Dreamlike

Первое, что Фейлон сделал к тому моменту, когда спустился во двор дома вместе с мальчишками — вызвал машину. С горем пополам (подросток всё боялся, что запачкает роскошные светлые чехлы) устроил своих незапланированных подопечных на заднем сиденье, сам сел спереди и дал знак водителю ехать в направлении Центрального Коулуна. Там должны были разобраться с состоянием старшего, как-то облегчить болевой шок и, в идеале, госпитализировать недели на две. Увы, сейчас у него не было с собой даже обезболивающего. Зато были деньги, чтобы ускорить процесс оформления и лечения. — Не бойтесь, — выдохнул он, стараясь не прятать эмоций, которые сквозили в голосе. — Я не собираюсь причинять вам зла. Моё имя — Лю Фейлон, и я намерен сделать так, чтобы у вас двоих отныне всё было хорошо. А вас как зовут, парни? — Ч…чой Цанмин, — хрипло шепнул подросток, по-прежнему свернувшись калачиком. Он ещё держался, хотя судя по его виду, ему было откровенно хреново. Его более младший приятель сверкнул глазами в сторону Дракона, но видя, как друг идёт на попятную, погрустнел и вздохнул. — Тао, — сказал он едва слышно, опустив голову. Фейлон незаметно улыбнулся уголком рта. Хотя бы в этом судьба оставила однозначное сходство: Дракон не обознался; они встретились, пусть и при других обстоятельствах. — Рад знакомству, — как можно более доброжелательно сказал он. Мальчик исподлобья уставился на Дракона — настороженно и непримиримо. То, что теперь они знали имена друг друга, ни капли не способствовало его доверию. Да и разве должно было? — Куда вы нас везёте? — спросил он. — Тише ты! — поспешно шикнул старший, хватая Тао за руку. — Так тебе и сказали! — Ну вообще-то — в ближайшую больницу, — начал Фейлон, и, к его изумлению, на лице Чоя Цанмина отразился неподдельный ужас. Он вскарабкался на четвереньки и потянулся к ручке дверцы, а когда ему не удалось её открыть, уставился на Дракона так, будто тот загонял его в угол, прижимая к горлу лезвие ножа. Ну конечно. По логике мальчишек, он ведь отдал за них большие деньги, и, по идее, должен был хотеть взамен чего-то невообразимого. И если это не сексуальные услуги (а о таком юные пленники узнавали гораздо раньше, чем истории о птичках и пчёлках), то за такую стоимость и, учитывая, что они всё ещё оставались живы, речь могла идти только об одном… — Господи, Цанмин. Я не собираюсь продавать вас на органы, — нервно усмехнулся он, внутренне возблагодарив бога за работающую блокировку дверей. — Вы, конечно, мне не верите. Но я просто хочу, чтобы врачи оказали тебе первую помощь, раз ты очевидно не в порядке. С Тао, видимо, всё не так плохо, и он не нуждается в лечении. Да ведь? У тебя ничего не болит? Мальчик только помотал головой, крепче обняв колено руками. Судя по его виду, он первым выскочил бы из машины, если бы его приятелю не было так плохо. А Дракон не знал, как грамотно, не наворотив целую кучу слов и обещаний, дать понять Тао, что ему больше не стоит бояться. Что с сегодняшнего дня никто не посмеет над ним издеваться, а он, Фейлон, проследит за этим. Он покусал губу. Как ни хотел он разрядить обстановку, в действительности лучше всего получалось только напряжённо молчать и ждать. Понятно, что мальчишки мало-помалу успокоились бы тогда, когда его слова соответствовали бы делу. Машина притормозила на светофоре чуть резче обычного, и Цанмин позади застонал от боли, вновь сжимаясь в комок. Диагност из Фейлона был так себе, но из практики он очень хорошо знал одно: при повреждении какого-либо жизненно важного органа счёт мог идти на минуты. А только ушибами тут явно не обошлось. Но, по крайней мере, подросток был в сознании. Возможно, не стоило давать ему засыпать. — Держись, — приободрил его Дракон, оборачиваясь. — Уже скоро. Через каких-то минут двадцать, если ехать быстро. Его телефон, поставленный в режим вибрации, вздрогнул в очередной раз, и Фейлон с неохотой посмотрел на экран. Четыре пропущенных вызова от Асами Рюичи с периодичностью в полчаса и две смс — это рекорд. «Ответь, как сможешь», — говорилось в первой. «Где ты?» — гласила последняя, двадцатиминутной давности. Вероятно, он не услышал сигнал из-за разговоров и рёва проезжающих машин. «Уже в Коулуне, живой и здоровый, — написал он. — Что-то случилось?» «Ты мне скажи, — пришло в следующем сообщении пару секунд спустя. — То есть, предполагается, что до этого ты был в опасности у чёрта на куличках?» Дракон усмехнулся и напечатал: «Нет. Всё нормально». «Допустим, я тебе поверил, — написал Асами. — Мне заказать еды к твоему