Как сложно быть примерной девушкой

      — С-с-сука... — ядовито прошипела Кристина, яростно захлопнув дверь в аудиторию. Грохот прокатился по коридору, некоторые однокурсники повернули головы на звук, но бурной реакции Хоук никто не удивлялся. Мало кто думал, что она сдаст теорию вероятности у мисс Эрин с первого раза.       — Полагаю, это означает, — голос, который Кристина хотела сейчас слышать меньше всего, раздался прямо за ее спиной. — Что экзамен ты не сдала?       Неформалка резко развернулась, встретившись взглядом с Ханной. Староста, как обычно, была в клетчатой юбке до колена, белой рубашке и синем пиджачке с гербом университета — до встречи с Ханной Хоук вообще не знала, что у университета есть форма. Сейчас девушка выглядела воплощением аккуратности и порядочности.       К Кристине Ханна обращалась точно так же, как и к остальным студентам, ни интонацией, ни взглядом не демонстрируя заинтересованности в ее результатах. Но Хоук в каждом ее слове чудился намек, понятный только им.       — Сама знаешь, ботанка! — зло огрызнулась неформалка. — У кого-то из нас есть и нормальная личная жизнь, вместо тома конспектов.       Где-то рядом раздались негромкие смешки. Глаза Ханны чуть сузились, но ничем иным своих эмоций она не выдала. В какой-то мере это было все их общение на публике — Ханна обращалась к Кристине только по вопросам учебы, Кристина не упускала случая недобро подколоть заучку перед однокурсниками. В какой-то мере Кристина чувствовала, что ей это еще аукнется, но ничего не могла с собой поделать.       — Несомненно, — с прежней вежливой отстраненностью отозвалась отличница. — Что ж, для тех, у кого есть личная жизнь, пересдачи назначены на пятнадцатое число. Удачи.       Ханна сделала пометку в своем журнале, вежливо улыбнулась и развернулась, явно намереваясь оставить Кристину наедине с мыслями о повторе мозгораздирающего экзамена с, скорее всего, тем же результатом.       Хоук скрипнула зубами. Вдвойне обидно было от того, что она действительно пыталась подготовиться к экзамену. Не столько из-за желания сдать честно, сколько из-за попытки доказать Ханне, что она способна обойтись и без ее помощи. Пусть Ханна никогда не начинала разговор об их... сделке, предоставляя Кристине самой выбирать когда нужно вмешательство примерной девушки, но неформалка все равно ощущала себя в зависимом положении. Как, например, сейчас. Кристине казалось, что Ханна не упоминает о возможной альтернативе лишь затем, чтобы заставить ее лишний раз просить... об этом.       Но, увы, Хоук была уверена, что теорию вероятности она не сдаст никогда.       — Подожди... — сжав кулаки, тихо выдавила она. Ханна остановилась и обернулась, слегка выгнув бровь. — Мне нужно с тобой поговорить.       — Говори.       — Прямо здесь? — раздраженно прошипела Кристина, окидывая взглядом небольшую толпу в коридоре.       — Что так возмущаться?! — насмешливо усмехнулась футанарька. Вот теперь это была та самая Ханна, которую знала только Хоук. — Ты же собралась говорить, а не... исправлять оценки... как ты умеешь...       К счастью, она все же отошла в сторону и говорила вполголоса, так что услышать странные нотки в голосе девушки никто не мог.       — Ты... говорила, что изменить мои оценки у этой сучки ты не сможешь...       — У мисс Эрин, — строго поправила ее Ханна. — Да, она проверяет их в электронной базе.       — Но... ты можешь помочь?       Ханна чуть склонила голову набок и многозначительно улыбнулась, разглядывая лицо Кристины. Хоук закатила глаза.       — Да, я знаю, чего ты хочешь... Допустим... — Кристина на мгновение стиснула кулаки, по ее лицу пробежала гримаса неудовольствия. — Допустим... я согласна...       — Согласна на что, Кристи? — чуть ли не промурлыкала Ханна, подступая к ней поближе.       — Ты бы меня еще облизывать начала! — зашипела неформалка, отталкивая девушку от себя и беспокойно оглядываясь. — Никто не знает о нас, никто не знает о тебе. Такой был уговор!       — Я помню, — вновь приняла свой обычный невинный облик Грин. — Но моего вопроса это не отменяет.       — Тебе так нужно, чтобы я сказала это вслух?       — Непременно.       — Хорошо... — Кристина на мгновение скривилась, будто откусила лимон, после чего буквально по слогам выдавила: — Можешь трахнуть меня, если поможешь с этим долбанным экзаменом. Довольна?!       — Ох, я предпочла бы услышать это в более интимной обстановке... и в более умоляющих интонациях... и чтобы ты в этот момент стояла передо мной на коленях... Но будем честными — когда ты стоишь передо мной на коленях, твой ротик обычно слишком занят.       — Еще слово в таком духе, и я, пожалуй, решу, что вылететь из универа не такая уж плохая перспектива. А ты можешь самостоятельно дрочить на свои расчудесные оценки сколько душе угодно.       — Молчу, молчу, — мило улыбнулась Ханна. — Ладно, ты знаешь хоть один билет по терверу?       — Один знаю.       — Тогда я сейчас пойду поговорю с мисс Эрин. Придумаю какую-нибудь историю про тебя, договорюсь, чтобы спросила то, что ты точно знаешь... В общем, просто подожди здесь.       Староста скрылась за дверьми аудитории. Кристина осталась в коридоре, прислонившись к ближайшей стене и прикрыв глаза, раздираемая противоречивыми эмоциями. О чем она вообще думала минуту назад?! Переспать с этой мутанткой... винить Ханну за то, что она использует выпавшую возможность глупо, но почему сама Хоук вечно идет по этому самому простому пути?       Кристина открыла глаза, ненавидящим взглядом сверля дверь, за которой находились два самых ненавистных ей существа. Что они там так долго обсуждают? Что в понятии Ханны означает слово «договорюсь»? Против воли в голове девушки вспыхнула странная картинка:              — Обопритесь на стол, — в голосе нет ни нотки просьбы. Если честно, в нем даже нет приказных интонаций. Это были равнодушно-уверенные слова девушки, которая точно знает, как будут развиваться события, и лишь сообщает об этом собеседнице.       И молоденькая преподавательница математики никак не могла опрокинуть эту железобетонную уверенность. Ей оставалось лишь нехотя повернуться к собеседнице спиной, коснувшись ладошками деревянной поверхности. Она чувствовала себя абсолютно беззащитной. Вечно собранные в строгую прическу волосы растрепаны, аккуратная блузка чуть ли не разорвана, а простые черные трусики почему-то болтаются на одной ноге в районе лодыжки. Как она вообще оказалась в таком положении?       Прохладная ладонь неожиданно ложится ей на талию и скользит вперед, переместившись на напряженный живот. Преподавательница чувствует, как Ханна прижимается к ее спине, практически положив подбородок ей на плечо — неожиданно нежное действие со стороны блондинки... Но не успевает мисс Эрин удивиться, как строгий холодный голос отличницы уничтожает все впечатление:       — Не так. Ниже, — она вновь отстранилась, и ее рука требовательно толкает преподавательницу между лопаток. — На локти.       Дрожа всем телом, вечно такая собранная и холодная, строгая мисс Эрин подчиняется студентке, принимая требуемую позу.       — У меня будет к вам одна просьба, мисс Эрин, — преподавательница чувствует, как Ханна вцепилась в подол ее строгой юбки, начиная медленно задирать ее вверх. Ткань скользит по коже, медленно оголяя стройные ножки молодой женщины. И не только ножки.       Мисс Эрин нервно облизывает пересохщие губы:       — Что вы хотели, мисс Грин? — преподавательница безуспешно пытается сохранить формальный тон, но не может сдержать дрожь в голосе.       — Одна моя подруга очень хочет пересдать ваш предмет... — ножка Ханны вдруг неожиданно толкает лодыжку мисс Эрин. — Шире!       Преподавательница вздрагивает и под короткий стук каблучков слегка расставляет ножки. Ханна тут же пользуется предоставленной возможностью, и ее ладошка тут же касется сокровенного места женщины.       — Я... я... — начинает нервно заикаться преподавательница, не в силах игнорировать чувственные ласки и сохранять видимость непринужденной беседы. — Я-яаа не думаю... что это воз-возможно... ммм...       