями, гулял с ним, а потом, в самом конце своей учебы (Джин был старше Пака на год), на выпускном, легонько поцеловал того в губы, заставляя сердце влюбленного дурака трепетать еще сильнее. И вот так вот медленно, но верно Сокджин развил в Паке еще большую зависимость от себя. После этого парень уже не мог ему отказать ни в чем. Он бы убил за него, если бы Сокджин преподнес это все в нужном для себя свете.       Но когда Чимин начал влюбляться в Чонгука и понимать, что чувства к Сокджину далеко не взаимные и достаточно опасные, Ким начал серьезно переживать. Еще было слишком рано лишаться крысы, а вторую такую он натаскать не успеет, поэтому, во что бы это не стало, нужно было вернуть хоть какое-то подобие расположения Пака к себе, влюбить заново или убедить в том, что Чимин все еще любит Джина, а Гук — всего лишь помутнее рассудка. Они все-таки постоянно вместе, спят, едят, трахаются, целуются — рано или поздно, но ты начнешь думать о чувствах к такому вот объекту. Поэтому Ким решил раскопать историю с невестой Чонгука и преподнести ее Чимину. Мужчина точно знал, что младший Чон не стал бы рассказывать об этом Паку, такой вот он был человек и Джин, из-за большого количества времени проведенного с ним, знал или просто мог это предвидеть. Так что история была изложена, а Чимин возвращен в строй на время. Было понятно, что именно с момента возникновения чувств к младшему Чону и крысы начался обратный отсчет для Сокджина, он должен был действовать, пока не стало слишком поздно, пока не упустил свой шанс.       Сначала он хотел стравить братьев Чон между собой, чтобы они точно в дальнейших проблемах друг другу не смогли помогать. Куда стравливать их еще сильнее, конечно, можно подумать, но даже при очень плохих взаимоотношениях эти два придурка умудрялись каким-то образом друг другу помогать, а этого допустить было нельзя. Поэтому Чимин стал аккуратно намекать своему фальшивому возлюбленному о том, чтобы он предложил старшему брату открыть точку сбыта в своем клубе. Хосок терпеть не мог все, что было связано с наркотиками, такие разговоры выводили его из себя, и это мог стать отличный камень преткновения в самом начале. А потом еще так отлично влез этот Ким Тэхен, про которого Чимин доложил Сокджину, а тот навел справки и узнал, что отец Кима должен Чону младшему неплохую сумму денег, а учитывая тот факт, что этот парнишка-танцор еще и старшему брату приглянулся — делал его идеальным вторым камнем преткновения. Чимину всего лишь нужно было аккуратно подложить документы по отцу Тэ и его долгу под нос Гуку, что он и сделал.       В самом начале отец Кима не был интересен Гуку, долг был не настолько большой, но вот фото сына, прикрепленное в графу «дети» напомнило ему кого-то, и он решил разузнать о Ким Тэхене побольше, после чего сложил два и два, поняв, что танцор из клуба брата и сын должника — один человек, а значит это отличный шанс насолить старшему.       Все шло по плану, даже спасение Тэхена не особо его портило, пока не началось какое-то стремительное и совершенно нелогичное сближение братьев Чон, после того случая с наркотиками в клубе Чонгука. Уж, то ли у них так хорошо у обоих чувство шестое развито, то ли родная кровь друг друга наконец-то признала и воспылала яркими братскими чувствами, но отношения стали налаживаться между Гуком и Хоби, а это уже было не по плану, но на отступление уже не было ни времени, ни желания. Сокджин хотел отомстить! Хотел, чтобы эти двое тоже лишились всего, как он и его семья пару лет назад! Хотел, чтобы испытали все на своих шкурах. Да еще и этот придурок Чимин где-то просчитался и Тэ начал его подозревать. Кто бы мог подумать, что у этого шлюшистого*** парня не такие плохие мозги или интуиция? Сидел бы себе тихо, тратил деньги с кредиток Хосока, никто и слова бы ему не сказал, нет же, он полез туда, куда лезть совсем не стоило и спутал все карты Джину.       — Тэхен станет отличной приманкой для этих идиотов. Прибегут как миленькие, — выдыхает Сокджин в пустоту рабочего кабинета и поворачивается к окну, в котором красуется ночной Сеул. — Совсем скоро все закончится. Счет пошел на часы.              ***       — Ты же понимаешь, что все это — акт мести Ким Сокджина? Уверен, он сейчас просто невероятно сам собой упивается. Всегда таким придурком был! — шипит Чонгук, когда парни направляются в квартиру к Хосоку. — Я, конечно, понимаю, что его родители тогда много потеряли, а мы нет…       — Вот именно. Ты ведь знаешь про ту часть семьи Сокджина, где все друг друга из-за мести перебивали? Отец еще в детстве нам об этом говорил, чтобы мы были аккуратнее с этим мудаком. Боже, никогда бы не подумал, что он действительно появится в нашей жизни вновь.       — Что тебе сказал твой знакомый?       — Дома обсудим, — коротко отвечает Хосок, заезжая на парковку. — Надеюсь, что с Тэхеном все хорошо.       — И с Чимином!       — Твой Чимин, кстати, виноват во многом, что сейчас происходит!       — Он просто слишком податливый!       Неожиданно машина тормозит, и Чонгук чуть ли носом не утыкается в пластик приборной панели. Он удивленно и очень злобно смотрит на брата, надуваясь весь, словно агрессивный голубь, так и кажется, что сейчас клюнет прямо в глаз.       — Ты что творишь, придурок?!       — Это ты придурок! — на автомате проговаривает Хосок, а сам находится где-то очень далеко отсюда. На его лице просто отражается весь его мыслительный процесс. — Боже, Чонгук, ты идиот! Мы учились с Чимином в одной школе! Боже! Вы же даже с одной параллели!       — Да быть такого не может! Я бы запомнил его задницу!       — Он был не особо приметным, таскался за Сокджином бледной тенью, смотрел влюбленными глазами… Боже, все же было просто, на такой поверхности! И как только Джин рискнул его к тебе подослать, учитывая, что вы были в одном выпуске…       — Умный мудак, он просто знал, что я его не узнаю ни при каких обстоятельствах, потому что он не был мне интересен в школе.       — Да как такое знать-то можно. Ты ведь мог его вспомнить.       — Да не мог, я вообще не помню тех идиотов, с которыми учился.       — Это все равно слишком рискованно и нелогично.       — Просто Чимин податливый, я же сказал.       Заруливая на парковку Хосок все еще размышлял над этим всем. Это ведь действительно было слишком рискованно и глупо, кто-то мог вспомнить этого неприметного парня, даже несмотря на то, что он сменил стиль в одежде, стрижку, цвет волос… Ну, как так?! Почему он не узнал его за достаточно большой отрезок времени, что эта парочка была вместе? Заметь он это раньше, то все было бы намного проще! Ну как так можно! Все проблемы, что у него и его брата есть сейчас, а еще и у их близких, лишь от того, что они вовремя не смогли вспомнить какого-то смазливого мальчугана с пухлыми губами! Чертов Пак Чимин! Прямо настоящая змея, которая может сбросить свою кожу!       Еще у двери был слышан лай Зевса. Он требовал внимания хозяина к себе, поэтому поспешил напрыгнуть на него, как только входная дверь открылась. Чонгук аж взвизгнул от неожиданности, чем безумно рассмешил Хосока. Он и забыл, что младший всегда побаивался его пса, просто отлично умел это скрывать, пока Зевс спокойно сидит на своем месте.       В квартире было необычайно тихо. Очень хотелось выкрикнуть: «Малыш, я дома!», — чтобы Тэхен тут же прибежал, заключил в свои невероятно теплые и уютные объятия и подарил своему папочке нежный поцелуй, который при желании можно было бы углубить. Но ничего этого нет. В квартире выключен свет, очень тихо, лишь Зевс по паркету когтями клацает.       — Так, что тебе сказал твой друг?       — То, что Джин действительно нашел себе очень влиятельного друга, который делает его положение практически неуязвимым. Он прокурор, и тихо наблюдает за всем и всеми, такого игрока действительно обыграть сложно, но возможно.       — Как?       — Видимо в прошлой жизни кто-то из нас точно спас планету или человечество, потому что мой друг уже давно ищет на этого прокурора зацепки, чтобы сместить с должности, а в идеале вообще посадить. А тут еще и их взаимоотношения с Сокджином, достаточно коррумпированные, попадаются под руку. Только осталось предоставить доказательства куда нужно, повяжут обоих.       — Ты тут еще выкрикни о том, что одна взятка — два преступления!       — Кричать тебе об этом буду не я, а люди, что будут их судить.       — Судить? Я хочу этого мудака убить и закопать, а никак не судить!       — Нет, Чонгук, смерти нам не нужны, поверь. Я и так под контролем, да и ты сам не в лучшем положении после того случая с наркотиками. Думаешь, что кто-то об этом забыл? Прошел год, а не вечность. Тем более, я хочу, чтобы эта мразь испытала на своей шкуре, что значит провести какое-то количество времени за решеткой. А пока он будет проводить время в отдаленных местах, мы сможем разрушить все, что он сейчас построил.       — Ты не лучше Джина. Собираешься ему просто мстить.       — О, гений, а убийство что ли не месть?!       — Ну… — замялся Чонгук. — Ладно. Но идея с убийством мне нравится все равно больше.       Чонгук резко схватился за сердце и зажмурился. В последнее время колит все чаще и чаще, это точно не приведет ни к чему хорошему, он чувствует это своей пятой точкой. Что-то пойдет не так в один момент, но только в какой? Знать бы, чтобы предотвратить.       — Эй, Гук, ты чего? — обеспокоенно смотрит на него Хосок. — Тебе плохо? Таблетку или врача?       — Нет, просто легкое покалывание, не обращай внимания. Так у твоего друга уже есть доказательства?       — Немного, но есть. Да, я думаю, что с заложником в виде Тэхена этот придурок уже скоро сделает свой решающий ход.              ***       Когда Тэхен смог наконец-то открыть глаза, то не мог понять, какой сегодня день, сколько времени, да и где он собственно находится. Еще и какое-то сильное покалывание в левом запястье. Он попытался притянуть руку к себе, но столкнулся с некоторым сопротивлением, которое очень логично нашло объяснение, стоило Тэ раскрыть глаза немного шире и посмотреть на руку. Он был прикован к чугунной спинке кровати наручниками, как в каком-то дешевом порнофильме! Боже! Да и похоже это все на какой-то дешевый мотель. Блеклые обои в полосочку, небольшое окно в стене, уже упомянутая кровать с чугунной спинкой и белым постельным бельем, небольшое кресло напротив этой кровати и дверь, которая, видимо, ведет в коридор — это все, что есть в этой жалкой комнате, которая уже раздражает Тэхена, хотя прошло еще не более пяти минут, после пробуждения. Дико болит голова, слабость, пить хочется, а рядом ни единой живой души. Телефона в кармане джинсов, естественно, уже тоже нет, так что остается только одно: кричать, что есть сил, пытаясь привлечь к себе хоть какое-то внимание.       — А! Помогите! Убивают! Насилуют! Люди добрые, да что ж это творится! — орет Тэхен диалог из какого-то комедийного фильма, что смотрел относительно недавно. — Я избил того человека! — продолжает он свои попытки.       Эта вакханалия продолжалась в общей сложности минут пятнадцать, молодой человек уже думал, что никто не придет, да и горло начинало очень сильно болеть, но дверь наконец-то открылась, а на пороге с лицом а-ля «Боже, как же ты заебал меня!» появился Пак Чимин в чем-то похожем на спортивный костюм. Он угрюмо взирал на заложника и видимо думал о том, что держать эту тушку рядом с собой самое плохое решение, которое Джин принял за все их общение. Нет, все-таки самым плохим было то, когда он решил использовать Чимина в своих мстительных планах.       — Да ты заебал меня! Хватит орать, идиота кусок! Никто не придет. А соседи не услышат. Весь этот этаж принадлежит Сокджину. Так что, будь так добр, не мешай ни мне, ни себе и завались!       Тэхен какое-то время смотрит на этого ненавистного ему парня, а потом понимает, что застрял с ним на неопределенное количество времени, после чего удрученно выдыхает:       — М-да, мне достался самый тупой надзиратель на свете. Надеюсь, что хоть тут тебя никто на столе не выебет!       — Да как ты смеешь! Сам же для других танцуешь и взглядом с ними трахаешься!       Парни опять молча друг на друга уставились, почему-то обоим резко захотелось заржать во весь голос, но они сдержали этот внезапный порыв, потому что это могло показаться странным, да и неуместным. Они — враги друг другу, такими были, такими и умрут, им совсем не нужно сейчас ржать как двум старым подружкам, хватаясь за надрывающиеся животы. Забавно, но именно сейчас этим двум показалось, что все могло быть совершенно по-другому, что из них бы вышли отличные друзья. Было бы все только чуть-чуть по-другому… Но теперь судьба каждого исчисляется часами, которые им отвел Ким Сокджин, а что будет дальше известно только Богу. Хотя, если посмотреть на все то, что сейчас творится, то можно сделать отличный вывод, что Бога не существует, потому что иначе он бы не допустил, чтобы с ними это случилось.       — Я пить хочу.       — Пошел на хуй, — дверь закрылась с громким хлопком и все вновь стихло.       