возвращению?» «Ну, попробуй, — отправил в ответ Фейлон. — Я постараюсь не слишком опаздывать». И отложил телефон. Город накрывала темнота, и к моменту, когда они подъезжали к больнице, наступила практически полноценная ночь. У самого приёмного отделения Фейлон вышел из машины и распахнул заднюю дверцу. — Пойдёшь с нами? — спросил он Тао. Тот смерил его сумрачным взглядом и выпрыгнул на асфальт с противоположной стороны машины только тогда, когда Фейлон начал подходить к нему, чтобы взять за руку. С помощью водителя Фейлону удалось выгрузить обмякшего Цанмина из машины и с горем пополам транспортировать внутрь, где за него уже взялись врачи. Он постарался, чтобы парня оформили по расширенной платной страховке, и указал собственный телефон в графе «контакты». Если бы его спросили, ради чего он так старается, он, наверное, затруднился бы с ответом. Но если подумать… Просто как никогда хотелось показать Тао, что ему можно доверять. Хотелось, чтобы он не расстраивался так из-за своего друга. Всё это время Тао стоял рядом и наблюдал, как бледного Цанмина укладывают на каталку и отправляют на диагностические процедуры. Коридор, по которому его везли, был широким и длинным, залитым ярким светом, и они оба смотрели, как каталка скрывается за углом. Фейлону пришёл на ум пресловутый тоннель, по которому уходят умирающие перед тем, как встретиться с почившими родственниками, и потряс головой, чтобы отогнать зловещую ассоциацию. — Теперь он умрёт, да? — мрачно проговорил Тао, и Дракон едва не прикусил язык от удивления: мальчик впервые подал голос сам, без дополнительного раскачивания и вопросов. — Что ты говоришь! — поспешно воскликнул Фейлон, оборачиваясь, и присел так, чтобы их лица оказались примерно на одном уровне. — Конечно же, нет! Ну, то есть, он не должен. Это же больница. А значит, ему просто обязаны помочь. — Я пойду с ним, — сказал Тао решительно и уже пошагал в ту сторону, когда Дракон придержал его за плечо и развернул к себе. — Боюсь, нам туда нельзя, малыш, — сказал он, стараясь говорить как можно более весомо. — Сейчас ему будут помогать, проводить обследование. А когда они это делают, они никого туда не пускают. Ну, и к тому же, это долго. Но как только ему станет лучше, нас непременно известят. — Тогда я буду ждать его здесь, — проговорил Тао, насупившись, и Фейлон метнул на него удивлённый взгляд. Он не ожидал от столь маленького мальчика такой решимости, но ведь, как ни крути, Чой Цанмин был единственным, кому он доверился в сложной ситуации… — Боюсь, чтобы это сделать, придётся провести тут несколько дней, — вздохнул Фейлон. — А так нельзя. Тебе ведь нужно есть, спать, отдыхать. Тао упрямо опустил голову, и Фейлон осторожно коснулся его ладошки, предсказуемо липкой и прохладной. Впрочем, ладони Дракона были ненамного более тёплыми. — Я буду ждать его, — повторил Тао, хмурясь и убирая руку за спину, и Фейлон поспешно ответил: — Хорошо-хорошо! Тебе никто этого не запрещает. Но ведь это необязательно делать прямо тут. Можно уезжать и приезжать, пока больных лечат… Тот упорно молчал, и Фейлон расстраивался вместе с ним и, что хуже всего, и сам был близок к тому, чтобы растеряться. Стараясь сохранять самообладание, он присел перед Тао на корточки в попытке заглянуть ему в лицо. — Послушай. Я уверен, Цанмин не обидится, если ты куда-нибудь сходишь, пока ждёшь его. Он хотел бы, чтобы и ты позаботился о себе. Отдохнул, выспался… Фейлон сделал паузу, пытаясь понять, какое впечатление произвёл на Тао этот нехитрый заезженный приём. — Знаешь, — сказал он, заставляя себя улыбаться и чувствуя, как в его голосе появляются противные заискивающие нотки. — Может быть, мы съездим ко мне? Ты отдохнёшь, переоденешься, а потом нам позвонят из больницы и скажут, когда можно будет прийти с визитом… — Нет! — вдруг крикнул Тао, почти всхлипнув. Фейлон положил руку ему на плечо в попытке уговорить, и почувствовал, насколько тот напряжён. — Отстаньте от меня! — Извини, но, боюсь, я не смогу это сделать, — проговорил он, разжимая пальцы. — Не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Тао вывернулся из его рук и побежал в противоположный конец холла, немного помялся там, переступая с ноги на ногу, а затем метнулся в небольшой коридорчик. Сперва Фейлон застыл в недоумении, поднимаясь, но вовремя увидел, что как раз в той стороне на указателях светилась пиктограмма «WC». Он последовал за Тао, надеясь, что тот не будет хитрить и ему не придётся отлавливать мальчика снаружи или у отделения реанимации в попытке проникнуть