Свободная рука отличницы цепко хватает ее за растрепанные волосы и притягивает к себе, заставляя выгнуться дугой...       — Я думаю, мы сможем прийти к соглашению, — горячий шепот Ханны щекочет кожу. — Как мы всегда приходим...       Тихий шорох за спиной оповещает о том, что юбка футанарьки скользнула на пол...              Кристина тряхнула головой, отгоняя дурацкие эротические фантазии. Хотя этой математичке подобное развитие событий пошло бы на пользу — ее вечная стервозность явно от недотраха, но почему самой Хоук в голову лезут мысли о Ханне? К черту это все.       Староста появилась еще через несколько минут, жестом указав Кристине на открытую дверь.       — Мисс Эрин согласилась выслушать тебя еще раз, — вежливым, ничего не выражающим тоном произнесла она.       Все случилось так, как и сказала Ханна. Кристина получила билет, который знала, мисс Эрин не стала задавать никаких дополнительных вопросов, и вскоре неформалка покинула аудиторию со своей тройкой в зачетке. И, разумеется, на выходе ее вновь встречала Ханна.       — Не прогуливай завтра универ, — двойной смысл в ее лицемерной вежливой улыбке был понятен лишь одной Кристине. — Ты должна присутствовать на одном мероприятии.       Кристина зло фыркнула и выбила из рук Ханны журнал с ведомостями. Листочки рассыпались по полу под укоризненным взглядом старосты.       — Я подумаю, ботанка... — кинула ей через плечо неформалка.                     Щелчок замка отрезал их от читального зала. Кристина огляделась. Маленькая кладовка в задней части библиотеки использовалась для склада ненужной мебели и была заставлена партами. Студентам, понятное дело, сюда ходу не было, но отличница легко получила ключ, задурив голову кому-то из деканата.       — Как романтично, — фыркнула Кристина. Она стояла поодаль, скрестив руки на груди, оттягивая момент, когда ей придется приблизиться к футанарьке.       — Если хочешь, можешь пригласить меня к себе домой, — предложила Ханна. — Я тоже не против нормальной кровати.       Она подошла к ближайшему столу, сбросила на него сумку, аккуратно сняла пиджачок и пристроила рядом. После чего вновь уделила внимание Кристине:       — Ну? Как ты хочешь это сделать?       — Никак.       — Это понятно. Но если выбора у тебя нет, то может быть, озвучишь свои предпочтения?       — Знаешь... — Кристина повернула к ней голову, сделав вид, что ее только что осенило. — Я вдруг поняла... а зачем мне это делать? Оценка уже в моей зачетке. Я могу просто уйти.       — На этот случай, я сохранила две ведомости — в том числе и ту, в которой у тебя неуд. Какую из них предоставить в деканат, я решу сегодня вечером, — Ханна высокомерно выгнула бровь. — Раздевайся.       Кристина не шелохнулась, стоя в прежней позе и разглядывая ряды парт. Ханна подошла к ней кошачьим шагом хищницы, играющей с добычей.       — Или... — многозначительно произнесла она, кончиками пальцев коснувшись ее щеки. — Ты бы предпочла, чтобы я сделала это силой?       — Пошла ты, — Кристина резко отбросила ее руку. — Попробуешь выкинуть что-то вроде того, что было в прошлый раз, и мне будет наплевать, что обо мне подумают и вылечу ли я из универа. Тут за стеной читальный зал — привлечь внимание будет легко.       — Звучит так, словно ты меня боишься, — Ханна сделала еще шажок, Кристина невольно попятилась. — Словно я постоянно заставляю тебя делать то, чего ты не хочешь... Но давай посмотрим правде в глаза, Кристи, ты знала, на что шла. Всегда и конкретно в этот раз. У тебя было время подумать с нашего прошлого раза... представить... оценить... смириться... возможно даже... самой захотеть этого?       — Много на себя берешь, мутантка, — фыркнула Кристина, пятясь назад от маленьких шажков отличницы, пока вдруг не уперлась в парту.       Ханна замерла. Теперь их отделяло не более тридцати сантиметров, и отступать Кристине было больше некуда.       — Знаешь что... — футанарька говорила с видом снежной королевы. — Ключ в замке. Ты можешь спокойно выйти из комнаты. В этот раз я даже не стану заносить в базу твой неуд. Но наш договор будет недействителен. И рано или поздно ты все же не сдашь какой-нибудь экзамен. Обидно, конечно, что все эти минуты, которые ты провела передо мной на коленях, окажутся для тебя бесполезными...       Кристина отвела взгляд. В глазах Ханны загорелось торжество.       — Так что, если я тебе настолько противна, если ты за все это время ни разу не задумалась о том, каким мог бы быть секс со мной, не представляла нас вместе мастурбируя в душе... валяй, топай. Но если тебе интересно продолжение наших деловых отношений... — Ханна требовательно схватила девушку за подбородок, поворачивая к себе и холодно заглядывая в глаза. — ...то раздевайся.       Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами. Кристина сдалась первой, вздрогнув и опустив глаза. Ее руки медленно поднялись к поясу и вцепились в ремень, завозившись с застежкой.       — Не знаю, что ты там о себе надумала, — пробормотала она, по-прежнему не решаясь встретиться с Ханной взглядом. — Я это делаю только из-за нашего договора.       Ханна победно усмехнулась, чуть отстранившись, предоставляя девушке возможность разоблачиться. Сама она тоже занялась одеждой, скрывая предвкушающую дрожь, которая охватила ее тело. Наконец-то!       Сняв юбку, рубашку и лифчик, Ханна осталась в одних плотных трусиках-шортиках, сшитых специально для того, чтобы скрывать ее тайну. Особенно актуально подобное белье было в шестнадцать лет, когда бедную футку мучил настоящий ураган гормонов, а эрекция появлялась в любой неподходящий момент.       Аккуратно сложив вещи на парту, Ханна вновь обратила внимание на Кристину... и насмешливо выгнула бровь. Неформалка стянула с себя обувь, свои драные джинсы и трусики, но оставила футболку, и сейчас, голая по пояс, пыталась придать себе независимый вид.       — Серьезно? — усмехнулась Ханна.       — Что?! — огрызнулась Кристина. — Футболка тебе никак не помешает.       На самом деле, Хоук пыталась таким незамысловатым образом сохранить хотя бы видимость какого-то контроля над ситуацией, оставив между ней и Ханной хотя бы такую незамысловатую преграду. Признаваться в этом не хотелось, и девушка попыталась перевести тему, указав на шортики футанарьки:       — А вот они явно лишние. Или ты уже передумала?       — Мне просто не хотелось бы, чтобы в столь значимый для наших отношений момент ты изображала из себя простое бревнышко. Так что я пользуюсь любой возможностью тебя растормошить... — Ханна прошествовала мимо Кристины и развернулась к ней, чуть оперевшись на стол позади. С легким призывом она чуть выгнула плечи, будто демонстрируя всю себя, и с неожиданной сталью в голосе добавила: — Сними их.       Кристина медленно обвела глазами всю открывшуюся картину — стройные ножки, плоский живот, небольшая грудь с острыми розовыми сосками, светлые прямые волосы спадают на лицо, не давая в полной мере оценить аристократические тонкие черты, молочно-белая кожа... Черные шортики смотрелись на ней чужеродным пятном, нарушающим композицию.       Ханна казалась невинным белоснежным воздушным созданием... если бы не холодная высокомерная полуулыбка, и горящие совсем не ангельским желанием глаза.       — Или, — зло добавила Кристина, — Тебе мало просто трахнуть меня, и ты бы хотела, чтобы я еще и вела себя как твоя верная рабыня.       — Признаюсь, мне нравится видеть тебя на коленях... — Ханна склонила голову набок, заинтересованно рассматривая неформалку. — Но ты не совсем права. У меня другие фетиши. Может быть, я когда-нибудь расскажу тебе о них. А пока...       Она требовательно качнула ножкой, намекая на то, что пора бы приступить к действию.       Кристина мысленно вздохнула, бросила на пол перед футанарькой свои джинсы и аккуратно опустилась на колени. Что-то подсказывало, что одним только снятием трусиков блондинка не ограничится, так что ей хотелось хоть какого-то комфорта.       