О пауках и монстрах

      — Пора просыпаться, Питер.       Паркер со стоном потянулся к тяжелой одеревеневшей голове, но руке помешали опоясывающие её тонкие провода. Он дернул рукой сильнее — из вены выпал катетер, а нечто слева зашлось оглушительным писком.       — П.Я.Т.Н.И.Ц.А., выключи звук, — раздраженно приказал Тони.       Воцарилась тишина.       Питер проморгался, фокусируя зрение. Больничная палата в Старк-тауэр. Старк, Мэй с залегшими под глазами темными синяками.       — Что... — сипло выговорил Питер, оглядываясь, но вынырнувшая из ниоткуда медсестра мягко надавила ему на плечо, укладывая обратно.       Воспоминания роились в голове потревоженным ульем.       — На тебя напали на улице, — сказала Мэй, печально улыбнувшись. — Какой-то малолетний наркоман решил ограбить. Ради бога, Питер, разве обязательно ходить одному так поздно?       Питер недоуменно моргнул. Какое ограбление? Как такое вообще возможно? Паучье чутье никогда бы не позволило такому случиться, да и Уэйд...       В сознании всплыла картинка: равнодушный ствол пистолета, направленный ему в лицо, царапающий голос, булькающий злой хохот. Никаких грабителей. Сердце снова зашлось в панике.       Он в ужасе вскинул голову, но Старк, стоя за спиной тетушки, быстро приложил палец к губам, приказывая молчать.       — Послушай, — сказал Тони, мягко беря Мэй за локоть, — мальчика должны осмотреть специалисты. А тебе не мешало бы наконец поспать.       — Но, Питер…       — Никуда отсюда не денется. Как только врачи закончат, он будет в полном твоем распоряжении.       Мэй посмотрела на него жалостливо и грустно, и казалась до безумия хрупкой и маленькой, когда, придерживая сумочку у живота, вышла из палаты. Тони проводил её взглядом, дождался, пока дверь закроется, затем жестом попросил удалиться всех посторонних. Несколько секунд постоял, покачиваясь на пятках и сунув ладони в карманы брюк, после чего повернулся к Питеру.       — Где Уэйд? — первым же делом хрипло выговорил Паркер.       Лицо у Старка не поддавалось описанию.       — Тебе хоть что-нибудь интересно в этой жизни, кроме твоего ненаглядного Уэйда? — жестко поинтересовался он.       Питер на секунду замолк, пытаясь нашарить в голове что-то, что его интересовало бы сильнее, но не нашел и упрямо повторил:       — Что с ним?       Старк молчал.       Потом спросил:       — Что последнее ты помнишь?       Питер с трудом сглотнул.       — Я был немного пьян. Мы… — он замялся — происходившее в кровати было не тем, чем ему хотелось бы делиться, особенно в таких условиях. Тони, впрочем, догадался и, поморщившись, крутанул рукой, мол, давай дальше. — В общем, в какой-то момент появился Красный. Это что-то вроде злобной личности внутри Уэйда. Он хотел меня убить. Сломал руку, потом выстрелил в плечо. Потом все, провал.       — Несколько дней назад Дэдпул позвонил мне среди ночи, — ровным голосом проговорил Тони. — С твоего телефона. Сказал, что тебе нужна срочная помощь. Что ты пострадал. Когда я приехал, то обнаружил тебя без сознания и его с простреленной башкой. Это не ты сделал?       Питер помотал головой.       — Нет. Я не смог. У меня был шанс, но… не смог.       — Пацан, — Тони глубоко вдохнул и медленно выдохнул, успокаиваясь, не давая себе сорваться. Последний раз таким ослиным упорством его раздражал только Рождерс и закончилось все плохо, — я не знаю, что находится в твоей голове вместо инстинкта самосохранения, возможно, огромная черная дыра, отгороженная для вида разноцветными ленточками. Но на твоем месте, придя в себя после нескольких дней отключки, спрашивать, где человек, который в эту отключку тебя же и отправил, несколько неразумно, тебе не кажется?       — Это был не он! У Уэйда сложности с личностями, но он справляется.       — Он тебя чуть не убил, черт возьми! Это «не справляется»! Это полная противоположность понятию «справляется»!       — Нет, — принялся спорить Пит, — он…       — Питер, — оборвал его Старк, — хватит.       Пит посмотрел на него, удивленно заткнувшись.       — Серьезно. Возможно, будь я на твоем месте, я бы вел себя еще хуже, и, разумеется, не слышал бы ничего, что нёс бы какой-то мужик, который мне вообще никто.       — Вы…       — Дай, пожалуйста, договорить.       Тони привычным жестом потер левую руку и качнулся на месте.       — Я не лез в ваши отношения. Ну, почти не лез. Максимально, насколько позволяла ситуация. Я подумал — ладно, после того случая они должны наконец обзавестись головами на плечах. Но что происходит вместо этого? Я снова нахожу тебя еле живым, снова помещаю тебя в палату, снова вру Мэй, только вот ситуация с каждым разом все хуже и хуже.       Старк сделал паузу.       — Чего ты ждешь, Питер? Чтобы однажды я нашел уже убитого тебя? Чтобы я до конца жизни нес в себе вину за то, что спустил это с рук и позволил Дэдпулу тебя прикончить? Чтобы я сочинил новую историю для Мэй, которая состарится от горя, потеряв любимого и единственного племянника?       Он отвел взгляд и несколько секунд смотрел на солнечную полоску на подоконнике.       — Роджерс меня бы сейчас с потрохами сожрал за то, что я набросился, стоило тебе прийти в себя, но я просто надеюсь достучаться до тебя раньше, чем ты помчишься к нему и забудешь обо всем. Опять.       — Мистер Старк, — максимально вежливо начал Питер, — вы не понимаете, я должен ему помочь. Кроме меня больше некому.       — Опять ты со своими комплексами супергероя, — рявкнул Тони. — Или это уже прямая дорога на Стокгольм, а, парень? Ты хоть понимаешь, что это тебе нужна помощь, причем серьезная? И я сейчас не о ранениях говорю.       Питер понурил голову.       — Я просто хочу знать где Уэйд, — упрямо повторил он. — И что с ним.       Тони молчал. Молчал слишком долго, чтобы у этой тишины не было подтекста.       — Уэйд бессмертный, — наконец произнес Старк. — Как ты можешь догадаться, физически с ним все в порядке.       — Физически? — насторожился Питер. — Он приходил? Мой телефон здесь? Звонки были?       Тишина. Тишина. Тишина.       — Тони! Пожалуйста! Мне нужно знать!       Старк отмер, выдохнул и потер ладонью щеку. На секунду Питеру показалось, что Тони растерял всю свою свирепость и теперь испытывает… неловкость?       — Уэйд попросил меня оказать ему услугу. Передать тебе. Кое-что.       — Что? — жадно вскинулся Пит.       — Что он очень хочет тебя защитить, Питер, — негромко ответил Тони.       Питер неловко поджал пострадавшее плечо, уголки его губ дернулись в улыбке человека, который знает, что любим.       У него было несколько секунд огромного затопившего его облегчения. Несколько секунд чистой сияющей надежды.       Потом, многим-многим позже, именно эти несколько секунд будут вспоминаться ему наиболее болезненно.       Не сломанное запястье, что еще долго болело от чрезмерных нагрузок. Не дуло, направленное в лицо. Не жуткий смех, не знакомые глаза, полные ненависти.       Всего лишь несколько секунд облегчения.       Когда смысл сказанного догнал его, улыбка сменилась сначала недоумением, а потом ужасом.       — Он ведь не, — начал Питер, дернувшись всем телом как от удара. — Он не…       Тони молчал.       — Он не мог уйти, — Питеру казалось, что он должен кричать во все горло, но выходило едва сипеть, едва выталкивать из себя эти слова. — Он ведь не решил просто взять все и бросить? Тони?       — Может быть он лучше, чем я о нем думал, — проговорил Старк, как будто ни к кому конкретно не обращаясь.       Глаза Питера потемнели и налились краснотой сами собой, совершенно без его в этом участия.       — Он лучше! Он… Он…       Тони сделал к нему несколько шагов:       — Послушай, Питер, тебе надо отдохнуть. Просто выспись как следует, пацан, не трепи себе нервы.       — Я уже отдохнул! — огрызнулся Паркер. — Я не хочу спать! Я хочу…       — Извини, — тихо проговорил Тони. — Ничем не могу тебе помочь.       Питер смотрел на него долгую секунду, потом отвернулся. Это правда. Он не смел просить Старка ни о чем.       — Если тебе что-нибудь понадобится, обратись к П.Я.Т.Н.И.Ц.е или попроси её вызвать меня. Я скажу Мэй, что ты уснул, если не хочешь сейчас разговаривать.       Питер едва заметно кивнул. Это было ужасно по отношению к тетушке, но он и правда был не в состоянии.       Старк оставил его одного.       Питер лежал и бессмысленно пялился в потолок. Без мыслей. Без страха.       Все, что ему нужно было сейчас — это выбраться. Выбраться из башни и найти Уэйда. Просто поговорить с ним. Даже если это конец, если это разрыв, черт с ним, ладно, Питер, наверное, смог бы это принять. С трудом, но смог.       Только это должно было быть и его решением тоже.       Он старательно растягивал губы в улыбке и говорил что-то, когда на следующее утро к нему заглянула Мэй. Он отвечал ей, шутил, кажется, даже.       Обещал, что все будет в порядке.       Обещал, что будет осторожен всю следующую жизнь. И следующую за следующей тоже.       В его голове билась лишь одна единственная мысль — найти Уэйда.       Тони больше не появлялся. Еще через два, бесконечных, выматывающих, скучных два дня доктор сказал, что Питер может идти. Док навешал Мэй какую-то лапшу на уши о новейших технологиях сращивания тканей, а Питер мысленно благодарил того чертового паука из лаборатории, что подарил ему регенерацию.       И до ночи Питу пришлось еще сидеть дома, нервно мерять комнату шагами и дожидаться, пока Мэй уснет, прежде чем выскользнуть из окна.       Хотя, если уж быть честным, чего-то такого Питер ожидал. Не могло быть все так просто.       Квартира была пуста.       Исчезли вещи Уэйда, исчезло оружие, исчезла чертова кружка с мультяшными пингвинами.       Дом выглядел пустым и заброшенным.       Питер медленно обошел комнату за комнатой.       Остановился у въевшегося в пол пятна крови — тут он лежал. Доски были изрешечены выстрелами, щерились острыми дырами. В нескольких шагах — еще одно пятно, значительно большего размера. Старк сказал, что Уэйд убил себя.       Наверное, подумал Питер, он все же смог перехватить контроль и решил не рисковать. Позвал на помощь и выстрелил себе в голову.        На кухне уныло задребезжал холодильник.       Питер догадывался, что пожелай Уэйд исчезнуть, никто не смог бы его найти. И уж наверняка он был способен предугадать бы все питеровы немногочисленные идеи для поиска. Но все равно Пит отправился в Адский дом, в котором он не был очень и очень давно. Не вздрогнул, когда на него обернулись местные, нашел глазами Хорька за стойкой.       — Ты знаешь, где Уэйд? — спросил он напрямую.       — А он пропадал? — Хорек выглядел так, будто Пит и правда застал его врасплох.       — Если увидишь, передай, что я его ищу. И что мне действительно нужно поговорить.       