поближе к другу. Он удостоверился, что в коридорчике действительно находилась дверь в мужской туалет, огляделся и сел в ближайшее кресло, ссутулившись и сцепив руки перед собой. И вот что ему делать? Сильные, искренние чувства, в которых он до сей поры не видел вреда, сейчас, кажется, только ранили и не имели под собой никакого основания. Долгих счастливых лет, которые он провёл с Тао, здесь не существовало. Он был сейчас настолько же чужим для Тао, как и любой другой человек, который внезапно начал атаковать его личное пространство безо всякого на то согласия. Но и действовать как равнодушный незнакомец, оставляя его на произвол судьбы, Фейлон не мог. Даже если придётся потрудиться, чтобы здешний Тао не боялся ему доверять. Тем временем дверь туалета заскрипела, с усилием раскрываясь. Увидев Тао, Фейлон вздохнул с невольным облегчением. — Всё хорошо? — спросил он на всякий случай. Тао, по обыкновению, промолчал, но было видно, что он тщательно вымыл руки и лицо; даже волосы его намокли. Фейлон осторожно помог ему вытереть излишки влаги с висков и подбородка одноразовой салфеткой, которая очень кстати нашлась в кармане. — Так гораздо лучше, правда? — заметил он. Тао отвернулся, конфузясь, а Фейлон всё разглядывал его. Может быть, сейчас, когда мальчик слегка переключился на базовые потребности, он не будет против и немного поесть? — Я понимаю, что уже надоел тебе, малыш. Ты совсем меня не знаешь, переживаешь за друга, и тебе страшно, — начал он, помедлив. — Но я просто хочу помочь. И не знаю, как сделать, чтобы ты меня услышал. Я, так же, как и ты, могу только ждать и надеяться, что с Цанмином обязательно всё будет хорошо. И я точно знаю, что твоего друга здесь не убивают. Тао посмотрел на него исподлобья. Судя по всему, речь Фейлона его не впечатлила, и неудивительно. Дракон всегда был хреновым психологом. — Я знаю, что ты на меня злишься, — виновато вздохнул он. — Но я и правда не хочу тебе ничего плохого. И пытаюсь с тобой подружиться. Они молча разглядывали друг друга. Тао — с подозрением, а Фейлон — так, словно тот был готов припустить куда глаза глядят, и придётся срочно его ловить. — Ты любишь сладкое? — спросил он после долгой паузы. Не хотелось использовать наиболее вероятную слабость мальчика в попытке завоевать доверие, но сейчас у него не оставалось выбора. — Конфеты. Вафельки. Вкусные, сочные пирожные… Тао смотрел по-прежнему недоверчиво, но в желудке у него тут же глухо заурчало. Фейлон чуть грустно улыбнулся. — Я могу помочь тебе с этим, если ты согласишься пойти со мной, — с интонацией волшебника ответил он, чувствуя себя распоследним педофилом, и протянул мальчику руку. Они вышли из больницы, и Тао не стал вырываться, пытаться улизнуть или иным образом проявлять неповиновение. Наверное, он и сам понимал, что если убежит сейчас, то на улице его не ждёт ничего хорошего, а без Фейлона его никто не пустит к Цанмину. Далеко им идти не требовалось: на первом этаже здания напротив располагался ресторанчик, самый обычный на вид, но Тао оглядывался по сторонам так, будто был, по меньшей мере, во дворце злого людоеда, который соблазнял его невиданными яствами, в то время как его лучшего друга расчленяли. И несмотря на то, что в таком возрасте мальчик, скорее всего, ещё не мог мучиться подобной моральной дилеммой, в голову упорно лезла именно эта ассоциация. Они выбрали столик, и Фейлон развернул перед Тао меню с десертами. Мальчик медлил: или из банальной робости, или из нежелания потратить слишком много денег на угощение. — Выбирай, не бойся, — подбодрил он. — Тут есть фотографии, даже если ты не можешь что-то прочитать. Вот это у нас молочный пудинг, а вот это… — А что можно? — несмело спросил Тао. — В смысле? Я закажу тебе всё, что ты только пожелаешь, — сказал Фейлон и с удовольствием увидел, как лицо Тао осветилось недоверчивым изумлением. — Правда? — наконец спросил тот. — Конечно. Главное, не набирай слишком много, чтобы потом не заболел живот, хорошо? После недолгих раздумий над меню Тао указал на картинки с рисовыми шариками в сиропе, яичными вафлями, молочным пудингом, мороженым и фруктовым коктейлем. Конечно, если бы выбирал сам Фейлон, он присовокупил бы к заказу и жареное мясо, и креветки — всё, что угодно, лишь бы ребёнок наконец наелся. Очень сомнительно, что торговцы кормили своих работников досыта. Но коли уж он решил как можно меньше настаивать… Самому же ему ничего не лезло в горло, и единственное, что попросил принести себе Фейлон, — это стакан минеральной воды. Есть за обе щеки сейчас