Бугорок на шортиках был отчетливо виден. Кристина подняла руки, скользнув ладошками по бедрам Ханны, и надавила на него, массируя напрягшийся член сквозь ткань. По телу футанарьки пробежала первая легкая дрожь удовольствия. Кристина удовлетворенно хмыкнула. Чем сильнее она раззадорит блондинку сейчас, тем меньше она продержится, когда... когда... в общем, потом.       В мыслях Кристина все еще пыталась сделать вид, что этого не произойдет.       Ее руки зацепили резинку, пальцы ощутили теплую бархатную кожу, когда Кристина потянула шортики вниз. Вырвавшийся из оков ткани член футанарьки тут же вскинулся вверх, мазнув оказавшуюся слишком близко девушку по щеке, оставив прозрачный мокрый след. Отличница переступила с ножки на ножку, позволяя полностью стянуть с нее трусики и отбросить их в сторону.       — Прямо пасторальная традиционная картинка, — мурлыкнула Ханна, поглаживая Хоук по волосам. — Ты передо мной, я... вся тоже прямо перед тобой. Так... привычно. Уютно...       Кристина чуть ли не зарычала. Издевки Ханны как всегда были ей против шерсти, но и возразить было нечего — подобное положение действительно стало для них нормой.       — Не стесняйся, — Ханна слегка толкнулась вперед, вновь оставив на девушке прозрачную жидкость, на этот раз на губах. Кристина нервно облизнулась.       — Если попробуешь выкинуть что-то такое, как в прошлый раз... — зло предупредила она, — Точно станешь обычной девочкой. Без анестезии.       — Не волнуйся, — фыркнула Ханна. — Сегодня у меня другие планы.       В это можно было поверить. Кристина пробежалась кончиками пальцев по горячему стержню. Если отвлечься от всего внешнего, то это была довольно приятная штука — словно живая сталь, покрытая нежным бархатом... Принадлежал бы он еще не мутантке-вымогательнице...       Разомкнув губки, Кристина покружила язычком вокруг головки, размазывая по ней прозрачные капельки предэякулянта, и без излишних прелюдий двинула голову вперед, чувствуя, как член футанарьки погружается в мокрый ротик.       Ханна издала легкий стон, непроизвольно дернув бедрами вперед, и зажмурилась от удовольствия. Кристине было отлично видно, как напряглись ее мышцы живота, словно она готова вот-вот кончить. В интернете писали, что ощущения футанари во время секса несколько интенсивнее, чем у обычных людей, хотя непонятно, как проводились подобные исследования.       Забавно, но чувствовать, что удовольствие Ханны целиком в ее руках было даже... приятно. Хоть так Кристина могла притвориться, что хоть в чем-то заучка зависит от нее в их странных отношениях. Хотя, разумеется, хотелось бы хоть раз оказаться в полностью доминирующем положении, расплатившись за все унижения. Только как? Трахнуть ее в отместку страпоном? Мутантке такой расклад только понравится. Разве что сделать это силком...       Кристина невольно представила эту картину — связанная Ханна под ней визжит, извивается, обливается слезами, умоляет прекратить... а ее напряженный член выдает настоящие эмоции этой сучки, Кристина чувствует обжигающе горячий стержень, зажатый между их животами...       От этих мыслей внизу неожиданно потяжелело. Не отвлекаясь от своих медленных размеренных движений головой, Хоук невольно потянулась одной рукой между ног, коснувшись клитора, прежде чем успела сообразить, что же она делает. Мастурбирует, отсасывая чертовой мутантке... Но электрический импульс удовольствия уже прокатился по ее телу, смыв остатки какой-то гордости, зато усилив желание.       Черт, она ведь не железная...       Издав слабый стон, Кристина продолжила водить пальчиком по заветной точке, чувствуя, как ноги начинают подрагивать, а тяжесть внизу живота превращается в скрученную пружину, чье освобождение обещает такой заманчивый сладкий взрыв во всем теле...       — Тц-тц-тц... — голос сверху вырвал Кристину из плена своих фантазий. Изящная ручка вцепилась в волосы девушки, заставив остановиться, на середине движения. Кристина подняла взгляд, наткнувшись на горящие высокомерным торжеством зеленые глаза Ханны. Черт, она и так стояла перед ней на коленях с членом во рту, а этот взгляд снизу вверх был последней соломинкой... Кристина дернулась, пытаясь отстраниться, но футанарька не позволила ей сделать этого.       