Хоровод демонов

Атмосфера в городе была тягостной. Будто жители постоянно ждали, что вот-вот грянет… У Фенриса тогда уже грянуло, поэтому ему стало не до наблюдений за Киркволлом. Приехала его… сестра. Хотя какая она к демонам сестра? Родные должны любить друг друга. Верить. Не предавать. Как семья Хоука. Как… чёрт, да посторонние люди отнеслись к самому Фенрису лучше, чем та, которая по всем законам логики должна была его любить! Хотя убить Данариуса было приятно. После Фенрис несколько дней отсиживался в поместье в компании огромного числа бутылок и то Хоука, то Варрика. Даже Авелин заходила – поворчать, как он бездарно проводит время, но её муж из-за спины своей благоверной подмигнул и жестом показал, что оставил под креслом пакет. В пакете оказался отличный виски из Ривейна. Время эльф провёл совсем не бездарно (хотя печень, наверное, была с ним категорически не согласна). Тогда он много думал и пришёл к выводу, что хочет быть именно Фенрисом. Не Лето. Хочет проводить время с бесшабашным Хоуком, с Варриком, с Авелин… Со своими друзьями. В Киркволле – городе, в котором он прожил уже больше шести лет. Хочет ввязываться в дурацкие истории вместе со всей компанией, играть в карты, кивать на улице Первому чародею и каждый раз, встретив Каллена, пожимать ему руку и спрашивать, как прошли тренировки новобранцев. Раньше он всё время ждал, когда же начнётся настоящая, свободная жизнь – но вдруг понял, что она уже идёт. И он был готов посмотреть, куда она заведёт его в итоге. Правда, так он думал сейчас. А тогда, пусть и протрезвев, он был в редкостном раздрае. Его, хмурого (больше, чем обычно) и взъерошенного, Хоук с Варриком и Авелин потащили в Казематы, развеяться и повидать Бетани. Правда, придя на площадь, они выяснили, что Бетани сейчас не может выйти – её поставили замещать какую-то магессу на экзамене у младших. Тогда они просто поболтались там, перекинулись парой слов со знакомыми храмовиками и оценили новые мечи в лавке. И тут Фенрис кожей ощутил ненавидящий взгляд. Обернувшись, он понял, чей. И тронул Хоука за локоть, зная, что этого толстокожего не прожечь никакими взглядами, даже если большая часть ненависти предназначалась именно ему. Столь доброжелательный посыл в их сторону направляла Грейс, стоявшая в компании других магов с видом до того заговорщицким, что только дурак бы не сообразил, что они что-то замышляют. Фенрис невзлюбил магессу ещё с первой встречи: пусть иногда он перебарщивал со своими подозрениями (Бетани он нехотя признавал очень славной и порядочной), но только не в этом случае. Грейс неприятно напоминала ему Хейдриану: та тоже любила поныть, как тяжело быть учеником магистра, а сама выдумывала для рабов невыполнимые задания, чтобы посмеяться над их глупостью. Видимо, только её трудности были достойны внимания и сочувствия. - Грейс! – приветственно махнул рукой Хоук. – Как вы тут? - А вам-то что? – прошипела магесса, подойдя ближе. – Откуда вам знать, что такое несвобода? Что такое храмовики, которые следят за каждым твоим шагом? Ну вот, как Фенрис и говорил. Вылитая Хейдриана. У Хоука вообще-то сестра в Круге была. И Бетани, кстати, особенно не жаловалась. Выплеснув яд, магесса не стал дожидаться ответа и, гордо взмахнув подолом, ушла. За ней покорным стадом потянулись остальные маги. - Ох и не нравится мне это, - буркнул под нос Хоук, провожая Грейс взглядом. – Она явно что-то замышляет. - Совершенно верно, - сказал вдруг кто-то сзади; обернувшись, вся компания увидела в тени арки Первого чародея Киркволла, небрежно прислонившегося к стене. Маг устало вздохнул: - Мне вот что обидно: почему люди, которые находятся под моей опекой, держат меня за идиота? - Вы знаете, что они задумали? – спросил Хоук, подходя ближе. Орсино потёр лоб