казалось неправильным, да и нервозность перебивала аппетит. Напряжённо наблюдая, как его новый подопечный ковыряет ложечкой в пудинге, Дракон позволил себе несколько минут передышки и вытащил из кармана сотовый телефон. Недавно тот опять вибрировал, но с Тао уделить внимание сообщениям получилось только сейчас. «Так что там с ужином?» — восемь двадцать вечера, момент, когда они подъезжали к больнице. «Тебе помочь чем-нибудь?» — последнее сообщение от Асами, в восемь пятьдесят. И пропущенный звонок две минуты назад. Наверное, именно так выглядит укоризненность от Асами Рюичи: без единого смайлика и восклицательного знака. Дракон вздохнул и набрал номер. — Извини, — сказал он вместо приветствия. — Я не хотел тебя игнорировать. Просто не мог ответить. Я был… занят. В… местах, откуда сложно дозвониться. Сейчас всё нормально. Я совсем рядом с домом и приеду через сорок минут. Мне нужно немного подождать. — Фейлон. — Да? — У тебя странные интонации. Дракон хмыкнул. «Не говори. Будто мне десять, и я оправдываюсь перед отцом за то, что подобрал бездомного щенка…» — С кем ты там? — настаивал Асами. Интуитивно чувствовал подвох, зараза. — Ты вроде бы не планировал никаких встреч на сегодня. — Ну, — Фейлон пожал плечом, изъясняясь максимально уклончиво, — ты увидишь, когда я приеду. И нажал на отбой, понимая, что, похоже, заинтриговал Асами ещё сильнее. Наверно, их ситуация могла бы выглядеть комической, если бы не вызывала столько затруднений. В конце концов, Фейлон уже проходил через этот опыт и знал, как поступить. Парадокс заключался в том, что в гордом одиночестве он чувствовал бы себя более уверенно, чем сейчас, с человеком, который не столько поддерживал по-настоящему, сколько вносил смуту и диссонанс в его жизнь. То, что Дракон вообще взял на воспитание Тао тогда, когда должен был производить впечатление хладнокровного лидера, сильно выбивалось из общей политики и могло считаться слабостью. Единичным потаканием чувству сострадания. И Асами Рюичи, как транслятору эталонного здравого смысла, точно не понравилось бы это. Фейлон передёрнул плечами. Его самого обескураживало, насколько легко он приходил к подобной мысли. Даже Асами не преминул подколоть его на эту тему во время той перепалки на лайнере: сколько можно так полагаться на мнение чужого человека? Ведь если ему и впрямь выпал шанс провести работу над ошибками и переиграть некоторые из собственных действий, то явно не ради того, чтобы искать одобрения Асами Рюичи. Какой бы авторитетной фигурой для него тот ни был. В конце концов, впоследствии Асами множество раз нарушил собственные принципы во имя эмоций. А взаимоотношения с Тао — это только его, Фейлона, дело. Теперь хорошо было бы сохранять подобный настрой вплоть до самого дома, когда он откроет дверь и посмотрит якудза в глаза. Он прихлебнул воды из стакана, чтобы смочить внезапно пересохшее горло. Тао напротив него сосредоточенно налегал на вафли, и ему было невдомёк о терзаниях его новоявленного опекуна. — Ну, как? — осведомился Дракон к концу трапезы, наклонившись чуть вперёд с лёгкой усталой улыбкой. — Надеюсь, было вкусно? — Да, — ответил Тао на все вопросы сразу. Видно, что он не слишком горел желанием дружески общаться с Фейлоном, но практически все тарелки перед ним были пустыми. Дракон мог лишь надеяться, что в дальнейшем сытость хотя бы ненамного уменьшит его замкнутость. До сей поры разговорить его могло только беспокойство за своего друга. Дракон легко вздохнул. — Обещаю, когда Цанмин поправится, я свожу вас обоих в похожее место, и вы сможете есть столько сладкого, сколько захотите. Тао потянул коктейль через соломинку, почти спрятавшись за стаканом и рассматривая Дракона. — Пожалуйста, Тао, — тихо сказал Дракон. — Ты не можешь понять, что происходит, но прошу, поверь мне. Мы не сможем ждать Цанмина, не выходя из больницы. Обещаю, я привезу тебя сюда завтра, и мы спросим у врачей, как он себя чувствует. Но сейчас нам всем нужно отдохнуть. Уже поздно, — он кивнул в сторону окна, — видишь, как темно на улице? Ты согласен поехать ко мне? Он тщательно избегал слова «домой». Хотя Тао и не просил, чтоб ему помогали, и оставался для Фейлона совершенным незнакомцем (возможно, и не имеющим ничего общего с мальчиком, к которому он привык и любил всем сердцем), он надеялся, что сможет обеспечить его уютом и комфортом, хотя бы минимальным сначала. При всём желании облагодетельствовать Тао он не подготовил ничего на тот случай, если найдёт его и заберет с собой. После некоторых раздумий (Фейлону