Волна паники прокатилась по позвоночнику. Неужели снова?! В горле засвербило от фантомного чувства... проникновения. Кристина протестующе замычала, и даже попыталась заговорить.       — Фы фхахала..!       — Я сказала, — согласилась Ханна, кивая головой, втайне млея от ощущения прекрасного теплого ротика Кристины. — Но я же не могу думать только о себе... Мне вот начинает казаться, что ты получаешь от происходящего больше удовольствия, чем я...       — Неф!       –... кроме того, — продолжала блондинка, окидывая девушку странным пламенным взглядом. — Все эти постоянные приставания во время учебы... «Случайно» опрокинутые подносы с моим обедом, разбросанные папки, тычки и насмешки. Боже, Кристи, все это время я не могла не думать — неужели ты не понимаешь, что я отыграюсь за все твои выходки после... Во время наших с тобой моментов... А сейчас... сейчас мне просто начинает казаться, что ты специально напрашивалась...       — Неф!!! — Кристина вновь дернулась. Пальчики Ханны в ее волосах сжались чуть сильнее, не до боли, но весьма чувствительно намекая на необходимость остаться в той же позе... Челюсть, кстати, начинала неметь. Хоук вновь подняла глаза, встретившись взглядом с отличницей. Та многозначительно выгнула бровь, будто ждала чего-то... Ну, конечно, просто еще одна унизительная демонстрация покорности...       Черт возьми, почему она всегда покоряется ей?! Даже в прошлый раз, когда дошло до практически изнасилования, даже сейчас она не вспоминает о своих прежних угрозах, дрожит, наполовину охваченная легким страхом, наполовину... чем-то еще... таким непонятным. Почему?!       Кристина опустила взгляд.       — Ифвини... — по очевидным причинам говорить было сложно. — Я не фотела... тефя офитеть...       Пальчики тут же исчезли, Кристина быстро отпрыгнула в сторону, поднимаясь на ноги, провела рукой по губам, вытираясь, и бросила ненавидящий взгляд на Ханну. Та рассматривала ноготки, и выглядела бы воплощением невинности, если бы не мокрый от слюны член в полной боевой готовности.       — Сука...       — Ты ведь только извинилась... — вздохнула Ханна и оттолкнулась от стола, предварительно постучав ладошкой по деревянной поверхности. — Ладно, прости, но я пока не могу отвечать на твои невысказанные пожелания. Откровенно говоря, я вся трясусь от нетерпения...       Кристина глубоко вздохнула, унимая гнев, и, после недолгого колебания, подошла к столу и подпрыгнула, усаживась на него.       — Просто покончи с этим, — пробурчала она, ерзая на месте, устраиваясь поудобнее.       Ханна с легкой улыбкой подошла к ней, погладив по коленям. Не дожидаясь приказа, Кристина развела ножки и отвернулась, не в силах смотреть на торжествующую физиономию мутантки. Ну да, когда-то она говорила мутантке, что та может только дрочить, представляя подобное развитие событий...       Футанари приблизилась к ней вплотную, Кристина чуть поморщилась — держать ноги на весу было немного неудобно. Можно было бы, конечно, обхватить ими Ханну... но пошла она к черту.       Она вздрогнула, почувствовав как головка члена скользит по ее нежным складочкам. Неожиданно задела особо чувствительную точку, едва не вызвав позорный стон наслаждения. Кристина сцепила зубы, когда после нескольких мгновений возни футка вновь повторила нежеланно приятное прикосновение.       — Да, черт возьми, ботанка! — взорвалась она, после еще нескольких секунд промедления. — Я в самом деле еще и должна помогать тебе трахать меня?!       — Ты у меня первая, — дернула плечиками Ханна, чувствуя, как пальчики Кристины обхватили член, помогая ей найти нужный угол. Долгое время Ханна представляла, как будет растягивать этот момент, но сейчас, почувствовав, что помощь Хоук принесла свои результаты, поддалась неожиданному импульсу, пришедшему из подкорки, одним слитным движением вошла в девушку до самого конца.       