Тэхен не знает, сколько точно прошло времени, потому что часов в этой камере пыток, увы, не было. Возможно. Он даже задремал, потому что ход времени совершенно не ощущался, и он не мог понять, что делал минуту или две назад, но очнулся, когда дверь вновь открылась и на пороге появился Чимин со стаканом воды. Он выглядел все также недовольно и обещал обложить тебя отборным матом, если ты откроешь рот.       — Что теперь будет? — тихо спросил Тэхен, после того, как напился. — Я смогу еще раз увидеть Хосока перед смертью?       — Поверь, все это и делается лишь для того, чтобы ты смог еще раз увидеть Хосока с Чонгуком.       — О чем ты?       — Знаешь, ты ведь умный мальчик, но почему-то сейчас ведешь себя, как невероятно тупой парень из дебильной комедии. Ты же смог разгадать, что я крыса, а что, теперь мозги тебя подводят? Я шпионил за этими двумя не просто же так. И ты, молодой человек одного из них, тоже здесь не просто так, все же логично.       — Между прочим, тот, на кого ты работаешь, накачал меня чем-то странным. Я просто уверен, что в том коктейле что-то было. От водки с соком так не развозит. Вернее, не так быстро и не так странно.       — Это был транквилизатор.       — А чего это ты тут делишься такими сведениями?       — Нет, ты точно дебил. Тэхен, вероятность того, что мы доживем до осени, стремится к нулю, почему ты этого до сих пор не понял? Джин собирается мстить, и для нас с тобой, поверь, он избрал не лучшие концы. Что ты, что я, очень ему помешали в осуществлении тупой мести.       — Может сбежим? Отпусти меня.       — Прости, но подставляться своей задницей еще больше, чем сейчас, я не намерен. Сиди тихо, все закончится уже достаточно скоро. Счет идет на часы.       Парень замолчал и сел в кресло, видимо он не собирался уходить. А возможно ему было так же одиноко сейчас, как и Тэхену. Чимин смотрелся каким-то невероятно жалким и печальным на фоне этого интерьера. Он был безумно измотан, и все это было видно по его лицу, синякам, что залегли под глазами, искусанным пухлым губам и покрасневшим зрачкам. Невольно становилось его чуть-чуть жалко, хотя, если бы не он, то всего этого бы вообще не было. Не было бы проблем у Чонгука с Хосоком, Тэхен не был бы сейчас пристегнут к спинке кровати, а его жизнь не исчислялась бы часами. Все это сейчас выглядело как какой-то дебильный триллер или низкобюджетный боевик, на который придут тупо поржать, то есть смысла особого нет, но почему-то невероятно страшно. Страшно из-за того, что Тэхен увидит Хосока в последний раз в своей жизни. Больше никогда не сможет закопаться в его мягкие волосы, уснуть на его груди, погулять с ним и Зевсом, приготовить ему невероятно острый рамен и посмеяться над выражением лица.       — Эй, ты что, плачешь? — подал голос Чимин, внимательно изучая лицо Тэхена.       — Это пот, тут просто невыносимо жарко, — ответил молодой человек чересчур хриплым голосом.       Вся буря эмоций, что пронеслась сейчас на лице парня была понятна Чимину, он бы мог даже отчасти сопереживать ему, если бы Паку уже не было так все равно на все. Его жизнь сочтена, это понятно. Джин уже изложил ему дальнейший план и его участие в нем. Вероятность того, что он выживет есть, но вот вероятность того, что Ким сам его не добьет после — опять же стремительно направляется к отметке в ноль. Нет, это последние его часы на этой планете, хоть очень и не хочется заканчивать свою жизнь, как мерзкая крыса, которая помогла разрушить жизнь любимого человека. И почему Чон Чонгук не интересовал его в школе? Почему он не влюбился в него тогда? Ведь сейчас все было бы совершенно по-другому. А может и нет. Сокджин бы смог найти человека, который бы помогал ему в этом грязном деле. На месте Чимина был бы другой парень или девушка, и он бы уже никогда не смог испытать ощущение того, что был любим кем-то, хоть совсем ненадолго, совсем на чуть-чуть, но был любим. От этого сейчас еще больнее и плакать хочется, но он себе не позволит. Жалкий Пак Чимин наконец-то решил собрать остатки своей бесполезной воли в свои маленькие кулачки и хоть умереть спокойно.       — Ты скучаешь по Чонгуку? — неожиданно спрашивает Тэ.       — Что ж тебе так поговорить-то охота, а? Не помню, чтобы мы были друзьями хотя бы до этого.       — Если бы ты был моим другом, я бы тебе не позволил влезть в это дерьмо, — спокойно говорит молодой человек, уткнувшись взглядом в потолок.       Эти слова так сильно царапают сейчас сердце Пака. Почему? Большую часть своей короткой жизни друзья ему были не нужны. Лишь внимание, одобрение и любовь Сокджина. Да и с приходом чувств в отношении Чонгука потребность в друзьях тоже как-то не появлялась. А вот сейчас этот тупой парень, такой беззащитный, прикованный к кровати в стремной комнате, не пойми где, говорит, что помог бы избежать всего этого дерьма и хаоса, если бы они были друзьями. Чертовски противно ощущать это чувство печали из-за того, что этим словам не суждено сбыться никогда.       Скучает ли Чимин по Чонгуку? Чертовски сильно. Сейчас он понимает это как никогда. Все обиды, все желания отомстить почему-то резко уходят на второй план, высвобождая место для, возможно, чистого и искреннего чувства любви и благодарности к этому мужчине, что был готов дарить, делиться своими теплом и любовь. Что приносил ему плед и укрывал с головой, когда они вместе сидели на террасе его дома, когда он готовил специально попкорн, чтобы вместе посмотреть сопливую комедию, которую ненавидел всем своим сердцем, когда он целовал его нежно-нежно перед самым сном, чтобы все сновидения были только прекрасными. Все это чертовски больно вспоминать сейчас и понимать, что все это повторяться уже с ним никогда не будет. Если Чонгук выживет, то он найдет себе другого человека, может влюбится в свою будущую невесту и будет делать все эти невероятно теплые вещи уже с ней.       В тишине комнаты раздается оглушающий звонок, который давит слишком сильно на барабанные перепонки, заставляя немного потеряться в действительности. На экране высвечивается «мама», специально переименованный контакт, чтобы Чонгук никогда не мог даже мысли допустить о том, что Чимину звонит какой-то другой мужчина, а на сердце появляется отлично ощущаемая тяжесть. Это все может означать лишь одно, время пришло, таймер запущен.       — Да? — тихий голосочек Чимина раздается в комнате и эхом отлетает от стен.       — Вы там еще не перебили друг друга? — раздается слишком бодрый голос в трубке. — Хотя, по идее, вы можете пообсуждать, какой из братьев более хорош в постели, если, конечно, у одного из вас нет сведений об обоих в данном вопросе, тогда и споры будут не нужны. Так, о чем это я? А, да. Сейчас за вами приедет машина и отвезет в необходимое место, там ты сделаешь все так, как мы договорились. Весь инвентарь будет в багажнике.       — Хорошо.       — И, Чимин.       — Да?       — Если ты все-таки решил меня подставить, сбежать, сообщить в полицию, да все, что угодно, лучше не делай этого. Я найду тебя и растопчу.       — Да, господин Ким, — безэмоционально тянет парень в трубку и отключает телефон.       После звонка все начали чувствовать себя еще более неуютно, чем перед этим. Особо цепляться друг за друга и кидаться едкими комментариями уже не хотелось, да и есть ли сейчас смысл в этом? Все они пляшут под дудку какого-то человека, который отмерил им уже определенный срок.       — Дерьмо, — выдавливает из себя Тэхен, которого теперь невероятно ярко озаряет осознанием того, как они все влипли. — Теперь счет действительно пошел на часы.       *Транквилиза́торы— психотропные лекарственные средства. Имеют седативный (успокаивающий), снотворный и миорелаксирующий (расслабление скелетной мускулатуры) эффекты. Также они могут иметь амнестическое действие, т.е. способность вызывать амнезию.       **Условно досрочное освобождение — вид освобождения от уголовного наказания, который применяется под условием (все виды освобождения от наказания можно разделить на условные и безусловные). Когда к осужденному применяют условно досрочное освобождение, то, как правило, на него налагаются некоторые обязанности по выполнению или невыполнению каких-либо действий. Невыполнение этих обязанностей, нарушение условий освобождения может в итоге привести к тому, что освобожденного отправят досиживать оставшийся срок уже без права досрочного освобождения. ***не исправляйте, это желание автора… «Вскоре издам словарь с моими собственными словами! Говорите как я, не пожалеете!». Собственно, бета на это тихо скулит в сторонке и закрывает морду лапками…(Прим.беты: Да, я не знала\не понимала этого слова, у меня есть только "шлюхастого" или "шлюшьего". Каюсь.)