показалось, что прошёл год с того момента, как он задал вопрос) мальчик кивнул. Дракон встал, помогая ему выйти из-за стола, Тао с опаской вложил пахнущую креветками ладошку в его руку, и они направились наружу, к машине. В салоне автомобиля Тао быстро разморило; глаза его сами собой начали закрываться. — Посмотришь, где я живу. Я выделю тебе собственную комнату… — вполголоса, убаюкивающе говорил Фейлон, видя, как парнишка задрёмывает. — И ты расскажешь мне побольше про себя и про Цанмина, хорошо? Ответа не последовало, и Дракон посмотрел на Тао: быть может, тот хотя бы услышал его и кивнул? Одного похода в кафе было явно недостаточно, чтобы раскрепостить мальчика, но, как и всегда, в глубине души иррационально хотелось в это верить. В конце концов Фейлон перестал терзать его вопросами, позволив его голове безвольно отклониться набок. Он утешался мыслью, что Тао хотя бы не шарахался от своего нового… опекуна и не пытался сбежать, хотя имел все шансы не доверять ему. Когда они въезжали во двор, Тао уже крепко спал, и будить его было просто по-человечески жалко. Фейлон набрал номер Асами и зажал телефон между плечом и ухом. После чего подхватил мальчика под колени и понёс ко входу. — Открой, пожалуйста. У меня заняты руки, — сказал он как можно сдержанней, когда дождался ответа. За стеной послышались шаги. Не прошло и полминуты, как Асами распахнул дверь, и они уставились друг на друга: якудза в футболке и домашних штанах до колен и он сам — со своей безмятежно сопящей ношей, смотрящий независимо и почти умоляюще одновременно. — Нужно отнести его в одну из свободных комнат, — наконец произнёс Фейлон, сбрасывая обувь у порога, и двинулся дальше по коридору, к лестнице на второй этаж. Асами пощадил его, не стал лезть с вопросами — просто шёл рядом и смотрел — долго, прожигая взглядом. Совместными усилиями они выбрали подходящую спальню, расстелили постель и уложили туда спящего крепким сном маленького гостя. Тао был настолько измучен событиями сегодняшнего дня, что не реагировал даже тогда, когда Фейлон начал стягивать с него футболку, кроссовки и штаны. Как ни хотелось ему тут же выбросить всю грязную одежду и обувь, что была на Тао, он придирчиво изучил её на предмет ярлычков с размером, постарался прикинуть на глаз то, что обозначению не поддавалось, а потом сбросил всё на пол, в одну общую кучу. Асами среагировал так же безмолвно и быстро, доставая из смежного санузла объёмный пакет для мусора и спихивая всё туда. Фейлон наблюдал за этим с совершенно деревянной от утомления мимикой. Теперь взамен нужно было подобрать мальчику новую одежду, домашнюю и повседневную, хотя бы на первое время. Возможно, сгодится что-то из его собственных запасов… Он укрыл Тао одеялом и встал, судорожно зевая. Параллельно он набирал сообщение для управляющей, которая координировала работу кухарок, прислуги и первой получала от самого Фейлона срочные указания. Дракон дал ей всю ночь на то, чтобы к семи тридцати новая одежда, обувь, белье и всё необходимое для Тао появилось в доме, было постирано, отглажено и сложено в его комнате рядом с кроватью. Он надеялся, что мальчик проснётся позже девяти часов утра или хотя бы в восемь. За это время при желании можно было свернуть горы. Якудза всё ещё стоял рядом, будто отслеживая каждое его движение. И чего он ждёт? Лучшего момента, когда можно прочитать ему нотацию и засыпать вопросами? — Не смотри на меня так, — выдавил Фейлон. — Позволь, я объясню всё, как приду в себя? — Я ещё ничего не говорил. Фейлон хмыкнул. — Тебе и не нужно. Если бы в школе для мафиози ставили отметки за примерное поведение, меня бы моментально исключили. Переставляя ноги буквально усилием воли, Дракон направился в спальню, а там надолго застрял в гардеробной. Наверху, куда он забирался реже всего и только используя стремянку, стоял ряд коробок с его собственной одеждой: рука не поднималась выкидывать сшитые на заказ, любовно украшенные жакеты, костюмы, рубашечки и длинные кафтанчики, которыми снабжали Фейлона в доме Лю ещё в младшем и раннем подростковом возрасте. Тут их прошлое совпадало до мелочей. Дракон отчётливо помнил, как сам складывал и рассматривал их, разглаживая вышивку на воротнике и рукавах и перебирая в памяти редкие свидетельства отцовской любви. Асами легко коснулся его плеча, и Фейлон поднял голову. На какое-то мгновение он забыл о его присутствии, забыл обо всём и завис, задумавшись над коробкой. Нехорошо… — Это твоя? — поинтересовался Асами, и Дракон не видел смысла скрывать от него правду. Он