Кристина резко втянула воздух, ее ноготки впились в предплечья футанарьки. Ханна этого практически не заметила, поглощенная вспыхнувшими ощущениями.       — Боже, Кристи... — выдохнула она, — Какая же ты горячая...       — Нет. — Кристина отрицательно замотала головой, будто отрицания могли изменить постыдную реальность — что она была распалена не меньше футанарьки.       — И мокрая...       — Нет!       — Боже, а я-то думала, что твой ротик это самое лучшее, что может быть...       — Нет-нет-нет... — непонятно чему мотала головой Хоук. Вряд ли она даже слышала, что говорила блондинка — скорее пыталась откреститься от собственных ощущений.       Откровенно говоря, Ханне сейчас было плевать, чем занята Кристина.       Первое проникновение в девушку было самым прекрасным, что она ощущала в жизни. Кристина обжигала и ласкала одновременно, быть в ней казалось самым правильным, что может быть в жизни. Несколько секунд футанарька просто стояла, не шевелясь, наслаждаясь этим ощущением.       Через несколько секунд поток эмоций, взорвавшихся в голове, чуть утих, и Ханна недовольно заерзала, желая вернуть этот фейерверк. Интересно, можно ли повторить подобное ощущение...?       Ханна подалась назад, не сдерживая слабых стонов, чувствуя, как сжимающиеся стеночки ласкают ее член. Контраст между горячей Кристиной и холодным неприятным воздухом был столь разителен, что футанарька не смогла выдержать запланированных пяти секунд (для чистоты эксперимента), тут же поспешив вновь двинуть бедрами вперед.       — О, да-а–а...! — застонала она, когда фейерверки взорвались вновь. Больше она не собиралась медлить. — Да, да, да...       — Ну, твою мать... — чуть ли не плача прошипела Кристина, до боли закусив губу. С каждым моментом ускорявшиеся движения Ханны раз за разом приносили чувство приятной заполненности, и нежеланного экстаза. Нежеланного только небольшой частью разума — а тело, распаленное мыслями и собственными ласками, с радостью предавало свою хозяйку, поддаваясь ласкам.       Хорошо, что Ханна этого не замечает — если она хотя бы заподозрит, что Кристина получает от этого удовольствие, от следующего раза отвертеться точно не получится. И черт знает, как она попытается продемонстрировать свою власть над девушкой в следующий раз.       Но мутантка, кажется, полностью поглощена своими ощущениями, жмурясь от удовольствия. Только бы не застонать, только бы не застонать...       Словно услышав ее опасения, Ханна распахнула глаза, уставившись на нее.       Грудь Кристины тяжело вздымалась, лицо раскраснелось, растрепанные волосы спадали на лицо, из-за сжатых зубов вырывалось дыхание вперемешку с легкими хрипами, а в глазах блестели испуг и желание.       — Боже, да ты тащишься от этого... — как зачарованная протянула Ханна. Увиденная картинка только усиливала ее собственное возбуждение.       — Нет, нет, нет... — вновь замотала головой Кристина. В ее глазах блеснули слезы. Казалось, это единственное слово, которое она вообще способна произносить.       — Ты меня ногами подталкиваешь!       — Нет! — Кристина уперлась руками в плечи футанарьки, не делая, впрочем, ни малейшей попытки расцепить обвившие Ханну ножки.       Вместо очередного ответа Ханна попыталась скользнуть руками ей под футболку, которую упрямая неформалка так и не сняла, ограничивая доступ к телу. Слегка промокшая ткань немного липла к телу, и едва Ханна скользнула ладошкой по напряженному животу, Хоук тут же схватила ее за запястье, отбрасывая от себя.       — Не смей меня лапать, мутантка! — судя по некоторым ноткам, Кристина была на грани истерики. Или оргазма. Или и того, и другого.       Впрочем, Ханна была не из тех, кто отступает от своей цели. Мельком оглядев Хоук, она остановила взгляд на ее груди. Откровенно говоря, сиськи у Кристины были еще меньше, чем у самой футки — если у блондинки был хотя бы второй размер, то неформалка была практически плоской и обычно пренебрегала лифчиками, лишний раз подчеркивая свой бунтарский дух. Сейчас ее это подвело, потому что напрягшиеся бусинки сосков отчетливо проступали сквозь ткань.       