В объяснения Пит пускаться не стал. После этого он наведался к Слепой Эл, которую видел единожды в жизни и, честно говоря, побаивался. Уж больно стремительно она вскидывала свои пушки. Впрочем, о Уэйде она тоже очень давно ничего не слышала.       В особняке Ксавьера Питер появился на третий день. Всем им, отвечающим одинаково, Пит говорил только одно — сообщите Уэйду, что я его ищу.       Вечером он явился в шумное Тако Белл.       — Ты чего такой кислый, Паучок? — весело спросил Пьетро, приветственно махнув ладонью.       — Давно видел Уэйда? — спросил Питер, уже и так зная ответ.       — Тогда же, когда и тебя, — легкомысленно пожал плечами Пьетро. — Больше нет, не видел. А что?       — Передай, что я его ищу, если увидишь.       Паркер собрался уходить, но Пьетро проницательно прищурился и цепко поймал его за руку.       — Подожди меня, — попросил он, наклонившись ближе. — Мне надо отпроситься, чтобы уйти, а здесь никто не знает, что я мутант, так что все ужасно медленно.       Питер равнодушно кивнул, но дождался Пьетро и позволил утащить себя через выход для персонала на грязный задний двор.       — Рассказывай, — приказал Максимофф, извлекая из кармана пачку сигарет и прикуривая.       — Да нечего, — вяло отмахнулся Питер. Его придавило огромной равнодушной волной, бороться с которой он был не в силах. — Просто мне нужно найти Уэйда.       Пьетро издал какой-то невнятный звук.       — Что, еще один огромный бессмертный мужик решил, что будет лучше, если он просто свалит?       Питер заторможенно вскинул голову:       — Что?       — Рассказывай, — повторил Пьетро веско, привалившись спиной к стене, — а там посмотрим. Странно, но именно сегодня я совершенно никуда не тороплюсь.       И Питер рассказал ему обо всем, чувствуя, как со словами, что выплескивались у него изо рта, поднимались и дремлющий где-то внутри ужас и жуткое отчаяние.       Ртуть молчал. Молчал долго.       — Только не надо мне говорить, что все это к лучшему, — поморщился Питер, отводя взгляд.       Максимофф невесело ухмыльнулся.       — Не, от меня такого дерьма не дождешься, — хмыкнул он, вертя в пальцах тяжелую зажигалку так быстро, что та слилась в мутное серое пятно. — Я все это проходил уже. И разговоры дурацкие, — он скривился, явно кого-то передразнивая: — «Тебе лучше держаться от него подальше, Пьетро», «Он опасен, Пьетро», «Он просто чудовище, Пьетро». Даже если и так, — он снова тяжело ухмыльнулся и потер грудь неосознанным каким-то жестом, — даже если он и чудовище, это не касается больше никого. Только вас двоих.       Питер сглотнул горькую слюну. Он вдруг как-то совсем по-новому посмотрел на погрузившегося в свои мысли Пьетро. Уэйд ведь рассказывал, что Ртуть познакомился с Логаном, когда был совсем немногим старше самого Питера. И, очевидно, что жизнь с Росомахой была далеко не полна радостей и спокойного досуга. Но ведь они же смогли как-то пройти через все это.       Теплившаяся в нем все эти дни неистребимая надежда всколыхнулась чуть сильнее.       Пьетро же вытащил телефон и набрал номер:       — Логан, где бы ты ни был, тащи свою задницу в Белл, — без приветствия проговорил Ртуть, чуть проглатывая буквы. — У нас тут ЧП.       — Ну и что за ЧП? — поинтересовался Логан, оперевшись на машину. — Ты меня от работы оторвал.       — Мы, — Пьетро подтянул Питера к себе за плечо, — тут кое-кого потеряли. Одного твоего ласкового и доброго приятеля с языком без костей.       — Это ты сейчас о себе что ли? — поинтересовался Хоулетт иронично.       — Давай без шуток, — прищурился Ртуть. — Где Уэйд, мать его, Уилсон?       Логан хмыкнул, посмотрел сначала на Пьетро, потом на Питера, бледной встревоженной тенью замершего рядом.       — Сильви, я бы рад стараться, только я его не пасу. Извиняйте, ребятки.       Ртуть напрягся и исчез, чтобы через секунду оказаться нос к носу с Логаном.       — Малыш, не будь мудилой, — попросил Пьетро. — Нам нужна твоя помощь. Вы же, блядь, братаны, я по лицу твоему вижу, что ты что-то знаешь. Не мог он свинтить и ни слова не сказать своему корешу.       — Плохо ты Уэйда знаешь, — отозвался Логан.       — Зато тебя я знаю отлично, — не остался в долгу Максимофф. — А ты знаешь меня. Я же упертый. Хорош ломаться, как целка, мне нужна информация. Ты и сам прекрасно знаешь, что из такой хреноверти, которую затеял Дэдпул ничего. Никогда. Не выходит.       Хоулетт тяжело вздохнул.       — Уехал Уэйд. Довольны?       — Чудненько, — улыбнулся Пьетро. — Мы догадались. Куда?       — Не знаю, — признался Логан. — Серьезно. От квартиры ключи отдал, сказал, что я могу её использовать, если нужно.       — Он что-нибудь еще говорил? — спросил Питер встревожено. Это был первый хоть какой-то след Уэйда на который он наткнулся за последнюю неделю, и теперь даже его страх перед Росомахой отступил на второй план.       Логан развел руками.       — Попросил денег, сказал что сейчас на мели, давно не работал. Оставил ключи. И свалил.       — И это все? — продолжал напирать Пьетро.       — Все, — огрызнулся Росомаха. — Уэйд взрослый мальчик, а я ему не нянька, чтобы выяснять, в какую жопу мира он намылился на этот раз.       Питер снова поник.       Значит вот так. Уехал. Взял деньги, оставил ключи Логану и просто уехал неведомо куда, спасая его, Питера, от самого себя.       Пьетро в мгновение оказался рядом, снова дружески приобнимая Питера за плечо.       — Знаешь, — задумчиво проговорил он, повернувшись к Логану. — Иногда мне кажется, что ген мудачества у вас в какой-то в связке с бессмертием и регенерацией идет. В комплекте.       — Сейчас я еще и виноват окажусь,— беззлобно резюмировал Хоулетт, — заебись.       — И что, идей никаких? — на всякий случай подтолкнул Пьетро Логана, но тот пожал плечом:       — Да никаких. Не знаю. Вряд ли он до сих пор в США. Скорее всего сделал документы и свалил.       Пьетро вздохнул.       — Хоть бы одна зацепка. Я бы сгонял по-быстрому, поискал. Много ты ему бабла занял?       — Да не особо. Пару штук, чтобы хватило на первое время.       — Не так уж много, — хмыкнул Пьетро. — Скорее всего, скоро начнет искать работу.       — Это тебе не поможет, — покачал головой Логан. — У Уэйда много старых связей по миру.       — Может, проникнуть в систему аэропортов? Я бы просмотрел записи с камер за последние дни, много времени это не займет.       — Пьетро, — покачал головой Питер обреченно, — не надо.       — Что значит не надо? — вскинулся Ртуть. — Еще как надо. Только так и надо, Пит. Если он хочет проебать тебя, то он идиот, но ты-то можешь еще что-то изменить.       Логан посмотрел на загоревшегося Пьетро с какой-то сложной, плохо читаемой эмоцией.       Питер подумал, что тут явно что-то личное, что-то важное для этих двоих.       Питер подумал, что ему, в общем-то, плевать. Его хватало сейчас только на собственные эмоции, на собственную боль, которую он носил в себе, боясь расплескать.       — Не думаю, что Уэйд настолько идиот, чтобы не предусмотреть твою помощь, — проговорил Логан. — Но, если тебе так нужно, то можете попробовать.       — Это нужно не мне, — отозвался Пьетро, сверля Питера внимательным взглядом темных птичьих глаз. — Что скажешь, Пит?       Питер не раздумывал ни секунды.       — Я твой должник, — выдохнул он и впервые за неделю улыбнулся искренне.       — Значит, начнем с аэропортов!