кивнул. — Думаешь, ему подойдёт? — Сомневаюсь. Боюсь, как бы не оказалась большой. Он отобрал некоторые, самые маленькие по размеру, вещи и заторопился в гостевую спальню, где уложил их на стул, рядом с кроватью — так, чтобы Тао сразу же их увидел, как проснётся. Вполне возможно, что в перспективе ему придётся купить что-то и для старшего парня, который лежал в больнице. И о нём, на минуточку, Асами ещё не знает… Фейлон на цыпочках пересёк комнату и вышел за дверь. Якудза ждал его в коридоре — опять же, не расспрашивая, не давя. Наверно, сжалился в кои-то веки. Только легонько подхватил его под локоть и потянул на первый этаж. Уже ближе к кухне Фейлон почувствовал смутный запах еды, и в животе заурчало — похоже, нервозность немного утихала, и естественные позывы организма опять вышли на первый план. — Не буду спрашивать, ужинал ли ты, — хмыкнул Асами над его ухом, — это очевидно. Пойдём-ка. Он повёл Фейлона в кухню, усадил за стол и едва ли не ткнул носом в ещё тёплую пиццу, что осталась от недавнего заказа, и тарелку вкуснейшей мясной поджарки. Дракон жадно забрасывал в себя кусок за куском, устало опершись головой об руку, а Асами неотрывно наблюдал за ним — будто контролировал, досыта ли он ест. Потом, когда энергии после еды прибавилось ровно настолько, чтобы принять душ, он наскоро сполоснулся и отправился в спальню. Буквально распластавшись по кровати, он лежал так полчаса, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, и, кажется, задремал ненадолго. А когда проснулся, стояла тишина. Часы показывали двадцать минут первого. Верхний свет в спальне был притушен; горел только ночник у кровати со стороны Асами. Тот лежал рядом и читал — кажется, англоязычный «Истерн Экспресс». — Я думал, ты планировал спать до утра, — заметил Асами. Фейлон потёр глаза и неопределённо пожал плечом. — Как его зовут? — спросил якудза без вступлений, без предисловий. Видно было, что они думали об одном и том же, не делая попыток поговорить об этом. — Тао, — негромко ответил Дракон. Имя дорогого ему существа, которое пришлось так неосмотрительно выдать, отозвалось в его сердце тихим эхом вины. — Судя по одежде, которую ты ему подобрал, он — не случайный гость в твоём доме, верно? — Не знаю. Буду действовать по ситуации. Пока я просто хочу ему помочь. — Как ты вообще нашёл его? Это спонтанное решение или спланированная акция? Фейлон помолчал. Ему так и чудилась издёвка в интонациях Асами. — И что ты сделаешь, если я выберу второе? — безжизненно произнёс он. — А чего ты от меня ожидаешь? — сказал якудза так же нейтрально, покосившись на Дракона. — Я не ем младенцев. Ты уже слишком взрослый, чтобы делать тебе выговор, и точно так же имеешь право принимать решения. Но мне интересно, что тобой двигало. Ну, и… Такие вещи лучше не скрывать друг от друга для нашей обоюдной безопасности. Особенно в такой сложный период. И ты прекрасно это понимаешь. — Извини, — проговорил Фейлон, уставясь куда-то вниз, на простыню. — Этот мальчик, Тао, выглядел слишком нормальным среди них, слишком… необтесавшимся, и я не мог пройти мимо. — «Среди них»? Дай угадаю. Ты подумал об этом ещё тогда, когда мы возвращались с прогулки и наткнулись на стайку этих беспризорных воришек. Я правильно понял? Фейлон опустил голову, но Асами взял его за подбородок и заставил посмотреть на себя. Дракон стушевался под испытующим взором, но дальнейшего осуждения не последовало. Якудза лишь слегка погладил его костяшками пальцев по щеке и улыбнулся — скупо, уголками губ, но общее намерение, настроение, было заметно. — Тебе не стоит оправдываться. В конце концов, ты уже это сделал. Теперь нужно работать с этим, а не есть себя поедом, м? Фейлон помедлил и едва заметно кивнул. Он рассказал Асами о том эпизоде с кошельком, о бегущих мальчишках, как начал копать информацию о тех, кто однозначно крышевал их. О том, как съездил за тем, кто запал ему в душу, и решился выкупить его, увидев, в каких условиях держит детей «нищенская мафия». И как долго был в больнице, а потом в кафе, пытаясь помочь тем двоим, кого в итоге вызволил. Не сказал только о том, что не случайно обратил внимание именно на Тао, а сам искал его, целенаправленно, идя на поводу у ловушек своей памяти. Надо сказать, особо язвительных комментариев Асами не отпускал. Видимо, и сам Фейлон выглядел достаточно застрессованным, чтобы можно было отягощать его совесть разговорами об уязвимости, излишней эмоциональности и дополнительной ответственности. — Ну что же, — резюмировал он, когда Дракон закончил свою историю. — Проблем