Обхватив девушку за талию, Ханна ускорила движения до предела своих возможностей, чувствуя и собственную скорую разрядку, и наклонилась к Хоук, зубами вцепившись в маленький бугорок прямо сквозь футболку.       — Ты-ы-ы-ы.... — зло то ли застонала, то ли заскулила Кристина, ее ноготки вновь впились куда-то в плечи футанарьки. Та фыркнула и слегка заелозила зубками влево-вправо, добавляя ей удовольствия. То ли это, то ли непрекращающиеся движения Ханны стали последней каплей.       — Нет-нет-нет... — уже откровенно заскулила Хоук. — Я не хочу-у-у-у...       Ее тело явно было не согласно с хозяйкой — миллионы электрических разрядов разнеслись по всему телу от взрыва внизу живота. Кристину выгнуло дугой, потом почти моментально согнуло в клубочек, она заизвивалась, совершенно не контролируя себя в экстазе.       Это стало последней каплей для самой Ханны. Едва извивающаяся Кристина соскользнула с члена футанарьки, упав перед ней на стол, полоса белой жидкости плеснула в воздухе, приземлившись прямо на Хоук, забрызгав ее от пояса до подбородка. А за ней была еще и еще одна. Ханна даже не замечала этого, ее разум качался на волнах блаженства, и блондинки хватало лишь на то, чтобы не упасть на месте.       На несколько минут в комнатке воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием.       После чего Ханна в полном молчании принялась одеваться. На ее губах играла торжествующая и немного мечтательная улыбка.       Расслышав шум, Кристина, наконец, открыла глаза и приподняла голову.       — Т-ты... — дрожащим голосом выдохнула она. Так и осталось неизвестным, что она хотела сказать, потому что в этот момент, взгляд девушки упал на ее футболку. — Что за...?! Ты! Какого черта ты сделала с моей одеждой?!       — Я напомню, что ты сама не хотела снимать футболку, — вежливо заметила отличница, застегивая юбку. — Я же себя несколько не контролировала.       — Да хрена-с-два! Ты это специально! У тебя есть чем вытереться?       — Нет... — Ханна слегка улыбнулась, представляя себе, как Кристина будет пробираться через читальный зал, полный студентов. — И честно говоря, мне уже пора бежать. Пока-пока.       Прежде, чем неформалка успела даже раскрыть рот, Ханна последними движениями пригладила пиджачок, вновь превратившись в идеальную девушку, и исчезла за дверью.       — Сука-а-а... — прошипела Кристина, торопливо оглядываясь. Вытереться было нечем. Другой одежды нет. — Убью ее. Специально ведь.       Торопливо содрав с себя футболку, она вытерла белые капли с шеи, вывернула одежду наизнанку и вновь нацепила на себя, чувствуя, как теплая сперма растекается по телу.       — Убью, убью, убью... — торопливо нацепив остальную одежду, Кристина скрестила руки на груди, согнулась в три погибели, и, не поднимая головы, помчалась к выходу из универа.       К счастью, жила она недалеко — минутах в десяти ходьбы. Вот только эти десять минут превратились в настоящую пытку — Хоук чувствовала, будто каждый прохожий знает причину ее странной походки.       Ввалившись в свою квартиру, она тут же бросилась в душ, на ходу стаскивая футболку. За это время сперма немного подсохла, и футболку приходилось с легким похрустыванием отдирать от кожи. После этого, когда Хоук протаскивала ткань через голову, ее окутал еще и запах Ханны.       Запах. Глотать сперму футанарьки Кристине определенно не нравилось, но вот запах... Он на самом деле был довольно приятен. И протаскивая футболку через голову, девушка не удержалась от того, чтобы глубоко вдохнуть его.       После чего она с отвращением к самой себе отбросила тряпочку в угол. После она ее отстирает и сожжет.       А еще в тот момент Кристина решила во что бы то ни стало отомстить высокомерной самодовольной футанарьке.       Осталось только придумать, какой из миллиона желаемых вариантов все же выбрать.