ладонью: - В общих чертах. Они не отличаются оригинальностью, знаете ли. Каждый год находятся один-два человека, которые вместо работы и занятий шастают по библиотеке, ища какое-нибудь пособие вроде «Как вызвать самого сильного демона», чтобы потом самоубиться об этого демона с наибольшей помпой и как можно более страшными последствиями. Честно говоря, я бы и сам сдал этих болванов Мередит; проблема заключается в наивных дурачках, которых эта компания утянет за собой. Да и за намерения, к сожалению, не наказывают, а уж если они приведут свой план в исполнение… Мне бы не хотелось, чтобы храмовикам пришлось убить или усмирить глупых детей, которым задурили мозги люди, не считающиеся с… побочным ущербом. Хоук понятливо поморщился. Дурные идеи отчего-то обладали странной притягательностью, особенно для магов. А про «побочный ущерб» он вообще был наслышан. - Эта Грейс уже тогда с ходу предложила убить славного мужика-храмовика во имя её свободы, - напомнил Варрик. – Страшно представить, что она придумает теперь, когда у неё есть время на подготовку. Орсино нахмурился: - И вы ей отказали? Тогда, боюсь, она будет вам мстить. Они планируют побег со взятием заложников, насколько я смог понять из их «тайных» собраний. Будьте настороже и держите всех важных вам людей поближе, мессир Хоук. В случае худшего никто не будет сильно скорбеть по Грейс и её компании, но пожалуйста, попытайтесь пощадить юных и слишком доверчивых балбесов: я стараюсь держать всё под контролем и не допустить побега, но моё влияние не бесконечно, а уж за пределами Круга я вообще мало чем смогу помочь. - А вы сами говорили с ней? Намекали, что в курсе её планов? – спросила Авелин. - Трижды – и это только на этой неделе, - выразительно поднял бровь Орсино. – Этим я заработал себе их презрение и клеймо предателя. Ведь три самовлюблённых дуры в шаге от того, чтобы стать малефикарами, для меня должны быть гораздо важнее, чем юные ученики, которые развесили уши на их пафосную болтовню о свободе! Эти балбесы, к сожалению, теперь тоже не хотят ко мне прислушиваться, и эти дуры утянут их на дно! – почти перейдя под конец на крик, Орсино резко замолчал, закрыл ладонью лицо и уже спокойнее добавил: - Прошу прощения. Мне иногда кажется, что в Киркволле витает что-то тёмное и заразное, что сводит нас всех с ума. - Мне тоже кажется, - вздохнул Хоук, с сочувствием глядя на мага. – И мне всё чаще кажется, что это ни черта не кажется… Спасибо за предупреждение, Первый чародей. Мы… постараемся. Орсино выдал привычную усталую, признательную улыбку. Распрощавшись, Гаррет с компанией пошли прочь из Казематов, а Фенрис всё продолжал видеть эту улыбку внутренним взором. Ну почему, почему этот эльф на него так действует? Почему каждый его жест кажется таким… красивым? Поймав себя на последней мысли, Фенрис ударил кулаком по облупившейся стене дома и заработал удивлённые взгляды друзей. Правда, спрашивать, в чём дело, никто не стал. Тема магов и малефикаров являлась лучшим оправданием для хмурого эльфа – даже если на самом деле он пропустил большую часть разговора мимо ушей, просто любуясь Первым чародеем. Застонав, Фенрис ударил в стену ещё раз. На следующий день они всё-таки смогли застать Бетани. Она с воодушевлением рассказала им об экзаменах по базовым иллюзиям, оживлённо жестикулируя и изредка демонстрируя нужное заклинание. Даже Фенрис признал, что вьющийся дымок и кружащаяся в руках у магессы бабочка выглядят эффектно. И хотя бы безобидно. Вряд ли кто будет использовать магию крови, чтобы создать особенно красивую бабочку. - Как тебе эта Грейс, кстати? – невзначай спросил сестру Хоук. Бетани фыркнула: - Никак. Не нравится она мне. Скандалистка и дура. - Ты к ней лучше близко не подходи, - попросил брат. – А то мало