ты, понятное дело, себе прибавил. Но, как ты и сам сказал, поступить иначе ты не мог. — Ушам не верю, — не удержался Фейлон. — Ты даже не будешь меня критиковать? — Конкретно сейчас — нет. Фейлон хмыкнул и иронически покачал головой. — Ну правда, — сказал Асами. Уже поздно. Тебе в любом случае понадобятся все силы, чтобы начать разбираться с этим. Завтра будет легче. Вот увидишь. А теперь постарайся уснуть. И окончательно улёгся под одеяло рядом с ним, погасив свет. Мысль о мальчике не оставляла Фейлона до утра. Он думал о нём в постели, прислонившись плечом к Асами (который, как нарочно, решил обнять его покрепче, засыпая) и опасаясь пошевелиться лишний раз, думал и во сне, забывшись после долгого лежания в темноте. Даже утро не принесло ожидаемого облегчения: первые мысли, которые посетили его голову в шестом часу, были как раз о том, что нужно срочно проверить, купили ли для Тао одежду, обувь и бельё. Ещё минут пятнадцать прометавшись между сном и явью, Фейлон встал, взял с собой телефон и вышел в коридор. Дом спал; было слишком рано для того, чтобы прислуга начала устраивать судорожные пляски с уборкой и приготовлением еды. Пик такой активности обычно наблюдался к половине седьмого и спадал к восьми, когда начинался первый, ранний завтрак (к этому моменту часто вставал Асами). Теперь к списку заданий для поваров нужно будет добавить составление специального детского меню. Благо, Фейлон прекрасно знал о кулинарных вкусах своего воспитанника (пусть речь и не шла об его альтер-эго) и мог удивить его, предвосхитив желания. Повинуясь то ли тревожности, то ли неясному любопытству, Дракон на цыпочках направился к гостевой спальне. Возможно, ему станет спокойнее, когда он посмотрит на спящего Тао. Есть минимум два варианта, как измотанный стрессом человек мог среагировать на внезапно образовавшиеся удобства: мгновенно вырубиться или же, переволновавшись, заснуть с трудом, под утро. И, конечно же, Фейлону хотелось, чтобы сбылся первый прогноз и Тао чувствовал себя в безопасности в его доме. Он не хотел нервировать и тревожить мальчика лишний раз. Он просто заглянет одним глазком… Тао лежал на самом краю кровати, стащив туда же подушку. Основная же часть одеяла скомканной грудой высилась посередине, будто из него пытались то ли построить домик, то ли свить кокон. Фейлону в голову пришла поспешная мысль проверить температуру в комнате. Может, он забыл включить на ночь кондиционер, и Тао просто стало жарко? А, может, наоборот, холодно? Как-никак, по его милости мальчик остался без одежды, а новой, несмотря на срочные указания, ещё не привезли… Он приподнял скомканное одеяло и осторожно, чтоб не потревожить спящего, начал расправлять его. В какой-то момент он коснулся простыни и почувствовал, что та мокрая. Он потрогал ещё и ещё, наклонился ближе. В полумраке спальни деталей было не разглядеть и даже не унюхать, но всё и так стало ясно. Фейлон тихо вздохнул и выпрямился, на мгновение закрывая лицо ладонью и потирая переносицу. Он тут же вспомнил, насколько концентрированный, застарелый запах мочи стоял в доме, куда он пришёл за Тао. Там им приходилось терпеть часами… Он оглянулся в сторону туалетной комнаты, которая располагалась ровно напротив спальни. Тао мог банально не найти её, постесняться спросить (ведь никто не показал ему дом, когда они приехали). Или же не успеть дойти, учитывая, какой стресс он пережил сегодня. Дракон огляделся, взял с соседнего кресла мягкий пушистый плед и накрыл им Тао. Убрал с кровати одеяло, предварительно проверив, не промокло ли оно. А потом начал вытягивать из-под Тао частично намокшую простыню, осторожно приподнимая его под бок и стараясь не разбудить. Тот зашевелился во сне, нахмурился и приоткрыл один глаз. «Ничего, ничего, спи», — поспешно прошептал Фейлон, продолжая тянуть простыню к себе. И, конечно, Тао тут же проснулся, занервничал, застеснялся и спрятался под плед чуть ли не до носа, сворачиваясь клубком. — Доброе утро. Ещё ооочень рано. Тебе не холодно? — спросил Дракон, осторожно дотронувшись до его плеча. Тао только застыл, напрягшись, и не отвечал. В глазах его явно читалась паника, и чтобы как-то её уменьшить, Фейлону пришлось добавить: — Ну, ничего страшного. Бывает. Это всё поправимо. Я не буду ругаться. Всего лишь хотел поменять простынку, чтоб тебе удобней было лежать… Тао не мигая смотрел на него. — Скоро тебе принесут новую, чистую одежду, — извиняющимся тоном продолжил Фейлон, оставив в покое простыню. С ней можно было разобраться и попозже, раз уж Тао