ли что. Вдруг она столько лет спустя всё равно на меня зуб точит. - Хорошо, не буду, - усмехнулась сестра. – А то она может. - Что, не прижились в вашем Круге маги из Старкевена? Шпыняете вы их всё время, что ли? – шутливо спросил Гаррет и получил ощутимый тычок в бок. - Да если бы! – возмутилась Бетани. – Знаешь, братец, почистить ведро картошки – это не угнетение, это жизнь. Отдежурить на кухне, в саду или прачечной раз в неделю не так уж трудно, тем более что вкусно есть и носить чистую одежду хотят все. Может, в Круге Старкевена было иначе, но в Киркволле перекладывать хозяйственные дела на усмирённых запрещено. - Да? – удивился Хоук. Он явно впервые об этом слышал. Нет, даже Фенрис знал, что сестра Хоука работает ещё и в пекарне Казематов, но думал, что ей просто там нравится: Бетани обожала что-нибудь печь и не раз их угощала, когда они всей компанией заваливались в дом Гамлена. - Ты знаешь, за счёт чего существует Круг? И не корчи рожи, балбес, я и так понимаю, что ты об этом не задумывался. Мне старшие рассказали: город покрывает только четверть расходов на содержание Круга, остальное мы должны изыскивать сами. Усмирённые приносят реальный доход, поэтому они занимаются артефактами. Ещё наши консультируют по вопросам магии за плату, проводят платные лекции и семинары, делают защитные и сигнальные чары на дома и так далее. Раньше ещё, говорят, ярмарки были, там Круг фокусы показывал. Никто не будет содержать нас просто за то, что мы такие есть! Так что помогать вести общее хозяйство – это, по-моему, нормально и честно. Хоук кивал, с гордостью глядя на сестру. Фенрис задумался. Как устроен Круг, ему в принципе было всё равно, но вопрос был затронут интересный. На что будут существовать маги, если их выпустить на свободу, как призывает Андерс? В их компании было всего два мага, и на их примере было прекрасно видно, как приспособлены были отступники к столь желанной воле: один перебивался в Клоаке на то, что бедняки приносили в качестве благодарности за лечение, а вторая жила в эльфинаже едва ли не хуже. Мерриль не голодала только потому, что Хоук или Варрик по доброте душевной подбрасывали ей деньги и съестное (последнее чаще, потому что мечтательная девушка с трудом понимала концепцию денег). Без этого даже невесомая, будто фея, эльфийка давно бы истаяла как свечка. Тут Фенрис поморщился. Магов он не любил, но и глупцом не был; сам он тоже жил во многом за счёт работы, с которой помогали те же Гаррет, Варрик или Авелин. Каллен ещё тоже приглашал на тренировки храмовиков, чтобы учить новобранцев сражаться в необычных условиях, но сейчас это происходило не так уж часто: Мередит редко подписывала разрешение. Что было очень жаль, потому что эти тренировки Фенрису нравились. Ничто так не помогает поддерживать хорошую форму, как бой с противником, умеющим управляться с лириумом. В последний раз Каллен, дружески хлопнув эльфа по плечу, даже признал, что не хотел бы столкнуться с ним в бою. Фенрис принял это как лучший комплимент. Разумеется, однажды Грейс всё-таки умудрилась подгадить. - Мессир Хоук, - неприязненным тоном заявила рыцарь-командор Мередит, возникнув однажды на пороге особняка Амеллов. Вся компания в тот момент играла в карты – Хоук уже проиграл рубашку и левый ботинок. Командор, в отличие от других присутствующих женщин и одного Андерса, вид не оценила. - Из круга сбежало несколько магов. В компании храмовиков, - Мередит поморщилась, будто только что зажевала целый лимон. – Им удалось уйти за город – их окружили уже на Рваном берегу, но они успели занять хорошую позицию. Мы собирались взять их штурмом, но они потребовали вас. Если это поможет предотвратить кровопролитие… - Уже идём, - согласно кивнул Гаррет. – Изабелла! Ботинок отдай, буду должен!