так сковывает его присутствие. — У нас ведь нет ничего на смену. Вчера мне это даже в голову не пришло, извини… Тао по-прежнему не отвечал, и Фейлон бесшумно, не желая нервировать его, двинулся к выходу. У двери он обернулся. Самая нужная фраза, которая могла действительно пригодиться этим утром, так и осталась непроизнесённой. Брови его приподнялись домиком. — Подожди ещё с часик, ладно? Поспи пока. Туалет как раз напротив твоей двери. Можешь проверить, как там всё устроено, если хочешь. Моя комната на этом же этаже, в противоположном крыле, так что, если вдруг я тебе понадоблюсь — зови. Фейлон выскользнул за дверь и, едва оказался в коридоре, с чувством постучал себе по лбу. Ну что за болван, право слово! Разве так должен вести себя нормальный хозяин дома? Куда делись его уверенность и хвалёное умение обращаться с детьми (по крайней мере, с одним хорошо изученным ребёнком)? Или вопрос как раз в том, что сейчас ему приходилось действовать не по наработанным шаблонам? Он направился обратно, мучительно раздумывая, что следует говорить при очередной встрече и во сколько распорядиться насчёт завтрака на тот случай, если Тао больше не уснёт. Завернув в спальню — скорее по инерции, чем из желания улечься вновь — он обнаружил, что Асами уже не спит, хоть и не встаёт с кровати, и смотрит, прищурившись, в его сторону. — Я тебя разбудил? — спросил он упавшим голосом. — Да нет. Я сам решил проверить, почему под боком так пусто, — ответил Асами вполне дружелюбно и похлопал по простыне рядом с тобой. — Что случилось? Ходил проверял своего гостя? Фейлон кивнул. Он со вздохом уселся на постель, подогнув под себя одну ногу, и ожесточённо потёр лоб. — Надо известить прислугу, чтоб купили клеёнку побольше… Асами ухватил его за плечо и мягко перекувырнул на спину, ближе к себе. Дракон даже среагировать не успел толком, как его подгребли под тёплый бок. — Да не переживай ты так. Вспомни себя в… Сколько ему? — Пока не спрашивал. Но выглядит он лет на пять или даже чуть поменьше, — предположил Фейлон, хмурясь. — Ну вот. Это же ещё ребёнок. Мальчик стрессует, но всё наладится, — сказал Асами, и Фейлону пришлось признать, что такое в его практике впервые, хоть на самом деле с Тао — с прошлым Тао — он провёл гораздо больше времени. Все стрессовые ситуации удавалось смягчить тем, что они спали рядом, и при любом удобном случае он разрешал мальчику запрыгивать к себе в постель. И да, все эти годы ему исключительно везло выйти, гм, сухим из воды. Асами игриво подтолкнул его локтем. — А у тебя самого неужели не случалось мокрухи в детстве? Дракон уткнулся лицом в одеяло, подавляя смешок. — Было пару раз, но ничего сверхъестественного. Так, протечки. Мне снилось, что я уже в туалете, вот и… А в остальном я больше просыпался от кошмаров. В них я переживал всё, о чём не рассказывал днём. — Ты и сейчас плохо спишь, — заметил якудза. — То-то я думал, почему тебя так часто тянет в постель. Он навис над Фейлоном и окинул его многозначительным взглядом. Дракон нахмурился, слегка выставил руку вперёд, но ничего не сказал: просто молча пытался передать свои сомнения телепатически, одним выражением лица. — Отдохни, — решительно распорядился Асами. Как ни странно, воплощать в жизнь свой каламбур он не стал, ограничился только игрой слов. — На часах даже шести нет. Ты ещё успеешь раздать свои указания, а с малышом ничего не случится, даже если он немного обмочился. Об этом можно будет позаботиться, когда рассветёт. И одеть, и накормить, и всё, о чём бы ты сейчас ни думал. Асами тесно притянул его к себе, нос к носу, и накрыл одеялом. — Но… — попробовал возражать Фейлон. — Никаких «но», — отрезал Асами. Дракон поймал себя на мысли, что эта безапелляционность в кои-то веки была… приятна, в чём-то сродни неравнодушию, которое якудза привык показывать только так. Фейлон поёрзал, глубоко вздохнул. Закрыл глаза почти насильно. А потом, словно сдавшись, просунул руку Асами под мышку и уткнулся лицом ему в грудь как раз над ямочкой между ключиц. Лежать так было удобно и уютно: как раз та атмосфера, в которой так сладко дремлется перед звонком будильника. Предстоящий рабочий день ведь никто не отменял… И даже если он не уснёт, он хотя бы на несколько минут окунется в спокойствие и безмятежность, которые исходили от Асами, перепрограммируя на свою волну всех, кто попадал в зону её действия. — Спасибо, — сказал Дракон глухо. Асами поерошил ему волосы на затылке и вернул руку на место — чуть пониже талии, где так удобно лежала его ладонь. — Не за что. Обращайся.